3.

POV Ура       Юнги открывает дверь и, не заходя, протягивает руку внутрь, чтобы включить свет. Он разворачивается и чуть не врезается прямо в меня. — После тебя, — он отступает назад и жестом указывает на открытую дверь.       Я осторожно вхожу в дверь и направляюсь в центр большой пустой комнаты. Не могу поверить, что они сделали это для меня. Никто никогда раньше не делал мне такого подарка. Я понятия не имела, что существуют такие щедрые люди. Их семья открыла для меня свой дом, а теперь это – моя собственная студия. Во второй раз за сегодняшний день я чувствую, как у меня сжимается горло, а глаза начинают наполняться слезами, которые угрожают политься через край.       Юнги прочищает горло. Я совершенно забыла, что он наблюдает за мной из проёма. Должно быть, ему неловко из-за моего надвигающегося эмоционального фона. — Что это? — я указываю на большой предмет в углу, накрытый белой простынёй. — О, гм... Рояль, — Юнги пожимает плечами и засовывает руки в карманы. — Ты играешь? — спрашиваю я. — Больше нет, — его голос такой тихий, что я его почти не слышу. Секунду он смотрит себе под ноги, прежде чем покачать головой. — Ну, спокойной ночи — и с этими словами он ушёл за дверь, прежде чем я успела ему ответить.

~о0о~

      У меня всё ещё такое чувство, что я злоупотребляю гостеприимством в чужом доме. Я завтракаю с Юцы до того, как она уходит выполнять кое-какие поручения. Она приглашает меня присоединиться, но я отказываюсь, говоря, что мне нужно распаковать вещи и обустроиться перед завтрашним ознакомительным занятием.       Час спустя я, наконец, заканчиваю разбирать вещи и раскладываю их по местам, и теперь у меня впереди целый день, когда мне нечего делать.       Я подумываю позвонить Чимину, чтобы узнать, не хочет ли он встретиться со мной, но потом решаю, что должна дать парню последние несколько дней передышки, учитывая, что мы собираемся быть вместе весь следующий год каждый день.       Намджун и Юнги, похоже, всё ещё спят, поскольку ни один из них не вышел из своих спален, а мистер Ким уехал на работу до рассвета.       Я делаю глубокий вдох, выпрямляюсь и иду в соседнюю комнату. Несколько минут вожусь со звуковой системой, прежде чем справиться с ней. Вскоре я с головой погружаюсь в свои любимые программы.       Я танцую два часа, полностью наслаждаясь своим личным пространством для работы. Заканчиваю долгим отдыхом, разминая уставшие руки и ноги, прежде чем направляюсь через холл в быстрый душ. Полностью исчерпав все дела в доме, я накидываю кое-какую одежду и решаю пойти прогуляться. POV Юнги       Я сплю до одиннадцати часов утра в воскресенье. Мне нужно вернуться к нормальному режиму до начала занятий на следующей неделе. Иначе просыпаться в семь утра будет больно.       Вероятно, проспал бы намного дольше, если бы не музыка, доносящаяся из соседней комнаты. Ура, должно быть, решила сделать тест-драйв студии.       Уже далеко за полдень, когда она, наконец, успокаивается. Я слушаю, как в другом конце коридора включается душ, а затем снова выключается несколько минут спустя.       Я потираю лицо, зевая и потягиваясь. Мне нужно выбраться из этой комнаты, из этого дома.       Спустившись вниз, проходя мимо комнаты Уры, бросаю быстрый взгляд на неё. Дверь открыта, но в комнате темно и пусто. Я обхожу кухню и иду прямо к своей машине.       Я решаю зайти в книжный магазин за углом, посмотреть, не появилось ли чего нового с момента моего последнего посещения несколько недель назад.       Я так часто захожу в этот магазин, что владелец знает меня и часто держит книги, которые, по его мнению, заинтересуют меня за прилавком. Но сегодня магазин находится под опекой единственного сына владельца - Тэёна.       Его взгляд прикован к чему-то, происходящему за полками. Он нагло сгибается и потягивается со своего места за прилавком, пытаясь лучше рассмотреть. Я игнорирую его, решив просмотреть новые выпуски на дальней стене.       Я предпочитаю истории с драмой и неизвестность, есть несколько новых названий, которые привлекают моё внимание. Я беру две книги с полки и опускаюсь в одно из мягких кожаных кресел в углу, чтобы пролистать первые несколько страниц и посмотреть, хороши ли они.       В проходе передо мной я вижу невысокую девушку, просматривающую раздел классической литературы. Она стоит спиной и бездумно раскачивается взад-вперёд, стоя перед возвышающимся над ней книжным шкафом       Я понимаю, почему продавец так заинтригован. За ней интересно наблюдать. И замечаю, что тоже не могу отвести от неё глаз. Со своего места у меня беспрепятственный обзор, и я откровенно пялюсь, как она проводит пальцами по названиям на полке. Она наклоняет голову, чтобы прочитать корешок книги, и я мгновенно узнаю её профиль.       Ура.       Я не двигаюсь со своего места. Продолжая наблюдать за ней, пока она ходит вдоль стеллажа, выбирая с полки по одной книге, переворачивая их и читая заднюю обложку только для того, чтобы через мгновение поставить обратно на полку. В другой руке она уже держит две книги.       Девушка снова поворачивается лицом к книжному шкафу на задней стене и тянется за книгой с верхней полки, которая находится вне её досягаемости. Она пытается снова, приподнимаясь на цыпочках как можно выше, но ей по-прежнему не удаётся установить контакт с объектом своего вожделения.       Ясно, что продавец не собирается ей помогать. Я понимаю, что ему, больше нравится, как при её попытках дотянуться задирается платье, всё больше обнажая бедра для его удовольствия.       Я стону и неохотно поднимаюсь со своего места. Подхожу прямо к ней сзади, моя грудь почти прижимается к её спине, когда я протягиваю руку, тяну корешок книги назад, чтобы она легко легла в её протянутую руку. — Спасибо, — начинает говорить она, поворачиваясь ко мне лицом. Она всё ещё стоит на цыпочках, и из-за быстрого движения ударяется о мою грудь и спотыкается.       Я протягиваю руку и хватаю её за талию, прежде чем она полностью заваливается назад. Я улавливаю её запах и на мгновение смущаюсь, она пахнет мной.       Ура ловит равновесие, я отпускаю девушку и отступаю назад. На её лице появляется удивление, когда она понимает, что это я. — Привет, — говорит она, и мягкий розовый румянец заливает её щеки.       Должно быть, она смущена тем, что чуть не сбила нас обоих с ног. Она вытаскивает наушники из ушей и прячет их в сумочку. — Привет, — отвечаю я. Она улыбается, выражение её лица всё ещё застенчивое. — Что ты здесь делаешь? — я держу книги в руке, слегка помахивая ими, как бы безмолвно констатируя очевидное. — О... да... конечно, — она нервно заправляет волосы за ухо и смотрит в пол. — Ты пользовалась моим шампунем? — спрашиваю я более резким тоном, чем намеревался.       Глаза Уры расширяются, а лицо заливается краской ещё больше. — Я-я забыла свой в комнате, а когда поняла это, была уже в душе. Прости, — она снова смотрит в пол.       Я мгновенно чувствую себя виновато. Понимаю, что не очень приветлив с новой соседкой по комнате. Я представляю, как ей, должно быть, тяжело оставлять семью и друзей и переезжать к людям, которых она не знает.       Я был ребёнком, когда это случилось со мной, и имею некоторое представление о том, что она, должно быть, чувствует – одинокая, не на своём месте, может быть, напуганная. И вот я здесь, веду себя как мудак из-за такой глупости, как шампунь.       Я вздыхаю: — Прости, я не это имел в виду. Конечно, ты можешь пользоваться всем, что тебе нужно.       Некоторое время мы стоим в неловком молчании, прежде чем она говорит: — Что ж, спасибо за твою помощь. Думаю, увидимся дома, — она поворачивается и направляется к кассе, где продавец, я уверен, с тревогой наблюдал за нашей небольшой перепалкой.       Она кладёт книги на прилавок и начинает рыться в сумочке в поисках денег. Я снова подхожу к ней сзади, ставлю свою стопку и жду, пока парень оформляет её покупки.       Я хочу сказать кое-что, чтобы рассеять неприятное напряжение, которое, кажется, растёт между нами. Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но ничего не выходит.       Собирая свои вещи, она бросает быстрый взгляд через плечо и улыбается мне. Она отворачивается и ещё раз благодарит продавца, прежде чем покинуть магазин.       В ту секунду, когда за ней закрывается дверь, Тэён прерывисто выдыхает. — Чёрт, горячая сучка, — я свирепо смотрю на него и борюсь с непреодолимым желанием ударить его головой о прилавок, на который он облокачивается, всё ещё пытаясь бросить последний взгляд на Уру.       Почему я вдруг почувствовал себя таким собственником? — Откуда она взялась? — он задаёт риторический вопрос. Его голова резко поворачивается ко мне. — Ты её знаешь? — Она останется с нами на год, пока ходит в какую-то частную школу танцев. — Ты везучий сукин сын, — говорит он, качая головой. — Ты не знаешь, есть ли у неё парень?       Я понимаю, что совсем её не знаю, но я хочу знать. Я хочу понять, почему кто-то добровольно отказывается от своей семьи. Как человек моего возраста уже может иметь чёткое представление о жизни и карьере, которые он хочет. Как кто-то может быть настолько увлечён своей целью, что способен уйти от жизни, которую он всегда знал.       Мои ноги начинают двигаться ещё до того, как я замечаю движение. — Подержи их для меня, ладно? — я кричу, открывая дверь магазина и идя в том направлении, куда, как я видел, шла Ура. Я сразу замечаю её, она останавливается у нескольких магазинов, возясь с наушниками.       Она замечает, как я приближаюсь, и снимает наушники, когда я начинаю говорить. — Вон там есть кафе. Не хочешь пообедать со мной? — она несколько раз моргает, и на мгновение я задаюсь вопросом, слышала ли она, что я сказал. — Да... да. Спасибо.       Мы направляемся к ярким зонтикам, расставленным вдоль кафе, и находим свободный столик. Ура садится прямо напротив меня, бросая свою сумку и пакет с книгами на пустой стул рядом. Официантка немедленно подходит с двумя ламинированными меню и снова исчезает, как только принимает наш заказ.       Ура отрывается от меню и, наконец, смотрит на меня. — Я тебя разбудила? Прости, музыка была слишком громкой, не так ли? Я не думала...       Я поднимаю руки, надеясь остановить её. — Всё в порядке. На самом деле я рад, что ты меня разбудила. Мне всё равно нужно привыкнуть просыпаться в обычное время, прежде чем снова начнутся занятия в школе. Так что... спасибо тебе.       Она смотрит на меня скептически, как будто не купилась на это. Она берёт своё меню и продолжает перечитывать варианты. Между нами снова воцаряется неловкое молчание. Я хочу узнать больше о девушке, но чувствую, что начинать серию из двадцати вопросов было бы невежливо. — Где твои книги? Я пожимаю плечами: — Тэён придерживает их для меня. — Тэён? — Парень в книжном магазине. Он ходит в мою школу. Магазином владеет его отец, — объясняю я. — Кажется, ты произвела на него сильное впечатление. — Я? — она выглядит взволнованной. — Да, я думаю, он почти влюблён. Он спросил меня, есть ли у тебя парень, — я хихикаю, она закатывает глаза. — Да, точно, помешанная на танцах, единственная дочь полицейского, не совсем ходовой товар там, откуда ты родом. Дай угадаю, твои кавалеры заезжали за тобой, и он открывал дверь с заряженным ружьём? — Да, что-то в этом роде, — возвращается официантка, приносит нам еду и снова наполняет стаканы напитками. Пока мы едим, разговор замедляется. — Ты, должно быть, скучаешь по нему. Нелегко покидать дом, — она пожимает плечами. — Не пойми меня неправильно, я действительно скучаю по нему, но он всегда был немного… чрезмерно заботливым. Чем старше я становилась, тем больше мы начинали спорить о том, что, по его мнению, было хорошо для меня. Я думаю, это подходящее время для нас, чтобы сделать небольшой перерыв.       Я помню слова Тэсо, сказанные неделей ранее: "Он склонен проявлять осторожность, когда дело касается его единственного ребёнка". Возможно, её отец немного более властный, чем Ким думает. — Значит, тебя не беспокоит, что ты так далеко от дома? — уточняю я. — Ну, я никогда по-настоящему не считала его своим домом. После развода родителей меня так часто мотало туда-сюда, что у меня так и не сформировалась привязанность к тому или иному месту. Только когда мне исполнилось пятнадцать, я переехала к отцу насовсем. — Почему ты решила остаться с ним, а не со своей мамой? — Когда моя мама снова вышла замуж, работа ее мужа... Я не хотела ей мешать, — я не уверен, что верю ей. Неправильно, когда у ребёнка нет места, которое он может назвать домом. — Это кажется несправедливым, — я пожимаю плечами, пытаясь казаться непринуждённым. — Жизнь вообще несправедлива, — она смеётся, но это звучит неискренне. — Думаю, меня так тянуло к танцам потому, что это было единственной константой в моей жизни, где бы я ни была.       Я никогда не встречал кого-то настолько... самоотверженного. — Ты устроила хорошее шоу. Но я готов поспорить, что ты страдала больше, чем позволяла кому-либо видеть, — я откусываю ещё один кусок от своего сэндвича, тщательно обдумывая своё заявление.       Она прищуривается, глядя на меня, и на секунду я волнуюсь, что она понимает, что я говорю по собственному опыту, но затем она пожимает плечами. — Может быть, раньше так и было, но не сейчас. Всё это привело меня туда, где я нахожусь сегодня. Конечно, мне придётся работать изо всех сил в течение следующего года, но оно того стоит, — я киваю и откусываю ещё.       Ура кажется мудрой не по годам. Она упрямо независима. Кажется, она поняла, чего хочет от жизни и как именно собирается этого добиться. Она не злится из-за того, как её воспитали родители.       Я хотел узнать больше, почему она так смирилась со своим растрёпанным воспитанием. Может быть, я даже смог бы кое-чему научиться. — А как насчёт тебя? — спрашивает она, прежде чем я успеваю сформулировать свой следующий вопрос. — Чем ты хочешь заниматься? — Я не думал об этом, — это ложь.       Я слишком хорошо знаю, что моё будущее будет нелёгким сражением. Во время наших жарких перепалок, Тэсо неоднократно говорил мне, что я обрекаю себя на неудачу. Несчастный случай и мой последующий испытательный срок забили гвоздь в крышку этого гроба.       Она настаивает: — А что насчёт окончания школы? Ты хочешь поступить в колледж?       Я не хочу говорить ей правду, что с моим криминальным прошлым ни один уважаемый вуз не возьмёт меня, как бы сильно я туда ни хотел. Поэтому я просто пожимаю плечами.       К счастью, официантка снова подходит к столику, прерывая разговор, который теперь, кажется, сосредоточен на мне. — Могу я принести вам, ребята, что-нибудь ещё? — спрашивает она.       Я смотрю на Сараби, и она качает головой. — Нет, чек, пожалуйста, — говорю я. — Конечно, вместе или по отдельности? — спрашивает официантка.       Мы отвечаем одновременно: — Вместе, — говорю я. — Отдельно, — отвечает Ура.       Я ловлю взгляд официантки. — Вместе, — твердо заявляю я, и она уходит, чтобы приготовить чек. — Юнги, ты не обязан, — бурчит она мне. — Это я пригласил тебя на ланч, помнишь? — Спасибо, — она скромно улыбается.       Я оплачиваю счёт, и мы выходим из кафе. Мы медленно идём вдоль витрин обратно к книжному магазину, а затем туда, где я оставил свою машину. В этот момент до меня кое-что доходит. — Ура, как ты сюда добралась? — Я шла пешком, — небрежно отвечает она, не отрывая взгляда от витрины магазина, мимо которого мы проходим. — Из дома? — удивленно спрашиваю я. — Конечно, это не так далеко. — Это четыре мили в каждую сторону! — выкрикнул я, она хихикает. — Я отвезу тебя домой.

~о0о~

      Когда мы приезжаем домой, Ура снова благодарит меня за обед и исчезает в своей комнате. Она остается там до конца дня, выйдя только поужинать с остальными. Я предпочитаю оставаться в своей комнате, пытаясь погрузиться в книгу. Обычно я всё равно никогда не ем с "семьёй". Так всем становится легче, когда не приходится иметь дело с напряжением, которое волнами накатывает на меня от Кима.       Я не могу заставить себя сосредоточиться на словах на странице передо мной, мои мысли продолжают возвращаться к моему разговору с Урой во время обеда. Как она может так мириться с несправедливым образом, которым её родители перестроили её жизнь так, как им было удобно? Как ей хватает смелости оставить свою семью, чтобы продолжить карьеру всего в семнадцать лет?       От меня также не ускользнула мысль, что если бы я встретил кого-то вроде неё вместо Чонгука, моя жизнь могла бы сложиться по-другому.

~о0о~

      Я заканчиваю читать главу и закрываю книгу, замечая, что в доме стало тихо. Я смотрю на часы. Час ночи, вот и всё, что нужно для корректировки моего графика сна.       Мне нужно в душ.       Я скатываюсь с кровати, стягиваю футболку через голову и бросаю её на пол. Я начинаю расстегивать ширинку джинсов, направляясь по коридору в ванную. Свободной рукой я тянусь к дверной ручке, но ручка откидывается назад, вырываясь из моей хватки прежде, чем я успеваю до неё дотронуться. — Чёрт! — кричит Ура, кладя руку на сердце. — Боже мой, Юнги, ты напугал меня до чёртиков!       Я так же поражен её внезапным появлением и на мгновение пытаюсь понять, какого черта она здесь делает. Затем мои широко раскрытые глаза скользят по её телу - её мокрому телу. Волосы прилипли к лицу, а по груди стекают маленькие капельки воды, исчезающие под полотенцем, обёрнутым вокруг её тела. Тёплый пар из ванной выливается в коридор, и на меня нападает её запах. В глубине души я немного разочарован, что она больше не пользовалась моим шампунем. — Прости, — говорю я. — Я думал, все уже спят, — я не мог не заметить, что её глаза скользят вверх и вниз по моему торсу. — Я, эм... Я не могла уснуть. И подумала, что… ванна помогла бы мне расслабиться, — я ухмыляюсь.       Ура явно взволнована, и её щеки снова приобретают этот восхитительный оттенок. Я не уверен, смущена ли она своим раздетым видом или моим. — Я... — Ура начинает снова.       Я понимаю, что, открыто пялюсь на её тело и также преграждаю путь в её комнату - её бегству от того, что она, должно быть, воспринимает как неудобную ситуацию. — Точно, — я отступаю в сторону, и она проскальзывает мимо меня, от её влажной кожи исходит приятный аромат, когда она на цыпочках направляется в свою комнату. Я ничего не могу с собой поделать. — Ура? — я зову, и она поворачивается ко мне, держась одной рукой за ручку двери. Я даже не пытаюсь скрыть, что снова пялюсь на неё. — Спокойной ночи, — и ныряю в ванную.       Сегодня я долго принимал холодный душ.