ПОЯВЛЕНИЕ АЛЬБИНЫ

Альбина появилась в нашем классе в тот самый день, когда участковый капитан Роман Лиханов обыскивал школу вместе со служебной собакой. Был конец октября, и дожди лили каждый день. Буян, красавец-самец немецкой овчарки, слыл любимцем посёлка, а сам капитан пользовался всеобщим уважением. Благодаря ему была уничтожена банда беглых зэков, устроивших логово в тайге и убивавших инкассаторов, привозивших в посёлок деньги. Говорили, будто при задержании Лиханов самолично застрелил трёх урок. На школьном стенде до сих пор висит пожелтевшая областная газета с фотографией и подписью: «Старший лейтенант Р. Ликханов». Надеюсь, корректор получил штраф за опечатку в фамилии героя. Сейчас рядом с этой фотографией висит ещё одна. Три года в посёлке было спокойно, пока неделю назад не случилось новое несчастье. Пропал наш одноклассник Юрка Бородин. Он часто не ночевал дома, и хватились его лишь на четвёртый день. Фотография чёрно-белая, на ней рыжие лохмы Юрика выглядят седыми. В последний раз его видели в школе, и вот сейчас капитан Лиханов с Буяном уже второй раз прочёсывали помещение. Я встретил их в рекреации, когда по просьбе нашей русички бегал за журналом в учительскую. – Привет, Буян! – я помахал собаке. – Здрасьте, товарищ капитан. – Привет, пострел, – ответил капитан своим надтреснутым голосом. Буян зарычал, глядя мне за спину. Я обернулся и увидел крепкого чернобородого мужчину, который держал за руку красивую темноволосую девочку в новенькой форме. Я узнал его. Он работал егерем и жил на самой окраине поселка. В детстве я его боялся. Витька Пятифанов как-то ляпнул, что «этот кент ест детей», а я был слишком мал, чтобы распознать хохму. Егерь снился мне в ночных кошмарах. Однажды во сне он нёс в руке связку отрезанных человеческих гримас, покрытых шерстью и перьями. Брр. Я потом долго не мог понять, был это сон или не сон. – Буян, цыц! – сказал участковый. Лицо чернобородого дрогнуло при виде милиционера и рычащего пса. Девочка оставалась безучастной. Разминувшись с милиционером, пара подошла к двери нашего класса. Егерь, не стучась, открыл её и вошел, по-прежнему держа девочку за руку. Следом за ними прошмыгнул и я. – Вы к кому? – холодно спросила Анна Петровна, обернувшись к вошедшей паре. – Мы были у директора, – ответил чернобородый. – Велел идти к вам на урок, обещал оформить её завтра, – мужчина кивнул в сторону девочки. – Её зовут Альбина, это моя дочь. Приехала вчера ко мне из города, будет учиться в вашей школе. – Почему я узнаю об этом только сейчас? – с неудовольствием спросила Анна Петровна. – Как она могла вчера приехать, когда дорогу дождями размыло? – спросил Сашка Монгол. – Будаев, помолчи! – цыкнула учительница. – Бардак, конечно, но что с вами делать. Садись вон на то место, – бросила она дочери егеря. В нашем классе пустовало только одно место – стул пропавшего Юрки. – Будьте с ней осторожны, – сказал егерь, обращаясь ко всем сразу. – Она ещё очень ранима. – У нас в советской школе коллективный подход, а не индивидуальный, – сухо ответила Анна Петровна.