Я этого не забуду (дополнительные сцены 8 серия 1 сезон)

Галадриэль поднялась в покои, которые отвели для выздоравливающего Халбранда. Она не видела его несколько дней после той песни. Не то чтобы не хотела. Напротив, она так страстно желала увидеть его, что сама себя останавливала. Такая тяга к нему пугала ее. «Почему именно он?» — думала она, проходя знакомым коридором. Он был загадкой, непостижимой и притягательной. Его темная сторона была так близка к её собственным страхам и сомнениям, но было и что-то родственное ей — искра, которую невозможно игнорировать. Пытаясь переключить свои мысли, она все дни сидела в библиотеке, изучая старые карты, собирая свидетельства от разведчиков с дальних рубежей и совещаясь с другими командирами о движениях войск врага. На исходе пятого дня она не выдержала и пошла к нему, но в покоях было пусто. Галадриэль испытала легкую досаду, как будто сама себя наказала. Чтобы отвлечься от этого чувства, она решила немного проветрится и спуститься к Гландуину. С крепостной стены открывался удивительной красоты вид на лес, долину реки и горы, но эти пейзажи не трогали сердца Галадриэль. Мысли ее занимал Халбранд. Их путешествие сюда было далеко не легкой прогулкой, но то, что они сблизились и кем стали друг для друга, волновало ее с каждым днем все сильнее. Дойдя до самой реки, она устало опустилась на мягкую траву и закрыла глаза. Сидя у воды, Галадриэль позволила себе на мгновение отпустить бремя, которое она несла на своих плечах все это время. Её мысли были запутанными, как клубок переплетенных нитей, каждая из которых требовала внимания. Она опустила ладонь в прохладную воду и позволила потоку течь сквозь пальцы. Драгоценное чувство спокойствия, как мгновение между вдохом и выдохом, уносило все тревоги. — Галадриэль! — вдруг услышала она знакомый голос и поднялась. К ней по лестнице спускался Халбранд. Он был бледнее обычного и заметно похудевший, но глаза его были по-прежнему яркими и на губах играла улыбка. Он был одет в простую (по эльфийским меркам) темно-серую тунику с синим орнаментом на рукавах. Но даже в этом простом одеянии он выглядел сильнее и увереннее иных вельмож Эрегиона. Галадриэль откровенно любовалась им, пока он приближался. — Я везде тебя искал, — сказал он, остановившись чуть ближе к ней, чем того требовал этикет. Сердце Галадриэль согрелось (он искал ее), но внешне она не показала, как сильно рада встречи. — Я слышала, тебе стало лучше, — сказала она спокойным тоном, выдерживая взгляд его зеленых глаз. — Спасибо, Галадриэль. За то, что я жив, — сказал он, делая маленький шаг вперед. — Ты спас меня. Теперь мы квиты, — дипломатично ответила она, чувствуя, как ее тянет навстречу. — Нет, твой дар мне сто крат дороже. Я был готов сдаться, но ты была рядом. Ты верила в меня. Я этого не забуду. Он взял ее за запястья, поднес к своим губам и поцеловал ее пальцы. Галадриэль затрепетала от этого нежного прикосновения и почувствовала, как краснеют щеки. Он прижал ее ладони к своей груди и, сделав еще один шаг навстречу, притянул Галадриэль к себе. Она не отняла рук и не отпрянула. Он обнял ее и зарылся носом в пушистые волосы, вдыхая их чудесный запах. Его широкие ладони гладили ее спину, и от этих прикосновений Галадриэль стало жарко. Она не двигалась, спрятавшись в кольце его рук, но потом, не в силах сопротивляться, сама обняла его за талию. Его губы слегка касались ее губ, дразня и обещая нежность. Галадриэль потянулась и сама поцеловала его, чувствуя, как исчезают сомнения последних дней. Почему только с ним она ощущает тебя и сильной, и свободной. Почему только с ним — смертным — ее тело наполняется бурлящей энергией. Кажется, она смогла бы даже летать, и ей не нужны крылья. Эта вибрирующая легкость во всем теле как на самой заре ее юности. И она не желала от этого ощущения отказываться. О, она бы дорого отдала, чтобы быть такой всегда — легкой, сильной и свободной. У него кончился воздух, и он прервал поцелуй, не выпуская Галадриэль из объятий. Прижимаясь лбом к ее лбу, он тяжело дышал. Галадриэль ласково улыбалась, нежно гладя его спину. Казалось, они могли бы простоять так вечность, и пусть весь мир рухнет и возродится вновь — им все равно. Нет ничего, кроме этой звенящей близости. — Госпожа! — раздался недалеко голос, и Галадриэль узнала одного из помощников Элронда. — Госпожа Галадриэль! Волшебство момента было мгновенно разрушено. Ее плечи напряглись, и она быстро отступила на два шага назад, незаметно вытирая губы тыльной стороной ладони. Не взглянув на Халбранда, Галадриэль двинулась в сторону голоса, обладатель которого уже показался из-за деревьев. — Что случилось? — спросила она. — Лорд Элронд просил вас срочно найти, госпожа, — ответил юный эльф, едва успевая за быстрым шагом Галадриэль. Саурон остался один на берегу. Можно использовать Галадриэль в своих интересах, тем более сейчас, когда она настолько доверяет ему. Но чем ближе она была, тем бледнее становилась его главная цель. Свет Галадриэль застилал все остальное. Когда он держал ее в своих объятиях, больше ничего не существовало. Только ее сияние, ее руки, губы — вся она. Что ж, если это поможет ему быстрее подчинить все Средиземье, пусть так и будет.