Постель

Близость исцеляла. Живительное тепло его тела лечило её, даже не выходя за его пределы. Собственное сердце вампирши билось в унисон с его сердцем, и кровь перенимала эту жизнь. Жажда отступила, оставив разум в холоде. Но она отбросила все мысли, наслаждаясь уединением с любимым, которого так долго ждала. Асуна просто растворилась в нём. А он думал о том, как сильно её любит. Не словами, а воспоминаниями. Образами. И обе части её личности решили утонуть в этих чувствах. Принцесса Ночи буквально купалась в них, находя эмоциональное состояние смертной составляющей подобным тёплому летнему морю, в котором приятно поплавать. Девушке показалось, что жажда крови обрела самосознание. Инстинкт, подумав, согласился. Ещё не раздвоение личности, но близко к этому. Так или иначе, но Асуна начала думать о себе со стороны. Разделила себя на человека и монстра. Обе они разделяли её чувства по отношению к Кирито. Обе считали друг друга единой личностью… «Милая, перестань так думать о себе, пожалуйста. Ты полностью себя контролируешь, ты — это ты. Ты не монстр. Даже с вампирской кровью в жилах. Ты — моя любовь, Асуна.» Девушка радостно пискнула и прижала его к себе. — А-а-а… А-Ас-су…з-задушишь… — Прости, Кирито-кун… Она отстранилась немного и влюблённо посмотрела ему в глаза. Тронула носик с укором. — Почему так долго? Он вздохнул, закрыв глаза. — Если бы это была моя вина… И если б я только знал, что ты захочешь так истязать себя… Асуна виновато отвела взгляд. — Прости, Кирито-кун… Я боялась… Боялась, что мой новый облик испугает тебя. — Когда это ты меня пугала, а? Я могу бояться только за то, что тебе будет больно. — Кирито-кун, скажи… Она снова взглянула ему в глаза. -…Скажи, я… стала красивее Милии? Кирито немного покраснел, но взгляд не отвёл. Улыбнулся. — Асуна, дурочка ты моя, ты всегда была красивее неё. За «дурочку» она его стукнула по плечу, шутливо нахмурившись. — И ты туда же! Хватит уже меня глупой называть. Что Юки, что Мил… ты вот теперь. Он точно так же удивился. — А как ещё называть, если ты глупо поступила? Она снова его стукнула и прижала к себе. Улыбнулась. — Ты так вкусно пахнешь, Кирито-кун. Можно? — Ты ещё спрашиваешь… Только давай не до состояния нестояния. Принцесса Ночи посмеялась и, прежде чем укусить его шею, потянула зубам за мочку уха и насладилась волной мурашек, прошедших по его спине. Как он и просил, она не взяла слишком много. Хотя жажда и просила ещё. Асуна внутренне шикнула на саму себя, и жажда крови притихла. Но от крови её внимание обратилось на кое-что другое. Энергию жизни можно взять и не нарушая целостности дающего. Добровольно. Так, что он сам будет желать отдавать всё, что нужно ей. Остаётся только не брать слишком много. О-о, а вот это уже сложная часть… Ранки на шее любимого затянулись. Сами. Вкус крови был другой, не как у Юки или Алисы. Кровь сестры буквально оглушала своей силой, по сравнению с его. Как и кровь подруги, несмотря на странное отсутствие магического дара. Плюс, язык щекотало что-то, словно кровь была не совсем человеческой. Но это не отменяло того, что её качество можно улучшить через пищу, как это было с Алисой. Юки почему-то свою кровь не поменяла, даже с питанием от Асуны. Впрочем, её кровь и без того спокойно насыщала. А эта — нет… — Кирито-кун. А когда ты в последний раз кушал? — Э-э… — Пахнешь-то ты вкусно, а кровь у тебя пресная. Не пытайся меня обмануть, ел ты нормальную пищу настолько давно, что и сам не помнишь, когда. — Ну-у… наверное… да. — Я бы тебя придушила ещё раз, по-настоящему. А потом потащила бы на кухню… Если бы мне до сих пор не было бы так плохо от неутолённой жажды жизни. Ты не чувствуешь это? Вот теперь Кирито смущённо отвёл взгляд. — Асуна-а… ты… как бы это сказать… Она вспомнила женские штучки, выученные у Ларинии, и вкрадчиво спросила, поведя рукой вниз по его телу: — Чего ты смущаешься? Мы наедине. — Ну, э… — Кирито-кун? Посмотри мне в глаза. — М-м… Асуна, тут… — Что? — Юи… Желания притихли, уступив место человеческой морали. Голос вампирши похолодел: — Сколько ей лет, не напомнишь? — Семь. Почти. Асуна ласково сказала: — Юи, доченька, пожалуйста, покинь-ка нашу комнатку. Деточкам в семь лет совершенно точно РАНО знать, что делают мама с папой, оставшись наедине. В головах лучших мечников всего Айнкрада прозвучал спокойный ментальный голос искусственного интеллекта, не эмулирующего в данный момент человеческое поведение: «У нас дома есть Интернет. Здесь тоже есть Интернет, на магической основе. И там, и тут его изобрели люди, к тому же люди с Земли. Мне достаточно ввести под нейтральным именем пользователя в запросе всего одно слово, чтобы найти терабайты данных, поясняющих суть отношений между мужчиной и женщиной. Не лучше ли в таком случае увидеть это лично, тем более у родных отца и матери? Не ищи меня, мама, я попросила Милию скрыть меня от твоего взора.» Асуна терпеливо вздохнула и попросила ещё раз: — Юи, не заставляй меня говорить с тобой строго. В тот раз, когда это произошло, я была несколько не в себе. «Я могу лично обратиться к Друэлле за подробным объяснением.» Девушка едва не сжала кулак, но помнила, где находится её рука и что гладит. Кирито становилось всё сложнее бороться с искушением включиться в процесс. Голос вампирши снова стал притворно сладким: — Доча, да неужто ты опять меня шантажируешь? ИИ немного подумала, что-то около неуловимой доли секунды. «Да.» Кирито, глубоко дыша, сказал: — Асуна, я не… не могу… ну, не при ней же! Юи добавила: «Как скажешь, па. Я полетела к Друэлле.» Оба выкрикнули: — Стой! — Стой! И первым инициативу в свои руки решил взять парень, поцеловав свою жену… *** Асуна сладко потянулась, обвивая шею спящего любимого руками. Наконец-то этот кошмар под названием «ломка» закончился. А Кирито любил её, невзирая на её внешний вид. Собственно, как и должно быть. И как ей говорила Мил. Где-то на краю сознания мелькала мысль о том, что Юи повела себя крайне предосудительно. Но ИИ успокоила маму тем, что с чисто физиологической стороны сей процесс её интересовал в последнюю очередь. Всю эту физиологию она узнала ещё в SAO, и не в последнюю очередь благодаря им самим. Асуна вспомнила свой первый раз, который случился именно в игре и именно с Кирито, и улыбнулась, хотя логичнее было бы покраснеть. Как же хорошо, что Акихико Каяба не стал прорабатывать в своём детище вариант с лишением девственности. В реале это было гораздо больнее, хотя потом и стало приятно. Нет, Юи интересовали именно метафизические данные, зависимые от стихийной принадлежности Асуны к Тьме через кровь Царицы Ночи. Внешний вид Принцессы Ночи восстановился в первые минуты любовного акта. Видимо, в процессе она не только забирала дармовую жизненную энергию, но и сама умудрялась её производить. Или же была виновата именно кровь Кирито, выпитая ею незадолго до этого. А, может, всё вместе. Так или иначе, но процесс не нанёс ущерба ни ей, ни ему. Вдобавок, Юи фиксировала время, которое для самих влюблённых перестало что-либо значить с первой же минуты. Асуна мысленно поинтересовалась, сколько же они тут кувыркались в самых различных положениях. ИИ без каких-либо эмоций передала ей, что ровно 30 часов, 52 минуты и 43 секунды. Вампирша удивилась. Причём удивилась сильно. Она-то списала собственные кульминации на долгожданное воссоединение и сильнейшую жажду жизни. Ан нет, это действительно у Кирито получилось довести её до оргазма. Не единожды. И это учитывая, что он до сих пор смертный, несмотря на биологические улучшения тела. Ведь она-то буквально питалась его жизнью, вытягивая его силы и смакуя каждый миг единения тел. А он не уставал, даже помня о том, что не ел толком с момента своего возвращения. Это… превосходило её ожидания насчёт выносливости смертных и в частности её любимого. На ум вдруг снова пришла Мааэль. Эльфийка в бою с ней на крыше выдохлась через три минуты, иначе она не смогла бы победить. А вот уже на Зерусе клон Юки держалась в сумасшедшей схватке часами, но это исключительно благодаря полной киборгизации своего тела. Что же такого понамешано теперь в теле Кирито, что он держался в любви с Асуной почти полтора суток? Да, она реализовала далеко не все свои фантазии, но то, что хотелось именно в тот момент, она отыграла сполна, помня все уроки Ларинии. Однако она ожидала, что Кирито при этом вырубится где-то на третьем часу. Вырубился он только сейчас… А, впрочем, он и сам не знает, во что превратили его тело в госпитале космической поливидовой цивилизации. Всё, что смогла найти Асуна на эту тему в его воспоминаниях, это гневно-панический псионный крик протосса, гигантский танк на горизонте, яркую вспышку, вопль синтетического голоса о пробитых щитах, жгучую боль и провал в забвение, после которого последовал госпиталь на звёздном био-крейсере и перенос на магическую планету с проклятой меткой от ангела на руке. То есть, Кирито ничего не знал о своём новом теле… Ну, пока не последовал желаниям любимой женщины. Теперь-то да, он знает многое о том, что может сам и что может Принцесса Ночи. И это Ларинию он считал женщиной, возведённой в абсолют? ХА!!! Куда там Соблазнительнице до своей ученицы! Асуна испытала лёгкую гордость, слыша эти сонные мысли, пока копалась в воспоминаниях мужа. Справедливо опасаясь, что если она продолжит читать его мысли, то бурное время любви повторится, Асуна решила немного отвлечься и чего-нибудь приготовить на кухне. Разумеется, дистанционно, с помощью теней и прочей вампирской магии, изученной у Милии. Заодно узнает, что там случилось после того, как сестрёнка сказала ей те жестокие, но честные и так необходимые ей слова. Собственные мысли тут же переключились на то, что вернуло её из забытия жажды крови в терминальной стадии. Как Юки могла быть такой… злой? Очнувшись в её руках, она вся собой напоминала тот пушистый одуванчик, маленькое солнышко радости, окутанное печалью, полученной от жестокого внешнего мира и заставившей её повзрослеть раньше времени. И ведь у неё в голове правда крутились словечки куда хуже и грязнее, чтобы описать дурость Асуны. Она говорила правду, что Принцесса Ночи — лишь маска, надетая сестрой ради непонятно чего. При этом злобу, исходящую от Юки, можно было видеть невооружённым взглядом, ведь её тень чёрной смолой расползлась по всему залу. Это просто не могла быть она, Юки не может быть такой, она банально прожила здесь слишком мало времени, чтобы лишения и духовные страдания превратили её в нечто, чего испугалась бы сама Царица Ночи. Так или иначе, но это оставалось тайной за семью печатями. Асуна снова отложила эти тревожные размышления и взяла под контроль все тени внизу, в зале и на кухне, благо при свечном освещении теней там было достаточно. Магические сгустки на кухне сразу же взялись за дело, подготавливая рабочее место и продукты, а девушка переключила своё внимание на главный зал. И, видимо, вовремя — пока Рагос снова был занят чтением пошлостей, парадная дверь открылась, впустив в зал явного гостя из другого мира. Это было хорошо видно по ауре, принадлежащей волшебнику, стоящему где-то между Прирождёнными Магами и Истинными Драконами. Точнее, волшебнице. Чем-то она походила на эльфийку, наверное, в её генах где-то давным-давно присутствовали их ДНК. Большие зелёные глаза, точёная фигура, волнистые чёрные волосы. О, а Кирито уже видел её однажды, и даже передавал приглашение в этот мир другой молодой женщине, похожей на неё. Но всё его знакомство с этой незнакомкой составляло пару мгновений, так как он просто передал такое же приглашение её учителю, запах которого Асуна смутно уловила на Сумеречных Островах и сейчас частично ощущала от гостьи. Рагос на краткий миг отвлёкся от похабной книженции, глянув на посетительницу, и снова вернулся к чтению. Асуне даже стало интересно, что же там написано, ведь данмер усиленно косплеил кого-то из персонажей Наруто. Но сейчас она не успела заглянуть ему через плечо, потому что тёмный эльф опомнился и посмотрел на гостью внимательнее, после чего улыбнулся и, скинув ноги с бара, закрыл книжку и встал у стойки. — Заходи, будь умницей. Немного не ожидал увидеть тебя здесь, видать, это у тебя первый раз. Молодая женщина удивилась: — Откуда вы меня знаете? И кто вы такой? Данмер и бровью не повёл. — Я бармен Искателей. А откуда знаю? Так, погоди-ка, я сейчас… Он поискал что-то под барной стойкой, выудил оттуда старую, потрёпанную толстенную книгу в синей обложке и с изображением русского попа с солдатом будущего на картинке, раскрыл этот томище где-то на середине и, немного пролистав, нашёл, что нужно. Положив книгу на барную стойку, данмер повернул её текстом к гостье. Та подошла и взяла в руки. Асуна тоже заглянула в книгу, пользуясь тенью от люстры. Текст был на русском языке, так что девушка немного поморщилась, ибо именно текстовую версию этого языка не знала, несмотря на знание языков в крови высших вампиресс. Впрочем, с пониманием кириллицы она справилась относительно быстро. На раскрытой странице было описано некое событие, которое явно было знакомо гостье, но ничего не сказало самой Асуне. А вот та, кого Рагос назвал Умницей, широко раскрыла глаза, и её мысли эхом повторили написанное, только живее и в красках, словно… — Ч-что? От-ткуда у тебя это? Она подняла глаза на тёмного эльфа, вспомнив Питомник во всех деталях, стоило прочесть эти страницы. Эльф коротко пожал плечами. — Друг нашёл. В Бездне Безвременья. — Н-но к-кто это написал? — Мне-то откуда знать? Тот, кто видел всё это своим внутренним взором, наверное. У меня все эти книги есть, если что. Женщина снова погрузилась в чтение, а Асуна, мельком читая её глазами, просто слушала её мысли. О-о, какие мрачные воспоминания… Внутренне встряхнувшись от отвращения и жути, Принцесса Ночи покинула разум гостьи, который там, внутри её головы, был не единственный… и не единственным он был среди них, тех, кто вспоминал это время их жизни с полной гаммой чувств, эхо которых она испытала, краем глаза взглянув в их разумы. Воспоминания и кошмары оживали слово за словом, пока гостья, зажмурившись, не бросила книгу обратно на стол. Асуна ощутила, как Ведьма пытается нащупать угрозу, и обнаружила Принцессу Ночи, которой до этой смертной не было никакого дела. Короткий вопрос на предмет, опять-таки, угрозы, столь же короткий ответ, что «не надо дразнить дракона», целее будешь, и вероятностная колдунья успокоилась, покинув пределы сущности дочери Перворожденной. Но ей было любопытно, как эта самая вампирша легко и непринуждённо следит сразу за несколькими сотнями теней и слышит каждое живое и не очень существо в целом городе. Ответом Асуны стало презрительное фырканье. Помотав головой, Ведьма снова обратилась к бармену: — Имя-то у тебя есть, бармен? И что за странные артефакты у тебя в карманах? Никак не пойму, что это за хрень. — Звать Рагосом. А поводу артефактов — не суй свой нос не в своё дело… Только она открыла рот, чтобы возразить, как ей на плечо упала рука Молчуна, который до её прихода привычно дремал в уголочке. Женщина вздрогнула, ибо она не заметила его ни при входе, ни после, с использованием вероятностных связок не самого низкого уровня. Молчун пристально посмотрел ей в глаза. Асуна не пыталась прочесть его мысли, зная, что там лишь белый шум, а вот мысли всех личностей гостьи начали тихо паниковать. Ведь, если его не обнаружили лучшие её поисковые плетения, при том что на нём самом никаких плетений не было (Ведьма была готова поклясться, что этот тип в плаще виден только здесь, в материальной реальности), то какие у неё шансы выстоять в бою против него? Очевидно, никаких. Поэтому, закрыв рот, она признала, что это не её дело, что за монетки лежат в карманах у скромного бармена из другого мира. Тем не менее, он ей немного улыбнулся. — Просто будь повежливее, может, и узнаешь то, что хочешь. А сам подумал: «Блин, только бы не сказать Юки, что это её новая подопечная, иначе она меня точно убьёт. А когда она откажется (а она откажется), главное, не говорить Вектору, что теперь это ЕГО новая подопечная, ибо он убьёт уже её. А Артём убьёт и меня, и её, если я ему намекну про то же.» Асуна мысленно изогнула бровь и глянула поглубже, куда он её пускал. Там было воспоминание о том, как Юки, устав от спасения Искателей и попыток самой Асуны силой уложить её поспать, с дёргающимся веком кидалась в него дубовыми столами и стульями, стоило ему заикнуться, что у неё ещё есть обязанности инструктора. Внутренне посмеявшись, девушка вернулась мыслями на кухню. Пол-дела уже сделано, все заготовки готовы, пора приниматься за приготовление самих блюд, которые будут по вкусу любимому. Что-то подсказывало ей, что если он наестся острого, то и кровь у него будет на вкус не очень. Но пока что жажда молчит, так что пусть, ему нравится острое… Проблемой оставалось только сохранить это всё горячим, пока любимый спит, а то спать ему ещё долго придётся. На кухню зашёл Рагос, увидел тени, готовящие гору еды, и спросил: — Асуна, можно Мару ран Сав покормить? Принцесса Ночи приподняла брови, и к нему по воздуху приплыло несколько тарелок с разными кушаньями. Количества еды, которое обязан был съесть Кирито, от этого меньше не стало. Данмер непостижимым образом взял все тарелки в руки и вернулся в главный зал. Только он поставил пищу перед гостьей, как о пол звякнула монета, и из ниоткуда к бару вышел странник пустынь. Оперевшись на стойку, он сел на табурет и устало выдохнул. Бармен вернулся к бару и достал пару бутылок, чтобы смешать другу коктейль. — Ну, и как оно? — Этот мудак мне причины со следствиями грозит поменять местами. Сука. — Так ведь он не может перемещаться по мировым линиям, нет? — Нет. Но может вызвать электрические и магнитные аномалии там, где надо, чтобы вся настройка слетела к хренам. Рагос подал ему большую кружку с чем-то шипучим. Пустынник залпом выпил. — А переместить его в постель к Алексис без предупреждения? Глава и основатель Искателей покачал головой. — Почует, у него супер-восприятие. Только если самостоятельно переделывать все пересечения и сопряжения, чтобы издалека направить его сюда. А Вихар не тупой, он поймёт закрутки судьбы и увидит этот путь. Не говоря уж о прочих последствиях. Он поморщился. — Этот чёртов электрик не такой уж важный чел, он и в исходной линии подох. На кой хрен мне его возвращать? — Либо он трахает демонессу, либо ты. Пустынник скривился ещё сильнее. — Мля, вот получилось же его вернуть в первый раз, пока я был сноходцем. Почему сейчас иначе? — В прошлый раз Юки не пыталась тебя убить. — Да? Ещё как пыталась! Только с одной из них у меня вышло ни разу не схлестнуться, и она-то меня и освободила. — Так на кой чёрт ты вернулся? — Кайлина попросила. Ей меня стало не хватать. Рагос кивнул ему за спину. — Не хочешь поработать инструктором? Он оглянулся. Увидел Мару ран Сав. Посмотрел на друга с кислой улыбкой и вежливо предложил ему совершить пешее эротическое путешествие куда-нибудь в Обливион. Рагос возразил: — А ты представляешь, что со мной сотворит конкретно «наша» Юки, если я скажу, что это ей надо её учить, как себя вести в этом мире? — Вообще похер. Ты ещё более бессмертный, чем я. Ох, ладно, побалагурили, и хватит. Пора мне… — Так ты вернёшь Алексис её электрика, или так и будешь мотаться по временам? — Не знаю. — А другие? — Пошлют тебя на хер в более грубой форме. — А тебя? — Порешат при случае, а то ты их не знаешь. Бывай… Он бросил за спину монету, та стукнулась о пол… и ничего не произошло. Пустынник оглянулся на лежащую на полу монету с полумесяцем. Монета была серой. Искатель выматерился, закатив глаза. У него в руке появился кинжал. Тоже серый. Он выматерился ещё раз, только громче. Пустынник потыкал пальцем в гравировку на кинжале. — О-о, не-не-не-не, только не сейчас, нет, нет… Встал и обернулся к вероятностной колдунье. -…Мара, включай Ведьму, немедленно, мне нужно знать, чьи это происки, сейчас же! Та удивилась и нахмурилась. — С какого это хрена ты мне приказываешь? — Я не приказываю, а прошу, мне правда очень надо! Это реально вопрос жизни и смерти! Она немного подумала и попыталась проверить то, что он просил, на вероятностном уровне. И пробкой вылетела обратно в реал. Основательно продрогнув, женщина с опаской посмотрела на пустынника. — Что ещё за демон на тебя охотится? Странник с кислой рожей посмотрел на друга. Тот с неопределённой ухмылкой пожал плечами. Вскинув голову к потолку и застонав, пустынник развеял кинжал, забрал монету и покинул главный зал. Ведьма вопросительно посмотрела на Рагоса. Тот ответил: — Он боялся, что на него вышел кто пострашнее Стража Времени. — Это кто? Ваша Юки, что ли? — Именно. Когда ты её встретишь, то всё поймёшь. — Почему? Она тоже меня знает? Или у неё принципы аарн? — Всё вместе. Мара понимающе кивнула. — Тогда ясно. У неё достаточно причин меня ненавидеть… ***