31.

POV Ура       Я просыпаюсь в четверг утром, всё ещё нервничая из-за пьяного звонка Юнги накануне вечером. Хотя я чувствую себя немного задетой тем, как он говорил со мной, я отчаянно хочу узнать о его ссоре с Тэсо. О чём бы они ни спорили, это, должно быть, действительно расстроило парня, если Чонгук почувствовал необходимость подбодрить его - до такой степени, что он был практически бессвязен.       Возможно, мне тоже стоит немного поговорить с Чоном или Каей. Да, мне определённо нужно встретиться с этой Каей.       К сожалению, придётся подождать.       После завтрака мы садимся в машину и едем час сорок, чтобы провести день с семьёй отчима. Как только мы подъезжаем к дому его родителей - маленькому одноэтажному домику из красного кирпича - я понимаю, что сегодняшний день не будет тихим расслабляющим отдыхом, к которому я привыкла.       Последние три года отец и несколько парней со станции устраивались в гостиной, чтобы посмотреть футбольный марафон, объедаясь нездоровой пищей. Через несколько секунд после начала я бы улизнула и провела тихий, ничем не занятый день в танцевальной студии.       Родительский дом Инуи - полная противоположность.              Инуи - средний ребёнок в семье. У его старшего брата и его жены двое детей, пятилетний мальчик и трехлетняя девочка. У младшей сестры Инуи и её мужа есть двухлетняя дочь, и они ждут второго ребёнка. Судя по всему, они ожидают его со дня на день. Итак, трое маленьких детей бегают как сумасшедшие, плюс я, моя мама, отчим, братья и сестры Инуи, их супруги и родители, и люди забивают каждый уголок маленького дома.       Даже когда дети сидят отдельно за своим столом, обед по-прежнему представляет собой полный хаос. Я пытаюсь вести вежливую беседу со своими сводными тетями и дядями, но это трудно, поскольку их внимание постоянно отвлекается на то, чтобы ругать своих детей за то, что они лазают по мебели или едят слишком много сладостей. Мои мысли постоянно возвращаются к Юнги и тому, как он мог бы провести свой день.       Я рада, когда несколько часов спустя мы, наконец, прощаемся. Я забираюсь в убежище на заднем сиденье машины Инуи, благодарная за тишину. В попытке удержать детей от уничтожения моих вещей, я оставила свой рюкзак в машине. Я расстёгиваю молнию на переднем кармане и достаю телефон, чтобы увидеть пропущенное сообщение. Мне жаль ~ Юнги — Как там Юнги? — спрашивает моя мама. Я поднимаю голову и вижу, что она обернулась и наблюдает за мной с переднего сиденья. — С ним всё в порядке, я полагаю. На самом деле, у него вероятно сильное похмелье.       Я снова сосредотачиваю своё внимание на телефоне, пытаясь решить, как ответить на сообщение Юнги. — Что ж, еда сегодня была фантастической. Не так ли, Инуи? — Да? О, да, это было здорово, — бормочет он. — Что ты думаешь, Ура? — спрашивает мама.       Я подражаю скучающему тону Инуи. — Да, отлично.       Я знаю, что она этого так просто не оставит, так что с моим ответом Юнги придётся подождать. — Я беспокоилась о тебе, милая. С тех пор как ты сказала мне, что перестала получать свои… ты знаешь. — Всё хорошо. У меня есть месячные, — невозмутимо заявляю я. — Эй! — Инуи оживает впервые с тех пор, как мы сели в машину. — Неужели этот разговор обязательно должен произойти прямо сейчас, пока я здесь? — Нет, это не так, — протестую я. — Это вообще не должно было случиться. — Но, Ура... — Мои врачи сказали, что со мной всё в порядке. — Нет, они этого не сказали, Ура. Ты не в порядке. Тебе дали конкретные инструкции увеличить потребление калорий на двадцать процентов и уменьшить физические нагрузки, и, судя по всему, ты не сделала ни того, ни другого. — Пятнадцать процентов, — поправляю я. — И как ты это узнала? С кем ты разговаривала? — С твоим отцом. — Ты позвонила папе! — я кричу. — Конечно, я это сделала! Кто-то должен что-то делать! — Со мной всё в порядке! — Эй, эй, эй, — скандирует Инуи. — Успокойтесь, вы двое. Эта машина слишком мала для всего этого визга.       Мама поворачивается лицом к передней части машины, а я откидываюсь на спинку сиденья. Скрестив руки на груди, я смотрю в окно. Несколько минут мы обе молчим, но напряжение в воздухе не рассеивается. — Ты втравила меня в неприятности, — ворчу я, звуча скорее как хнычущий ребёнок, чем я намереваюсь. — Я?! — Думаю, можно сказать, что твой телефонный звонок зародил что-то в его голове. Так, он позвонил моему школьному консультанту, а затем Тэсо и Юцы. — Твой отец ничего не сказал о звонке в школу, когда я разговаривала с ним, — оправдывается она.       Я стону. — Он не звонил в школу специально по этому поводу, по крайней мере, поначалу. Он позвонил, потому что… ну, это долгая история.       Мама указывает на лобовое стекло и открытую дорогу перед нами. — У нас есть время, — насмешливо говорит она.       Я делаю глубокий вдох, готовясь к реакции моей матери, когда признаюсь, что тренировалась, проходила прослушивание и впоследствии получила работу над клипом. — Это была ты? — выпаливает Инуи. Мама быстро бьёт его по руке.       Игнорируя перебивание мужчины, я продолжаю описывать, как отец узнал о видео, как он угрожал подать в суд на продюсеров и, наконец, раскрываю, как я подделала его подпись. У моей мамы отвисает челюсть, она явно шокирована моим бунтарским поступком. Прежде чем у неё появляется шанс отругать меня, я продолжаю, рассказывая ей о требовании отца, чтобы я вернулась в Пусан. — Он сказал мне, что звонит в школу, чтобы передать мои документы. Я предполагаю, что тема моего плохого здоровья, — я выплевываю эти слова в адрес своей матери саркастическим тоном, — должно быть, всплыла как часть его аргументации моему консультанту. Эта тема, должно быть, стала главной в разговоре, потому что следующее, что я помню, это то, что меня втягивают в какое-то нелепое вмешательство. — Вмешательство? — мама повторяет. — Да. Тэсо попросил поговорить со мной. Когда я вошла в его офис, у него были Давон и отец на телефонной конференции. Я предположила, что они принимают меры, чтобы перевести меня обратно в Пусан, но они сразу же начали допрашивать меня по поводу моего веса и привычек в еде. Я понятия не имела, откуда это взялось, - я бросаю на маму многозначительный взгляд.       Она игнорирует мой свирепый взгляд. — И? — И я сказала им, что со мной всё в порядке, потому что так и есть. Но благодаря тебе, с этого момента они будут следить за мной как ястребы. — Ну, я не собираюсь извиняться за это, — возмущенно говорит она, снова поворачиваясь лицом к лобовому стеклу. Я хихикаю. — Что смешного? — спрашивает она. — Вообще-то, я должна тебя благодарить, — мама снова поворачивается на своём месте, удивлённая. — Единственная причина, по которой папа разрешает мне остаться в Сеуле, заключается в том, что Тэсо убедил его, что я буду "получать лучший уход под его личным наблюдением", — я пытаюсь имитировать голос Тэсо, насмешливо повторяя его слова. Инуи встревает. — Что это значит? — Он доктор, милый, — объясняет мама. — Так каков его план? — Его план? — я повторяю. — Да. Как он планирует лечить тебя? Есть ли у него опыт лечения анорексии?       У меня отвисает челюсть, и я долго смотрю широко раскрытыми глазами на свою мать. — Я не страдаю анорексией! — я кричу. — Плана нет! Лечить нечего! Почему ты мне не веришь? — Милая, ты давно смотрелась в зеркало? Ты практически кожа да кости. — Это не так! — Милая, — ругается Инуи, — это немного перебор, тебе не кажется?       Мама поворачивается на месте лицом к нему. — Но... — Она была с нами всю неделю. Ты видела какие-нибудь признаки, подтверждающие то, в чём её обвиняешь?       Она бросает на меня взгляд через плечо. Я смотрю на неё расширенными глазами, выражение моего лица заставляет её ответить на его вопрос. — Но она ест как птичка! — защищается она.       Я стону и в отчаянии всплесиваю руками. — Спасибо за попытку, Инуи, но она не отстанет, пока я не наберу вес.       В поисках спасения от маминой критики я достаю наушники из сумки и заглушаю взрослых на переднем сиденье, которые продолжают анализировать всё, что я съела за последние четыре дня. Прислонив голову к холодному окну, я смотрю, как высокие деревья пролетают мимо.       Я продолжаю думать о том, как я собираюсь ответить на сообщение Юнги. Крошечная часть меня хочет заставить его немного попотеть, наказать его за то, как он разговаривал со мной. Но я бы никогда так с ним не поступила, особенно не сейчас. Хотя я отчаянно хочу узнать, что случилось и всё ли с ним в порядке, я ни за что не позвоню ему, когда моя любопытная "мамаша" сидит в нескольких сантиметрах от меня.       Поэтому Юнги приходится ждать ещё час, пока мы не возвращаемся в дом. Как только я остаюсь одна, я достаю телефон из кармана и набираю его номер. Голосовая почта. Дерьмо.       Я жду ещё пятнадцать минут и пытаюсь снова, по-прежнему не получая ответа.              Чувствуя себя грязной после дня и долгой поездки на машине, я решаю принять душ. Я полагаю, что это более продуктивное использование моего времени, чем расхаживать по комнате в ожидании звонка Юнги.       Тридцать минут спустя я умылась и оделась для сна. Я проверяю свой телефон, но там нет ни пропущенных звонков, ни сообщений. Я набираю его номер в третий раз за вечер. На этот раз, когда отвечает его голосовая почта, я оставляю сообщение. — Привет. Я получила твоё сообщение. Извини, что не ответила сразу. Мы были у родителей отчима весь день, и это было, ну, неважно… в любом случае, перезвони мне, хорошо? Я... я скучаю по тебе. Я люблю тебя.       Я кладу телефон на подушку рядом с головой и выключаю свет.       Громкое жужжание ударяет мне в уши, заставляя меня вздрогнуть и проснуться. Яркое солнце льётся в окно, я стону и прячу голову под подушку. Мой телефон снова жужжит, и во внезапный момент ясности я вспоминаю, что Юнги должен был мне позвонить. Я сажусь прямо в кровати, хватая телефон. Привет, Уруру! Извини, что не смог вчера позвонить. Сотовая связь подводит! Скучаю по тебе! Когда ты вернёшься домой? ~ Чимин       Мои плечи опускаются, когда я нажимаю "Ответить". Я тоже скучаю. Буду дома в воскресенье. У нас будет репетиция в понедельник после занятий? ~ Ура Десять секунд спустя он отвечает. Ага! Вези мне ракушку. До понедельника. ~ Чимин       Нет никаких указаний на то, что у меня есть другие сообщения, но я всё равно проверяю. Ничего.       Я подумываю снова позвонить Юнги, но ставлю телефон на зарядку и спускаюсь вниз, чтобы присоединиться к маме и Инуи за завтраком.