Глава 1

Свет приятно пробивался сквозь плотные ветви и листья. Лена особенно любила утреннее летнее солнце. Оно не палило и не обжигало, а приятно играло, отражаясь от всевозможных поверхностей. Лена подставила лицо парочке лучей и улыбнулась, полной грудью вдыхая ещё не прогретый воздух. Голова закружилась, настроение поднялось до абсурдного желания смеяться. Так хорошо ей не было давно. Лена разулась и села на землю, чувствуя её влагу и силу. Девушка подумала и легла, расслабляясь. — Моя Госпожа, вы бы не сидели на холодной земле. — демон появился за спиной неожиданно, как всегда, но Лена чувствовала это заранее и не испугалась. — Знаешь же, что я не заболею. — сказала Лена. Она улыбнулась и посмотрела на своего «подчинённого», задрав голову. Видеть Сашу вверх ногами было забавно, и Лена хихикнула. — Сними шляпу, солнце почти не греет. — Не греет, но светит. — сказал Саша. Он сел рядом, откидывая головной убор. Шляпа повисла за спиной, обнажая растрёпанные волосы юноши, Лена улыбнулась и плюхнулась головой на его колени. — Девушки ещё спят. Никто не увидит твоего синяния, а мне не в новинку это наблюдать. Лена потянулась рукой к его щеке. Она посмотрела на него и улыбнулась, касаясь пальцами холодной, слегка сияющей кожи. Перламутровый... Сегодня у Саши было явно смущённое настроение. Лена провела пальцами ниже, Саша голову повернул и поцеловал её ладонь. — Моя Госпожа сегодня в хорошем настроении... Неужели её радует погода, что может обличить её природу? Лена вздохнула. Саша во многом был прав. Конечно, в отличие от него, Лена не светилась, подобно вампиру из людских книжек, но солнечные лучи подчёркивали неестественно бледную матовость её кожи. Лена протянула руку к небу и задумчиво посмотрела сквозь широко разведённые пальцы. — Знаешь, мне кажется, они всё равно догадались. Лес сводит их с ума, они напуганы, и каждый месяц взамен старой приходит новая... Теперь вздох раздался где-то сверху. Саша задрал голову, то ли вслед за Леной подставляясь утреннему солнцу, то ли просто рассматривая бегущие по небу облака. На его лице отразилась задумчивость. Саша опёрся на локти, не сгоняя Лену с колен, и кивнул. — Мне тоже так кажется. Вряд ли они просто думают, что мы сумасшедшие. В городе давно говорят о нашем лесе, сочиняют мифы и запрещают детям играть здесь. — Эти запреты сохраняют нашу силу. Этот лес священен, его нельзя отдавать людям. — мягко возразила Лена. — А в городе пусть что угодно думают. Главное, что сюда заходят только с нашего позволения... — Нас считают демонами! Вон, охотники пытаются прихлопнуть каждого. Кого-то из новеньких даже ловили. — Ярика не жалко. — Лена встала с Сашиных колен. Она потянулась и направилась в дом. — А ты, в сущности, демон и есть. Пойдём, надо заняться делами. Саша кивнул. Он не стал уходить, оставшись на небольшой полянке. Обнажённая ладонь сверкала на солнце, изменив свой цвет на бледновато-зелёный. Спокойствие Саше нравилось больше всего, да и Лена отмечала часто, что это самый удачный для него цвет. Истинная сущность, как и у всякой потусторонней твари, была тёмной, густой, но маскироваться под обычных людей было скучно, так что грех было не воспользоваться такой возможностью немного выделиться на потеху окружающим. Грех... Саша часто думал о том, что стоит за этим словом, за этими простыми четырьмя буквами. Саша помнил, что его заставляли читать Библию, объясняли про Рай, про Ад, про правильную жизнь и Десять заповедей... На деле всё оказалось намного сложнее: где-то врать приходилось во благо, где-то были сильные обиды на мать и ещё больше — на отца. Рай и Ад были не где-то в абстрактном, посмертном мире, они были в душе самого Саши. Мелкие нарушения копились, стыд за них давно прошёл, а потом он в пылу ссоры оказался за городом. Ноги сами понесли его в сторону запретного леса. Саша остановился только в глубокой чаще, не запоминая дороги, и тогда впервые увидел Лену. Она возникла словно бы из ниоткуда, величественная, красивая и печальная. Чёрное платье доставало земли, подол растворялся в воздухе плевками чёрной магии. Лену переполняла энергия, она словно была воплощением первозданной материи, из которой создали всё сущее. И при такой красоте и власти она была печальна! В глазах самого опасного из врагов человеческих Саша видел безучастность и безразличие не то что ко своей жалкой фигуре — ко всему миру. Словно бы Лена была перед телевизором, по которому крутили один и тот же фильм. Саша сделал шаг, поборов свой страх. Ему всё равно умирать, а так он коснётся идеальной из женщин. Лена повернула головой, следя за его передвижениями, потом вздохнула, опустила плечи и сказала: — Человек... Ты просто человек. В голосе демона Саша услышал неподдельную грусть. Она ждала кого-то другого? Охотника? Саша неловко улыбнулся. — Я... Если вы мне подскажете дорогу, я уйду... Лена покачала головой. Она развернулась и ушла, и Саше ничего не оставалось, кроме как последовать за ней. Дом у неё определённо был, а сейчас Саша остро ощутил усталость и голод. И ему было абсолютно неважно, что сейчас съесть: домашние котлеты или убитого кролика. Сколько они тогда шли, Саша до сих пор не мог сказать. Лес менялся несколько раз в день, то растягиваясь до размеров тайги, то сжимаясь до хиленькой рощицы. Осматриваясь по сторонам, Саша поймал себя на мысли, что лес однотипен. В таком потеряться — раз плюнуть. Саша старался не отступать от своей проводницы, хотя её всё труднее было различить в наступающей темноте. Отчаяние и страх потеряться захлестнули Сашу с головой, но они внезапно остановились. Пришли. Буквально в нескольких шагах от них стоял приличный двухэтажный домик, деревянный, похожий на те, что рисуют в учебниках и снимают в кино. — Пойдём. В него можно попасть только по приглашению, так что возьми меня за руку. Саша повиновался. Он коснулся руки Лены и вздрогнул: она была ледяной. Лена на это слабо улыбнулась и зашла с ним в дом, где оказалось тепло и светло. Не знай Саша, что он в центре дьявольского оплота, ни за что бы не догадался. Дом изнутри ничем не отличался от «древнего» или даже просто старого, деревенского дома. Слегка скрипящие половицы, мягкий, жёлтый свет от ламп, приглушённый абажуром, приятный запах горячей еды. Разве что угла с иконами не хватало, но это было бы абсурдом. Лена повела Сашу на кухню и отдала в руки приятного мужчины, чем-то напоминающего обстриженного фавна, только рожек не было. — Садись. Сейчас покормим тебя, страдалец. — сказал он. Саша сел. Это было последнее, что он помнил. После ужина его отвели в спальню, несколько следующих дней прошли, как в тумане. Потом его позвали наверх, куда до этого запрещали ходить, куда-то поставили, заставив снять одежду. Острая боль была прощанием с человеческой сущностью. Лена его «покрестила». В городе он считается то ли без вести пропавшим, то ли уже умершим, но здесь он живёт собственной жизнью, осознав, что ничего не зависит от воли человека. Бог знает наперёд, кому какая сторона бессмертия уготована, и как ни старайся быть хорошим и идеальным, твой ад всегда тебя настигнет. Саша мотнул головой, отгоняя воспоминания. Он поднялся с земли, поплотнее натянул широкополую шляпу на голову и пошёл в дом, шелестя своей безразмерной одеждой. Надо было будить девушек-служанок и действительно приниматься за работу. Лена не любила беспорядок. — А где повар? — вдруг спросил Саша, понимая, что уже несколько дней не видел только свиду добродушного мужчину. — Он отправился по делам. — спокойно отозвалась Лена, расчёсываясь перед зеркалом. — Ему надо доходчиво объяснить нашему незванному гостю, что человеку нельзя ходить в лес. Саша кивнул. Он посмотрел в окно и вздохнул. Ещё недавно тут царила непроглядная темень, готовая разорвать на куски всё живое. Но тот юноша выжил... Неужели и правда Охотник, с древней кровью, а не жалкие людишки, именуемые себя таковыми? Это покажет время. Саша встретился глазами с Леной, поклонился ей и ушёл, позволяя себе задуматься о том, правильно ли Лена делает, отгоняя от себя судьбу? Свет должен победить Тьму, так написано во всех сказках и Священных книгах. Рай должен восторжествовать на земле. Лена говорит, что света без тени не бывает, равновесие весов не должно быть нарушено, но разве то, что они делают, не перевешивает чашу Зла? Уже несколько лет они питаются душами прямо в городе, и ещё ни один из них не отдал свою «жизнь» за это... От размышлений Сашу отвлёк громкий звук. Он поспешил в небольшую «столовую», где обычно орудовал повар, и обнаружил там девчонку, разбившую какой-то сервиз «для особых случаев». Саша не помнил, чтобы его использовали. — Я хотела вытереть пыль... — неловко, почти плача, начала оправдываться служанка. Ох уж эти люди, ничего не могут сделать... по-человечески! — Дурёха! — оборвал её блеяние Казьмин. — Убирай теперь, перед Госпожой будешь объясняться сама! Девушка кивнула. Она стала собирать осколки, а Саша, потирая длинными пальцами виски, отправился в свой небольшой кабинет. Ему срочно нужно было выпить что-нибудь успокаивающее. Например, чай с коньяком. Иначе он свихнётся.