Высшие вампиры

Кирито ещё раз потрясённо огляделся. — Это — Древо Ночи??? Милия с улыбкой кивнула. — Ага. На самом деле, Острова и Долины — это лишь его крохотная веточка. Даже, наверное, один из листиков. — Но как?! Как мы за несколько минут одолели такое огромное расстояние?! Вампирша кивнула на ствол Древа, раскинувшегося на необъятное пространство. — Всё просто. Ты ему интересен. Это меня-то он знает вот уже шестнадцать тысяч лет без малого. А тебя он видит здесь впервые. Парень снова ошеломлённо уставился на Древо. — Он? Это… А кто он? Милия вздохнула. — Подожди. Скоро сам поймёшь. Я пока попрошу у него, чтобы он не открывал себе свой разум. А то я сама в первый раз «обожглась», пришлось несколько лет воскрешаться. Она подошла к коре и прикоснулась к ней. Где-то вверху на грани слуха что-то зашелестело. Оно постепенно опускалось вниз, набирая силу и мощь. Вскоре шелест ветра превратился гул, а тот уже в оглушающую волну. И когда она дошла до ветви, на которой стояли мечник с вампиршей, Кирито всем телом ощутил, каково это, когда на тебя обращает своё прямое внимание обладающее невообразимым могуществом. Его будто на пару минут придавило многократно возросшей гравитацией. Как он устоял на ногах, он так и не понял. А потом волна схлынула, удаляясь и превращаясь в гул и ветер. Вместе с этим мечник осознал и непредставимое могущество этого существа. Да и, собственно, что это было именно существо. Оно могло силой мысли создавать целые звёздные скопления, чего ему какие-то острова и долины. Милия встряхнулась и прочистила ухо. — Всё! Можешь спокойно прикасаться. Только постарайся не удивляться, а то у него очень специфичное чувство юмора. Кадзуто показалось, что он уже слышал что-то такое от Райны, но он встряхнул головой, прогоняя наваждение, и подошёл к стволу Древа. Положил на кору ладонь. Сперва ничего не происходило, потому что он выбросил всё из головы. Но это пока он не заметил, что из поля его восприятия пропало абсолютно всё. Чёрный Мечник почувствовал себя в невесомости и в кромешной темноте. Но только где-то в глубине сознания возник намёк на мысленный вопрос: «Где я?», как разум взорвался целым каскадом образов, среди которых мелькали и необъяснимые мысли, и фантастические картины, и сложнейшие теоремы, формулы, смысл которых сводился к одному — он одновременно внутри чужого сознания и внутри своего. Возник вопрос: «А как так?», и Кирито тут же пожалел об этой мысли — мозг опять взорвался потоком бесконечных образов. Пояснения были настолько сумбурными и трудными для понимания, что он, зажмурившись, в панике замахал руками и закричал: — Так! Хватит! Давай проще объясняй! Систематически! Пожалуйста!!! На несколько мгновений наступила Тьма, а затем парень услышал усталый голос Милии, доносившийся отовсюду: «Ох уж эти смертные…» Вслед за ним он услышал голос Райны: «Есть вещи и явления, которые даже Я не понимаю.» А за ней из ниоткуда прозвучал голос Алисы, во фразу которой он узнал цитату из какой-то местной книги, которую она когда-то прошептала при нём: «Даже лучшие из лучших учёных-скитальцев и рядом не стоят с осознанием законов, по которым работают чудеса.» И голоса замерли, оставив мечника в тишине обдумывать услышанное. До него быстро дошло: — Это ты так тонко намекаешь, что я тупой? В голове возник образ знакомого данмера-бармена, махнувшего рукой: «Да не заморачивайся, это я так…» Кирито пожал плечами и прямо спросил: — Кто ты? Тишина замерла на несколько секунд. А затем Киригая Кадзуто снова погрузился во тьму и ощутил себя в невесомости. Перед глазами медленно-медленно, как в старых научных фильмах по астрономии, выплывало из темноты космоса газо-пылевое облако ещё не появившейся звёздной системы. Но когда оно выплыло, «камера» неожиданно повернула куда-то в сторону и резко полетела вперёд, как сквозь тоннель гиперпространства. Вскоре перед глазами возникла необъятных размеров ярко-синяя звезда, доживающая свои последние деньки. Почему так? Потому что это всё было воспоминанием, которое Древо Ночи показывало Кирито… Огромная звезда озарила космос вспышкой гиперновой, но взгляд неведомого наблюдателя, глазами которого наблюдал за всем этим Чёрный Мечник (глазами ли?), уцепился за волну света и энергии, несущейся неизвестно куда, и через несколько мгновений достиг давешнего облака. Волна ударилась в скопление материи, и оно вспыхнуло. Родилась новая звезда. А дальше всё потекло по стандарту. Процесс, занимающий миллиарды лет, пролетал у Кирито перед глазами за считанные минуты. В новорожденной звёздной системе формировались протопланеты и другие небесные тела. Всё это время герой Мастеров Меча Онлайн чувствовал себя воспарившим. Но это длилось недолго по меркам наблюдателя — на систему вдруг наткнулась чёрная дыра, в один миг проглотившая и остатки космического облака, и протопланеты, и саму звезду. «камера» тоже ухнула внутрь чёрного провала в пространстве, и Кирито всем своим телом почувствовал чудовищную силу бесконечной гравитации. Это было намного хуже, чем внимание Древа Ночи, но было не по-настоящему, ведь это было всего лишь воспоминание того, кто начал своё существование в те времена, на заре Вселенной, когда само Время только начало свой бег. Опять темнота. И тишина. Но из тьмы снова выплывает картинка. Звезда. Знакомая звезда. Похожа на Солнце, но это не то Солнце, вокруг которого вращается Земля. Потому что планета тут всего одна. Но «камера» быстро приблизилась к ней, а затем и к её поверхности и дальше, вглубь планеты, сквозь раскалённый камень, лаву, магму, мантию и жидкую оболочку ядра. И вот само ядро уже было странным. Оно не было жидким. И даже не твёрдым. Ядро этой планеты было один в один похоже на звезду системы, словно маленькое подобие Солнца. Похоже, именно поэтому Кирито было так сильно неприятно находиться на поверхности этого каменного шара в несколько раз больше Земли. Его чуть ли не лихорадило от хаотичного движения её полюсов. «Камера» плавно повернулась на лево и направо. По сторонам вокруг ядра собирались некие сгустки энергии, в которых смутно чувствовалось родство с наблюдателем и виднелись сходства со светом давешней гиперновой звезды. Они все вместе общими усилиями своих парадоксальных способностей стабилизировали ядро. Скорее всего, эти способности они обрели после поглощения их вместе со звёздной системой чёрной дырой. После стабилизации эти сгустки энергии покинули пределы литосферы заодно с наблюдателем. Кирито почувствовал искреннее удовольствие ещё не разумных, но уже сущностей. Всех, не исключая и обладателя сего воспоминания. Они были довольны проделанной работой. Планету больше не лихорадило, полюса менялись местами не каждый миг (то есть каждые несколько земных лет, но такой короткий промежуток времени для этих сгустков звёздной энергии был словно доля секунды для человека). По ощущениям, магнитное поле планеты меняло свои полюса местами каждый час, без малого. Что благоприятно сказалось на её защите от неприятных колебаний, исходящих от большой звезды. Но звёздным сущностям чего-то не хватало. Через некоторое время у них сформировалось некое подобие разума. Их сознание слишком отличалось от того же человеческого, но было нечто общее. У них не было привычных эмоций, но состояние, которое они испытывали, можно было бы описать, как скуку. Следом за скукой последовало любопытство. Они помнили, что некоторое время назад они существовали в совсем другом месте и времени, в совсем ином пространстве, где явно были другие звёзды, туманности, быть может, и планеты. Ведь при них начинали же формироваться зачатки планет. И среди этих планет не могло не быть более стабильных, чем эта. Чисто математически. Поэтому в их зачатках разума и возникло любопытство — а как оно там, за горизонтом событий? Хотя каждое их состояние не описать и несколькими энциклопедиями (Древо Ночи чепко и почти незаметно брало информацию из памяти Кирито, адаптировавшись к человеческому языку и теперь объясняло всё понятным языком). Многие энтузиасты, рискнувшие выглянуть за пределы чёрной дыры, в которой существовали эти энергетические формы жизни, выяснили, что кроме них во Вселенной есть ещё и другие жизнеформы, многие из которых были похожи на них. То есть, обладали многочисленными формами разума. А риск в этом был потому, что, как оказалось, существовали они только в условиях бесконечной гравитации ядра Галактики (а та чёрная дыра в конце концов либо слилась с ним, либо сама стала сверхмассивной). Ну, или в подпространстве, в гипере, на настолько глубоких его уровнях, где они не распадались на самые ничтожные субчастицы за какие-то мгновения. А за время, по сравнению с человеческим его восприятием, хотя бы за минуты. Да, для органических форм жизни эти процессы занимали тысячи лет, но для звёздных сущностей с неисчислимым сроком существования такое время было меньше доли секунды, за которую человек мигает. Однако это не было большой проблемой. Их восприятие в корне отличалось от органического, и дело не только в ощущении течения Времени. Они могли видеть, слышать и чувствовать абсолютно любое колебание пространства в пределах общегалактического гравитационного поля. То есть, всё в Галактике и что-либо, но смутно — в её спутниках и малых скоплениях. А уж перемещаться они могли при желании хоть со скоростью мысли в любую точку их восприятия. Энергетические сущности решились на эксперимент, понаблюдав за непонятными искрами чужого разума. Каждый представитель органических форм жизни активно существовал за время, трудно поддающееся сравнению в понятии звёздных. От ничтожных долей от долей времени мгновения и до, максимум, его же почти незаметной частички. И то, органики, живущие от тысячи земных лет и больше, были чрезвычайной редкостью, и эти виды жизнеформ миг от мига исчезали и появлялись, порой похожие на своих предшественников, а порой и радикально от них отличающиеся. В плане разумности, конечно же. Устройством их материальных тел звёздные не увлекались. И у них возник вопрос — почему эти разумные не могут жить дольше? И что будет, если они реально будут жить дольше хотя бы одного их мига? Чего достигнут органики, если будут существовать хотя бы долю секунды их времени жизни? Причём все органики, а не только долгожители. Ведь, если за незаметные сроки своей жизни они успевали создавать подобие живого разума, способного существовать дольше мгновения вечности звёздных, и даже заглядывать в их родное пространство, окрещённое самими органиками «гипером» (на разных языках, но с одинаковым смыслом), то чего достигнут, развивая свои способности и сознание на протяжении «секунд» или даже «минут» звёздных? Странно, но они почему-то не надеялись, что срок жизни органиков сможет сравниться с вечностью. Однако в условиях, обычных для органической жизни, этого добиться звёздные не могли — их самих уничтожало время и слабая гравитация. Но их способности к управлению пространством никуда не делись. Сущности собрали по чуть-чуть представителей каждого из видов органиков Галактики (в количестве, безвредном для исходных миров) и, изменив их своей силой ради выживания органической жизни в условиях «дома» звёздных, они переместили жизнеформы в ядро, на свою планету. Увы, их ждало разочарование — те почти мгновенно вымерли. Тогда энергетические сущности решили сделать своё детище благоприятным для органической жизни. Понаблюдав ещё немного за оными, звёздные поняли, какой должны быть планета и звезда, чтобы жизнь могла существовать в их системе. Изменив и планету, и звезду, они повторили опыт. Надо ли говорить, что эти процессы заняли на деле не один миллиард лет? Вторая попытка переместить органиков на свою планету снова не увенчалась успехом — выжившие виды перегрызли друг друга за какой-то ничтожный миллион лет. Тогда энергики решились на ещё один шаг. Уже вполне разумные и расчётливые, а так же успевшие немного увеличить свою численность, они избрали из своих рядов девятерых самых сильных существ. Именно существ, ибо они в чём-то уподоблялись органикам. И те сильнейшие вылетели на определённые места в своей звёздной системе и создали там гравитационные электро-магнитные аномалии, схожие по принципу действия с магнитными полями планет. Третье перемещение органиков превзошло самые смелые ожидания сущностей. Разумные и не очень формы жизни прожили на их планете целый миллиард лет! Но они все снова вымерли. Условия тех самых аномалий пагубно влияли на продолжительность жизни органиков. Излучение нарушало целостность квантовых структур разума. Необходимо было ограничить интенсивность. И попробовать увеличить срок существования, а вместе с ними и возможности сознания, памяти и прочего, что было малодоступно органикам. Девятеро сильнейших звёздных вернулись на места своих аномалий и остались там, впав в состояние, похожее на сон. Их сила собирала вокруг точек притяжения материю. Как результат — они стали планетами, души которых спали вот уже целую вечность. Но они не перестали поддерживать глубинную связь (ментально и энергетически) со своими младшими собратьями. Они уснули и будут спать, пока не погаснет звезда. Примерный срок их сна уже начислял пару-тройку миллиардов лет. Время для них не значило ровным счётом ничего. С тех пор органическая жизнь прочно закрепилась на родной планете Вечных. А сами Вечные со временем перенимали всё больше и больше свойств органиков. Размножились. Время и мифы смертных придали им узнаваемый облик. И Спящие переняли его глубоко внутри себя. Только природа их мира была очень сурова, поэтому драконы решили создать Равновесие. Это у них получилось. Правда, спустя несколько десятков раз, когда разумные виды жизнеформ умудрялись вмешаться в это Равновесие в погоне за силой или же по глупости, что влекло за собой вымирание высокоорганизованной жизни, драконы придумали последнее решение — Хранителей. И вот, наконец, за дело таки взялись сами смертные. Точнее, всего один из них. Некий маг в своих изысканиях и погоне за знаниями достиг таких вершин, что Вечные признали его равным себе несколько раз. Этот смертный в своём искусстве работы с реальностью нашёл именно то, чего хотели Вечные. Именно его метафизические артефакты стали тем самым ключом, одобренным Спящими. Продление срока жизни и компенсация исходной агрессии разумных видов жизни. Правда, маг этот искал ответы в других мирах и даже Вселенных, и те дырки в Ткани Мироздания Вечного Сна, которые он понаоставлял в поисках, неконтролируемо разрастались, грозя Вечному Сну и тем Вселенным Великим Сопряжением, что не есть хорошо, но маг замкнул их все на себя, выстроив идеальную защиту от внешних Высших Сил и одновременно сделав себя самой сущностью Магии. Время стало проще считать за последние сотни тысяч лет. Спящие наблюдали за полностью сформированным миром. Задатки были неплохие, и интерес Вечных не угасал. Смертные теперь подавали большие надежды. Правда, сложилась традиция «миг от мига» забрасывать сюда новые волны смертных из других миров, а благодаря Магии, и из других Вселенных. Но это было только на пользу, в равной степени «местным» и «скитальцам». Потомки древних скитальцев получали встряску и порцию свежей крови и старых взглядов (как напоминание о том, что было раньше), а многие новые скитальцы получали второй шанс. Спящие, как помнящие Начало Времён, одобряли данную традицию. Это было интересно. Иногда у них самих получалось влиять на миры во вне галактического ядра, а так же и в других Вселенных. По великому множеству косвенных причин, никогда не связанных между собой, но имеющих общий результат. И это тоже вызывало интерес, особенно к реакции пресловутых Высших Сил. В разуме Спящего Кирито и находился. Спящий этот был Седьмым. Седьмая Планета, Древо Ночи, Великий Чёрный Дракон, Меч Тьмы — всё это были его имена. По иронии судьбы, Хранитель Тьмы тоже стал седьмым в кругу Равновесия. И он тоже обладал нестандартностью, похожей на характер Дракона Тьмы. Вопреки закономерности, Терон упрямо остался смертным. И после его смерти должность и власть Хранителя Тьмы перейдёт к следующему смертному. И так далее, пока не закончится Вечность. Всё это пронеслось перед глазами Чёрного Мечника вереницей образов из воспоминаний самого Спящего, к разуму которого он прикоснулся. Кирито встряхнул головой. Дракон много ему рассказал. Очень много. Мечник понял, почему Райна говорила, что смертным никогда не постигнут помыслы Вечных. Хоть он и не слышал этих слов, Спящий ему их передал. Вечные не знают ценности Времени, в отличие от смертных. И заодно Кирито понял, почему она говорила, что помогать смертным — её долг как дракона. — Спящий? Невообразимо древний Великий Чёрный Дракон снова обратил своё внимание на героя SAO. — Почему Нагиса чуть не умер, взяв в руки меч Перо? Он почувствовал, как дракон образно пожал плечами, и услышал голос Райны: «Меч давно уже стал Клинком Духа.» А за ним чей-то другой голос: «Меч Мироздания.» И ещё один: «Один из Двенадцати.» Мечник ошеломлённо выдохнул: — То есть, Юки обладает могуществом Спящего??? Образ покачивания головой. Отовсюду раздался громовой раскат: — Нет. Больше. Кадзуто попытался представить себе, какова же сила Юки на самом деле, но не смог. Его терзал вопрос, зачем ей дана такая сила. И за что? Это же просто нелогично. Зачем делать её всемогущей? Зачем давать право решать судьбу целой Вселенной? Будь эта история книжной, многие бы захаяли её за Мэри Сью. И, что важнее, кто же сделал её реально богиней? Зачем? Почему? Какой логикой руководствуется этот смертный? И смертный ли? А главное, Юки же заслужила покой после смерти. Кирито прошептал: — Почему же она ещё жива? И снова услышал Райну: «А куда обычно возвращаются, если умерли, но остались в Мире Живых?» «Смертные порой не понимают, насколько могущественной созидательной силой они обладают.» Парень поднял голову. — А это она когда говорила? Дракон снова мысленно пожал плечами. Мечник вздохнул и сформулировал главный вопрос, ради которого он сюда и шёл: — Спящий, как мне воссоздать Ночное Небо? И явственно почувствовал, как Дракон улыбнулся. Тот показал ему ещё одно воспоминание. Время вновь сжалось, и Кирито увидел, как из маленького зёрнышка тысячелетие за тысячелетием росло дерево, так сильно напоминающее Гигас Сидар. Дьявольский Кедр, каким он его помнил. Только ещё больше, чем оригинал. Как бы не с верхушку самого Древа Ночи. Затем он увидел, как некий высший красный дракон, чья аура была отдалённо знакома, пролетая мимо, завис над ним, отщипнул самую верхнюю ветвь и полетел дальше. Когда это произошло, зачем тот дракон взял эту щепочку, и куда она потом попала — осталось тайной. Воспоминание закончилось, и Кирито вновь оказался в невесомости и темноте. Он спросил: — Кто был этот дра.? Но осёкся и вспомнил его ауру. Дракон был очень молодым Вечным. Его сила огня, видимая ментальному взору, сильно походила на что-то, виденное ранее. Нечто, примерно равное ему по возрасту, но сильно уступающее по мощи. Чисто из-за природы своей сущности. Смертные всё равно были не сравнимы с Вечны… — Это был учитель Райны? Великий Чёрный Дракон мысленно улыбнулся. Кирито спросил ещё раз: — И где теперь ветвь Гигас Сидар? Но ему не ответили мыслеобразами. Не ответили словами, когда-либо прозвучавшими где-нибудь раньше. Нет, он услышал чарующий голос Прародительницы Детей Ночи: — Какая такая ветка «Гигас Сидар»? Он удивлённо обернулся, осознав, что снова находится у ствола Древа. Милия, как и прежде, стояла за ним. И почему-то именно теперь он увидел её отличия от Асуны в возрасте семнадцати лет. Да, выглядела она именно на этот возраст. Но эта невероятная женщина была… намного взрослее неё. Она притягивала, но не той милой наивностью, непонятно как сочетающейся со стальным характером. Асуна была человеком, в отличие от неё. Милия же была нечеловечески красива. У них были разные лица, разная фигура. Разные манеры. Объединяло их только знание о нём самом. Похоже, именно поэтому в какой-то миг Кирито нечаянно спутал любимую и эту высшую вампиршу. — А-э… ну, судя по всему, крохотная веточка того самого Древа, на котором мы сейчас стоим. Её когда-то давно отщипнул наставник Райны и унёс куда-то. Спящий мне не сказал, когда это было. Милия улыбнулась, и он был готов поклясться, что у Асуны могла быть такая улыбка… когда-то. Хотя она вроде бы никогда не наряжалась вампиром на Хэллоуин. — А как выглядело то дерево? — Как огромный тёмный кедр. Она протянула ему руку. — Идём. Я знаю, о каком дереве ты говоришь. — Правда? — Да. — Откуда? Он взял её за руку. Теперь та была почему-то тёплой. И… отчего-то очень знакомо тёплой. Милия повела его обратно, к своим владениям. — Видишь ли, та моя хорошая знакомая, которая одарила своей силой твою подругу, где-то с тысячу лет назад позвала меня из-за Грани Смерти. Я пришла на встречу, и она попросила меня принять один подарок, которому было не место в её Городе Света. Это была… кедровая шишка. Ещё зелёная, но уже почти готовая дать семена. От них исходила настолько мощная аура Тьмы, что то место, где при её жизни был Город, накрыло ночной тенью на целое столетие. Шишку я взяла, забрав и проклятие. И вырастила в одном из своих садов. Но лет через шестьсот где-то я забросила тот сад, потому что меня стали дёргать сёстры поразвлечься со смертными. Они аргументировали это тем, что я скоро сама бы стала растением в своей бесконечной тоске. И мне нравилось время от времени играть с ними. Так, например, появился тот же Кариан. А про сад я вспомнила только сейчас. Совсем вылетело из головы за работой в Сумеречных Долинах, пока я помогала Терону. Кирито усмехнулся. — Надо же, какая ирония судьбы. — Это ты ещё не видел настоящей иронии, мальчик. Этот мир полон подобных сюрпризов. За каждый шаг ствол Древа Ночи сильно отдалялся, а смутные очертания гор и островов приближались вместе с шумом моря и гулом ветра. Теперь, побывав в разуме Седьмого Спящего, Чёрный Мечник ясно различал всё в пределах владений Хранителя Тьмы и Перворожденной. Казалось, что он видел даже больше, чем мог раньше. Впрочем, эти места находились вряд ли в материальном мире. Скоро они стали подниматься вверх, кора под ногами постепенно сменилась камнем, и они прошли между вздымающихся ввысь пиков в горную долину. Впереди далеко были реки и леса, отдалённо похожие на земные. И виднелись провалы в пространстве. Не чёткие порталы в виде… понятной круглой дырки в воздухе, ведущей куда-то, а просто рваные тени. Так сразу и не поймёшь, где проход в иное место, а где просто тень от дерева или куста. Милия остановилась. Посмотрела по сторонам, выбирая дорогу. Кирито заметил: — А ты стала теплее. Она оглянулась на него. — Да? — Правда. Интересно, почему. — А, да я просто обратно сбегала, к своему любимому. — А-а, понятно… Мне всё так же не отходить от тебя ни на шаг? — Да, но не по прежней причине. Долину видел? Мне бы не хотелось потом искать тебя по чьим-то снам. Не приведи небо, ещё застрянешь в каком-нибудь кошмаре, особенно у тех, кого мы перевоспитываем. Он нахмурился. — Как Зана? Милия покачала головой. — Нет, Зана кошмарит по-настоящему, жуткой болью в неограниченной демонической фантазии. Средство действенное, но только на одном континенте. Я бы даже сказала, что в одном королевстве. А наш родной континент далеко не один здесь. И мы, то есть, Высшие Вампиры, воздействуем напрямую на души через сны. Ну, там, например, какого-нибудь убийцу заставляем убегать от орды зомби из тех, кого он убивал. Как минимум. Сам понимаешь, что в измерении снов не в состоянии сна лучше не находиться, ибо там всё реально. Те же зомби, хоть нежити у нас и не существует. Кирито понимающе покивал. — Полагаю, что и нечто более худшее тоже. — Да. Прошу, не отвлекай меня. И она снова посмотрела на долину. Найдя нужную дорогу, пошла дальше, ведя его за собой. Они проходили между тенями, и вблизи эти провалы в пространстве казались более понятными порталами, чем издали. Что-то похожее на зеркальный лабиринт в тёмных тонах. Расстояния всё так же сокращались ненормально. Долины и леса сменяли друг друга, пока впереди не показался берег моря. Милия остановилась на песке, с улыбкой смотря вдаль. — Дальше лучше пешком не идти. Ты готов? — К чему? Она вдруг обняла его и превратилась в большую стаю летучих мышей, с большой скоростью полетев над морем. Надо отдать должное Чёрному Мечнику, он не закричал. «Низкий старт» от Райны был немного страшнее. Правда, в отличие от неё, в этот раз он звёздного неба не видел. Только лицо Милии. Очень близко. Несколько минут спустя Кирито снова почувствовал твёрдую землю под ногами, и вампирша воплотилась обратно. — Ну вот! Добро пожаловать ко мне домой. Она отошла на шаг. — Это Сумеречные Острова. То, что было моим ещё до Терона. — Тот твой сад находится тут? Милия усмехнулась. — Нет, совсем нет. Но отсюда ближе идти. Сейчас, только доберёмся до сердца Островов. — А разве ты не можешь создать портал здесь? — Нет. Не могу. Там, в центре моих владений есть путь к любому месту, которое я когда-либо посещала… на протяжении веков. — Мне снова надо не отходить от тебя? Вампирша кокетливо улыбнулась. — А тебе не понравилось держать мою руку? Кирито посмотрел ей в глаза и встряхнул головой. — Ты заигрываешь? Зачем? Она скрестила руки на груди и пожала плечами. — Прости. Привычка. Просто… когда смертные мне не подчиняются, это несколько… странно. Я настолько привыкла за тысячи лет, что стоит мне только взглянуть кому-то в глаза, как они становятся во всём мне покорны. Стоит мне встретить кого-то незнакомого, кто не подчиняется моим чарам, как во мне… включается женщина, а не вампир. Так было с Ди… А, не важно. Пошли дальше. И, развернувшись, пошла вперёд, по тропе среди зарослей. Кирито, опомнившись, направился за ней. Когда догнал, то сказал: — Знаешь, Милия, я… ты тоже прости. Райна защитила мой разум, и… Вампирша смешливо фыркнула. — А, точно. Как я сразу не сообразила? Не извиняйся. Наоборот, мне нравится. Когда я бываю женщиной, я… оживаю. А это бывает редко. Даже сейчас, с Диром и Лизой. Я всё время провожу в Долинах. В чужих снах. Потому что больше своих братьев и сестёр осознаю ответственность Терона и всю тяжесть его долга Хранителя. То, что ты мне не подчинился, это… заставляет меня улыбаться чаще. Я люблю интересных смертных. — Да я не о том. Просто… ты красивая, даже очень. Но я люблю Асуну. Милия рассмеялась. — Ох, мальчик, ты так смешно смущаешься! Пока они шли, Кирито смотрел по сторонам. Здесь теневых порталов было очень и очень мало, по сравнению с Сумеречными Долинами, которые просто состояли из таких провалов в пространстве. Переходя с одного острова на другой по большим ажурным мостам, изредка замечая источники звёздного света, Кадзуто насчитал от силы с десяток порталов. И подозревал, что на остальных островах, которые он видел издали, тоже порталов не наблюдается. Учитывая, что в Долинах эти дыры в тенях обозначали чужие сны, возникал вопрос. — Слушай, Милия, а почему здесь так мало снов? Мил грустно вздохнула. — Потому что это души вампиров. Чёрный Мечник удивился: — Э-э? В этом мире вас так мало? — Да. — Но почему? — Потому что… Прости, я не хочу об этом говорить. Да, жизнь смертных стала лучше, когда скитальцы взялись за ум и наладили то, что разрушили, но… перед этим случилась война, а до того всех моих… Она снова вздохнула и замолчала. Кирито сочувственно кивнул. — Я могу помочь? — С чем? — Ну… тебе грустно, и… — Прощения хочешь попросить? — Да. — Ничего. Чтобы меня рассердить, нужно нечто большее. Думаю, я могла бы попросить тебя подыграть мне. Может, пофлиртовать. Но не хочу. Это будет не по-настоящему. — Асуна будет ревновать. Обоснованно. — Ага. А ты будешь смущаться именно поэтому… Тропа в итоге привела их к чему-то вроде храма. Звёздный свет шёл от сферы в его центре. Над пьедесталом между шестью арками парил в воздухе шар из холодного света, отбрасывая тень от арок на какие-то стены слева и справа. Ступени вели к этому пьедесталу на ровной каменной площадке. Милия улыбнулась. -… Вот и оно. И вдруг рядом с Сердцем Островов сгустились тени, из которых вышла ещё одна вампирша. В отличие от Милии, она была… в общем, Кирито в ней сразу опознал Соблазнительницу. И сглотнул. Женщина с длинными алыми волосами потянулась, зажмурившись, и рубашка, вопреки ожиданиям, не расстегнулась под напором её груди. Нижнего белья, разумеется, там не было. Кирито с трудом отвёл взгляд от обтягивающих штанов. — Ох-хо-хо, Мил, вот это был любовник! Ты просто не поверишь, что он вытворяет своим остреньким язычком. Вот ведь Эльфик хитрец, а? Нашёл-таки способ сбежать! Изощрённо — подослать ко мне того женоподобного альтмера… Кирито покраснел. Лариния посмотрела на него. Приподняла брови. — Оу, ты тоже? Мил сдержанно улыбнулась. — Ларин, у меня есть Дир, если ты не забыла. И этот мальчик сам любит. — Какой молодо-ой… — Ларин. Держи себя в руках. Не забывай про Айвена. — Да я и не забываю. Просто надо же мне как-нибудь вернуть его обратно? Я не собираюсь изменять. Так, поиграю немножко… Она так посмотрела на Кирито, что ментальный блок в его сознании снова чуть не обжёг его изнутри. Да не только мозг, но и всё тело. Если бы не этот блок, парень бы сломался сразу. Да, Асуна — его любовь, но прямо здесь и сейчас он ощутил на себе действие любовных чар в полную силу. Он лишь встряхнул головой и тяжело выдохнул. А взгляд Ларинии стал очень удивлённым. — Мил, пожалуйста, скажи, что это ты его зачаровала. И где ты его укусила. Милия просто прикрыла взгляд. — Нет, Ларин, не я. Райна. Лариния ошеломлённо проговорила: — Но последний, кого она защитила своим ментальным блоком, сам кинулся в мои объятия… — Ты не слышала меня? Он сам влюблён. Всей душой. Соблазнительница досадливо вздохнула и коротко рыкнула, сжав кулак. — Жаль. Но ничего, я ещё достану Айвена. Милия рассмеялась, положив руки на пояс. — Ты опять его заездила? Её сестра по Проклятию смущённо отвела взгляд, прикоснувшись к губам. — Ну-у… Мил строго на неё посмотрела. — Ларина. — Ну-у… — Я тебе помогать не стану. — Ладно, ладно, не горячись! Ну, если только немного… может быть… да. Но, понимаешь, Айвен же неравнодушен к цветам, а у нас в городе недавно появилась девушка… И я… Ну, в общем, встретилась с несколькими сестричками-суккубами. Они рассказали, что в их мире бывают похожие девчонки… в двойном экземпляре. И я заманила Айвена в эту сладкую ловушку. С альрауной и собой в похожем облике. — Он хотел? — Не особо. — И ты, как всегда, не спрашивала. — Да. Милия укоризненно цокнула языком. Но заинтересованно спросила: — А что за альтмер, о котором ты говорила? Лариния снова расплылась в мечтающей улыбке. — Ой, он такой милый… Ты бы видела его лицо. А как он двигается… какой он гибкий… Проклятье, если бы он сам не сказал, я бы ни за что не догадалась, что его позвал Айвен. И ведь, как бы я ни просила, он сделал всё это исключительно ртом. А потом исчез, сволочь. Ты мне поможешь найти Айвена? — Да, но потом. Сначала этого мальчика свожу в свой садик. Тот самый. Лариния понимающе кивнула. — А-а, ясно. Исполняешь просьбу той милой огневички? — Только не говори мне, что хочешь снова её соблазнить. В прошлый раз она тебя испепелила, едва ты к ней подошла с такими мыслями. Соблазнительница плотоядно улыбнулась. — О-о, я и не прекращала так думать. — Тогда мне тебя жаль. Кадзуто моргнул и понял, что больше не находится на Сумеречных Островах. Перед глазами были ветви кустов. А в руке была ладонь Милии. Он благодарно на неё посмотрел. Она улыбнулась. — Не за что. — Я не понимаю, как… — Уж как я-то действую на смертных, Ларин куда больше подчинилась Проклятию. Оно сделало из неё… что-то вроде суккубы. На мужчин её женские чары действуют безотказно… Она покосилась на него. -… Ну, почти на всех. За исключением истинно влюблённых. — Должен сказать, что если бы не Райна, меня бы изнасиловали. И я бы не смог сопротивляться. Лариния намного… круче тех суккуб, которых мы сами чуть не убили за Юки. Ему послышался голос Соблазнительницы: «Оу, спасибо. Между прочим, кровь тех суккуб ещё приторнее эльфийской.» Милия выпустила руку мечника и раздвинула кусты. Под ними были остатки тропы, созданной тысячу лет назад. — Идём. Кирито немного смутился. — Подожди. В прошлый раз я отрезал ветвь Гигас Сидар мечом Голубой Розы. Перед этим мы с… моим другом срубили Дьявольский Кедр этим же мечом. А сейчас у меня даже толкового клинка нет… Мил усмехнулась. — Неужели ты думаешь, что я позволю тебе повредить моё деревце? Нет, но что-то от него дам взять. — И как из этого «что-то» можно будет сделать меч? Из ветки его выточили в своё время. — Увы, дальше я тебе не помогу. Может, Райна сделает это. Идём. Сад был большой. И запущенный. Он превратился в подобие леса. Ухоженного, но дикого. Правда, большинство деревьев здесь было маленькими. Милия обвела своё творение недовольным взглядом. Кирито добавил: — Забыл сказать. Гигас Сидар высасывал все ресурсы в округе, и поэтому селяне Рулида не могли расширить поля. Потому что мало что могло вырасти рядом с Дьявольским Кедром. — Почему ты не сказал мне это тысячу лет назад? Он пожал плечами. — Меня здесь не было. — А жаль. Она грустно вздохнула. — Наверное, дерево всё же придётся… хотя бы подстричь. — Уверена? — Ну… мне как-то жалко рубить его. Да и чем его можно срубить? Это как-то пытались сделать гномы лет двести назад. Я их даже не останавливала. Сказала только, чтобы остальной сад не трогали. Они потоптались-потоптались, да потом ушли. Кирито задумчиво хмыкнул. Искать главное дерево долго не пришлось. Оно было точь в точь как тот самый Гигас Сидар у Рулида из его воспоминаний… Воспоминаний… Чёрный Мечник подошёл к гигантскому кедру и прикоснулся к коре. Мысленно заговорил: «Спящий… Седьмой… Я знаю, что ты слышишь. Хоть я и не. ха, на одном из твоих листочков. Это дерево… оно пагубно влияет на сад Милии. Оно высасывает из всего вокруг жизнь. Можешь убрать его отсюда?» Некоторое время ничего не происходило. Но в верхушке зашелестел ветер. Кедр закачался, скрипя ветками и шумя листвой. И начал изменяться. В стволе посередине появились трещины. Верхняя треть ствола разделилась, посередине из древесины выросло лицо, ветви переплелись и стали руками. Древо медленно наклонилось к отбежавшему Кирито. Посмотрело на свои корни. Медленно выпрямилось. И одним движением вырвало сначала одну часть корней, потом другую. Снова наклонилось и присело, чтобы приблизить своё подобие лица к мечнику. Пришлось даже опереться на обе деревянные руки. Рост был слишком большой. Огромное чёрное дерево протрещало что-то вроде:"Я есть Грут.», после чего треск превратился во что-то вроде смеха. Оно привстало, подняв руку к своим вершинам, отломало ветку и протянуло её Кирито. Ветка оказалась размером с бревно от сруба. Уронив бревно на землю перед Кирито, гигантское дерево медленно обернулось и зашагало прочь из сада, скрытого в предгорьях. Чёрный Мечник обернулся на Милию. Та иронично на него смотрела. Он глянул на бревно. — Ну, этого более, чем достаточно. Только как я его отсюда унесу? Вверху раздались хлопки огромных крыльев. Они подняли головы в небо. Сверху снижалась Райна в драконьем облике. Она приземлилась как раз туда, откуда встало дерево. Места там было даже с избытком для высшего дракона. Она с одобрением посмотрела на Милию, на Кирито, потом взяла бревно и взлетела. Парень услышал её голос в голове: «Встретимся возле Храма Махоса на Драконовой Земле. Спроси у Элайны, где это место и как настроить телепорт, чтобы туда добраться. А к ней тебя и Милия сможет доставить. Да, и пусть скажет Ларинии, чтобы не лезла ко мне больше. Не важно, есть у неё Айвен, или нет.» После того, как она улетела, он молча посмотрел на Перворожденную. Та подняла руку. — Я прекрасно знаю, о чём она попросила. Чтобы Лариния больше к ней не приставала. — А что нам теперь нужно к Элайне, знаешь? Она удивлённо на него посмотрела. — Нет. Зачем? — Узнать координаты телепорта к Храму Махоса. Вампирша понимающе кивнула. — А, дом Пламенных Рыцарей. Понятно. Да, он защищён магией Аргмира, и я туда не смогу проникнуть. Даже через путевую стелу. — Но ты знаешь, где он? — Райна не сказала? Он на Земле Драконов, архипелаге островов к югу от Деганара. Там пока что обитают два Высших Дракона, которых почитали на Севере — Пламя Мести и Отец Бурь. Именно они разрешили молодому Аргмиру возвести там место для обучения первых смертных, способных стать драконами. Кирито хмыкнул. — Любопытно. Райна решила вернуться в свой старый дом. Почему? — Сам у неё спроси. Давай руку, до оазисов Элайны путь неблизкий, а днём я летать не могу. — Постой-постой, а сколько времени мы провели в Сумеречных Владениях? — Это важно? — Более чем. Мне бы не хотелось заставлять Асуну ждать дольше необходимого. Милия вздохнула. — Я бы сказала, если бы умела считать время. Особенно в своих владениях. Там время течёт иначе. Он раздражённо сказал: — Я заметил, что тут ВЕЗДЕ время имеет дурную привычку пошалить. Она усмехнулась. — О, да. Давай уже свою руку. Я хотела бы вернуться к своим любимым. Он подал ей руку, моргнул и снова увидел Сердце Островов. И ещё одну вампиршу. Жгучая брюнетка в красном платье обернулась на них. — О, Мил. А что ты делаешь с Кирито? Парень уже начал спрашивать: — Откуда вы знаете моё и.? Посмотрел на Милию. — Это и есть «Малышка Ри»? Малышка Ри едва заметно нахмурилась. — Ты разболтала ему тайны нашей семьи? Милия скрестила руки на груди и чуть прищурилась. — Ри, а то ты не знаешь, как у меня бывает с необычными смертными. Я смотрела ему прямо в глаза и держала за руку, а он не подчинился моему прямому приказу. Сама знаешь, мой взгляд пробивает даже ментальный блок Аргмира. Брови удивлённо взлетели и у Кирито, и у Риалины. Королева Интриг сказала: — Вау. Что ж… Ну, я могу сказать, что твоя женская интуиция тебя снова не обманула. Он — очень… Милия кивнула: -…добрый мальчик. Он открыл мне свою душу, вплоть до самых тёмных закоулков. Я знаю о нём больше, чем ты. Ри скептически рассмеялась. — Ну, тут я могу с тобой поспорить, но… Она посмотрела на Кирито. -…Асуна просила передать, что любит тебя и ждёт. Прошла уже пара недель, кстати. Жаль, что я не встретила твою девочку лично, но она говорила об этом с Синон. Просто она не знает, как связаться с тобой. Думаю, тебе это важно знать. Кирито кивнул. — Да. Очень важно. Риалина улыбнулась ему. — Понимаю, почему твоя девочка так сильно хочет дать тебе больше, чем может. Поразительны порой смертные в своей любви… Она замолчала под строгим взглядом Милии и сменила тему: — …Но, если тебе это требуется, я могу немножко побыть вашей почтовой мышкой. Её улыбка стала кокетливой, она закрыла один глаз и показала язык. Кирито не смог не улыбнуться в ответ. — Благодарю от всего сердца. Если можно… есть способ передать Асуне мои воспоминания вместе со всеми переживаниями? Риалина коротко закатила глаза, отведя взгляд. — Зараза. Не предположила, что ты так скажешь. Задумалась о некоторых государственных делах. Но не волнуйся, я мигом… И исчезла в тенях. Кирито тупо моргнул. Покосился на Милию. Та ответила, снова не дождавшись вопросов: — У неё больше всего заскоков. Соблазнять она тебя не станет, голову забивает кучей всякой всячины. Ей просто некогда думать о мальчиках. Почему она решила тебе помогать? Сама не знаю. Это редкость. — Может, её попросили? — Сомневаюсь. Чтобы найти её, это надо постараться едва ли не почище, чем с Верилием. Хотя, для него-то достаточно попросить какую-нибудь заколдованную вещь, чтобы… Она поискала слова, а Кирито уточняюще спросил: — Чтобы послать ему сообщение? — Ну, что-то вроде. Тени у арки сгустились, и оттуда вышла Риалина. С серым кристаллом в руке. — Вот, мальчик, как обещала. Он взял кристалл и спросил: — Слушай, а ты… сама решила мне помочь? Просто у тебя куча дел, как сказала Мил-сан, а я… тут гость, без каких-либо причин… Она искренне рассмеялась. — Ой, я тебя умоляю! Да, дел у меня действительно полно. Но разве я не смогу найти минуту для тебя? Милия уже говорила, что всех нас манят загадки? Вы, сноходцы, для нас просто квинтэссенция тайн. Что гость — да. Но ты у нас здесь стоишь не без причин, уж поверь. Разумеется, я захотела помочь тебе и твоей девочке. Ладно, извини, пора… И снова исчезла. Милия помолчала немного и сказала: — Она врёт. Её точно попросили тебе помочь. — А кто? — Кто-то, кому она не смогла отказать. Или не захотела. Или и то, и другое. Надеюсь, нам по пути не встретится Аскар, а то он не упустит шанса померяться с тобой силами и мастерством. Кирито удивился опять: — Что? Ему-то это зачем? Она на него посмотрела. — Шутишь? Чтобы мой задиристый братишка да упустил шанс сразиться с одним из Великих Воинов? Юки нам все уши прожужжала про то, как ты орудуешь мечами. Это удивило его ещё больше: — Юки? Меня? Хвалила? Она ж ведь… да она уделала меня на раз-два, будучи в полном истощении! Милия тихо рассмеялась. — Аскара тоже. Она ему ещё фору давала. Впрочем, учитывая степень её силы, шаг был оправданный. Ладно уже, пойдём. Есть одно место, которое выведет нас к оазисам. — Пошли. Пока они шли туда, куда вела Перворожденная, Кирито сосредоточился на передаче воспоминаний куску камня. Кристалл памяти спокойно воспринимал данные. Всё, начиная от их с Райной перелёта и заканчивая этими мгновениями. Когда поток воспоминаний кончился, он поднял голову и увидел искомый портал в тенях. — Постой, а разве эти порталы — не сны? Милия покачала головой. — Только не на моих Островах. Здесь каждый портал — это путь к одному из моих Детей Ночи. — То есть, сейчас в Оазисах Элайны находится один из вампиров? — Или не вампир, но и не человек. — А так бывает? Мил улыбнулась. — Спроси у Рагнара. Он покорил наше общее Проклятие не через любовь. И она вошла в неровный провал в тени. Кирито шагнул следом… и вышел в ночь посреди тропического леса. Услышал вздох Милии. — Ладно, я тоже могу ошибаться… Чёрный Мечник огляделся. — Где мы? Сестра мне рассказывала, что в этих оазисах нет… такого густого леса. — Она была права. Их там нет. Мы попали не туда… Вверху промелькнула тень. Упало несколько веточек. Недалеко прошелестели заросли. И к ним неслышно вышла чёрная драконица. Она элегантно обернулась эльфийкой в кожаной одежде. — Согласна, вы далековато прыгнули. Прости, Мил, я экспериментировала с моей новой Сетью Искривления. Это не твоя ошибка, а моя. Прошу прощения. Мил благосклонно кивнула. — Прощаю. Не скажешь, кто там у тебя в гостях? Портал в Сумеречных Островах вёл к тебе. Высокая босмерка удивлённо моргнула. — Кто-то из твоих сейчас у меня? Не знаю, правда ли это, но вряд ли кому-либо стоит там околачиваться, там полно сторожевых заклятий и опасных аномалий. Так или иначе, Райна залетала ко мне. Она говорила, что вы можете перепутать координаты телепортации. Кирито спросил: — А когда она тебе это говорила? Она пожала плечами. — Месяц назад. Мечник переглянулся с Милией. Та покачала головой. — Может, время в моих землях и шалит, но не настолько. Это побочный эффект дерьмовой телепортации. Так бывает, переносит в будущее. Она улыбнулась как-то ностальгически. — Когда-то у меня была одна вещь, которая помогала в таких случаях. Жаль, что у меня её больше нет. Затем посмотрела в глаза Элайне. — Ну, так как туда попасть? Серебристо-золотой свет из прекрасных очей эльфийки поугас, взгляд стал каким-то полупустым, она вся напряглась и стиснула зубы. С трудом сжала кулаки. — Я-а-а… не… не-ет… не с-с-ка-а… жу… — Какая разница? Мне там всё равно, мягко говоря, некомфортно. — А-а-а-а… н-н-не-е-ет… Только… Кирито… Милия посмотрела на недоумевающего парня. Элайну отпустило, и она часто задышала. — Видишь? А ты просто головой встряхнул, и всё в порядке. Теперь понятно, почему я к тебе так отношусь? Не за смазливое личико, а оно у тебя именно такое. Она протянула руку к эльфийке, смотря на него. — Вперёд. Райна хотела, чтобы именно ты узнал, где её дом и как туда попасть. Он кивнул и посмотрел босмерке в глаза. Те мигнули светом, и в голове оказалась подробная инструкция настройки путевых стел. В любую точку координат, а не только к Храму Махоса. Голова немного загудела. Мечник прикоснулся к вискам и зашатался. Милия его поддержала. Шум в мозгах прошёл. Новые знания улеглись. Элайна улыбнулась. — Прости. Я честно старалась отсечь эти знания от частей заклинания Памяти Драконов, но получилось не до конца. Так что голова будет немного кружиться, но это быстро пройдёт. Милия удивлённо приподняла брови. — Ты передала ему Память Драконов? Элайна покачала головой. — Самый её лёгкий вариант. Его разум не подготовлен, и там только знания о путевых стелах да несколько диалектов драконьего. Если побочные знания адаптируются, то он перестанет нуждаться в универсальном переводчике, но это маловероятно. Вампирша понятливо кивнула. — Удобно. Так что? Я больше не нужна? А то у меня есть дело, и… Она как-то странно посмотрела на Кирито. -… Боюсь, я не должна о нём говорить. И улыбнулась ему. Элайна правильно истолковала этот взгляд и тоже улыбнулась. — Да. Благодарю, что помогла. Я доставлю его к Храму. Ты о ней позаботишься? А то ведь не простит. Милия кивнула, не сводя глаз с мечника. — Разумеется. Она ведь сама этого хочет. Она с милой улыбкой помахала ему ручкой и исчезла в ночной тени. Кирито повернулся к эльфийке. Та уже что-то делала с голографическим экраном на руке. Вещь была абсолютно магической, но эффект воспроизводила как в научной фантастике. Закончив работу, она удовлетворённо кивнула и посмотрела на парня. — Что? Пора идти. Сеть искривления временно стабильна, портал назад во времени переместит нас именно туда, куда и когда нам надо. — А временнЫх парадоксов не будет? Элайна рассмеялась. — Нет! Ты ещё не успел совершить ничего такого, чтобы Время сломалось. Кирито смутился, но ничего спросить не успел. Элайна щёлкнула пальцами, и он… … Моргнул и увидел перед собой преддверие Храма Махоса.