Глава Двенадцатая. Бум!

— И что мы… здесь ищем? — Снежа неуверенно осмотрелась по сторонам, убирая связку ключей в карман халата. Затем обернулась на свою маленькую спутницу, чьи описания «места, из которого исходит большая опасность» и привели компанию в итоге сюда. — Не знаю, — мавка лишь неуверенно пожала плечами. — Так далеко я не думала, честно говоря… Осматривая большое, полутёмное, заполненное чуть ли не под завязку всевозможными трубами помещение, что почему-то называлось «ко-тельная», Маруся и сама плохо понимала, как же быть дальше. Честно сказать, само место ей почти нравилось — здесь оказалось мрачно и сыро. Да только вот куда жарче привычного. Душновато. Но что им здесь искать? При этом ощущение времени, которое ускользало сквозь пальцы, словно песок, её ни на мгновение не отпускало. — А мне казалось, что мы ищем эту, ну… бомбу, — неуверенно подал голос Иван. Пара ступеней вниз стала для него почти непреодолимым препятствием, и потому он остался сторожить вход. — Такую весьма неприятную штуку, которая делает «бум». Да, чуда с ним пока ещё не случилось: Дурак по-прежнему сидел в инвалидном кресле, весьма озадаченно поглядывая то на флакон чудодейственной водицы в своей руке, то на спутников. После недавних слов мавки выбор оказался не из простых. Нельзя сейчас: Илюша всё ещё смотрит. — А на что она похожа? — задумчиво почесал свою голову богатырь, шагая между переплетениями металлических кишок. Он ощущал себя в брюхе большого чудовища, которое на сей раз ему нужно не сразить, а понять. И, если уж на то пошло, даже спасти. — Я мало современных фильмов смотрел. Где её искать? Ты что-нибудь знаешь об этом, девочка? Маруся снова огляделась по сторонам. Она напрягла извилины и отчаянно постаралась припомнить об окружающем её чужом мире ещё хоть что-нибудь. Пускай даже из мультфильмов, которые они вместе с Варварой старались не пропускать каждое утро. На что же конкретно в них могла быть похожа бомба? Такая увесистая коробочка с торчащими тут и там проводками?! Ещё там постоянно были милые часики, которые— Догадка словно бы пронзила её насквозь острой стрелой. — Эм… Илюша обернулся к ней из другого конца помещения: — Что? Ты что-то заметила, милая? На самом деле, даже не требовалось обладать огромными внимательностью и проницательностью, чтобы приметить небольшую чужеродного вида железную (?) коробочку, примотанную кем-то изолентой (явно наспех) к огромному подобию металлического котла в самом центре всего помещения. Если кто-нибудь ещё вдруг сомневался, на экране телефона, прикреплённого к ней тонкими разноцветными проводками, шёл обратный отсчёт. И часы сейчас показывали четыре минуты. Четыре минуты до того, как всё кончится. — Я не могу пока доказать, но думаю, это — то, что мы ищем, — Мавка осторожно указала в сторону чужеродного механизма, красующегося у всех на виду. — Ох, ну слава тебе, Господи, — Снежа взяла девочку за руку, а другую свою ладонь положила туда, где находится сердце. — Нашли, всё-таки. — А теперь чего делать будем?! — сердито поторопил Иван, аккурат со своего «насиженного» места. — Я предлагаю рвать когти. — Коли уж мы б хотели уйти отсюда, то зачем бы сюда пришли?! — раздосадованно ответил другу Илья. — Аль мы с тобой трусы какие, Ваня?! Должно нам спасти детушек… — Ах, чего это я позабыл. Да, действительно, — под довольно-таки прожигающими взглядами женской стороны «коллектива» Дурак от души шлёпнул себя по голове. Слишком наигранно и неумело, чтобы кто-то сообразительнее богатыря поверил. — Лично ты всё равно ничего полезного тут не делаешь, — тихо буркнула Снегурушка, даже не пытаясь прикрывать неприязнь. — Ну, так я и пойду— — Нет, сиди. Она так на него взглянула, что Иван, похоже, потерял не только дар речи, но и, вдогонку, способность логически мыслить. Оставшиеся трое зачарованно наблюдали, как богатырь старательно отматывает слой изоленты за слоем, пытаясь как можно скорее извлечь злосчастную бомбу. Время стремительно тикало — секунды мерным стуком отдавались у каждого в голове. Иногда Илья ненадолго прекращал сей трудоёмкий процесс: только для того, чтобы подуть на свои мозолистые ладони. Судя по виду богатыря, котёл оказался ну очень горячим. — А я и не подумала бы, что такой малышки хватит, чтобы учинить столько неприятностей, — между делом сказала Маруся, зябко обхватывая себя за плечи. Внезапно Снежа сделалась бледной, как полотно. Словно вдруг поняла что-то. Сначала осознала, а теперь же старательно пыталась отогнать от себя эту ужасную мысль. Её взгляд стал пустым: — Я не знаю. Сколько— — М? — Сколько ты видела их в этом своём… видении? — Ни единой, — мавка уверенно мотнула головой. — Там были только последствия. А что? Продолжить разговор им помешал богатырь: с весьма смущённым видом Илюша притащил бомбу к спутницам. С устройства ещё свисали липкие лоскуты изоленты, отсчёт же на экранчике телефона показывал всего две минуты. Время продолжало безжалостно ускользать. — Зачем принёс сюда? Выключи её, быстро, — Снегурушка непонимающе перевела взгляд сначала на Илью, потом на бомбу и снова обратно. — Но мне совсем неведомо, как, — негромко и весьма смущённо признался богатырь. — Был вариант разбить, да… — Э-этого лучше не делать! Ты прав. Молодец, Илюш’. Дай, я подумаю. Она бережно погладила Илью по голове. Муромец осторожно опустил устройство у её ног, теперь же неловко переминаясь рядом, точно послушный пёс. — Может быть, разрезать провод? В фильмах всегда помогает! — неловко попробовал Иван. Время на маленьком экране уже показывало всего полторы минуты. — О, дивно. А ты знаешь, какой? — Мавка оскалилась, нервно наматывая круги. — Конечно же! Ведь не тебе его резать… ты всегда больше по— — Спокойствие. Кажется, я знаю, что нужно сделать, — вдруг раздался тихий, но уверенный голос Снегурушки. Женщина помассировала виски. Выглядела она крайне уставшей. — Хоть это и отнимет все мои силы. — О. Что ты собираешься..? — Я попробую заморозить её, Илья. Если я чего и усвоила, пока живу в этом мире — сложная электроника обычно совсем не дружит с холодом, — Снежа пожала плечами, неуверенно улыбнувшись, а затем осторожно принялась за работу. Она присела рядом и коснулась устройства. Кажется, температура в котельной стала вдруг ниже на пару градусов. И продолжала опускаться. Это продлилось несколько долгих секунд тишины, а потом отсчёт замер примерно на минуте. Бомба покрылась инеем. Время остановилось. Все дружно выдохнули. — Снежа! Ты сделала это, любовь моя! Богатырь положил было руку ей на плечо, дабы приободрить, когда Снегурушка осела кулём прямо около злосчастного устройства, не в силах даже заговорить. Она оказалась права: это, и в самом деле, исчерпало все её внутренние ресурсы. Женщина упала на пол, без чувств. — Ну, нет худа без добра: зато уж теперь бомба супостатская точно обезврежена! Коль захочешь, я домой тебя отнесу. А потом Маруся проговорила дрожащим голосом: — К-кажется… я вижу ещё одну. М-мы... мы ещё не закончили. И в самом деле — крайне похожее устройство оказалось примотано меж двумя трубами, в дальнем углу помещения. В отличие от её соплеменницы, эту бомбу заметить и впрямь оказалось гораздо сложнее. Как минимум, из-за того, что она действительно не находилась у всех на виду. Мавка бы её так и проглядела, не начни девочка нервно ходить кругами. Вот только… спасало ли это ситуацию, ну хоть немного? Богатырь в пару широких шагов преодолел разделяющее их с целью расстояние и отодрал смертоносное устройство одним могучим рывком. — А… что нам теперь делать? — он глядел на оказавшуюся рядом с ним мавку как-то наивно и даже немного по-детски. Больше готовой прийти на помощь со своей заморозкой Снежи рядом с ним нет. Заметили бы они вторую угрозу хоть немного раньше! — Вот ведь пропасть. Время неумолимо показывало полминуты. Отсчёт уменьшался. — Я… я не думаю, что стоять здесь помо— В этот раз богатырь даже не стал дослушивать испуганную Марусю: он уже принял своё страшное решение. Кажется, другого выбора у них нет. Прижав к себе готовую вот-вот сработать бомбу, точно любовницу после долгого расставания, Илюша торпедой рванул вверх по лестнице, прочь из котельной. Он оттолкнул с дороги зазевавшегося в дверях Ивана: — Время сейчас отчаянное. Прости меня, друже!.. Кресло с его седоком крутанулось на месте и едва не упало, вот только Муромцу сейчас до них не было дела, ведь на кону и так стояло слишком уж многое! Он пулей понёсся в сторону выхода из городской больницы, порой огибая, но чаще расталкивая людей, не разбирая дороги. Рассерженные зеваки лишь хмуро оборачивались богатырю вслед, но, только завидев его широкую спину, предпочитали смолчать. Поэтому, когда он всё же вылетел из здания, всем показалось, что даже само помещение издало вдруг полный облегчения выдох. А ещё несколько секунд спустя грянул взрыв. Стёкла покрылись сеточкой трещин, в пространстве раздался оглушительный гул, а земля под ногами у тех, кто находился рядом с источником грохота, словно пошла ходуном. Вот теперь всё, действительно, было кончено.

***

Иван и Маруся стояли на лестнице, около выхода из больницы. Вечерело. Их обходили одинокие, спешащие по своим делам прохожие, пока на город вновь опускался мрак. Безумный денёк подходил к концу, не правда ли? — Я его знаю. Он встанет! И вам всем не поздоровится, — тихо сказал дурак, явно обращаясь к мавке. — Илюша у нас такой. Только вот этого отчего-то всё не происходило. Шло время. С тех пор, как прогремел взрыв, секунды уже давно стали минутами, а минуты — часами… Маруся лишь молча смотрела на прикрытое брезентом крупное тело возле вопящей сиреной машины скорой помощи. Теперь сюда приехала ещё и полиция: они активно помогали медработникам собирать останки Ильи, а также, судя по доносящимся до парочки обрывкам разговоров, пытались выяснить природу происхождения странной бомбы. Вопросы также задавались и главврачу, но это наших сказочных героев уже не касалось. Вообще-то, их должны были разогнать по палатам, едва только всё случилось, но сейчас у большинства и без того дел оказалось по горло. — Он же ведь нашей, сказочной породы! Его такими жалкими земными штучками не проймёшь, — уголки губ Ивана отчего-то подрагивали. — НУ ЧЕГО ТЫ НЕ ВСТАЁШЬ, ИЛЮША?! — его голос сорвался, и он закашлялся. — ДАВА-АЙ!.. Пара прохожих с подозрением оглянулась в сторону местного крикуна. — Видимо, даже у ваших — наших? — способностей есть свой предел, — тихо ответила девочка, стараясь не оборачиваться в сторону собеседника. — Может, удар ножом родом из этого мира… или же выстрел той свинцовой штукой, мавка не помнит названия… вам с ним ничего особенного и не сделают, но, как любили говорить у меня на болоте, на всякого найдётся своя управа. — Да, верно. И у нас в селе тоже так говорили! — Ну вот. — Но я не понимаю, почему же это именно он должен был пострадать, а не ты! Когда я снова поднимусь, вам всем тут не поздоровится. — Ты опять? — устало выдохнула Маруся. Она больше не опасалась сказочного Ильи Муромца, даже самую малость — вот ведь он, прямо перед ней, лежит, чего его теперь бояться? Он был хороший, как выяснилось. Был. Да и к стоящему (сидящему?) рядом с ней человеку мавка в сложившейся ситуации едва ли испытывала нечто, кроме презрения. Теперь-то она поняла, чьим именем тот прикрывался всё это время. Ей стало гадко от этого. — Идиот. Иван взглянул на неё немного безумным взглядом. Его рука машинально коснулась сосуда с мёртвой водой, лежащего рядом с ним, в кресле. — Ведь ты всё ещё можешь помочь ему.