Корыстное и бескорыстное отношение к людям (Эстер и Мэттью)

      — Долго собираешься еще вот так страдать?       — А тебе-то что? — бесстрастно спросил Мэттью, продолжая сверлить взглядом стену.       — Мне-то что? — переспросила Эстер, поморщившись. — Извини, что у нас не образцовый брак по расчету и я не порадуюсь, если ты загремишь в тюрьму.       Слова жены отрезвили, и Мэттью стало невыносимо стыдно, что он отталкивал единственного человека, оставшегося рядом. Он виновато опустил голову, потер переносицу.       — Прости, эта ситуация меня выжала. Устал ждать… — он тяжело сглотнул, — приговора.       — Прекрати, — Эстер села рядом, ободряюще дотронулась до руки, дрожащей даже дома в безопасности, сжала пальцы. — Пока… «приговор» не вынесли, нужно подумать, что делать. Ты разговаривал с Мартином? Он тоже влип, должен как-то выкрутиться.       — У Мартина все замял отец, — вздохнул Мэттью. — Когда полетят головы, ему не достанется. Хоть кому-то повезло…       Эстер медленно поднялась и недоверчиво посмотрела на него сверху вниз. Мэттью, казалось, не шутил.       — И ты все это время молчал?! — возмущенно воскликнула она. — И ты еще смеешь жаловаться?.. — Эстер ощутимо хлопнула мужа по плечу. — Быстро собрался и пошел просить его о помощи. Мне плевать, как ты это сделаешь, ползай на коленях, плачься и умоляй, но вернись с решенным вопросом.       Мэттью остался на месте, тяжело покачал головой:       — Я не стану.       — Мэттью, дорогой, — Эстер заговорила ласково, но оттого угроза в ее голосе была куда четче, — если ты не станешь — следующие два года проведешь в Вилле. Так что изволь засунуть свою гордость сам знаешь куда — она окажется там не первой — и постарайся извлечь хоть какую-то пользу из связи с Мартином. Который, между прочим, сам тебя в это впутал!       Эстер зашипела, сдерживаясь, чтобы не выпалить в сердцах что-нибудь еще. Она никогда не возражала против более близких, чем просто дружба отношений с юным виконтом, напротив, она поддерживала мужа, который наконец-то нашел в Мартине все, в чем нуждался. Но вышло все так, что в столь трудный момент одна Эстер не отвернулась от Мэттью.       — Дело не в гордости, — Мэттью скрипнул зубами, сжал челюсти. — Мейкомб просил меня держаться подальше от его сына, но я не послушался. Думаешь, он не захочет меня наказать?       — Мартин знал?       — Знал, и сказал, нет поводов для беспокойства. А сам, выбравшись сухим из воды, делает вид, что ничего мне не должен! — отчаянно рыкнул Мэттью, его голос дрогнул и задребезжал. Прокашлявшись, он заговорил тише: — Я не буду ни о чем просить его. Если бы Мартин захотел — помог бы мне сам.       Эстер глубоко вздохнула, обдумывая слова, отрешенно прошлась по комнате. Надо было срочно что-то решать, каждый день промедления грозился обернуться для них катастрофой. Не для того они через столькое прошли.       — Хорошо, — Эстер покачала головой, принимая трудное решение, — я сама обо всем договорюсь.       — Не вздумай! — Мэттью аж подскочил с места, но, увидев удивленный взгляд Эстер, тут же обессиленно опустился обратно. — Решительная жена спасает беспомощного мужа из беды — ты представляешь, кем нас будут считать, что о нас будут говорить?       Ничуть не поколебавшись, Эстер пожала плечами, печально улыбнулась:       — Будто о нас уже не говорят подобное. А если не я вытащу тебя из этого дерьма, то кто?       Мэттью раздосадованно выдохнул, но промолчал, возражать не стал. Пожалуй, Эстер была права: сейчас это был единственный выход.       — Не переживай, — она медленно приблизилась, подбадривающе погладила по поникшему плечу. — Для начала поговорю с женой Мейкомба, надо же задействовать старые связи. Задействую свое очарование и признаюсь, что всегда считала ее красивее сестры. Лишь бы за дверь не выставила.       Во взгляде Мэттью промелькнула надежда, он порывисто прижался к Эстер, крепко обнимая.       — Что бы я без тебя делал?       — Коротал последние дни свободы с каким-нибудь мальчиком, — усмехнулась она, обнимая за плечи в ответ.       — К черту. Стоило случиться беде — всех как ветром сдуло. Только ты осталась рядом, моя любимая женушка.