43.

      Попрощавшись с Тэсо, я направляюсь на кухню, намереваясь следовать его инструкциям по промыванию, перевязке и наложению льда на рану.       Разговаривая по телефону, он заставил меня согнуть и пошевелить пальцами, и хотя это было чертовски больно, он не верил, что она сломана. Я промываю царапины в раковине, испортив ещё одно кухонное полотенце Юцы. Тяжесть пакета со льдом на костяшках моих пальцев почти невыносима, но я смирился и удерживаю его на месте.       Я медленно иду к лестнице, обхватив одну руку другой, пытаясь придумать лучший способ объяснить Уре свою травму. Звук поворачивающегося ключа во входной двери заставляет меня остановиться.       Тэсо должен был выехать из больницы только через полчаса.       Я оборачиваюсь как раз в тот момент, когда распахивается дверь. — У тебя есть ключ? — спрашиваю я Чимина, когда он стремительно пересекает гостиную. — Пошёл ты, — рычит он, отталкивая меня с дороги. — Что ты с ней сделал на этот раз?       Я смотрю вслед Чимину, который взбегает по лестнице, едва задержавшись, чтобы постучать, прежде чем войти в её комнату. Ура, должно быть, наконец-то нашла время позвонить ему, когда я оставил её одну.       Отступая к дивану, я падаю на подушки и прижимаю раненую руку к груди. Я должен напомнить себе, что Чимин просто пытается защитить Уру, но теперь, когда он здесь, я знаю, что мой доступ к ней будет затруднён. Её маленькая сторожевая собачка не подпустит меня к ней близко.       Тридцать минут спустя входная дверь снова открывается. На этот раз появляется Тэсо, неся большой пластиковый кейс в одной руке и бумажный пакет поменьше в другой.       Он идёт прямо к дивану, ставит большой кейс на пол и бросает бумажный пакет на кофейный столик, садится рядом, прямо напротив меня. — Дай-ка я посмотрю, — говорит он, указывая на мою руку.       Я прижимаю руку к груди, защищаясь. — Я в порядке. Проверь, как там Ура, — требую я, кивая головой в сторону лестницы. — Истекающий кровью пациент имеет приоритет.              Я могу сказать, что он ещё не вышел из своего рабочего режима, и хотя я очень хочу, чтобы он увидел Уру, я не уверен, что хочу, чтобы он разговаривал с ней, пока он в таком... настроении. Я неохотно протягиваю руку, и он немедленно принимается за дело, снимая мою импровизированную повязку. Я наблюдаю, как он изучает мою руку, переворачивая её снова и снова, двигая моими пальцами и ощупывая порезы на костяшках.       Всё ещё держа мою руку в своей, он лезет в сумку рядом с собой и достаёт бинт, горсть ватных тампонов и тюбик с чем-то, я полагаю, мазью с антибиотиками. — Кража больничных принадлежностей - одно из преимуществ должности шефа? — саркастически спрашиваю я.              Тэсо ухмыляется, но не отрывает взгляда от своей задачи. Он отвинчивает колпачок от тюбика и выдавливает каплю прозрачного геля на один из тампонов. Он проводит им по самому большому порезу в центре моей ладони. — Черт! — я пытаюсь вырвать свою руку у него, но хватка Тэсо крепче. — Горит! — я шиплю сквозь стиснутые зубы. — Извини. Я должен был предупредить тебя. — Ты думаешь? — я бормочу. Он бросает на меня предупреждающий взгляд, поэтому я прикусываю губу, чтобы сдержать ехидный комментарий. — Хочу ли я вообще знать, как это произошло? — спрашивает Тэсо. Его глаза быстро перебегают на мои, затем возвращаются к моей руке. В его голосе нет злости, скорее беспокойство, чем что-либо ещё. — Сегодняшний день был... — я изо всех сил пытаюсь подобрать подходящее слово, чтобы описать этот кошмар, — тяжёлым.       Тэсо не настаивает на деталях, только торжественно кивает, продолжая работать с моей рукой. Он разворачивает рулон и начинает обматывать мои кровоточащие костяшки, покрывая всю руку от середины пальцев до запястья. - Вот, - объявляет он, когда заканчивает. - Нам нужно будет поменять её утром.       Я киваю и убираю забинтованную руку, снова бережно прижимая её к груди. - Спасибо. - Избавься от этого полотенца, пока мама его не увидела, - говорит он, кивая на окровавленную тряпку на столе. - И если она спросит, я прочитал тебе основательную лекцию о том, как найти более здоровый выход своим эмоциям.       Мы оба ухмыляемся. - Она всё ещё злится?       Тэсо закатывает глаза и надувает щёки, когда выдыхает, этим жестом отвечая на мой вопрос, ему не нужно произносить ни слова. Он возвращает неиспользованные ватные тампоны и тюбик с обезболивающим в бумажный пакет. - Итак, - говорит он, наклоняясь вперёд и переплетая пальцы, - я позаботился о своём пациенте. Ты расскажи мне о своём.       Я пересказываю весь день, начиная с того момента, как Ура приняла первую порцию таблеток, и добавляю все детали, которые я не смог включить во время наших коротких переписок. Тэсо внимательно слушает, не перебивая. - Она измотана. Она хочет сдаться, - заключаю я.       Тэсо печально кивает. - А как насчёт тебя? Как у тебя дела со всем этим? - Я? - я спрашиваю немного шокированный, затем яростно качаю головой. - Это неважно. Уре нужно... - Юнги, - предупреждает Тэсо, бросая понимающий взгляд на мою повреждённую руку.       Я вздыхаю, раздраженный тем, что он хочет сосредоточиться на мне. Я выплёвываю свой ответ как можно быстрее. - Это было именно так, как ты сказал, чувствовать себя беспомощным, наблюдая, как кто-то, кого ты любишь, проходит через это. Всё, что я мог сделать, это сидеть сложа руки и наблюдать, как она всё больше истощается физически и эмоционально по мере того, как день тянулся, и... что ж, - я поднимаю руку, чтобы доказать свою точку зрения. - Я понимаю, - Тэсо кладёт руку мне на колено. - С ней всё будет в порядке. Ты ведь это знаешь?       Я киваю, но не уверен, что мой ответ звучит убедительно. - Только потому, что сегодняшний день прошёл не так, как мы планировали, мы не должны рассматривать это как провал. Ты должен гордиться тем, что ты сделал. За один день ты достиг большего, чем кто-либо другой смог сделать за последний месяц. Ты смог достучаться до неё. Ты заставил её сделать эти первые важные шаги.       Я невесело усмехаюсь. - Значит, я должен гордиться тем, что "убираю беспорядок", который сам же и устроил. - Юнги, мы уже говорили об этом. - Да, я знаю. Это не вся моя вина, - говорю я, закатывая глаза. - Если уж на то пошло, ты, вероятно, дольше поддерживал её здоровье. Твоя мать продолжала говорить мне, как хороша для тебя была Ура, но я начинаю понимать, что ты тоже был хорош для неё.       Мои глаза останавливаются на Тэсо, и я ошеломлённо смотрю на него. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но внезапное жужжание из кармана прерывает его. Со стоном он достает свой телефон и проверяет идентификатор вызывающего абонента. - Твоя мать, - объявляет он и кривит рот в притворном ужасе. Я бы рассмеялся, но меня всё ещё шатает от его комментария. - Привет, милая, как прошла ваша сегодняшняя встреча? - Тэсо внимательно слушает её ответ, пока я тереблю свою забинтованную руку. - Это отличные новости... Нет, я ещё не проверял, как она.… Думаю, около тридцати минут назад. Потому что я разговаривал с Юнги.       При упоминании моего имени я поднимаю глаза, и Тэсо тепло улыбается мне. - Нет, он здесь. Он пришёл домой прошлой ночью. Да, да... Нет, мы не... - ну, потому что я...       Теперь я могу разобрать голос Юцы, повышающийся с каждым вопросом, который она задаёт Тэсо. Она даже не останавливается, чтобы послушать его ответы. Он поднимается со своего места и идёт на кухню, дважды похлопывая меня по плечу, когда проходит мимо.       Пока я пытаюсь не обращать внимания на односторонний разговор позади меня, моё внимание привлекает кейс, который Тэсо принёс из больницы. Я протягиваю руку и выдвигаю массивную коробку вперёд, чтобы она легла у моих ног. Я начинаю открывать массивные металлические защёлки, но останавливаюсь и смотрю через плечо на Тэсо. Он наблюдает за мной из кухни, всё ещё прижимая телефон к уху. Он кивает и машет рукой, давая понять, что я могу продолжать. Я заканчиваю открывать футляр и поднимаю крышку.       Внутри находится квадратный аппарат, размером примерно с кофеварку, помещённый в пенопластовый вкладыш. Верхняя половина устройства состоит из большого экрана с цифровой клавиатурой под ним. Я изучаю другое содержимое внутри футляра: моток прозрачных трубок, складную металлическую подставку, пластиковый мешочек – полагаю, иголки - и различные пластиковые зажимы и шнуры питания. В левой части футляра надежно спрятаны два прозрачных пластиковых пакета, наполненных жидкостью.       Я поднимаю больший из двух пакетов, жидкость плещется внутри, когда я переворачиваю его в руках. На большой белой наклейке, прикрепленной к прозрачному пластику, указаны ингредиенты и количество каждого в граммах или миллиграммах. - Это лучшее решение для ПП, - говорит Тэсо, подходя ко мне сзади. Я не заметил, что его телефонный разговор закончился. - А это, - он достаёт маленький пакетик из отделения, - это хороший материал, - он ухмыляется.       Замешательство на моём лице отражается в моём голосе. - Что это? - Мы даем это больным раком перед тем, как они пройдут химиотерапию. Это полностью устранит тошноту. Я планирую установить медленную капельницу на ночь. Она может попробовать снова поесть утром.       Я киваю и смотрю на свою забинтованную руку, чувствуя себя несколько обескураженным. Моя роль в этом закончена. Я рассчитывал на это время вместе, чтобы найти способ показать ей правду, доказать, что я всё тот же человек, которого она любила раньше, чтобы снова всё исправить. Но теперь…       Нет, ругаю я себя.Я должен быть счастлив, что она получает ту помощь, в которой она нуждается. Это всё, что имеет значение. - Ты готов? - спросил я.       Мои глаза останавливаются на Тэсо. - Я? - он хихикает. - Не волнуйся, я не позволю тебе воткнуть ей иглу, но я подумал, ты захочешь посмотреть, как ставить капельницу, - Тэсо на мгновение замолкает, обдумывая свои следующие слова. - Я думаю, тебе станет легче, если увидишь какой-то положительный результат.       Я бы хотел, чтобы он перестал беспокоиться о моих чувствах, Ура - это всё, что имеет значение прямо сейчас, но я не упоминаю об этом. - Да, хорошо.       Я следую за Тэсо вверх по лестнице в комнату Уры, и хриплый голос Чимина приглашает нас войти после того, как отец стучит.       Чимин - единственный, кто поднимает голову, когда мы входим. Его фигура занимает часть кровати Уры, из-за чего её хрупкое тело кажется ещё меньше, когда она прижимается к нему. Он нежно гладит её по волосам одной рукой, другой обнимает её за спину, защищая.       Глаза Уры по-прежнему устремлены прямо перед собой, но, судя по выражению её лица, я сомневаюсь, что она действительно что-то видит. Даже с такого расстояния я вижу свежие слёзы, которые продолжают увлажнять её ресницы, и мне интересно, перестала ли она плакать с тех пор, как я ушёл из её комнаты больше часа назад. Я зависаю в дверном проёме, пряча поврежденную руку за спину, когда в комнату заходит Тэсо. - Привет, Чимин, - говорит он. - Здравствуйте, мистер Ким, - ответное приветствие Чимина. - Привет, Ура, - успокаивающе говорит Тэсо. - Юнги сказал мне, что у тебя был тяжёлый день. Как ты себя чувствуешь? - Устала, - говорит она. Её голос звучит хрипло от слёз. - Ну, я думаю, у меня есть кое-что, что заставит тебя почувствовать себя лучше, - Тэсо с глухим стуком ставит футляр на пол. Ура даже не поднимает глаз. - Что это? - спрашивает Чимин. - Юнги подумал, что у Уры может быть обезвоживание после сегодняшних... мероприятий. Он предложил ввести ей немного жидкости внутривенно, - глаза Уры встречаются с моими, и она не сводит их с меня, пока Тэсо продолжает свои объяснения. - Я бы хотел установить капельницу и дополнить её более сильной версией одного из лекарств, которые она принимает. Это должно полностью устранить тошноту, поэтому, когда она завтра снова попытается поесть, у неё, вероятно, будет больший успех. Тебя это устраивает, Ура?       При упоминании её имени она отводит взгляд от меня и возвращается к Тэсо. Она кивает и медленно высвобождается из объятий Чимина, чтобы сесть. - Отлично, давайте начнём. Тэсо подходит к Уре с противоположной стороны кровати, неся с собой кейс. Он ставит его в изножье кровати, открывает крышку и начинает распаковывать содержимое.       Чимин скатывается с кровати и подходит к тому месту, где я стою в дверном проеме, его глаза прикованы к полу. Я отодвигаюсь в сторону, давая ему достаточно места, чтобы обойти меня. - Мне нужно с тобой поговорить, - ворчит он, проходя через дверь. - Чимин, - предупреждающим тоном окликает Ура. - Всё в порядке. Я бы больше беспокоился о той огромной игле, которую собираются воткнуть в тебя, - он подмигивает ей, но она только сердито смотрит на него в ответ, между ними происходит безмолвный разговор. Чимин вздыхает. - Ура, я обещал, не так ли?       Проходит ещё мгновение, прежде чем она уступает простым кивком. Её глаза на секунду встречаются с моими, а затем её внимание возвращается к Тэсо. - Иди, Юнги. Я могу показать тебе в другой раз, - говорит он, разматывая длинную прозрачную трубку.       Я киваю и поворачиваюсь, чтобы увидеть, как Чимин исчезает внизу на лестнице. Я следую за ним на первый этаж, но он явно не намерен вести этот разговор в доме, выйдя через парадную дверь, оставляя её открытой, чтобы я мог последовать за ним.       Я выхожу на крыльцо и закрываю за собой дверь. В ту секунду, когда замок защёлкивается, Чимин разворачивается и бросается на меня, прижимая мое тело к стене дома. Он прижимает меня к себе, крепко сжимая моё горло.