2.

POV Ура       Я бреду по переполненному терминалу в сторону выдачи багажа, нервно оглядываясь по сторонам в поисках любого признака того, что меня кто-то ждёт. Я не совсем уверена, кто меня встречает.       Мистер и миссис Ким приехали бы сами? Или, может быть, прислали бы одного из своих сыновей? Или богатые люди просто присылают своего шофёра для выполнения этих тривиальных задач?       Я прихожу в пункт выдачи багажа и довольно легко нахожу свои сумки. Когда до меня доходит первая, я наклоняюсь вперёд, чтобы поднять её с конвейерной ленты, но ту выхватывают у меня из рук. — Пожалуйста, позволь мне, Ура, — я выпрямляюсь и оборачиваюсь к высокому мужчине, стоящему рядом со мной.       Мистер Ким показался мне более знакомым, чем я думала. Я сразу вспоминаю эти добрые глаза и чёрные, как смоль волосы. Когда мои глаза, наконец, снова встречаются с его глазами, его улыбка исчезает, а на лице появляется выражение озабоченности. — Ты Хан Ура, не так ли? — я понимаю, что пялилась, вероятно, с открытым ртом, и не произнесла ни слова с тех пор, как он обратился ко мне. — Э... ах ... да, да! Конечно, спасибо, — хорошая работа, идиотка. Потрясающее первое впечатление. Он без усилий снимает вторую сумку с конвейера. — Юцы ждёт снаружи в машине. Я припарковался недалеко.       Мне приходится идти быстро, чтобы поспевать за его быстрым шагом.       Двери автоматически открываются, и на меня обрушивается прохладный воздух. Он развевает мои волосы, и я тут же пытаюсь убрать их с лица. Воздух кажется тяжелым и влажным, как будто я пью его, а не дышу. Небо серое и мрачное, как будто только что прошёл ливень. Мокрый бетон и лужи вдоль тротуара подтверждают мою теорию.       Когда мы приближаемся, багажник открывается одновременно с дверью со стороны пассажира. Из машины выходит невысокая женщина. Её улыбка заразительна, она подходит ко мне с широко раскрытыми руками и нежно обнимает. — Ура, я так рада, что ты наконец здесь, — она слегка отстраняется, но крепко держит руки у меня на плечах, пристально глядя в глаза. — Я Юцы. Если тебе что-нибудь понадобится, дорогая, просто дай мне знать, хорошо? — Конечно, — я чувствую, как моё лицо краснеет под её пристальным взглядом. Я не привыкла ко всему этому вниманию.       Мистер Ким загружает мои сумки в багажник, мы забираемся в машину, и через несколько минут аэропорт остаётся позади.       Мы маневрируем по городу, болтая о моём рейсе, погоде и о том о сём. Мистер Ким спрашивает об отце. — Твой отец позаботился о том, чтобы у тебя была машина, пока ты здесь, — сообщает мне Тэсо. — Мы можем забрать её в понедельник, после твоего первого дня.       Я начала танцевать, когда мне было шесть лет. Я была таким неуклюжим ребёнком, всегда спотыкалась о собственные ноги, поэтому мама записала меня на занятия в надежде, что это улучшит мою координацию. Одно занятие в неделю превратилось в два, два - в четыре, и к двенадцати годам я танцевала по четыре часа в день, пять дней в неделю. Я не могла насытиться. По сей день я по-прежнему чувствую себя как дома в холодной студии из твёрдого дерева, а не в собственной спальне. Танцы стали моей первой и пока единственной любовью. Теперь это моя жизнь.       Академия предложила мне полностью оплачиваемую стипендию для учёбы.       Тэсо останавливает машину прямо перед входной дверью. — У вас уютный дом, — вздыхаю я, мои глаза расширяются от изумления. — Спасибо, дорогая, — любезно сказала Юцы. — Пойдём, покажу тебе твою комнату, а после я приготовлю нам всем что-нибудь на обед. Я умираю с голоду.       Я следую за женщиной вверх по ступенькам, через парадную дверь в широкую открытую гостиную.       Она указывает на кухню справа от меня, которая переходит в гостиную, и только столешница разделяет две комнаты.       Я изо всех сил стараюсь не таращиться на новое окружение, поднимаясь вслед за женщиной по лестнице. Она продолжает показывать главную спальню и кабинет Тэсо; комнату Намджуна, спрятанную дальше по коридору в подвале и комнату Юнги в дальнем конце длинного коридора на втором этаже. — Сюда, милая, твоя комната - первая дверь справа, — мы поднимаемся по лестнице, и она указывает на дверь через коридор. — Ванная там, слева. Боюсь, вам с Юнги придётся поютиться. Надеюсь, ты не возражаешь. — Нет, нет, я совсем не возражаю. Не могу выразить, как я благодарна вам за то, что позволили мне остаться, — я чувствую, как краснею и опускаю взгляд на свои ноги. — Ура, милая, мы безмерно рады. Поверь мне. К тому же мне порядком надоело быть в мужском окружении, — подмигнула мне она.       Я не могу не хихикнуть и расслабляюсь от её слов. Я могу её понять, прожив с отцом последние три года. Я могу только представить, каково это - быть дома с тремя мужчинами. — Ну вот. Здесь твоя комната, — Юцы открывает дверь и пропускает меня мимо себя. — Теперь это и твой дом тоже, — я просто киваю и смотрю в пол, боясь, что мой голос выдаст мои чувства.       Мистер Ким входит в комнату, таща обе моих сумки. — Я вам помогу! — я бросаюсь вперёд и выхватываю у него одну из огромных сумок. Он тяжело дышит от того, что ему приходится тащить мой багаж вверх по лестнице. — Спасибо, Ура. Итак, что ты там говорила насчёт обеда? Из-за всей этой тяжелой работы я проголодался. POV Юнги       Последние два часа я наблюдал, как Чонгук перебирает гитарные ноты, принадлежащие музыкальному магазину. Честно говоря, она ему ни черта не нужна - это просто повод снова поглазеть на продавщицу.       Если он не наберётся смелости и не пригласит эту девушку на свидание в ближайшее время, он окажется без гроша в кармане от всех этих походов по магазинам.       Я наблюдаю за другом, когда он берёт со стойки ещё одну книгу нот и делает вид, что читает заднюю обложку, всё время бросая быстрые взгляды на девушку за прилавком. Я закатываю глаза и замечаю, что за окнами магазина начинает темнеть. — Который час? — бормочу я. — Пора тебе обзавестись часами, богатый мальчик, — фыркает на меня Чон. Я снова закатываю глаза. Он, наконец, бросает взгляд на часы на своём запястье. — Без четверти семь. — Чёрт, — я бросаю журнал, который бездумно листал, обратно на стойку, даже не подумав вернуть его на место. — Нам пора. — Горячее свидание? — дразнит Чонгук. — Я должен был быть дома до шести. Эта девчонка переехала сегодня, и Юцы запланировала грёбаный семейный ужин. — Ах да, — размышляет Чон, — я вижу, ты всё ещё пытаешься быть золотым мальчиком для самых дорогих мамы и папы.       Чонгук не понимает, почему я подвергаю себя такому наказанию. Однажды я пытался объяснить ему это, но он не понимает. Он не пытается отговорить меня от этого, просто не может к этому привыкнуть. — Мы можем идти? — Да, да. Просто позволь мне заплатить за это дерьмо, — Чон разворачивается и радостно бежит к девушке своей мечты, чтобы купить ноты, которые у него в руках.       Я достаю телефон из кармана и замечаю пропущенное сообщение от Намджуна.       Я набираю быстро ответ и нажимаю отправить. Черт, я облажался... снова.

~о0о~

      Десять минут спустя Чонгук останавливает свою машину перед моим домом. — Спасибо, — кричу я, выпрыгивая из открытой кабины.       Быстро поднимаясь по ступенькам крыльца, я слышу, как Чон нажимает на педаль газа и его вездеходные шины раскручиваются, разбрасывая гравий с подъездной дорожки через двор.       Я останавливаюсь на крыльце и пытаюсь пригладить свои растрепанные ветром волосы, прежде чем открыть дверь в дом.       Никто не видит, как я вхожу. Вся семья здесь, сидит вокруг большого обеденного стола. Есть пустой стул, очевидно, предназначенный для меня, и миниатюрная фигурка сидит между ним и Тэсо.       Она сидит ко мне спиной, и всё , что я могу разглядеть, это копну густых волос. — Юнги! — Юцы вскрикивает, наконец-то заметив моё присутствие. — Рада, что ты решил присоединиться к нам. Иди, познакомься с Урой. — Извините, что опоздал, — бормочу я, направляясь к свободному месту и кладу руки на спинку стула. Я смотрю на Юцы, чтобы избежать сердитого взгляда, который, я знаю, бросает на меня Тэсо.       Ура поворачивается ко мне и смотрит на меня из-под ресниц. На самом деле она довольно симпатичная. Её глаза... Глаза тёплые, шоколадного цвета. — Я... ах... — я зажмуриваюсь и слегка трясу головой, чтобы прояснить мысли. Плохая идея, я вижу только её глаза. — Привет, — с трудом выдавливаю я. — Привет. Приятно познакомиться, — говорит она тихим голосом, бросая на меня уже более робкий взгляд. — Давай я принесу тебе тарелку, — протараторила женщина и подскочила с места.       Я выдвигаю стул и сажусь рядом с Урой. Я опускаю глаза, сосредотачиваясь на завитушках и узорах на салфетке передо мной. В комнате воцарилась полная тишина. Я знаю, чего все ждут.       До аварии Тэсо начал бы кричать на меня, как только я переступил порог. Мы двое известны тем, что часами ссоримся прямо здесь, в гостиной. Мы кричим друг на друга, не обращая внимания на то, кто смотрит.       Это всегда начиналось с того, что он целых двадцать минут ругает меня за любой мой текущий проступок. Затем это каким-то образом превращается в лекцию о моём поведении в целом, моих оценках и моём выборе друзей. Он приводит те же самые банальные аргументы: "О чём ты думал? Разве ты не видишь, что разрушаешь своё будущее? Мне нужно отправить тебя в военное училище?" Его угрозы стали почти юмористическими. Спор заканчивается, когда я говорю ему идти куда подальше, и он наказывает меня, а я смеюсь и полностью игнорирую его жалкие попытки дисциплинировать меня.       Прошло почти шесть месяцев с момента нашего последнего боя в нокдауне. Я опоздал сегодня вечером, моим единственным проступком было то, что я напился на концерте с Чонгуком на прошлой неделе. Я подозреваю, что, поскольку Ким ничего не сказал о той ночи, он не понимает, что я даже выходил из дома.       Тем не менее, я надеюсь, что сегодня вечером он просто проигнорирует моё опоздание. Он же не захочет устраивать сцену перед нашим новым гостем, верно?       Не-а, не повезло. — Где ты был? — Тэсо обращается ко мне, его сердитый голос суров и холоден.       Я борюсь с желанием закатить глаза. Он не может уступить мне ни на дюйм, не так ли? Заметил ли он, что я вчера рано пришёл на встречу с моим надзирателем по надзору за условно осужденными? Нет. Заметил ли он, что в моей комнате теперь безупречно чисто? Нет. Заметил ли он, что я каждый вечер на этой неделе приходил домой до комендантского часа? Нет. Всё, что он видит, это то, что я опоздал на этот дурацкий ужин.       Я делаю глубокий вдох, пытаясь держать себя в руках. Шесть месяцев хорошего поведения, которые остались незамеченными, начинают действовать мне на нервы. Я бы очень хотел сказать ему, чтобы он отвалил, но это не помогло бы мне заслужить его прощение. — Я был с Чонгуком в музыкальном магазине, мы потеряли счёт времени. Извини, — мой тон далёк от извиняющегося, и Ким прищуривается, глядя на меня. — Ты знаешь, как я отношусь к тому, что ты проводишь с ним время, — твёрдо говорит он.       Я сердито смотрю на него, не говоря ни слова. Он неоднократно выражал своё недовольство моей продолжающейся дружбой с Чоном после аварии.       Они справедливо предполагают, что он снабдил меня наркотиками, которые чуть не убили меня, хотя я не подтвердил и не опроверг это. Хотя мои родители знают, что я не прикасался к наркотикам с той ночи, они, вероятно, думают, что Чон всё ещё употребляет их. Это не так. Авария напугала нас обоих. — Мы поговорим об этом позже, — ворчит Тэсо сквозь стиснутые зубы.       Неловкость, которая сохраняется из-за перепалки между мной и Тэсо, рассеивается, когда все разражаются очередной порцией смеха. Все, кроме меня и него.       Юцы возвращается из кухни и ставит передо мной тарелку. Я чувствую, как она сжимает моё плечо, ставя её. Она ободряюще улыбается мне, вероятно, зная, что резкий тон мужа выбил меня из колеи.       Я тихо благодарю её за ужин и начинаю запихивать еду в рот, в то время как разговор вокруг продолжается, как будто меня там вообще нет. — Ура, у тебя есть всё необходимое для учёбы на этой неделе? — спрашивает Юцы, возвращаясь на своё место. — Подожди, — перебивает Намджун. — Ты только приехала и на этой неделе сразу в школу? Это отстой. — Намджун! Следи за своим языком! — ругается Юцы.       Ура тихо хихикает. — Ну, официальные занятия начнутся только в среду. Но в понедельник мне нужно встретиться со своим консультантом, а во вторник я должна поработать со своим напарником. Он поможет мне наверстать то, что я пропустила во время сессии. — О, ты с ним уже познакомилась? — спрашивает Юцы. — Нет, ну... Я имею в виду, не лично. Мы переписывались и несколько раз разговаривали по телефону, — Ура пожимает плечами. — Он кажется милым. — Я так рада, что в твой первый день с тобой будет друг. — Да, наверное, так. Что насчёт вас, ребята? — Ура поворачивается к Джуну.       Джун откидывается на спинку стула с самодовольным выражением лица: — Не раньше, чем через две недели, — с гордостью заявляет он. — Мы не обсуждали комендантский час или что-то в этом роде, — Ура нерешительно поворачивается к отцу.       Она просит ввести комендантский час? Я внутренне усмехаюсь. Я помню, как Тэсо пытался навязать это правило. Я рассмеялся ему в лицо, когда он сказал мне, что я должен быть дома к одиннадцати. Даже сейчас мне всё ещё трудно соблюдать эти нелепые сроки.       Интересно, насколько железной была рука, под которой жила Ура, будучи дочерью начальника полиции, если она фактически просила ввести комендантский час. — Почему бы тебе просто не тренироваться дома? — предлагаю я.       Четыре пары глаз поворачиваются, чтобы посмотреть на меня. Я понимаю, что это первые слова, которые я произнёс с тех пор, как сел за стол. — Что значит "потренируйся дома"? — девушка выглядит смущённой, когда Юцы разражается приступом смеха. — Я не могу в это поверить! — восклицает она. — Мы так усердно работали над этой комнатой всю неделю, и я совершенно забыла даже упомянуть об этом. — Какая... комната? — Ура переводит взгляд с меня на Юцы. — Свободная спальня, между твоей и Юнги. Мы превратили её в приватное танцевальное пространство для тебя. Там всё необходимое для занятий прямо дома. И, конечно, твой партнер тоже может использовать её.       Ура молчит несколько минут. — Вы... Вы серьёзно? Я имею в виду... это просто... Я не могу... — честно говоря, она выглядит так, как будто вот-вот заплачет. — О, милая, это было пустяком, — Юцы перегибается через стол и нежно гладит Уру по руке. — Больше ни слова об этом, — она поворачивается ко мне. — Юнги, почему бы тебе не отвести Уру наверх и показать новую студию, пока я уберу со стола.       Я? Почему я?       Девушка оборачивается ко мне, и её глаза расширяются.       Она выглядит почти сбитой с толку, кажется, она полна безмолвных вопросов. Я внезапно чувствую непреодолимую потребность унять тревогу, которую она испытывает, поэтому я дарю ей ободряющую улыбку. — Конечно, — я встаю и протягиваю ей руку.       Она вкладывает свою маленькую ладонь в мою, и, не задумываясь, я провожу большим пальцем по тыльной стороне её ладони. Ура поднимается со своего места.       Она ниже меня, её макушка едва достигает моего носа.       Я быстро отпускаю её руку и делаю небольшой шаг назад. — Пойдём, — бормочу я, прежде чем быстро повернуться и подняться по ступенькам на второй этаж.