Эпизод 8

— Монсеньор… — Что, девушка, опять вычитали что-то и хотите спросить? — Не без этого… — Регина совершенно по-детски ковырнула паркет носком туфли. — Удивите меня. — Лаик… — Школа оруженосцев, да. — Я тут в документах копалась, нашла один, тут пишут, что контроль за обучением юношей осуществляется Первым Маршалом. Выражение лица вышеозначенного Первого Маршала становится чуть сложнее. — Допустим. — И не нашла ни единого отчёта по этому поводу. Вы ревизию там когда в последний раз проводили? — Никогда. — В смысле?! — В бытность мою унаром, Лаик уже был препоганейшим местом. Страдать в Лаик это своего рода традиция, я бы сказал, скрепа, на которой держится институт рыцарства. — Так не должно быть. — Это способ дать юноше понять, что лелеять его будет только маменька, тогда как реальная жизнь военного — это лишения и выживание. — Заставлять детей выживать — убогий средневековый пережиток. — Если угодно. — Вам не важно, как расходуются бюджетные средства? — Это в ведомости тессория. И, будем честны, в казне недостаёт систематически, но про Лаик всё равно вспоминают в среднем дважды за жизнь: когда едут сами и когда отправляют сына. — Волшебно. Вы даже не хотите поинтересоваться, как и чему их там нынче учат? Может, их там розгами секут до кровавых соплей, а вы и не в курсе! — И что? — «И что»?! То, что нельзя так! Не потому, что дворяне, а потому, что люди! — Как там в конце концов ваша ключица? Вижу, умаялись от безделья. — Да что с вами не так?! — Хотите ревизию — развлекайтесь. Я вам даже выпишу какую-нибудь пространную разрешительную бумагу, только перестаньте так верещать по утрам, Леворукий вас возьми! — Нет, вас — ворчит Регина почти беззлобно и начинает потихоньку планировать.