39.

POV Юнги       Уже далеко за девять, когда я возвращаюсь домой с большим ягодным коктейлем. Согласно инструкциям Тэсо, можно заменить еду калорийными напитками, добавив все белковые добавки и витамины, которые он дал. Я пишу имя Уры жирными черными буквами на крышке, прежде чем поместить пластиковый стаканчик в морозилку.              Я надеру Джуну задницу, если он притронется к нему.       Перед отъездом в больницу Тэсо забрал из своего кабинета рецепты Уры и отдал их мне. Поднимаясь по лестнице в свою комнату, я засовываю таблетки в передний карман джинсов. Останавливаюсь, когда подхожу к своей двери, но вместо того, чтобы пробиваться внутрь, как обычно, я делаю глубокий вдох, поднимаю руку и осторожно стучу. Ответа нет.       Я пробую снова, но на другой стороне меня встречает тишина. Осторожно открываю дверь и заглядываю внутрь. Я не особо удивлён, обнаружив аккуратно заправленную кровать и пустую комнату. Со вздохом я закрываю дверь и иду по коридору в её комнату. - Входи, - зовёт она после того, как я легонько стучу в дверь.       Сделав ещё один глубокий вдох, я собираю силы, прежде чем медленно открыть дверь.       Ура сидит на своей кровати, опираясь на несколько подушек, и тяжёлое одеяло накинуто на её ноги. Она не поднимает глаз, когда я вхожу. Она следит за своими руками, пока закрепляет резинку вокруг распущённой косы, спадающей на плечо. Я закрываю за собой дверь и прислоняюсь к ней. - Чимин. Ты забыл, что у нас сегодня нет занятий в школе? - её голос легкий и дразнящий, и этот звук заставляет меня тосковать по всем тем игривым моментам, когда мы подшучивали друг над другом.       Когда я не отвечаю, она поворачивает голову и смотрит в мою сторону, не в силах скрыть тревогу, когда понимает, что в её спальне стоит не Чимин. Она заканчивает завязывать волосы и с силой перекидывает косу через плечо. - Я думала, ты вернулся к Чонгуку, - холодно говорит она.       Я качаю головой. - Я спал на диване.       Она фыркает и складывает руки на груди. - Ты что-то хотел, Юнги?       Я нервно выпаливаю первое, что приходит мне в голову. - Ты хорошо спала? - Что? - Ура смотрит на меня, всё ещё раздражённая моим вторжением. - Эм, таблетка, которую я дал тебе прошлой ночью. Я хотел узнать, сработало ли это, - я тяну время и я это знаю. Мысленно я ругаю себя за то, что был трусом. - О, гм... да, - раздражение на её лице, кажется, немного спадает. - Спасибо. Наверное, - добавляет она.       Я вытаскиваю правую руку из кармана и грубо тру лицо, как будто этот жест прорежет брехню. - Ты же знаешь, что это не снотворное.       Это не вопрос, но она всё равно отвечает. - Да, - говорит она. Похоже, ей стыдно за признание. - Это просто побочный эффект. - Так ты продолжишь их принимать? - на этот раз Ура не отвечает.       Делая осторожный шаг к кровати, я достаю из кармана оба её новых рецепта. Я не отрываю взгляда от лица Уры, пока она следит за движением моей руки, наблюдая, как я кладу их на тумбочку. Она ничего не говорит, просто продолжает смотреть на них, прежде чем снова поднять глаза на меня. Я медленно сажусь на край кровати и радуюсь, что она не отстраняется от меня, как прошлой ночью. - Ура, я думаю, тебе стоит послушать Тэсо. Он пытается тебе помочь. Это лекарство, - я киваю в сторону двух пузырьков с таблетками, - должно... - Я знаю, для чего это нужно, - говорит она тихим голосом, стыдливо опуская глаза на колени. - Он несколько раз объяснял мне, как с этим обращаться.       Я хочу спросить её, почему она всё ещё так упрямо не принимает его помощь, но передумываю. Прежде чем я успеваю придумать, что сказать дальше, Ура поднимает глаза, на её лице смесь замешательства и беспокойства. - Вы с Тэсо говорили об этом, - её тон обвиняющий. - Он мало что мне рассказывал, права пациента и всё такое. На самом деле, большую часть разговора вёл я. Я пересказал ему всё, что ты сказала прошлой ночью, и мне жаль, если это тебя разозлило. Я знаю, что ты, вероятно, рассказала мне всё по секрету, но я подумал, что для него важно знать как можно больше, чтобы он мог помочь тебе.       Ура отводит взгляд, отворачивая лицо к окну, из-за чего я не могу судить, насколько она зла. - Прости, - тихо говорю я. - Я не... - Нет, я понимаю, - её голос снова становится холодным, и она поворачивается, чтобы свирепо посмотреть на меня. Я не удивлён, что она расстроена из-за того, что я сдал её Тэсо, но выражение её гнева больше, чем я ожидал.              На мгновение я колеблюсь, не зная, что сказать дальше. Наклоняясь вперёд, я беру таблетки в руку, смотрю на этикетки. - Ты позволишь ему помочь тебе? - спрашиваю я, не поднимая глаз.       Ура не отвечает, но я всё ещё чувствую на себе её взгляд. Я готовлюсь к её отказу, представляя, как я могу опровергнуть её доводы. У неё нет причин продолжать отвергать помощь Тэсо. Если она это делает, то она просто упрямая. Что ж, в эту игру могут играть двое.              Я открываю баночки, достаю по одной таблетке из каждой и протягиваю их ей. - Вот, - говорю я строго.       Ура продолжает сердито смотреть на меня, поэтому я снова протягиваю к ней руку. Она не делает ни малейшего движения, чтобы принять таблетки или даже ответить на мою протянутую руку. - Ура, возьми их. Тебе станет лучше, - она по-прежнему не двигается. - Ура. - Зачем ты это делаешь? - язвительно спрашивает она.       Язвительность её гневных слов заставляет меня напрячься, и я опускаю руку на колени. - Потому что я... я забочусь о тебе, - честно отвечаю я, но нервозность в моём голосе заставляет слова звучать неискренне. - Ты серьёзно думаешь, что я снова поведусь на это? Чего ты добиваешься на этот раз, Юнги? Ты передумал? Ты всё ещё пытаешься расположить его к себе? Ты думаешь, что игра в героя повлияет на него? Или ты беспокоишься, что он узнает о твоей маленькой шараде теперь, когда остались улики?       До меня, наконец, доходит её бурная реакция на то, что я обсуждал её состояние с Тэсо. Она думает, что я использую её. Она думает, что я пытаюсь использовать это в своих интересах. Она по-прежнему видит во мне злобного, безжалостного, бессердечного монстра, того, кто разбил ей сердце и разрушил её доверие.       Ура складывает руки на груди, вызывающе глядя на меня. - А что случилось с тем, что я устала притворяться?       Пристыженный, я опускаю голову и смотрю на кровать. Проходит несколько минут, пока я прокручиваю в голове каждое сказанное мной слово, каждое действие, каждый жест, представляя, как это должно выглядеть с её точки зрения.       Я такой идиот. Мне не следовало быть здесь. Ничего не изменилось за недели, прошедшие с тех пор, как я уехал, и в хаосе последних двадцати четырех часов я совершенно упустил это из виду. О чём, чёрт возьми, думает Тэсо, позволяя мне делать это! Ей всё ещё нужно освободиться от меня, и, находясь здесь сейчас, я перечеркиваю всё, чего добился той ужасной ночью. Я поворачиваюсь к ней спиной, пытаясь скрыть поражение, которое, несомненно, написано на моём лице. - Я-я думал, ты ни во что из этого не веришь, - тихо говорю я.       Между нами повисает ещё одно долгое молчание, прежде чем она отвечает. - Я больше не знаю, чему верить, - замешательство в её голосе подтверждает мои опасения. Мои действия подрывают всё - всё, что мы пережили за последние несколько недель.       Знакомая паника начинает нарастать у меня в животе. Я не могу этого сделать. Я не могу помочь ей сейчас, только снова бросить её. Я не могу заставить её пройти через это снова – я не выиграю – я обещал. Я пообещал, что она сможет продолжать жить своей жизнью без какого-либо вмешательства с моей стороны. И это именно то, что я делаю – вмешиваюсь. Я должен убраться отсюда – сейчас – пока не сделал всё ещё хуже.       В моей голове вспыхивает идея. Я могу просто встать и уйти, оставив её обвинения без внимания. Она может думать, что вызвала меня на мою маленькую шараду, доказывая, что я всё ещё мерзкое существо, каким она меня представляет. Тогда всё вернётся к тому, что было. Как и должно быть. Каким должно быть.       Я поднимаюсь с кровати и иду к двери, с трудом делая каждый шаг. Пока я двигаюсь, я борюсь за то, чтобы вернуть себе ту закалённую личность, ту, которая позволила мне уйти от неё в прошлый раз. Но как бы я ни старался, на этот раз, похоже, у меня ничего не получается. Такое чувство, что я хватаюсь за воду, за что-то реальное, за что-то осязаемое, но оно ускользает от меня сквозь пальцы, когда я пытаюсь обхватить его рукой.       Раньше это было не так сложно. Правда? Может быть, потому что у меня было время подготовить свой…       Звук движения привлекает моё внимание, и я оглядываюсь через плечо как раз в тот момент, когда Ура отворачивается и опускается на свою кровать. Она переворачивается на бок, подальше от меня, и утыкается лицом в подушку, заглушая звук, когда начинает плакать. Я снова пытаюсь взять себя в руки, но когда я смотрю, как её хрупкое тело содрогается от тихих рыданий, они ускользают у меня сквозь пальцы, как и раньше.       Прежде чем повернуться обратно к двери, я делаю паузу и позволяю словам слететь с моих губ, из моего сердца, прежде чем у меня будет время обдумать последствия. - Ты можешь поверить, что из всех ужасных поступков, которые я совершил в своей жизни, я никогда ни о чём не пожалею так сильно, как о том, что сделал с тобой.       Ура не отвечает, но я знаю, что она меня услышала. Какое-то мгновение я продолжаю смотреть и слушать, как трясутся её плечи и дыхание становится более прерывистым. Когда зрелище становится невыносимым, я поворачиваюсь лицом к двери. Костяшки моих пальцев белеют, когда я хватаюсь за дверную ручку, но сколько бы раз я ни говорил себе уйти, я не могу заставить себя открыть дверь. Потому что я знаю, если я выйду за эту дверь, я её сейчас оставлю снова, когда она нуждается во мне. В моём воображении вода, утекающая сквозь мои пальцы, эта вода превращалась в лёд. Я превращался в лёд – холодный, замороженный, закалённый. Если я сейчас выйду за эту дверь, я без сомнения знаю, что пути назад уже не будет.       Смутное воспоминание проносится в моей голове: "Ура сидит со мной на лестнице, её голова у меня на плече, она прижимается к моей шее. Я прижимаю её к себе, наслаждаясь тем фактом, что она наконец-то в моих объятиях. Я слегка провожу пальцами по волосам, а Ура теребит воротник моей футболки.       Я хихикаю. - Это ты мне говоришь. Ещё полчаса назад я думал, что ты просто используешь меня, чтобы изменять своему парню. Я был готов заставить тебя сделать выбор.       Ура отстраняется, глядя мне прямо в глаза. - Я выбираю тебя, - нежно говорит она, мгновение изучая моё лицо. - Не то чтобы между тобой и Чимином действительно нужно было делать выбор, но… ну, я имею в виду, что… Я знаю, что мы не настолько хорошо знаем друг друга, но я… Я хочу."       Я закрываю глаза, когда воспоминания исчезают. Он всё ещё был частью меня - он и остается, по-прежнему, частью меня. Я никогда полностью не отпускал его, не отпускал гнев, ненависть, негодование. Даже когда я думал, что со мной покончено, когда я пытался быть хорошим и раскаиваться в своих ошибках, когда я думал, что изменил свою жизнь, он всё ещё был рядом. Вот почему раньше было так легко вернуться к тому темпераменту. Я всё ещё позволял ему управлять частью меня, постоянно подавлять человека, которым я должен быть.       Поразительно, насколько ясно я вижу разницу сейчас, как будто через моё тело провели линию, разделяющую меня пополам. Теперь, когда мои глаза открыты, теперь, когда я вижу это, я могу выбирать. Так не должно быть. Я могу отпустить его. Я могу выбрать никогда больше не быть им.       Мои пальцы ослабляют хватку на дверной ручке, и рука опускается. Когда я снова открываю глаза, это похоже на то, что щелкнули выключателем – не включили, а выключили.       Я разворачиваюсь и иду обратно к её кровати. Я медленно переползаю, чтобы лечь рядом с ней. Я осторожно обнимаю её за талию, и когда она не отталкивает мою руку, я осторожно переворачиваю её на спину.       Как только Ура поворачивается ко мне лицом, она зарывается лицом мне в грудь и рыдает, её кулаки крепко сжимают мою футболку. Её тело кажется таким хрупким рядом с моим, и мне приходится сдерживать собственные слёзы, когда она распадается на части в моих объятиях. - Ш-ш, я здесь, - шепчу я, поглаживая её волосы одной рукой.