Вифлеемский, мать его, оригинал

      Лют, накинув куртку Адама: большая, зато теплая, — вышла на балкон полюбоваться центральной площадью Победного Квартала. Там сияла та самая Вифлеемская звезда — десятиметровая, из чистого алмазного света, которую серафимы каждый год водружали с такими величественными лицами, будто лично Отца поднимали. Адам почти бесшумно проскользнул следом за Лют и обнял ее сзади, уткнувшись носом ей в шею.       — Это херня, Лют, — заявил он, тыкая пальцем в небо. — Посмотри на это убожество. У нас там что, обычный голый шпиль? Оскорбление моего статуса. На нашей хате должна сиять звезда, и не просто какая-то блестящая фигня из райского супермаркета, а Та Самая. Чтобы все знали: тут живёт сам оригинальный хер и его горячая лейтенант.       Лют со смешком закатила глаза:              — Адам, в Раю и так всё сияет. Если мы добавим еще света, нас оштрафуют за световое загрязнение атмосферы. Ну, или ангелы начнут врезаться в наш дом.       — Похер на ангелов, нам нужна альфа-звезда, — Адам махнул золотым крылом в сторону площади, и его глаза сверкнули азартным огнем. — Видела ту здоровенную штуку, которую Серафимы каждый год ставят на Центральной площади? Вифлеемский, мать его, оригинал! Нам подходит.       Лют фыркнула:       — Ты серьёзно собрался воровать главную рождественскую реликвию Рая прямо из-под носа у Совета?       — Не воровать. Просто переставить. Это разные вещи, — Адам заговорщически подмигнул. — Полетели!

***

Через двадцать минут мимо охраны центральной площади пронеслись две золотые вспышки. Все произошло так быстро, что никто не успел ничего понять. Раздался скрежет металла, треск разрядов святой магии, и Лют с Адамом вырвали с постамента гигантскую конструкцию — сияющую, как сверхновую, звезду размером с небольшой микроавтобус.       — Твою мать, она гигантская! — пропыхтел Адам, удерживая один луч звезды, пока они с Лют летели зигзагами, уходя от возможной погони.       — Держи левее, Адам! Мы сносим флюгеры! — хохотала Лют, вцепившись в основание конструкции. Она прикрывала с флангов, готовая в случае чего устроить небольшой апокалипсис. Звезда оказалась тяжёлой, сука, очень тяжёлой. Крылья Лют работали на пределе, мышцы горели, но адреналин бил в голову чистым ангельским восторгом. Это безумие. Бунтарство наивысшего уровня. Но так охуенно весело!       Наконец они с грохотом приземлились на крышу пентхауса. Черепица жалобно хрустнула под весом святой реликвии.       — Давай! Тяни эту суку к шпилю! — скомандовал Адам, упираясь сапогами в покатую поверхность.       Лют, рыча от натуги, толкала звезду снизу.              — Еще немного… Есть контакт!       С гулким лязгом они насадили украденную звезду на шпиль дома. Адам тут же пнул какой-то провод, но конструкция так и не вспыхнула, падла. Ничего, Лют уверена, сейчас он что-нибудь придумает. Только дух надо чутка перевести. Оба от усталости рухнули в сугроб, тяжело дыша и ржа как ненормальные, а Адам откинул к чертям свою маску.       — Ты… пиздец… гений, — выдохнула Лют, обессиленно лёжа на спине и глядя в небо. — Серафимы завтра проснутся — и обосрутся.              Адам многозначительно поиграл бровями, заставив Лют снова захохотать и толкнуть его в бок:       — А мы им помашем с балкона голыми жопами.       Щелчок пальцами Адама — и немного кривовато водруженная звезда встала точно над коньком крыши. Спустя мгновение она вспыхнула так ярко, что пол-Рая, наверное, проснулось. Лют прищурилась: свет бил прямо в глаза, но как это, Господи, красиво. Видно, блять, сто процентов даже из Ада!       — Бум! — Адам горделиво вскинул руки, встав в эффектную позу. Его волосы растрепались, ряса сбилась и кое-где промокла от снега, но выглядел он абсолютно счастливым. — Видишь это, Лют? Теперь все знают, кто здесь папочка!       Они с Адамом уселись на край крыши. Внизу Рай тонул в праздничных огнях, сверху висела огромная серебряная луна, а над ними — их собственная украденная звезда. Адам достал из-под крыла два бумажных стаканчика с пуншем, один передал Лют.       — За самый охуенный декор в истории!       — За лучшую операцию года!       Адам притянул к себе Лют крылом, посмотрел на сияющую махину над их головами, потом на город внизу. Луна сверкнула сверху, будто подмигнула.       — Знаешь, в чем главный плюс? — Адам ухмыльнулся той самой ухмылкой, от которой у Лют обычно подкашивались колени. — Теперь эта штука светит так ярко, что её видно из космоса. Весь Рай будет знать, где мы трахаемся: прямо под главной святыней.       Лют рассмеялась, порывисто подавшись вперед. Она толкнула Адама на спину и тут же перекинула ногу через его бедра, усаживаясь сверху.       — Тогда давай дадим всем шоу, — прошептала она и впилась в его губы так, что Адам чуть не свалился вниз.       — Если завтра серафимы придут за звездой — я лично встречу их в чём мать родила.       Лют хмыкнула:       — Только если я буду рядом в том же виде.              — Договорились.