Часть 8

Таня тихо, стараясь не издать ни единого звука, прикрыла за собой дверь и на цыпочках подошла ближе к кровати. Рома спал глубоко и безмятежно, растянувшись на спине и закинув руки за голову. В полумраке комнаты его лицо казалось непривычно мягким, лишенным той вечной колючей брони, которую он носил днем. Девушка осторожно присела на самый край матраса. Она закусила губу, чувствуя, как бешено колотится пульс в горле. Взгляд помимо воли перевелся со спокойного лица парня на его оголённый торс. В груди сладко и больно потянуло. Таня медленно, словно загипнотизированная, придвинулась ближе. Она шумно сглотнула, вглядываясь в каждую черточку его лица. «А если проснётся? Может, не надо?..» — тревожным набатом пронеслось в голове, но здравый смысл уже капитулировал. Взгляд упрямо скользнул ниже, очерчивая рельефные кубики пресса. Телефон, который до этого настойчиво жужжал, она уже отложила на прикроватную тумбочку. А пальцы сами, повинуясь какому-то древнему, почти бездумному инстинкту, потянулись вперед и невесомо коснулись его живота. Кожа Ромы была горячей. Два года их разлуки сейчас ощущались как целое полвека, как прошлая, чужая жизнь. Таня, поддавшись порыву, провела ладонью по его взъерошенным, жестким волосам и даже тепло улыбнулась воспоминаниям. Но внезапно, словно ошпаренная, она замерла и резко поднялась на ноги. Осознание того, что она делает, обухом ударило по голове. К счастью для неё, в этот самый момент тишину снова разрезала вибрация телефона. — Пятифан, просыпайся. Тебе звонят, — громче, чем планировала, сказала она, наклонившись к самому его уху. — Ещё пять минуточек... — сонно и недовольно пробормотал он, утыкаясь носом в подушку и отворачиваясь к стене. — Просыпайся давай! — фыркнула Таня и, потеряв терпение, ощутимо толкнула его в плечо. Рома нехотя приподнялся на локтях, сонно щурясь от полумрака и пытаясь сфокусировать взгляд на гостье. — Чё хочешь? — хриплым ото сна голосом недовольно спросил он. — Звонят тебе, — она кивнула в сторону тумбочки, где аппарат продолжал неистово крутиться. Он лениво потянулся, перехватил мобильный и глянул на экран. Сон с парня слетел в ту же секунду. — Твою мать! — выругался Рома и резко нажал на кнопку приема. — Да не ори ты, я уже иду. Жди, где договаривались, скоро буду. Телефон тут же полетел обратно на кровать, а сам Пятифанов подскочил к шкафу. Он действовал на автомате, на ходу вытаскивая из недр полки темные штаны и плотную кофту. — Ты куда посреди ночи? — не удержалась от вопроса Таня, наблюдая за его суетой. — С каких пор тебя это парит? — Рома обернулся и коротко усмехнулся. Он замер на секунду и машинально провёл ладонью по собственному животу, на котором остался влажный след от её ладони. — А чё я мокрый?.. — пробормотал он вполголоса, нахмурившись и разглядывая свою руку. Таня моментально, пугливо отвела взгляд в сторону, молясь, чтобы в комнате было достаточно темно и он не заметил её пылающих щек. Пока Рома, совершенно не стесняясь её присутствия, быстро переодевался, она принялась разглядывать комнату. Здесь абсолютно ничего не изменилось. Всё было точно таким же, как и в день их расставания. Их общие фотографии в рамочках всё так же висели на стене, а в углу пылилась акустическая гитара — та самая, которую она с таким трепетом подарила ему на день рождения, и к которой он теперь, кажется, вообще не прикасался. Всё. С неё хватит. Пора уходить, пока она окончательно не выдала себя. Таня резко развернулась, вышла из комнаты и быстрым шагом спустилась по лестнице вниз. — Я, наверное, пойду домой, — неловко, с трудом попадая рукавом в куртку, сказала она стоявшей в прихожей женщине. — Уже уходишь? Может, останешься еще, посидим? — тепло и с надеждой улыбнулась Марина. — В другой раз, тёть Марин, правда. Время уже позднее, — Таня крепко обняла её на прощание. — До свидания. — Маме привет передавай непременно. — Передам, конечно, — кивнула она, открыла дверь и быстро вышла на улицу.

︵‿︵‿୨♡୧‿︵‿︵

Они шли, крепко обнявшись, по пустой, скованной утренним морозным воздухом улице. Щёки нещадно горели от холода, и Таня, пытаясь согреться, сильнее прижалась к плотной куртке Андрея, то и дело шумно дуя в онемевшие ладони. Прошлые ночные терзания и визит к Пятифанову сейчас казались лишь далеким, смутным сном, уступив место суровой реальности зимнего утра. — Ну и дубак на улице, — едва шевеля губами, пробормотала она, глубже зарываясь носом в теплый шарф. — Ага... И как в такую собачью погоду вообще в школу идти? — хмыкнул Андрей, глядя под ноги и осторожно обходя обледеневшие участки дороги. Он крепче перехватил девушку за плечи, согревая своим теплом. — Сама не знаю, дома бы сейчас посидеть, — Таня на секунду приподняла голову и посмотрела на парня. — Кстати... Пойдёшь со мной сегодня к Саше после уроков? Помощь твоя нужна. — Если дел никаких срочных не будет, то да, без проблем, — спокойно пожал он плечами, устремив взгляд вперед. Они успели пройти ещё пару шагов, как вдруг тишину сонной улицы нарушил громкий, звонкий окрик позади: — Эй, подождите нас! Погодите, говорю! Пара синхронно обернулась. По заснеженному тротуару, смешно семеня ногами, Катя буквально волокла за собой упирающегося Будаева. Сам Бяша плелся сзади, как сонная, полуживая муха, явно проклиная всё на свете и эту необходимость вставать ни свет ни заря. — Ну вы и шустрые, конечно, фиг догонишь, — тяжело дыша и усмехаясь, выдала подбежавшая Катька, поправляя съехавшую набок шапку. — И тебе привет, торопыга, — с легкой улыбкой отозвалась Таня, радуясь возможности сделать короткую передышку. — Здрасьте, на, — хмуро буркнул из-за Катиного плеча Будаев, пряча руки глубоко в карманы куртки и недовольно косясь на Андрея. — И тебе не хворать, — с едва заметной издевкой в голосе ответил Голубев. Он окинул парня оценивающим взглядом и ухмыльнулся: — А где твой дружочек-то ходит? Обычно вы парой выступаете. Все прекрасно поняли, что речь идет о Роме, который после своего ночного таинственного звонка мог быть где угодно. — Не бойся, не пропал, на. Живее всех живых, — огрызнулся Бяша, недовольно шмыгнув носом. — Я и не боялся, — фыркнул Андрей, демонстративно отвернувшись и давая понять, что эта тема его абсолютно не волнует. Напряжение между парнями мгновенно возросло, напоминая о натянутых до предела отношениях в их компании.