12.

POV Юнги — Ура, если ты не можешь сделать это перед ним, тогда тебе незачем идти в среду, — возражает Чимин.       Ура просто смотрит на него, скрестив руки на груди. Я не понимаю, что происходит и почему она так категорично возражает против моего присутствия, но она, кажется, взвешивает, что сказал парень. — Прекрасно, — коротко отвечает она и опускает руки по швам. Чимин победоносно ухмыляется. — Заходи, Юни, — весело говорит он и хлопает по сиденью стула.       Я устраиваюсь на стуле, чувствуя себя немного неловко, отчасти потому, что Ура явно не хочет, чтобы я был здесь.       Чимин подходит, встаёт рядом со мной и крепко хлопает меня по плечу. — Ты храбрее, чем я думал, — бормочет он достаточно тихо, чтобы Ура не могла услышать, затем снова обращает своё внимание на неё. — Ура, — строго говорит Чимин, — ты делаешь это на полную катушку, — он указывает на кучу на полу рядом со стереосистемой. — Фу! — Ура стонет, поворачивается и идёт к куче на полу. — Я так сильно ненавижу тебя прямо сейчас. — Люблю тебя, — поёт Чимин покровительственным тоном, а затем смотрит на меня с ободряющей улыбкой.       Я не отрываю взгляда от Уры, когда она садится перед чёрной стопкой. Она похожа на обиженного ребёнка, которого отправили стоять, уткнувшись носом в угол. Я мог бы посчитать её маленькую истерику забавной, если бы не был так поглощён попытками понять, что я здесь делаю.       Ура приподнимает часть черного материала, сгибает правое колено и начинает собирать ткань вокруг стопы. Секундой позже я понимаю, что это ботинки - блестящие, чёрные как смоль, кожаные ботинки. Когда они начинают приобретать форму вокруг её ног, я понимаю, что кожа тянется выше колен до середины бедра. Она опускает руку до пятки и застегивает длинную молнию на внутренней стороне ноги, прежде чем повторить весь процесс с другой.       Я не понимаю, как можно ожидать, что кто-то будет ходить, не говоря уже о танцах, в этих штуках.       Ура неторопливо, всё ещё явно раздраженная, возвращается в центр танцпола. Она останавливается в нескольких футах передо мной, снова складывает руки на груди и бросает на Чимина яростный взгляд. Она даже не взглянула на меня с тех пор, как я сел. — Я сказал по полной, — повторяет Чимин строгим тоном. — Нет, — твёрдо заявляет Ура. — Давай зажигай. — Ни за что. Я надела ботинки. Этого достаточно, — протестует она. — Ну же, — умоляет Чимин, но она не двигается. Её взгляд опускается и сосредотачивается на пустом месте на полу перед ней.       Чимин подходит к ней и обнимает за шею. Он притягивает её ближе и что-то шепчет ей на ухо. Ура внимательно слушает, время от времени кивая. Внезапно её глаза встречаются с моими. Не нужно быть гением, чтобы понять, что Чимин говорит что-то обо мне, но когда на её щеках появляется розовый румянец, мне становится более чем любопытно узнать, что именно он ей говорит. Она вздыхает, сдаваясь. — Хорошо, — говорит она.       Чимин откидывается назад, глядя ей в глаза. — Ты знаешь, что я прав.       Прежде чем отпустить её, Чимин тянется ей за спину и стягивает резинку с её волос, позволяя локонам рассыпаться по плечам. Он поворачивается и подходит ко мне, садясь на пол рядом с моим стулом. Он подтягивает колени к груди и обхватывает их своими крепкими руками.       По-прежнему не сводя глаз с Уры, Чимин наклоняется ко мне. — Ты сможешь поблагодарить меня позже, — шепчет он.       Я оглядываюсь на Уру как раз в тот момент, когда она тянется к подолу своей толстовки и стягивает её через голову. Ничто не могло подготовить меня к тому, что я вижу.       Ура - моя Ура — моя мягкая, хрупкая Ура. Девушка, которая краснеет, печёт мне блинчики и хихикает, теперь стоит в центре комнаты, одетая как элитная стриптизёрша.       Чёрный корсет без бретелек облегает её грудь, подчёркивая каждый изгиб. Он сделан из той же блестящей чёрной кожи, что и сапоги, которые она носит. Корсет заканчивается в центре ее торса - я судорожно сглатываю. На ней короткие чёрные шорты.       Я стараюсь держать свои эмоции в узде. Но я уверен, что шокированное выражение моего лица в сочетании с разинутым ртом мало что скрывает. «Дыши», - напоминаю я себе.       Она выглядит чертовски красиво. Я использую каждую каплю силы воли, на которую способен, чтобы удержаться и не вскочить со стула, сорвать с неё корсет и овладеть ею прямо здесь, на полу студии.       К счастью, какая-то часть моего мозга всё ещё способна генерировать рациональные мысли, и я вспоминаю, что мы не одни. Чимин всё ещё в комнате. Подождите, Чимин в комнате.       Я начинаю складывать кусочки воедино. Если Чимин видит её такой, это значит...       Я стискиваю зубы и, прищурившись, смотрю на неё. Крошечная часть меня понимает, что я не имею права быть собственником, но эта концепция быстро заглушается остальными мыслями, роящимися в моем мозгу. Всё, о чём я могу думать, - кто ещё увидит её такой. Я знаю, что она не принадлежит мне, на самом деле нет. Независимо от того, моя технически девушка она или нет, мне не нравится идея, что она одевается как чёртова проститутка, чтобы... чтобы… — Что это за грёбаное прослушивание? — я рычу, мой взгляд всё ещё прикован к её полуобнаженному телу. — Музыкальное видео, — спокойно говорит Чимин, как будто не имеет значения, что Уре далеко до роли доминантки. — Я знаю это, — выплёвываю я сквозь стиснутые зубы. Я впервые отрываю взгляд от Уры и свирепо смотрю на Чимина, сидящего на полу рядом со мной. — Видео для кого? — Для музыкальной группы. Они новые. Это будет видео на их первый сингл под названием "Танцы порнозвёзд".       Чертовски неправдоподобно. Я наклоняюсь вперёд на стуле, упираюсь локтями в колени, запускаю руки в волосы и прерывисто выдыхаю, уставившись в пол у себя между ног. — Я говорила тебе! Это плохая идея, — категорически заявляет Ура и выбегает из комнаты, хлопнув за собой дверью. — Ура, подожди! — Чимин кричит ей вслед, собираясь встать и последовать за ней. — Нет, подожди, — говорю я, мой голос на удивление спокоен, учитывая нарастающую внутри ревнивую ярость. — Я пойду.       Я поднимаюсь со стула и делаю несколько медленных шагов к двери, прежде чем Чимин хватает меня за руку. — Послушай, я знаю, что костюм немного перебор, но хореография довольно технична, вот увидишь. Для неё это огромная возможность, и она просто нервничает. Она не думает, что сможет справиться с этим проектом самостоятельно, понимаешь? Ей просто нужно немного подпитывать своё эго.       Я поднимаю руки, останавливая его рекламную речь. — Просто... просто дай мне поговорить с ней.       Он кивает, и я выхожу в коридор. Когда я подхожу к двери её спальни, я слышу цоканье каблуков Уры и предполагаю, что она, скорее всего, ходит взад-вперёд по своей комнате.       Я делаю глубокий вдох и осторожно стучу в дверь. — Ура? Могу я войти? — цоканье резко прекращается, но ответа на мой запрос нет. — Пожалуйста, Ура. Впусти меня, — требую я так деликатно, как только могу.       Наконец дверь приоткрывается. Я воспринимаю это как приглашение и протискиваюсь внутрь. В комнате Уры полумрак, только слабый свет утреннего солнца проникает сквозь задёрнутые шторы.       Я тихо закрываю за собой дверь и прислоняюсь к ней. Ура уже возобновила сердитое хождение взад-вперёд по открытому пространству между мной и своей кроватью. — Прости, — начинаю я, — наверное, я погорячился. Но я просто не ожидал... этого, — я машу рукой вверх-вниз в её направлении, указывая на её скудно одетое тело.       Девушка не замедляет шаг. Она даже не смотрит на меня. — Я не знаю, о чём я думаю, — разглагольствует она, — я не могу этого сделать. Я имею в виду, посмотри на меня! Это не я. Я не могу этого сделать! Она говорила серьёзно? — Очевидно, ты не видишь себя слишком ясно. Поверь мне, ты сможешь, — мой тон немного кокетливее, чем я намеревался, но здесь, один в её тускло освещенной спальне и с ней, так одетой, я ничего не могу с собой поделать. Я начинаю чувствовать, как прежняя собственническая ревность тает, и мои гормоны берут верх. — Никто не должен выглядеть так соблазнительно, это нечестно. — Не неси чушь, Юнги. Я видела отвращение на твоём лице.       Отвращение? Она определённо сумасшедшая, если думает, что мне противно, как она выглядит.       Я отхожу от двери и становлюсь прямо у неё на пути. Ура стоит ко мне спиной, и когда она поворачивается, чтобы вернуться в том направлении, откуда только что пришла, она врезается мне в грудь. Внезапный удар заставляет её споткнуться, но я хватаю её за талию и грубо притягиваю к себе. Ура ахает от резкого соприкосновения наших тел, и её руки поднимаются, чтобы ухватиться за меня и не упасть.       Мои руки скользят по её обнаженному торсу к бёдрам, крепко сжимают их и прижимают к твёрдой плоти в моих штанах. В то же время я наклоняю голову, касаюсь губами её уха и рычу сквозь стиснутые зубы: — Ты хоть представляешь, что ты со мной делаешь?       Чтобы подчеркнуть суть, я беру её лицо в ладони и целую жадно.       Я намереваюсь поцеловать её только один раз, просто чтобы подчеркнуть серьёзность моего признания, но когда Ура начинает целовать меня в ответ ещё более страстно, моё первоначальное предложение полностью забывается.       Наши поцелуи продолжают набирать обороты и интенсивность, пока моё тело не начинает чувствовать, что вот-вот вспыхнет пламя. — Мне требуется много самоконтроля, чтобы удержаться от того, чтобы сорвать с тебя этот чёртов костюм и взять тебя, — шиплю я ей в губы.       Ура резко втягивает воздух, и я чувствую, как её тело слегка вздрагивает рядом с моим. Настороженный тем, что мои слова напугали её, я слегка отстраняюсь, чтобы заглянуть ей в глаза. Но в выражении её лица нет страха или тревоги. Вместо этого я вижу желание и тоску, запечатлённые в них.       Прежде чем я успеваю подумать, что делать или говорить дальше, наши губы снова врезаются друг в друга. Я не совсем уверен, кто инициировал этот поцелуй, но прямо сейчас я не могу найти в себе сил для беспокойства. Этот поцелуй еще жарче, чем раньше.       Я поднимаю одну руку вверх, оставляя другую на бедре Уры, прижатой к моему паху, и запускаю пальцы в её волосы.       Она зацепляет пальцами пустые петли для ремня, и я чувствую, как она слегка тянет. Ура начинает двигаться, пятясь назад, и я позволяю ей тянуть меня за собой, не открывая глаз и не отрываясь от её губ. Тело Уры врезается в дверь позади неё, и я прижимаюсь к ней, крепко удерживая её на месте.       Вся сцена быстро выходит из-под контроля. Всё происходит так быстро, так грубо, и совсем не так, как я представлял наш первый раз вместе. Но на данный момент я зашёл слишком далеко, утопая в похоти и голоде по ней, и не могу остановиться.       Я выпускаю руку из волос Уры и с силой хватаю её за грудь. Она стонет мне в губы. Не требуется большой силы, чтобы опустить чашечки корсета.       Я быстро подаюсь вперёд, прикусывая твёрдый бугорок.       Я хватаю её за бёдра и оттаскиваю от двери. Я слегка поворачиваю её тело влево и провожу несколько шагов назад. Она натыкается на свой стол, и одним быстрым движением я поднимаю её и сажаю на него.       Бумаги, книги, ручки, карандаши с грохотом падают на пол, когда мы пытаемся раздеться.       Руки Уры опираются назад, чтобы удержаться, когда я возвышаюсь над ней.       Ура обхватывает меня ногами и притягивает моё тело к своему. Мы оба стонем, когда мой член трётся между её ног. — Пожалуйста, — снова шепчет она, в её голосе слышится отчаяние.       Без колебаний я расстёгиваю молнию на её шортах и засовываю руку внутрь. Я провожу пальцами по её промежности и грубо засовываю в неё два пальца. — Стой! — громко стонет Ура.       Её голова откидывается назад, а руки слабеют. Ура слегка приподнимает голову, и я вижу её лицо. Её глаза зажмурены, и она прикусывает нижнюю губу, слегка кивая головой в знак одобрения.       Я медленнее проникаю в неё пальцами. Она изо всех сил старается молчать, но несколько стонов удовольствия срываются с её губ. Я провожу большим пальцем вверх по её складочке, и пока мои пальцы пульсируют в ней, мой большой палец касается её клитора. — Юнги! — восклицает она в такт моим движениям.       Я чувствую, как её тело начинает содрогаться. В ту секунду, когда мои губы встречаются с её, она вскрикивает. Её ноги дрожат, когда она преодолевает волны оргазма. Я продолжаю двигать пальцами внутри неё, пока она продолжает дрожать.       Через мгновение её вскрики переходят в тихие стоны, и я медленно вытаскиваю из неё свои пальцы.       Она прижимается ко мне, и я притягиваю её к себе, пока её дыхание замедляется и приходит в норму.       Она слегка приподнимает голову, и я беру её лицо в ладони и снова целую. На этот раз поцелуй нежный, совершенно не похожий на наши неистовые поцелуи всего несколько минут назад.       Я чувствую, как рука Уры легко скользит по моей талии к джинсам, и её пальцы начинают теребить пуговицу. Я хватаю её за оба запястья, чтобы остановить её от дальнейших действий. Я слегка качаю головой. — Нет, — шепчу я ей в губы. — Но я хочу, — протестует она. — Я знаю, знаю. Поверь мне, я тоже тебя хочу. Но не так, — я отстраняюсь, чтобы посмотреть ей в глаза.       Она мило улыбается мне, и я глажу её по щеке большим пальцем. Я долго смотрю на неё, изучая её лицо, её глаза, румянец на щеках. — Боже, ты такая красивая, — на самом деле я не хотел произносить эти слова вслух, но когда на её губах появляется застенчивая улыбка, я рад, что они вырвались у меня.       Тогда я понимаю, что у меня серьёзные проблемы. Я знаю, что что-то чувствую к ней, я знал это уже некоторое время, но это намного больше, чем всё, что я когда-либо испытывал раньше.