Глава 16 Речные Земли

      Бросив последний взгляд на постепенно исчезающие башни Винтерфелла, я с довольной улыбкой похлопал по темной кожаной сумке, висевшей у меня на боку.       — Сейчас посмотрим.       На маленькой карте, которую я приобрел для себя, было довольно много мест, которые мне было интересно посетить, а также несколько книг по всему королевству, чтобы занять себя во время путешествия… и монеты, много монет, конечно.       Мне не нужно было делать остановок или отдыхать сверх того, что меня интересовало, и это тоже было плюсом.       Хотя… По словам старого мейстера, который подарил мне большинство из этих вещей, Робб Старк изначально намеревался вознаградить меня, сделав рыцарем и дав надел… И мои мысли по этому поводу были достаточно очевидны.       Я похлопал Плотву по шее с легкой усмешкой: — Ну же, девочка. Поехали.       Лошадь с громким ржанием перешла на ровный галоп.       Легкое чувство вины, которое я испытывал из-за того, что уехал без предупреждения, исчезло, когда я понял, что так будет лучше для них, они еще дети и со временем перерастут это.       И вот так, на рассвете, я покинул Винтерфелл, к добру это или к худу.

***

      Следует признать, что обратная дорога была… более приятной.       Я читал книги во время верховой езды, и мне не нужно было делать перерывов, за исключением тех случаев, когда Плотва нуждался в отдыхе, а лошадь, будучи трусливой, могла бежать быстро… и долго.       Или, может быть, это было просто потому, что она была слишком напугана, чтобы остановиться без моего разрешения.       Кроме того, я привык преодолевать экстремальные расстояния из-за огромных размеров Междумирья и времени, которое я потратил на путешествия там.       Без сопровождающих расстояние, казалось, просто расплывалось и исчезало на заднем плане.       Время от времени я замечал марширующих солдат со знаменами разных домов или странствующих торговцев, но, поскольку они меня не беспокоили, у меня не было причин беспокоить и их.       — Марика… Как же я стар. — Я осознанно вздохнул, сидя на куче разнокалиберных камней, которые разбросал, и наблюдая, как Плотва брезгливо пасется на фоне заходящего за ней солнца. — Так вот почему мои волосы выглядят седыми?       Нет, этого не могло быть.       Я всё ещё был платиновым блондином… просто волосы больше отдавали… сединой.       — Блядь.       Я положил книгу о речных землях, которую читал, обратно в сумку и достал небольшую карту. Детали на нем были грубыми и слишком мелкими, чтобы они могли пригодиться в обычной жизни, но я прекрасно разобрал написанное, так что это было удобное маленькое дополнение к моей коллекции безделушек.       Ах, чего бы я только не отдал, чтобы вернуть некоторые из собранных мною вещей…       «Я должен быть где-то рядом с поворотом…       Я перевернул карту, затем развернул ее в сторону, пытаясь понять, где нахожусь.       — Я пересек Ров Кейлин. — Отметил я, постучав пальцем по отметке, которую для этого и сделал, и провел пальцем на юг, в сторону Королевского тракта, где находился в данный момент. — Так… Близнецы должны быть на Западе?       Поджав губы, я посмотрел на деревья за Плотвой, молясь Марике, чтобы мне снова не пришлось возвращаться к гребаным болотам… Они, черт возьми, чуть не испортили мою одежду… Надеюсь, никто не будет возражать против того, что я сделал.       К этому моменту я уже почти закончил поиски этого так называемого короткого пути в Речные земли и собирался просто следовать к ним по Королевскому тракту.       К счастью, довольно скоро я смог разглядеть очертания высокой стены? Крепости? Что-то в этом роде, видневшееся на опушке леса.       Вероятно, это было оно.

***

      Хелман Толлхарт стоял на вершине привратной башни Рва Кейлин, положив одну руку на рукоять меча, а другую заложив за спину, и наблюдал за постепенно темнеющими за его пределами болотами.       По какой-то странной причине особенно холодный ветер уже довольно давно дул ему в лицо, несмотря на то, что время для этого было еще не самое подходящее.       Он получил известие, что войско Старка начинает свой поход и пройдет здесь в полном составе, поэтому подготовился соответствующим образом… по крайней мере, настолько хорошо, насколько это было возможно с теми ограниченными людьми и ресурсами, которыми он располагал.       Но прежде чем он смог углубиться в свои мысли или удалиться в свое жилище на ночь, он заметил некое… несоответствие, если хотите, в темных и мутных болотах Перешейка.       — Это… — Он протер глаза, чтобы убедиться, что разум снова не играет с ним злую шутку.       Там, в темноте, виднелся мерцающий покров чистейшей белизны, которую он когда-либо видел, белее даже снега, к которому он привык как северянин, как лорд дома Толлхартов.       — Мне же это не мерещиться, парень? — Он сурово повернулся к ближайшему к нему солдату: — Или мои глаза меня обманывают?       Солдат с любопытством посмотрел в его сторону, и, хотя его лицо было скрыто шлемом, Хелман был уверен, что юноша был потрясен не меньше, чем он сам. — Я… Это снег, милорд?       Приглядевшись, Хелман понял, что иней был не только в одном месте… нет, слой инея тянулся через болота, как дорога, неестественно ровный, даже когда он должен был растаять от соприкосновения с болотной водой.       — …Что, во имя богов, это такое? — Он взял один из факелов, горевших на стене, и швырнул в темноту ночи, чтобы увидеть то, что еще долго будет мучить его людей и его самого.       За Рвом Кейлин появилась замерзшая тропа, проходившая через болота, которые служили естественной преградой от любых захватчиков.       У Хелмана на мгновение перехватило дыхание.       — Как это никто не заметил?       «»…»       Ответом ему была лишь мертвая тишина.

***

      «Черная стена» оказалась гораздо больше, чем я думал вначале, и это была вовсе не «стена»… Нет, это был один из двух массивных замков, похожих на башни, построенных на противоположных берегах реки, соединенных большим каменным мостом с другой башней, построенной в центре.       — Хорошо… Не стану отрицать, у него есть стратегическое назначение. — Прокомментировал я, подходя и почесывая подбородок.       Ворота, ведущие на мост, были большими и тяжелыми, над ними виднелась железная опускная решетка, которую охраняли лучники… Вокруг ворот были даже каналы для рвов.       Но, на самом деле, они были слишком массивными для переправы по мосту.       В то же время я не видел никаких других мостов, кроме этого, и, по-видимому, это был кратчайший путь, который обеспечивал легкую связь между Севером и Речными землями… Я предположил, что они могли перестараться и построить что-то подобное?       Тем не менее, на это, должно быть, ушли столетия… если только это не было построено людьми.       Стражник у ворот ответил на все мои вопросы одновременно.       — Пошлина, плати и двигайся дальше. — Резко произнес он, выставив копье, чтобы преградить мне путь.       Я прищурился, глядя на него, прежде чем оглядеться вокруг, большинство людей пользовались главными воротами, таща тележки и все такое, в то время как я был у меньших ворот, построенных сбоку от них… даже тогда там было немного людей, возможно, из-за времени… или погоды, вероятно, скоро пойдет дождь.       — Сколько я должен заплатить? — Спросил я с вежливой улыбкой.       На этом он остановился, прежде чем оглядеть меня с ног до головы, а затем ухмыльнулся, показав кривые желтые зубы: — Сорок серебряных оленей… сир.       О, так вот как все должно было быть.       — Я не с дочкой твоей хотел покувыркаться, приятель, просто хотел пройти мимо.       Он резко замолчал, не зная, что ответить.       Так продолжалось до тех пор, пока один из его товарищей-гвардейцев не засмеялся, каким-то образом задев самолюбие спящего льва, и не выпятил грудь: — Ты что, тупой, здоровяк? Ты хоть представляешь, где ты, блядь, находишься?       Почему местные такие тупые?       — Знаешь что? — Я поднял руки со спокойной улыбкой: — Оно того не стоит, это моя вина.       Я протянул руку к сумке, но он остановил меня своей: — Если ты такой щедрый, отдавай все.       Да ладно.       — Ладно.       Он снова ухмыльнулся… только для того, чтобы навсегда потерять способность делать это, когда в следующий момент мой кулак врезался ему в лицо, превратив его желтые зубы, которыми он, казалось, так гордился, в мелкую пыль.       — Я не знаю, чего вы, ребята, ожидали, но, полагаю, не этого.       Я сохранял вежливую улыбку, даже когда они обнажили сталь и наложили стрелы на тетиву.