Тем временем в разных концах вселенных

Змеиная принцесса не успела увидеть зазубренный сияющий клинок, и тот вошёл ей в грудь на пол-клинка. Потему наконец-то вышибло из её тела заклинанием этой гневной мечницы, и захват сработал, как надо. Дух некромантки одним движением затянуло в Чёрную Звезду и отправило в Каирн Душ. Светловолосая выдернула зазубренный меч из груди змеи, расширяя жуткую даже для нежити рану, и разорвала дистанцию, уклоняясь от катаны. Да уж, вот что значит превосходство в опыте и в природе своего происхождения. Считанные минуты, и она повержена, а снайперу где-то в горах даже не пришлось её добивать. Смысл продолжать поединок? — Отвечай, тварь. Где Лифа? Ментальное давление на мозг усилилось. Голова просто раскалывалась. Сжав края раны, насколько было возможно, принцесса ухмыльнулась и плюнула в её сторону кровью. — Она тебя не слышит. Её сон превратился в кошмар… А, вот теперь снайпер решил-таки добить её. Прямо в дыру в спине вонзилась ледяная стрела, мгновенно превратившись в ледяное привидение. И без того ужасная рана, которую уже нельзя было регенерировать, чуть не разорвалась пополам многометровой змеёй из осколков льда, и только адский холод не дал телу развалиться. Огромное ледяное привидение, шипя, зависло над ней, словно вытягивая остатки жизни. Принцесса проскрипела полузамороженным голосом: — Она… не выдержала… Некромантка… пусть её сожрут… в Каирне… Серебряные глаза яростно блеснули, меч мигнул, и мир закрутился в бешеной карусели. Упав на землю, принцесса наконец отпустила человеческую девчонку. Кошмары закончились. Райна вздохнула. — За это я и ненавижу некромантов и нежить. В ухе прозвучал голос Синон: «Сугу разлогинилась?» — Сейчас посмотрю… Она заглянула в разум отрубленной головы. Принцесса цаэски испустила последний дух, даже не удостоив её прощальной мыслью. А вот в разуме Лифы впервые светились полоски жизни, маны и выносливости, только в ноль пустые, и маячила перед глазами надпись: «You are dead.» После чего сознание девушки исчезло из этого мира. Райна кивнула. — Да. Разлогинилась. «Хорошо. А то я устала гоняться за ней по всему Скайриму. Есть идеи, как опять её вернуть? Только на этот раз без таких вот опасных сожительниц по телу?» Охотница на драконов снова посмотрела на тело, распадающееся на снежинки под влиянием ледяного привидения. Хмыкнув, она достала свою белую кристальную плитку… *** Сугу облегчённо вздохнула в виртуальном пространстве амусферы. Кошмар, называемый высшей нежитью развлечением, окончился. Хоть для неё это просто был какой-то фильм ужасов, а не игра и не жизнь. Странная вещь. Чисто ради интереса она снова ткнула пальцем в иконку дракончика. Появилась надпись на английском, гласящая, что этот аккаунт удалён, а игра скоро сотрёт все свои данные. Пожав плечами, она выключила амусферу и открыла глаза. В окно заглянул рассвет. Девушка поднялась и посмотрела на часы. «Пол-пятого утра. Хорошо, что сейчас лето…» Заурчавший живот заставил взглянуть на дату. Глаза расширились. На календаре была дата на два дня позже, чем когда она вошла в игру… «Капец! Вот это я там зависла…» Собравшись, она тихо вышла из своей комнаты и спустилась на первый этаж, чтобы прокрасться на кухню. Родители и брат наверняка спали, а в голове была мешанина из всех тех событий, свидетельницей которых она стала в виртуале. Отвлёкшись от мыслей, она увидела записку на столе. Мама приготовила по её просьбе любимое блюдо… «Я выходила в реал? Почему я этого не помню?» Вспомнились все моменты, когда она оцепеневала у костра, чтобы отдохнуть от беспрерывного приключения в другом мире. Кажется, тогда змеиная принцесса куда-то исчезала. Это что, непись смогла выйти из своего воплощения и заходила в реал? Нет, бред! Не может такого быть. Тем не менее, странный сон всё никак не уходил из головы. Но он уже подёрнулся туманом. События, увиденные глазами высшей нежити, посерели и начали крошиться, исчезая из памяти. Однако до последнего держались последние слова змеи: «Помни, наивная девочка, никогда не связывайся с нежитью из числа лысых обезьян. Они остаются всё теми же лысыми обезьянами даже в вечном посмертии.» И, в общем-то, она была права. Чёртовой некромантке таки надоело подчиняться какой-то соплячке из другого мира, и она попыталась захватить тело. Принцесса не дала ей этого сделать, но и не подпустила к контролю Сугу, чтобы не дать Потеме свободы воли. Но это не помешало мёртвой сволочи превратить относительно приятный игровой процесс с читерным могуществом в пресловутый фильм ужасов. Так думала Сугуха, запоздало кушая не то ужин, не то завтрак. Следом были нехитрые гигиенические процедуры, и она с облегчением вернулась в свою комнату. Воспоминания о бесконечном приключении почти выветрились, оставив после себя только налёт удовлетворения от прохождения хорошей сюжетки, пусть и с читами. Несмотря на столь долгое погружение в виртуал, она не чувствовала привычной усталости. Так как делать было пока нечего, ведь домашка давно была сделана, а все друзья, скорее всего, ещё спали, Сугуха включила комп и приготовилась прошерстить интернет в поисках похожих демо-версий той игры, и название-то которой затёрлось в памяти. И увидела сообщение в электронной почте с неизвестного адреса. Оно содержало небольшой фильм, выполненный в стиле какой-то игрушки… кажется, в стиле Devil May Cry 5. Открыв видео, Сугу сразу же убавила звук в колонках почти до нуля. Это были песни американских рок-групп. Судя по хронометражу, видео длилось около получаса. И лишь после этого, под тихую рок-музыку, она обратила внимание на сам фильм. Там были Юки и Асуна, схлестнувшиеся в какой-то научно-фантастической игрушке. Вот только Асуна почему-то была похожа на вампира, а у Юки были короткие золотые волосы и разного цвета глаза. Дуэль была эпичная, даже круче, чем запись боя Кирито с Красноглазым Зазой в ГГО. Взрыв солнечной электро-гранаты был мощный. Потеряв синий световой меч, Юки спокойно сражалась с помощью рук, ног и читерных бластеров в наручах. Однако Сугу смутило то, что за весь этот бой она ни разу не использовала навыков мечника, хотя Асуна явно заставляла её сражаться всерьёз. Может, та игрушка не на пакете «Семя» сделана? Вдруг посередь боя на арену повылезали зерги, и девушки перестали сражаться друг с другом. Музыкальный фон не прервался голосами, хотя они что-то явно обсудили, встав спиной к спине, но по последовавшим событиям Сугу поняла, что они поспорили, кто из них круче. Ещё она окончательно убедилась, что Асуна играет за какого-то сверхъестественно сильного вампира. Ей было совсем плевать на атаки зергов, а сама она выполняла все свои серии атак без какого-либо кулдауна и на скорости того же Кирито со световым мечом. Да и меч-то у неё был не менее имбовый. Впрочем, Юки прикрывалась баблом, постоянно телепортировалась, становилась невидимой и создавала свои копии, так что Сугу не сомневалась — либо эти девушки были читерными аккаунтами, либо игроки, что ими управляли, были в той игрушке очень и очень давно. По завершению столь эпичного боя против тысяч зергов на почту Сугу пришло ещё одно сообщение. Открыв его, она ещё больше смутилась. Начиналось сообщение с того же адреса символом, смутно знакомым ей. Стилизованный синий дракончик, свернувшийся в неполное кольцо. После дракончика следовала запись на английском языке. Хоть Сугуха и понимала этот язык, но недостаточно, чтобы прочитать столь сложный текст. Там было много незнакомых речевых оборотов, которые и вызывали непонимание. Девушке показалось, что неведомый собеседник закатил глаза, и что это на самом деле женщина, но откуда к ней пришло это понимание, узнать не смогла. Следом появилась простенькая фраза: «Wait a second…» И спустя некоторое время текст начал возникать на японском: «Это был не сон. Попробуй написать Лизбет. Мы не знаем, где она сейчас.» Сугуха застыла, прочитав сообщение. Перечитала ещё раз. Это что такое? На почту пришёл скрин из ещё одной древней игрушки, о которой она вообще никогда не слышала. Женщина в броне с вычурными наплечниками, светловолосая и с серебряными глазами. С татуировкой в виде дракона вокруг левого глаза. Сугу непонимающе моргнула. Как заворожённая, она открыла переписку с Рикой и спросила, где она. Ответ пришёл почти мгновенно, словно та не просто не спала, а ждала сообщения: «О, Лифа, ты-то где? Возвращайся давай, у нас тут полно работы!» Сугуха опять моргнула. Напечатала: «О чём ты говоришь? Я в реале. Только что из игры одной вышла. Почему ты не спишь?» Ей представилось очень удивлённое лицо Лиз, и появился ответ: «Я как бы и не очень-то могу спать. Бронзовая черепушка не позволяет. В реале, говоришь? Напомни, как называется твоя катана? Не из АЛО, а Живая которая.» Смутившись ещё больше, Сугу помотала головой. Что ещё за бессмыслица? «Вообще не понимаю, о чём речь. Что происходит?» Лизбет задумалась надолго. Ответ пришёл только через минуту: «Та-ак, дела-а. Пока не могу сказать. Нельзя. Ты проснулась. Надеюсь, ты сделала все свои дела в реале, потому что здесь всё будет надолго. Можешь скинуть координаты Райны и Синон? Райна — та светлая с татушкой. Спроси у них, где они. Только пусть выражается конкретнее.» Задумчиво хмыкнув, Сугу спросила у пресловутой Райны, где она находится и где сейчас Синон. Она тоже сейчас в игре? Райна ответила тоже почти сразу: «Самый край Предела, переправа глубинного народа. Рядом с большим каменным мостом, ведущим к хранилищу этерия. На берегу ручья, если что.» Подумав, что это исчерпывающий ответ, Сугуха переслала его Лиз. Та прислала ей смайлик и следом сразу другое сообщение: «Постарайся уснуть. Просто уснуть. Я помню, где ты живёшь, так что не промахнусь…» *** В такой ярости видеть Тёмную не доводилось ни Луке Рамиресу, ни его отряду Серых Рыцарей, ни экипажу «Бывалого морехода». Она была в шаге от того, чтобы принять свой истинный облик, и любой псайкер видел, каким тот был в варпе. Да и в реальности мало чем лучше было. Девушка металась по кораблю, телепортируясь из отсека в отсек, крушила стены и оборудование, чуть ли не до разгерметизации. Демонические глаза с вертикальным зрачком по-настоящему горели алым пламенем, отросли клыки и когти, которым позавидовал бы любой уважающий себя генокрад. Не было только короны, крыльев с клешнями и хвоста, которые видели через Варп все псайкеры. А редкие из тех Рыцарей, кто вместе с ней спускался на планеты, впавшие в ересь Хаоса, и пытался хотя бы с ней поговорить, были взглядом едва не вплавлены в стены корабля. И всё это под аккомпанемент зубодробительных непереводимых ругательств на каком-то странном демоническом языке. Всех спасла кошка. В момент, когда демонесса немножко успокоилась и остановилась в каком-то из отсеков, тупо попинывая ближайшую стену, джиринкс грациозно выплыла из темноты и с вопросительным мурлыканьем погладилась об её ногу. Тёмная отвлеклась от своей мрачной ярости, смотря на неё недоумевающим взглядом. Потом Изумрудка попросилась к ней на ручки, встав на задние лапы. Долго демонесса думать не стала — взяв пушистика на руки, она телепортировалась в каюту инквизитора. Сам инквизитор, не веря своему счастью, посовещался с сержантом космодесантников, послушал эхо Варпа, в котором отчётливо были слышны опасливые шепотки демонов, не горящих желанием проникать на корабль с таким серьёзным пассажиром, и, помолясь Императору для надёжности, тихонько вернулся к своей каюте и постучался. Ничего, правда, сказать не успел. Его пригвоздило к стене тем самым взглядом, которым девушка одаривала демоноборцев, и только наличие бронированной стены между ними спасло его. Потому что стена с дверью раскалилась чуть ли не до бела. Псайкер слышал, как демонесса мерно дышит, пытаясь успокоиться. Мягкая шёрстка джиринкса этому способствовала. С минуту-другую провисев в стене, Лука выпал, а стена его каюты, выходящая в коридор, из красной стала чёрной, вдобавок покрытой инеем. А из-за двери донёсся тихий голос девушки: — Заходи. Дверь бесшумно отворилась. Раньше она никогда не двигалась без скрежета. И света в этой каюте не было уже лет сто. Но сейчас тут был магический огонёк, сотворённый из того же воздуха. Демонесса поглаживала кошку и не смотрела на человека. Она просто ждала от него вопросов. И инквизитор осторожно спросил: — Что случилось? Ты ни разу так не бесилась. Демонесса с напускным спокойствием быстро ответила: — Эльфийка сорвалась с крючка. Три часа назад я прекрасно знала, где она и с кем она, и только присутствие чёртовой драконицы меня останавливало. Пауза. Инквизитор снова аккуратно спросил, опасаясь вызвать новую волну гнева: — А теперь? — Теперь вопрос не столько в том, где она, а в том, КОГДА она. Какой сегодня год? Тысячелетие? — Сорок второе. Демонесса поморщилась и грязно выругалась. Добавила: — Мне нужны данные про любые странные события за последние десять тысяч лет. Или хотя бы семь. Если она в будущем, то мы приплыли. — Насколько странные? Теперь взгляд алых глаз, но уже с нормальными зрачками, достался и ему. — Любые вести о странных аэльдари. Увлекающихся музыкой Древней Земли из второго тысячелетия, например. Вот таким событиям надо уделять особое внимание. — А твоя вторая цель? Тот еретик? — Это ты считаешь его еретиком, потому что он пользуется туевой хучей ксеноартефактов, которые круче имперского археотеха. На самом деле он отличается от того же Чёрного Мечника только тем, что полностью материален. — Они оба — Странники Бездны, о которых ты упоминала? Тёмная пожала плечами, окончательно успокаиваясь. — Я сама — одна из таких Странников. Думала, это заметно. Видимо, заметно только тем, кто о них знает. Организация Мироходцев, например. Но ну их на хрен, те ещё ублюдки. Ты-то сам как, всё ещё хочешь перерасти из недопсионика в хотя бы стихийного мага? Или передумал? Лука удивился. — А ты готова поделиться со мной таким могуществом? Сама же говорила, что не хочешь наделять кого-либо властью. Она покачала головой. — Не хочу. Но рассчитываю на твою благодарность. Если, конечно, местные человечишки ещё способны на такое благородное чувство. И что на него способен лично ты. Рамирес нахмурился. — Эксплуатируешь наши понятия о чести и благородстве? Демонесса вновь пожала плечами и нежно посмотрела на кошку. Та развалилась на её коленках, подставив под женские ручки пушистое пузико. — Ага. Мне можно. Я просто не хочу добиваться своего ложью и ересью. Потому что, если ты откажешься, мне придётся добиваться своих целей ложью и ересью. А это боль и страдания невинных, сожжённые планеты, поглощённые Хаосом миры… и в итоге усилившиеся инферналы, высокомерно именующие себя богами. Если мы хотим выйти из бесконечного круговорота ада в природе, даже демонам приходится принять понятия чести и благородства. Ты не думаешь? — Никогда не задумывался. Никто из тварей Варпа никогда не говорил мне такое. — На то они и твари, жаждущие лишь чужой жизни. А у меня жизнь своя. Я не просила о такой жизни, но имеем, что имеем. В качестве примера приведу слова одного старого дракона: «Что лучше — родиться добрым, или преодолеть природную злобу великим усилием?» Ведь так? Что из этого лучше? Инквизитор снова удивился. Этого он услышать не ожидал. — Не верю своим ушам. Говоришь, что хочешь отказаться от демоничества? Она чуть ли не рассмеялась. — Ох, смертные… Я совершенна, человек! Просто иногда ради высшей цели даже МНЕ приходится быть доброй. Но это не значит, что мне нравится быть доброй или делать что-то для других. За исключением, пожалуй, всего одной человеческой души. Как раз за которой мы и охотимся. Так ты хочешь из псайкеров переквалифицироваться в маги? — А ты можешь сделать из псайкера мага? — Могу. Зависит от того, что ТЫ сделаешь потом для меня. — Откровенная манипуляция. — Разумеется. А я когда-нибудь тебе врала? К нормальному дару магии прилагается и клятва. Можно и на крови, но я не люблю подобного официоза. Можно в обмен поставить на кон сам дар, а можно и твоё здоровье, твою жизнь, душу и так далее. Клятвы разные бывают, и я могу воспроизвести как контракт на душу, так и просто контракт на магию. — Каковы условия? — Телепатия останется, но видоизменится. Способность взаимодействовать с энергиями Варпа тоже, но скоро ты поймёшь, что лучше не трогать Хаос, иначе тебе конец. Зато я могу тебя научить, как изолировать Хаос в материи. Как это делали некроны, например. Только они делали это технологиями, а я делаю усилиями разума. — Я имел ввиду, что я должен отдать, а не получить. Девушка снова пожала плечами. — По сути, твоя задача останется прежней. Добыча информации о комиссаре-еретике и о странной эльдарке. Только, при случае, от тебя потребуется помощь в магических поединках. К примеру, против «колдунов» из Тысячи Сынов. Помнишь же, что я не хочу светиться в Варпе? Вот поэтому… Она отвела взгляд и нехотя добавила: -…И, если получится, то против Вечной тоже… Нет, это была плохая идея. Лучше не помогай мне в прямом конфликте. — Почему? — Помрёшь. В лучшем случае… *** …- Эй, тупой ты грот! Где там эта железная бочка?! Мелкий противный гоблин вылез из-под завала. — Ща, ща, почти вытащил. Не ори! Большой орк зарычал: — Ты мне говоришь:"Не ори!»? Я те покажу, гнида зеленушная… Гретчин снова скрылся под завалом, и удар кулака ноба угодил в камень, вызвав тихие смешки его банды. Он оглянулся на них, положив руку на чопу. Бойзы заткнулись. Прежде, чем он заворчал, грозясь опять прибить наглого гоблина, из-под камней раздался торжествующий возглас, за которым последовал странный гудящий звук. Звук возрастал, и вскоре камни разошлись в стороны. Показалась крышка с запотевшим голубым стеклом размером с самого орка. Из ниоткуда выскочивший грот уселся на верхнем краю крышки. — Вот, босс. Чёт мне кажется, это феечки делали. На этот раз кулак ноба не промахнулся, нокаутировав гретчина. Орк проворчал: — Сам я буду решать, феечки, или не феечки… Он обнюхал крышку железной бочки, и та вдруг вздрогнула, приподнялась, издав шипение и испустив потоки пара. Ноб медленно потянул чопу с пояса. Посередь крышки возникла линия, и она разъехалась в стороны, показав содержимое. Ноб усмехнулся: — Ха! И впрямь феечка… Но больше ничего он не успел сделать. Потому что феечка, едва дотягивающая ему до пояса, пулей вылетела из бочки, врезав ему в челюсть ногой так, что он подлетел и грохнулся наземь. Бойзы повставали со своих мест, доставая чопы и рубила, но мелкая, приземлившись, встала в боевую стойку и радостно ухмыльнулась. В следующую минуту все восемь орков лежали в разной степени побитости, собирая жубы и баюкая сломанные руки-ноги. Феечка презрительно сплюнула и сказала им: — Так, зеленорожие, вот вам новость — вы теперь МОИ. Ноб поднялся с земли, поправил ушибленную челюсть и злобно посмотрел на мелкую. Та оглянулась, смерила его снисходительно-презрительным взглядом и повернулась полностью. Орк крепче сжал свою чопу, которая была длиннее девчонки раза в полтора. — Борзая феечка. Это МОИ бойзы. Точка! Мелкая слегка поморщилась и опять сорвалась с места, а ноб не ждал, что из расслабленной стойки можно так быстро атаковать. Получил в живот, снова по челюсти, успел замахнуться чопой и сломал кисть об ногу феечки. Взрыкнув от боли и выронив чопу, он попытался удавить её здоровой рукой, но получил ещё несколько болезненных ударов и пропахал мордой метра три земли. Когда он приподнялся и оглянулся на мелкую, уже порядком разозлившись, то увидел, как она спокойно подошла к его чопе, подняла с земли одной рукой, словно та ничего не весила, и сломала об колено пополам. Злость пошла на спад, но никуда не делась. Наглая ушастая девка посмела присвоить себе ЕГО банду… Орк встал. Вправил кисть, рыча от боли. Потряс восстановленной рукой. Сжал кулаки. Феечка сдвинула брови. — Тебе всё мало? Не сочти за слабость, просто ты для меня не опаснее груши для битья. Ноб в ответ выдал: — ВААААААГХ!!! Но побежать и попытаться убить мелкую мошку снова не успел. Вздохнув, она опять побила его, немного сломав уже обе руки и вытерев им грунт. Усевшись на его широкой спине и свесив ножки, она спросила: — Ещё претензии? Орк зарычал: — Слезь с меня! И попытался скинуть её. Девка спрыгнула прямо ему на колено, чтобы ещё и вывихнуть ногу. Солдатским шагом подошла к большой морде и подняла за пока целый клык. Сказала ему ледяным тоном: — Ты тоже мой. Или мне для ясности надо сломать тебе ещё что-нибудь? У ноба задёргалось веко, но он уже хорошо представлял, что она сильнее него настолько, насколько варлорд сильнее варбосса. Она молча выдернула ему клык из челюсти. — АЙ!!! — Вопросы? У ноба кое-как вышло вправить кости рук обратно и приподняться. Феечка, похоже, относительно понимала орков. Что само по себе странно. Мелкая приподняла бровь. — Мне оторвать тебе руки насовсем? Смотри, обратно ведь не присобачу. Ты — мой. Понял? Ноб покосился на побитых бойзов, скучковавшихся на прежнем месте. Жубы они уже собрали. Теперь орки не хихикали. В отличие от гретчина неподалёку. Но грозный взгляд заткнул мелкую зелёную дрянь. — Меня всё племя засмеёт… Мелкая пожала плечами. — Я поколочу и их. Пусть ржут, пока могут. Потому что без жубов ржать им будет трудно. — Чё, правда, что ли? — А ты не убедился? И это я даже не размялась, как следует. Я знаю, что орки феечек не любят, но не сравнивай меня с этими… как их… ушастыми чистоплюями, во! Ноб подумал, с рыком вправляя коленку, и согласно кивнул. — Убедила. Как тя звать? — Маки. А тебя? — Ур-жуб. — А бойзов? — А какая разница? Она твёрдо ответила: — Хочу знать имена. Ноб почесал затылок. Оглянулся на свою банду. — Да я их только ругательно кличу. Она снова пожала плечами. — Хорошо. Как кого в бою увижу, так и назову. Ур-жуб одобрительно кивнул. Глянул на собравшегося слинять грота. — Эй, сопля зелёная! А ну стой, дерьможуй! Гретчин дал по тапкам, что было духу. Феечка размазалась в воздухе и так пнула гоблина по жопе, что тот, описав широкую дугу, упал прямо перед Жубом. И сразу съёжился, потому что орк замахнулся. Но его окликнул звонкий девчачий голосок: — Э! Только я своих стукаю! Тебе нельзя! — ЧЁ?! Нога мелкой снова прилетела в морду орка вместе со всей мелкой. Лежа на камне и считая звёзды перед глазами, он помотал головой. — Ладно. Своих стукаешь ты. Чужих-то стукать можно? Девчонка склонилась над его мордой, сложа ручки за спиной. — Да. Но только кого я скажу. Ясно? — Ясно. Она потёрла подбородок и оглянулась на уже ЕЁ банду. — У вас тут есть мех? — Штукодрюк? Есть. Тебе зачем? И так бьёшь больно. — Бью больно, а в тишине это делать скучно. Дакку я не очень люблю, я лучше врежу по рылу. Есть у меня мысля… Штукодрюк же чё угодно мне склепать может? Ноб поднялся. Пожал плечами. — Смотря что запросишь. А чё надо? Мелкая как-то странно улыбнулась. — Там увидишь. Куда идём? Орочье племя действительно сперва смеялось, когда узнало, мол, Ур-жуб теперь подчиняется феечке, а не она является его трофеем. Пока Маки не исполнила своё обещание орку. И тогда она дралась уже по-настоящему, показывая своей первой банде, насколько она физически превосходит орков. Понторезов она сразу порвала на части. Голыми руками. Одно это убедило как минимум половину бойзов племени Ур-жуба, что спорить с ней лучше не стоит. А потом точно так же оказались биты все, кто посмел усмехнуться тому факту, что один-единственный ноб стал слушаться феечку. Доказав свою силу в первые часы, эльфийка стала доказывать своё право власти весь первый день. Что примечательно, мех-бойз под именем Штукодрюк ни разу не вылез из своего гаража на звуки махача. К вечеру множество орков, постуканные как самой Маки, так и её новыми бойзами, полностью признали её равной себе. Штукодрюк как раз заканчивал шок-атак-ган, когда дверь в гараж со скрежетом отодвинулась. Мех даже не посмотрел в ту сторону, скрупулезно подключая все проводки куда надо. А вот звонкий высокий голос заставил его обернуться: — Эй, орк! Ты в курсе, что я всю деревню постукала? Мех удивился и, посмотрев на мелкую феечку, поднял щиток маски сварщика. Несколько секунд он сверлил девчонку взглядом. Та не походила на обычных феечек. И не похоже, чтобы она врала, как это у них принято. Да вдобавок из-за стен гаража и правда весь день был ор и звуки махача. Вроде обычное дело, не до того ему было, пока он кастомную стрелялу варбосса чинил. — Точно не звездишь, феечка? — Спроси любого. На вашего босса пока не замахиваюсь, мне кой-чё другое нужно. — И чё? — Сколько тебе жубов надо, чтоб музыкальную установку склепать? Штукодрюк почесал подбородок. — Давай мешок, и… — Только по спец-заказу, мех. Я сама тебе покажу, что хочу, идёт? — Тогда два мешка. Она усмехнулась: — Да хоть телегу! Штукодрюк пожал плечами. — Телегу так телегу, спорить не буду. Радостно улыбнувшаяся девчонка отодвинула огромную тяжеленную бронедверь, вызвав новую волну удивления и смутные подозрения у меха, что она реально не звиздит, и приглашающе взмахнула рукой. — Завози! И вслед в гараж втолкнул обрубок вагона, полный жубов доверху, ноб раза в три выше феечки. Один клык у него был вырван с корнем. Удивлённо кивнув, мех отложил гаечный ключ и подошёл к телеге. Жубы были настоящие. Даже башка понтореза лежала сверху. Феечка зашла в гараж и подошла к его рабочему столу. Так как тот был выше неё раза в два, она легко запрыгнула на железный стол. Задумчиво осмотрела инструменты и металлолом. Взяла обломок чего-то, присела и аккуратно нарисовала на достаточно ровной поверхности идеальный чертёж электрической гитары в форме неправильной звезды. Рядом заботливой рукой были начерчены подробные рисунки батареи, динамика и струн для гитары, а так же барабанной установки и прочих музыкальных инструментов. Что приятно удивило меха, чертежи предельно простые и понятные, даже комментариев не потребовалось. Эльфийка оглянулась на него. — Ну что, смогёшь склепать? — Смогу. Подогнать под твои лапки? — А то. И себе тоже сооруди. Когда научусь играть, тебя тоже научу. Главное, чтобы оно играло громко. Очень громко. Штукодрюк ухмыльнулся. — Понимаю… *** Огненная кайт ши стояла на мостике протосского ковчега, глядя на приборные панели с голограммами, и довольно улыбалась. Не меньше трети солдат Империума и половина всех спасённых гражданских приняли её просьбу. Зародившийся Флот Искупления оказался почти полностью укомплектован в первые же дни учений, и даже лютую ксенофобию людей этой Вселенной удалось побороть. Исключениями остались исконные орки Вахи, не изменённые влиянием Духа Жизни, такие же тираниды, некроны, хаоситы и друкхари. Этих полиморф и сама сильно не любила. Но её отвлечённые мысли прервало появление любимого альтмера в новом образе — на этот раз в одеждах Экклезиархии. И его строгий настрой: — Милая, не соизволишь объясниться? — Уточни, пожалуйста. У меня голова много чем забита. — Где Ненэль? Почему она не на борту? Девушка удивлённо пожала плечами. — Не знаю. Она мне не отчитывается. И ей шестьдесят, когда как мне и тридцати нету. Золотоволосый зеленоглазый эльф снисходительно на неё посмотрел. — Не делай из меня дурака, любимая. Ты всеведуща, в отличие от меня. Так что ты просто обязана знать, где моя первая дочь и что она делает. А то в Хаосе началось нездоровое шевеление. — Подозреваешь, что твоя старшая засветилась? — И не только она. Помнишь вспышку тьмы на прошлой неделе? Что-то мне кажется, что… Она его перебила: — Тебе не кажется. Кстати, не только Нен такая бойкая. Ты не думал, что она искала тебя не одна? Он поморщился и отвёл взгляд. — Думал. — Тогда делай выводы. И будь наконец ответственней. — А ещё я думал, что ты была рада меня снова увидеть, когда мы наконец воссоединились. Полиморф ему сперва улыбнулась, но потом тоже стала строже: — Да, рада, но ты должен был помнить о своей семье. Всё время, пока ты меня искал. Почему ты думаешь о дочках только сейчас? Он хотел возразить, но его мысли прервало появление старшей дочери на мостике между ним и его любовью. По крови чистая данмерка, только с золотыми волосами, а в истинном облике с двумя разными парами крыльев, сейчас выглядела помятой. Ранее прекрасные волосы закоптились и запутались, вся в саже и со свежими зарастающими ранами от огнестрельного и цепного оружия, обожжённая из огнемёта и мельт. И уставшая. Альтмер скрестил руки на груди и вопросительно посмотрел на дочь. Та не удостоила его и взглядом, пройдя мимо. Полиморф вежливо спросила: — Ничего не хочешь нам рассказать, Нэль? Вернувшаяся в истинное обличие тёмная валькирия-суккуба глухо буркнула, встав на грави-лифт: — Нет. — Тебе понравилась музыка? Эльфийка с двумя парами крыльев вздрогнула, но не ответила, так как лифт повёз её к коридорам оружейных отсеков ковчега. Полиморф повернулась обратно к приборным панелям. Сложила руки за спиной. Альтмер спросил: — Музыка? Она подошла к пульту управления и что-то включила там. Заиграл рок. Эльф послушал и сказал, узнав мелодию: — Godsmack, Straight out of line. Земля, двухтысячные годы. Девушка-кошка переключила трек. Он узнал и этот: — Skillet, Never going back, оттуда же. Не понимаю, зачем ты мне их включаешь? Я не фанатею по року. Так, слушал для общего ознакомления, и всё. — Советую вслушаться в песни, которые я тебе дам. В них много смысла. — Не спорю. Хочешь сманить меня к перевоспитанию имперцев? — Хотя бы просто к воспитанию. И нет, не имперцев. — А кого? Она обернулась к нему. Её очертания поплыли, превращаясь в обычную женщину-офицера имперского флота. Поправив перчатки, она ему сказала: — Скоро узнаешь. Пора пойти навстречу судьбе. И… думаю, тебе стоит узнать, какой я бываю в местных условиях. ***