Глава 31 Боги Людей

      Когда я возвращался в Розовую Деву, все вокруг меня, казалось, расплывалось, пока я размышлял о своих действиях с Войском Ланнистеров.       Я разгромил их… но не уничтожил подобно тем что были в Междумирье. Я не сокрушил их, не уничтожил всякое сопротивление и не заставил подчиниться, как лорд Годфри… и я не выслеживал их до последнего мужчины, женщины и ребенка, как Мессмер Цепеш, полубог, возглавлявший крестовый поход и геноцид по приказу Марики.       — Бедный пацан… — пробормотал я, вспомнив несчастного полубога.       Его тоже ненавидели и вычеркнули из всех списков за то, что он просто делал то, что приказывала ему мать… потому что Бог не мог ассоциироваться с такой «ужасной» вещью.       Это был один из многих поступков, которые привели к тому, что моя привязанность к Марике превратилась в негодование.       Я не мог понять, почему я не уничтожил их всех… В конце концов, разве это не был правильный путь?       Уничтожить все сопротивление так, чтобы они и не подумали снова препятствовать мне?       Разве это не был единственный путь к миру?       Это было единственное, в чем я был уверен.       Нет… Я действительно понимал… Этот мир не нуждался в подобном, потому что я не был в постоянной опасности, как раньше… Значит, таким я был на самом деле, когда ситуация не вынуждала меня действовать?       Я натянул поводья Плотвы, прежде чем тихо спешиться и подойти к опушке леса по грунтовой тропинке. Изучая его с минуту, я приложил руку к дереву, ощущая кончиками пальцев шероховатую текстуру коры.       — Маленькая птичка. Думаешь, я не заметил, что ты летаешь за мной по пятам? — начал я, вежливо улыбаясь.       Склонив голову набок, я посмотрел на черного ворона, который следовал за мной по пятам с тех пор, как я сжег Близнецы и Фреев.       Он был осторожен и достаточно хорошо держался на расстоянии, но… таким осторожным можно было быть только тогда, когда ни одно другое животное даже не хотело дышать одним воздухом со мной и убегало, так что его попытки спрятаться на самом деле не имели особого значения.       С громким криком он взгромоздился на ветку наверху и уставился вниз темными глазами, в которых светились мудрость и сообразительность, на которые он не имел никакого права.       Он спокойно наблюдал за мной, а я наблюдал за ним в ответ.       — Я, в общем-то, не против, чтобы у меня был зритель, но… — вздохнул я, положив руки на пояс, — Ты думаешь, я не смогу тебя найти?       Он снова каркнул и склонил голову набок.       — Ты серьезно пытаешься сыграть роль бессловесного животного прямо сейчас? Оглянись вокруг, на приличном расстоянии вокруг нас нет ни одной живой души. — Я указал на пугающе пустой лес вокруг нас. — И я действительно не понимаю, почему кто-то из всех людей захотел последовать за мной…       Я был сражен стрелой, пролетевшей мимо моего плеча и вонзившейся в дерево в дюйме от моей руки. — Как грубо.       Обернувшись, я увидел обнаженную сталь… и крупного мужчину без рубашки, держащего топор дровосека. Его грудь вздымалась и опускалась при каждом вдохе. В нескольких шагах позади него худенький мальчик держал меч, его рыжие волосы были мокрыми от легкого дождя.       — Вам, наверное, не стоит ходить на распашку. — Прокомментировал я, улыбаясь им и изучая лица моих «нападавших». Некоторые из них были в плащах и кольчугах, с суровыми чертами лица и стальными глазами, которые красноречиво говорили об их характере.       — Я слышал, это может закончиться печально.       Они были солдатами… и простыми людьми тоже.       — Дезертиры?       По большей части мои слова их не позабавили, но двое в центре расступились, пропуская мужчину пониже ростом, с золотисто-рыжими волосами и одним серым глазом, другой был прикрыт повязкой… Шрам, проходящий за повязкой, подсказал мне, что это не было модным решением с его стороны.       Его улыбка отразила мою собственную, когда он опустил свой темный щит и вложил в ножны длинный меч. — Я хотел бы извиниться за действия моих людей… Мы думали, что ты разведчик Ланнистеров.       — Что ж, ошибки случаются. Я Карл. Что привело вас, ребята, в эту глушь? — Я криво улыбнулся, заложив руки за спину.       Человек, которого я принял за лидера, поднял два пальца, возможно, подавая знак своим людям: — Берик Дондаррион, из Братства без знамен. Мы слышали, что войско Ланнистеров должно было пройти здесь маршем.       — Да, — кивнул я, — но они передумали и какое-то время не будут приближаться к Речным землям.       Его единственный глаз слегка расширился от моих слов, и я воспользовался моментом, чтобы взглянуть на его спутника в мантии.       Высокий, толстый мужчина с бритой головой и лицом, которое выглядело слишком гладким для компании дезертиров или кого-то еще… Он даже был одет в красную мантию и носил на поясе меч, привязанный к кожаной фляге, от него разило вином и спиртом.       — Что здесь делает человек в монашеской одежде? — С любопытством спросил я. — Хотя, я могу и ошибаться, учитывая размер твоего живота.       Он рассмеялся над моими словами: — Торос из Мира, друг. Владыка Света решил, что мне будет лучше с этой бандой разбойников.       Владыка Света?       Я с любопытством почесал подбородок.       До сих пор я сталкивался с тремя различными классификациями божеств.       Утонувший Бог вымерших Железнорожденных. Я испытывал ликование и отвращение в равной степени, когда атаковал Железные острова, с неба над головой и с бескрайнего моря внизу.       Старые Боги Севера, у которых не было имен, но которые все еще обладали силой, которую я ощущал в древних, глубоких и темных лесах, раскинувшихся в самом большом из Семи Королевств.       И Семеро… которые, как я полагал, были не столько богами, сколько символами, поскольку я еще не видел никаких признаков их существования.       — Владыка Света…       — Ты, конечно, шутишь. Что могло заставить Ланнистеров изменить свое решение? — Берик прервал меня, повысив голос, и я понял, к чему он клонит: — Лорд Тайвин Ланнистер не из тех, кто меняет свое мнение.       Я улыбнулся, удивленный его наивной поспешностью: — То же самое, что произошло в «Золотом Зубе». Я прогнал их и нанес лорду Ланнистеру личный визит.       В мгновение ока настроение изменилось.       Людям Берика стало не по себе, они хорошо это скрывали, но… Всегда были какие-то незаметные признаки.       Легкое движение пальца, малейшее движение тела, рассеянный взгляд, капельки пота, бешено колотящиеся сердца, крепкая хватка.       Молчание было прервано тем, что молодой лучник случайно выпустил стрелу. Его глаза широко раскрылись от сожаления и стыда, когда стрела просвистела в воздухе, целясь мне в грудь. Но на самом деле это только ухудшило мое представление о них.       Я просто отбил стрелу в воздухе, чтобы она не испортила мою модную одежду, и бросил на парня недовольный взгляд: — Я же говорил, что это может навредить тебе, молодой человек. Будь осторожнее.       Он запнулся и горячо кивнул: — Да… Да, м-милорд.       Вздохнув и, возможно, приняв какое-то решение, Берик размеренными шагами приблизился ко мне: — Друг, не мог бы ты составить нам компанию? Я хочу услышать подробности о твоих подвигах.       Странно, что он мне поверил.       Я поджал губы и прищурился, прежде чем пожать плечами: — Конечно, почему бы и нет?       Время было единственным, что у меня было в запасе.       Мне также было очень любопытно посмотреть на этих людей, поскольку они почти никак не отреагировали на то, что я отбил стрелу в воздухе. Это означало, что они видели нечто гораздо более невероятное.       Веселая банда разбойников, как выразился Торос, повела меня в лес, мимо древних зарослей, где воздух завывал, как древние духи, и мягко ласкал мою кожу. Усилившийся дождь смыл наши следы.       На мой взгляд, большинство из них были слишком мрачными и серьезными.       Торос шел рядом со мной, делая глоток за глотком из своей фляжки, прежде чем заметил меня и протянул ее: — Хочешь немного?       — Нет, — я махнул рукой, — я все же хотел спросить. Кто этот Владыка Света?       Он резко остановился, застигнутый врасплох, затем застенчиво улыбнулся: — Вам лучше спросить кого-нибудь из других жрецов. Я здесь только из-за еды.       Я усмехнулся его рассуждениям, прежде чем бросить взгляд на его живот: — Это заметно, приятель.       Он засмеялся, переступая через ветку и одергивая толстыми руками свою мантию.       — Но я не думаю, что смогу найти кого-то из них, кто просто бродит вокруг.       За все время, моего нахождения здесь, я не слышал ни единого слова об этом так называемом Владыке Света.       Это было то, к чему я не привык, поскольку во всех Землях Междумирья когда-либо было только одно главное божество… Конечно, существовал Падший Бог Великанов и Бесформенная Мать, Богиня Гниения, даже сам Хаос и так далее, но их последователи были минимальны, а знание об их существовании ограничивалось лишь несколькими избранными личностями.       — Ты мог бы отправиться в любую точку мира и найти красного жреца. — Торос начал со смешка: — Я бы сказал, что нас слишком много. В Браавосе, Лисе, Мире, Квохоре, Тироше, Пентосе, Волантисе и Асшае, конечно, ты найдешь Красных священников во всех Вольных городах. Влияние Владыки огромно… и до недавнего времени моя вера, к сожалению, была непрочной.       Вольные города… они часто появлялись в моей жизни… и многие люди думали, что я родом либо из Волантиса, либо из Браавоса, поэтому мне было очень интересно узнать о них. Браавос, потому что его жители имели привычку красить волосы в странные цвета, ногти и тому подобное. Волантис, потому что в ее народе все еще текла валирийская кровь.       Валирийская кровь — это кровь драконьих всадников… хотя это недоразумение было вызвано исключительно цветом моих волос.       — Что изменилось?       Торос с усмешкой щелкнул пальцами и вытащил свой клинок, стараясь не задеть одно из деревьев. Он произнес несколько слов на странном языке, которого я не понял, затем щелкнул пальцами.       — О боже…       Пока я наблюдал, его клинок загорелся и нагрел воздух. Капли дождя, попавшие на него, зашипели и испарились. Торос быстро убрал клинок обратно в ножны: — Изящная вещица, не так ли?       Я улыбнулся и кивнул: — Очень любопытная вещь.       — Есть еще небольшая часть о воскрешении Берика.       Еще любопытнее.