Часть 7

      Иногда случайности нужны только для того, чтобы что-то завершить навсегда. Так получилось с Пенелопой. Альфред встретил её в кафе в центре города, куда она зашла, чтобы дождаться Элоизу. Утреннее радио попеременно включало бодрящие песенки по заявкам слушателей, а бариста с синими волосами улыбался, сдерживая зевоту. Сев за дальний столик с ультрасладким рафом, Пенелопа сонным взглядом уставилась в стену, пока кто-то не тронул её за плечо.       — Альф? — девушка не могла поверить своим глазам. — Что ты здесь делаешь?       — Это у меня к тебе вопрос. Я почти каждый день захожу сюда выпить кофе перед работой. Хотя откуда тебе знать, ты же никогда не спрашивала.       «Вот придурок», — сразу же пронеслось в голове Пенелопы.       — А ты меня сюда никогда не приводил. И вообще никуда не приводил. Продолжим обмениваться любезностями?       — Прости меня и за упрёк, и за то, что я был таким плохим мужем.       Пенелопа промолчала, но её убийственный взгляд сказал всё за неё.       Альфред, не спрашивая разрешения, уселся в соседнее кресло и поставил свой напиток на стол.       — Я всё ещё злюсь на тебя, и одно извинение ничего не изменит.       — О, я знаю, у тебя на лице написано, что ты хочешь сварить меня заживо в кислоте. Раньше почему-то такого не было. Но мне правда жаль, Пен.       — Раньше я жалела тебя и наш брак. А теперь поняла, что ты просто мудак. Спасибо моему психологу.       — Слава психологам. Я, кстати, тоже хожу к одному. Но не из-за тебя. Просто выгорел на работе, и оказалось, что то, что тебя никто не ждёт дома, сильно влияет на самочувствие. По крайней мере, на моё.       — Думаешь, мне интересно, что с тобой стало потом? — Пенелопа внутренне дрожала, пытаясь не кривиться от гнева. Ни с одним человеком она бы так не разговаривала, не смогла бы, но Альфред — другое дело.       — А вдруг? В любом случае, повторяю в третий раз, прости меня, пожалуйста. Я всё понял, но ты тоже не святая.       — Возвращайся к своему психологу и скажи ему, что тебе нужно научиться извиняться, потому что такие извинения я не принимаю, — ухмыльнулась Пенелопа и отпила свой раф.       — Я не понимаю, почему ты так злишься? Никаких измен, драк или ссор не было. Я не ограничивал тебя в деньгах, помогал, чем мог.       — Да-да, Альф, я поняла, «идеальный» муж. И это действительно так, — Пен вздохнула, чувствуя, как уходит злость. — Но ты не хотел быть со мной. Ты хотел, чтобы я была твоей. Разве ты сам не понимаешь, что, как только прошла влюблённость, мы перестали куда-то ходить, тебе больше не хотелось меня удивлять и радовать. Вообще никак. Даже на праздники я сама организовывала наш досуг. Может, тебе это и не было нужно, но, как я посмотрю, в кафе ты ходишь регулярно. А со мной — никогда.       — Я думал, ты не хочешь никуда ходить, что тебе не нравятся люди.       — Ты прекрасно знаешь, что это всё отговорки. Я сама тебя просила чаще приглашать меня куда-нибудь, забыл?       Ему больше нечего было сказать, Пен и сама это видела.       — Тебе просто было удобно, признай. Не уверена, что ты вообще меня любил.       — Неправда, любил, ты всё ещё очень красивая, — тихо ответил Альф, отводя взгляд. — И, к сожалению, лучшей женщины я пока не нашёл.       — Найми домработницу, сойдёт, — фыркнула Пен, разозлившись ещё больше.       Допив кофе одним глотком, девушка встала и посмотрела на него сверху вниз.       — Может быть, в следующий раз получится нормально поговорить. А пока — иди к чёрту.       Это была та самая случайность, которая поставила точку в бесконечных сомнениях Пенелопы. Теперь она сама видела, каким на самом деле был Альфред. И больше не чувствовала себя виноватой.       После такого, конечно, хотелось выкурить сигаретку, но Пен не была любительницей. К тому же подошедшая Элоиза была бы против.

***

      Бесконечные дни тянулись, как лента в календаре. Пенелопа чувствовала себя Беллой из «Новолуния», такой же опустошённой и спокойной. Каждый день она получала по несколько сообщений от Колина, Элоизы и своего агента, потому что сроки сдачи книги поджимали. На столе копились пустые банки из-под арахисовой пасты, гора посуды пыталась сравняться по высоте с Вавилонской башней, а пыль на столе превратилась в мягкое одеяло. Отменив сеансы у психолога, Пен продолжала гнить на диване. Конечно, она понимала, что поступает плохо, но не могла найти в себе силы что-то сделать, как будто жвачка приклеила её к квартире и не отпускала. Она отвечала Колину и Элоизе, говорила, что приболела, но, очевидно, никаких симптомов не было. Просто ничего не хотелось. Психолог спросил бы: «Пенелопа, вам не кажется, что у вашего бездействия есть причина?» И Пен ответила бы: «Не знаю». Ну конечно…       Чем больше курьеры приносили ей пакетов с фруктами, тем сильнее её мучила вина. К счастью, Колин пока был в командировке, иначе, увидев его на пороге своей квартиры, она расплакалась бы, как девчонка.       Однажды слишком солнечным днём Пен, собравшись с силами, смогла выйти на улицу, чтобы выбросить мусор. Нагруженная пакетами, она пыталась одной рукой закрыть дверь, как вдруг её окликнули сзади:       — Привет, соседка! — излишне радостная женщина лет сорока улыбалась белоснежными винирами, придерживая на плече маленькую розовую сумочку.       — Добрый день, — вымученно улыбнулась Пенелопа, на мгновение обернувшись. Ключ никак не хотел выниматься из замочной скважины, а вторая рука уже посинела от тяжести пакетов.       — Не хочешь купить тур на одного по очень хорошей цене? Сейчас во Франции отличная погода. Самый сезон. Я продам тебе по низкой цене, видно, что тебе пора отдохнуть и развеяться.       — А сами почему не едете? — закончив возиться с ключом, Пен наконец повернулась к ней.       — Я бы поехала, но врачи назначили операцию на почке и сказали, что переносить её не стоит. Поэтому я и предлагаю. Соглашайся, а то вид у тебя хуже, чем яйца моего бывшего.       «О боже», — смутилась Пенелопа, но хихикнула, как будто из вежливости.       — Да вы знаете, я как-то и не путешествовала никогда, тем более одна, — вздохнула она и поудобнее перехватила тяжёлые пакеты.       — Да ты не отказывайся сразу. Вынеси пока мусор, подумай, а я подожду. Или, хочешь, я с тобой схожу?       — Не надо! Я быстро схожу и вернусь.       Отказываться было как-то неловко, но и ехать она никуда не хотела. Пока она ходила по двору, то всё пыталась придумать отговорку, чтобы не покупать тур, но врать совсем не хотелось, а всё остальное не работало.       К сожалению, женщина всё же дождалась её и затащила в свою квартиру. Ослепнув от розового шика, Пенелопа села в самом углу дивана в гостиной, готовая в любой момент броситься к выходу. Но, похоже, женщина не собиралась долго болтать.       — Так, смотри, вот договор, вот твоя подпись в самом низу. И на второй странице тоже. Ты не смотри так, я, конечно, турагент, но в этот тур собиралась поехать сама, так что никакого обмана.       Пенелопа посмотрела на неё исподлобья, но всё же решила не отказываться сразу и почитать договор. В целом всё как и обещали: недельный тур во Францию, всё включено и очень дёшево.       — За такую цену больше нигде не найдёшь, клянусь, — включила внутреннего продавца соседка. — Если хочешь, могу расширить тур на двоих, возьмёшь с собой своего парня. Но это будет дороже, конечно. Зато он сам всё оплатит.       — Откуда вы…       — Я же вижу, сколько тебе продуктов заказывают. Если бы это была просто подруга, не было бы столько конфет в подарочных коробках.       Пенелопа густо покраснела и опустила взгляд на договор.       — Он не сможет, он в рабочей поездке.       — А тебя почему не позвал? Раз у вас сейчас конфетно-букетный период, мог бы и позвать. Явно богатенький, — размышляла женщина, куря сигарету у окна.       — Не знаю, — бесцветным голосом ответила Пен, не двигаясь с места.       — Вот и не думай, езжай отдыхать одна. Может, он потом и позовет тебя, но одной все равно будет легче и приятнее отдыхать.       Пенелопа взяла ручку и быстро подписала договор. Дьявол победил. А может, это был вовсе не он.

***

      Ничего лучше отдыха человечество пока не придумало. Да, Пенелопа понимала, что, возможно, поступает некрасиво. Но она никогда не выезжала за границу, и никто её особо не звал. Элоиза, конечно, пыталась, но это было очень давно, ещё в начале её брака.       Даже слова стали складываться в предложения гораздо легче, так что заключительная часть серии «Божественный потенциал» скоро отправится на редактуру. Пен устала писать, поэтому последняя книга немного потеряла в качестве. Она уже давно собиралась заняться журналистикой, но пока не знала, с чего начать.       Она также скучала по Колину, но не знала, как замедлить развитие их отношений, чтобы не обидеть его. Пенелопа не была уверена, что когда-нибудь снова будет готова к браку. Снова прозябать дома, пока благоверный покоряет карьерные вершины, — это не для неё.       Однажды прекрасным вечером, когда закат окрасил все дома в оранжевый цвет, ей позвонила Эл.       «Дорогая моя подруга, сколько можно игнорировать моего брата? Я знаю, что во Франции пахнет революцией, но будь добра!»       — И тебе привет. Откуда ты вообще это знаешь?       «Чисто родственное чутьё. Мама ему звонила, он очень грустит».       — Я сейчас тоже буду очень грустить из-за того, что вы все лезеете в это дело, — вздохнула Пен и поставила «Пино Коладу» на столик. Грустить было сложно, потому что она сидела на террасе с видом на весь город, а тёплый ветер слегка обдувал её лицо.       «Не уходи от ответа. И если тебе что-то не нравится, поговори с ним. Это не я с тобой роман кручу. Так поступают все нормальные люди, даже я научилась».       — Как я могу с ним поговорить, если он постоянно в разъездах? По телефону серьёзные разговоры не ведутся.       «Только не говори, что собираешься бросить Колина».       — Нет! Наверное… Всё происходит слишком быстро, я не знаю.       «Пенелопа, поговори с ним, он не дурак, и то, что он младше, не делает его глупым. Просто позвони».

***

      Но она не позвонила.