Глава 6

      — Михаил. — Люцифер старался быть максимально стойким, будучи не совсем уверенным, как всё пройдет. Было так приятно снова видеть своего старшего брата воином Бога, которым ему и суждено быть! Михаил отцепился от Гавриила и спокойно подошёл ближе. Люцифер наклонил голову и отвёл взгляд в сторону. Он не заслуживал находиться рядом со своим братом, не говоря уже о том, чтобы смотреть на них как на равных. Он крепко сжал крылья, надеясь, что брат не вспомнит об изменении их цвета. Михаил остановился прямо перед ним и рукой обхватил шею Люцифера. Люцифер держал голову опущенной, показывая, что он подчинится всему, что решит сделать Михаил. На несколько мгновений всё застыло; даже птицы, казалось, затаили дыхание, ожидая вердикта старшего архангела. Михаил быстро потянул Люцифера вперёд, и второй по старшинству почувствовал, как весь воздух вышибли из его лёгких. Это быстро сменилось удивлением, когда он почувствовал, как крылья и руки Михаила крепко обнимают его.              — О, как я скучал по тебе, младший брат. — Сэм почувствовал, как слёзы вырываются из него против его воли, и он медленно обнял своего старшего брата. Он никогда не мог представить, что почувствует это снова. — Я прощаю тебя, Самаэль. Я прощаю тебе всё. — Люцифер уткнулся лицом в плечо Михаила, позволяя своим слезам вытечь наружу. Это было всё, чего он хотел. Всё, о чём он мог мечтать. — Но я не могу забыть. — Вот оно. Другая сторона медали. Всё шло слишком хорошо. Он услышал, как Гавриил издал какой-то сдавленный звук позади него. По крайней мере, он получил прощение брата, прежде чем Пустота заберёт его. Люцифер кивнул в плечо Михаила.       — Я понимаю. — Он зажмурился и ждал удара клинка. Михаил обычно действовал быстро, но он знал, что это всё равно будет больно. Он задавался вопросом, подождёт ли брат до момента, как он получит своё копьё, прежде чем закончить дело. Люцифер сделал шаг назад, когда ничего не произошло. Он всё не отрывал глаза от земли.       — Если ты хотя бы подумаешь об уничтожении Земли, нападении на ангелов или нанесении вреда людям… —Михаил замолчал, и Люцифер точно знал, о чём он говорит.       — Клянусь, Миха. Я причинил достаточно вреда. Я не буду сражаться с тобой, брат, независимо от твоего выбора. — Люцифер чувствовал, как благодать Гавриила от нервов вибрирует позади него. Как и в тот момент, когда они сражались на Небесах. Его снова захлестнуло чувство вины. Михаил долго смотрел ему в глаза, прежде чем кивнуть и слегка отстраниться.       — Гавриил, ты случаем не находил моё копьё? — Люцифер снова наклонил голову. Он спрятал копьё в порыве ярости перед падением. Его и кучу другой важной ерунды. Копьё Михаила было версией крика о помощи Люцифера. Создать оружие, которое прикончит его, и отдать его старшему брату.       — Конечно, брат. Я добрался до склепов Люси раньше этих идиотов-демонов. — Люцифер наблюдал, как Гавриил щёлкнул пальцами, и копьё материализовалось в его руках. Он быстро передал его старшему архангелу. Он наблюдал, как Михаил покрутил копьё в своей руке. Это выглядело так естественно. Так идеально. Как Люцифер всегда и предполагал. Михаил хорошенько осмотрел своё копьё, прежде чем поднять его над головой и спрятать за спиной.       — Что дальше? — спросил Сэм, облизывая губы и засовывая руки в карманы. Он попытался стряхнуть напряжение с крыльев, но это, похоже, было плохой идеей, потому что Михаил заметил их. Он молча выругался и снова прижал крылья к спине. Он наблюдал, как его старший брат обошёл вокруг него, чтобы полностью рассмотреть крылья. Гавриил и Кастиэль сказали, что они прекрасны, но Сэм считает, что, лучшее слово, чтобы их описать — это «прокляты».       — Сэми… — начал Михаил, нежно проводя пальцами по жутким перьям. Сэм почувствовал, как его крылья дёрнулись, пытаясь спрятаться и избежать контакта. — Не прячь их, они чудесны. — Он не мог понять, как они могли так позитивно отзываться об этом. Его окровавленные крылья только напоминали ему об его ужасном прошлом и худших ошибках. Он почувствовал, как они немного поникли, но быстро попытался скрыть это.       — Ага, — сказал он, поворачиваясь к брату в попытке скрыть их. Они больше не позволяли ему полностью их убрать, и в последнее время он так часто летал, что было легче держать их снаружи. Ему просто нужно было с ними смириться. — Итак, к Бобби? — Остальные ангелы кивнули, и все они взлетели. В этот раз они решили потратить немного больше времени, и впервые за долгое время насладиться полётом с Михаилом. Гавриил исполнял сальто и петли, кружа вокруг них. Сэм впервые за долгое время искренне наслаждался, смеясь над выходками Гавриила. Михаилу, казалось, было гораздо комфортнее летать, чем Сэму в первый раз с крыльями. Кастиэль сдерживался и стойко летел возле них, но Сэм мог сказать, что ему тоже было весело.       Они приземлились в доме Бобби, заставив людей в комнате подпрыгнуть.       — Мальчики, — поздоровался Бобби, но все глаза были устремлены именно на Дина. По его позе они смогли понять, что что-то изменилось. Теперь, когда Сэм посмотрел, то увидел, что Михаил держал свой сосуд прямее и более напряжённо. Дин всегда был спокоен и уверен в себе, в то время как Михаил был немного более официальным и величественным. Это было еле заметно, но, по-видимому, достаточно, чтобы четыре охотника это заметили. Дин чувствовал себя неловко от внимания и слегка заёрзал.       — Нашёл свою благодать, — пробормотал он группе, как будто они ещё этого не поняли. Глаза Руфуса подозрительно сузились, но он не двинулся с места.       — Всё уладил? — спросила Эллен, вставая из-за стола, чтобы небрежно налить себе ещё одну чашку кофе.       — Да, мэм. — Дин кивнул с небрежной ухмылкой, которую он обычно дарит материнским фигурам.       — Хорошо. — Она кивнула и села обратно за стол. Джо и Эллен, казалось, были довольны его ответом и вернулись к тому, чем они занимались до их прибытия. Бобби резко кивнул им, прежде чем задать важный вопрос, ответ на который все хотели знать.       — Что дальше? — Ангелы переглянулись; каждый не был уверен, каков их следующий шаг.       — Думаю, мы свяжемся с Рафаилом. Выясним, откуда взялось это глупое пророчество. Может, ебанем Захарию в лицо. — Дин пожал плечами, а Гавриил фыркнул от смеха. Сэм покачал головой с улыбкой — он был бы не против сделать это сам. Они быстро начали пытаться состряпать план. Это было сложно. Могут ли они объявить, что Гавриил жив и помогает им? Могут ли они сказать, что Люцифер больше не злой? Должны ли они оставить Кастиэля с людьми? Должны ли люди присоединиться к ним? Было много переменных, поскольку никто из них на самом деле не знал, что происходит. Спустя почти два часа споров они наконец определились с планом. Теперь Сэм просто надеялся, что он сработает.

~~~~

      Они нашли тихую поляну в нескольких милях от цивилизации. Укрепили обереги в доме Бобби, чтобы ни один ангел не мог приблизиться к этому месту, кроме их небольшой группы. Бобби и Джо приводили доблестные аргументы в пользу того, чтобы они пошли вместе с ними, но в конце концов Дин и Сэм пригрозили, что они их запрут, если это будет необходимо. Сэм не сможет себя простить, если кто-то пострадает из-за них. Сэм и Гавриил быстро стали невидимыми, скрывая своё присутствие. Теперь никто, кроме других архангелов, не мог их почувствовать. Если Раф пошлёт кого-то другого, то они просто вернутся к нему без каких-либо вестей. Он наблюдал, как Михаил поднял глаза к небу и позвал своего брата вниз. Кас стоял прямо за ним, уверенно подняв крылья, но Сэм видел, что он был встревожен.       Прошло немного времени, но вскоре он начал чувствовать приближение других ангелов. Рафаил появился с пятью гарнизонами за спиной. Сэм задавался вопросом, сколько времени им потребовалось, чтобы собрать сосуды. Он выглядел сильным и уверенным, но Сэм заметил лёгкую дрожь, пробежавшую по его самым маленьким крыльям. Он взглянул в их сторону слегка ошарашенно, прежде чем повернуться к Михаилу. Чёрт, Сэм скучал по нему. Он наблюдал, как все пять гарнизонов встали на одно колено, ожидая приказа от своего командира. Все, кроме Рафаила и ещё одного идиота-ангела. Захария. Михаил окинул их всех холодным взглядом, прежде чем отдать одну команду. — Уходите. — Большинство выглядели сбитыми с толку, но готовыми бежать. Вот только они оставались на месте и оглядывались в недоумении. Казалось, Рафаил блокировал им путь назад.       — Подойди сюда, брат. Они здесь просто для того, чтобы стать свидетелями казни. — Рафаил холодно ухмыльнулся в сторону Сэма, прежде чем снова взглянуть на Михаила. Захария выглядел так же самодовольно, как и он.       — Казнь… Раф… — Михаил, казалось, был в растерянности, не зная, что сказать. Сэм знал это чувство. — Рафаил, откуда взялось это безумие? — Михаил был совершенно равнодушен к тому факту, что так много ангелов стали свидетелями этого. Гавриил удивлённо взглянул на него. — Казни не будет. — Михаил бросил взгляд в их сторону, и они оба раскрылись. Сэм наблюдал, как крылья большинства ангелов дёрнулись и съёжились от страха, и снова только Захария оставался уверенным и неподвижным. — Я знаю, что ты делаешь, Рафаил, и это неправильно! — Раздался среди ангелов громкий голос Михаила.       — Ты понимаешь, что воля Отца справедлива. Так будет правильно. Мы не можем ему перечить!       — Кто сказал, что мы бросаем вызов?! — спросил Михаил, заставив большинство ангелов сделать шаг назад. Никому не нравилось, когда архангелы злились.       — Отец сказал тебе запереть его, а затем убить! Ты его ослушался!       — Отец сказал мне делать свою работу!       — Твоя работа — сразить его!       — Моя работа — это заботиться о моих братьях! — Крылья Михаила поднялись высоко за его спиной от гнева. Сэм почувствовал, как Гавриил приблизился к нему, ища утешения. Он провёл одним крылом по крылу младшего брата, пытаясь быть незаметным рядом с молодыми существами. Сердце Сэма разбилось, когда Михаил издал сдавленный всхлип. — О всех братьях. Видимо, я потерпел неудачу. — Все молодые ангелы ахнули от признания Михаила, и Сэм почувствовал, как его сердце разбилось.       — Ты не подвёл нас, Миха, — сказал Сэм, приближаясь к нему. Гавриил следовал за ним, ни отходя ни на шаг. — Ты спас меня. — Михаил, казалось, не был убеждён его словами, и он грустно посмотрел на Рафаила.       — Я не буду сражаться с Люцифером. Ты уже должен был это понять. — Он повернулся к младшим ангелам. — Мне так жаль, малыши. С этого момента мы будем лучше. Я обещаю. Любой из вас, кто не хочет видеть, как горит мир, может остаться с нами. Я, Гавриил и Люцифер планируем вернуть всё к свету. — Сэм знал, что Михаил только что передал своё сообщение абсолютно всем ангелам. Он повернулся к Рафаилу, а на его лице была глубокая печаль. — Я не могу вынести того, чтобы запереть ещё одного брата, но ты больше не будешь желанным гостем на Небесах.       — Ты не можешь этого сделать, Михаил!       — Напомни мне, кто командует Небесами? — спросил Михаил и Сэм усмехнулся от осознания, что Гавриил был прав. Это всё ещё Дин. Он почувствовал, как его губы дёрнулись вверх, а через благодать Гавриила пронеслась волна веселья. Благодать Рафаила вспыхнула в его глазах, и он высоко поднял крылья за спиной, но Сэм, Гавриил и Кастиэль крепко держались за спину Михаила. Казалось, что он взвесил свои шансы, прежде чем повернуться и отдать приказ более мелким ангелам. Большинство просто смотрели на него в замешательстве, но несколько всё-таки встали позади него, прежде чем остальная группа ушла. Ушла бо́льшая часть гарнизона. Сэм почувствовал себя немного обескураженным из-за их численности, но вспомнил, что большинству молодых ангелов промыли мозги. Кто знает, как это повлияло на их преданность. Они услышали, как Рафаил отправил сообщение, призывая всех своих последователей на свою сторону.       Младшие ангелы посмотрели на Михаила, надеясь получить указания. Он повернулся к ним с лёгкой улыбкой. — Возвращайтесь на Небеса, мы скоро прибудем. — Ангелы быстро ушли, правда большинство из них настороженно поглядывали на него. Сэм взглянул на своих братьев, надеясь, что они чувствуют себя лучше, чем он. Крылья Гавриила слегка опустились.       — Вы, ребята, идите и приведите всё в порядок. Я пойду поговорю с Бобби и остальными. Убежусь, что с ними всё хорошо. — Михаил подозрительно посмотрел на него, но согласился. — Удостоверюсь, что Раф не пойдёт за ними. — Сэм не стал дожидаться ответа и просто взлетел. Он не увидел грустных и обеспокоенных взглядов, которые другие ангелы бросили на него, когда он уходил.       Сэм приземлился у Бобби и быстро всех пересчитал. Все были на месте. Отлично. Все люди вздрогнули от его внезапного появления, но стали встревоженными, как только увидели, что он пришёл один.       — Всё в порядке. Всё прошло не очень хорошо, но и не ужасно. Рафаил и его сторонники в бегах, поэтому Михаил послал меня присматривать за вами, ребята, пока они отправляются на Небеса и разбираются со всем. — Несмотря на неплохие новости, люди выглядели слегка нервными. Он предположил, что иметь дьявола в качестве своего охранника для них было немного странно. — Я просто… буду рядом. — Он кивнул и попытался улыбнуться, прежде чем взлететь на крышу дома. Он присел и сделал себя невидимым. Будет легче сохранять бдительность, когда его никто не видел. Его мысли обратились к Небесам, и он надеялся, что у его братьев всё в порядке. Он послал короткую молитву Гавриилу, спрашивая, как идут дела. Получил быстрый ответ, что всё в норме, и что они пытаются избавиться от перепрограммирования, которому подверглись молодые ангелы. Сэм хотел закричать. Почему Михаил пал и допустил это? Он закрыл глаза и попытался остановить этот ураган мыслей. Пока что ни один ангел не появлялся в резиденции Сингера. Сэм надеялся, что они держались от него подальше.       Прошла неделя, прежде чем Гавриил вернулся на землю с новостями. Он поделился, что всех ангелов вылечили от последствий перепрограммирования, но все всё ещё пытаются справиться с тем, что произошло. Сэм это знал. Он чувствовал, как слабая скорбь проходила через воинство, прежде чем отгородиться от них. Гавриил выглядел измученным, но более счастливым, чем Сэм видел его за всю жизнь. Было приятно знать, что Гавриил может вернуться на Небеса. Он умолял Сэма вернуться с ним, но тот просто не мог. Он не мог вернуться туда. Во всяком случае, не в ближайшее время. Сэм останется и будет присматривать за Бобби, Джо и Эллен. Руфус отправился на охоту и отказался от защиты, но согласился молиться, если понадобится.       Месяц спустя Гавриил прилетел снова, так как Михаилу нужен был совет в том, как структурировать Небеса, чтобы снова не возникли те же проблемы. Сэм всё ещё не мог заставить себя отправиться на Небеса, но согласился снова открыться воинству. Он сможет делиться своими мыслями и идеями. Он оставался невидимым на крыше Бобби бо́льшую часть последнего месяца, и изоляция начала усугублять его депрессию. Гавриил считал, что если Сэм снова восстановит связь с воинством, то и до его возвращения на небеса останется недолго. Сэм долго сидел молча, прежде чем набрался смелости. Сорвать пластырь, да? Он почувствовал печаль, горе, предательство и страх среди ангелов в ту минуту, когда открыл связь. Это было немедленно подавлено смущением, другим типом страха, горя и трепета, когда они все почувствовали его. Он услышал как они бормотали «Самаэль» и «этого не может быть». Похоже они не ощущали его как «Люцифер», а как его прежнего «я». Это было прискорбно, и он боялся, что бедные ангелы будут убиты, когда поймут, кем он был на самом деле. Он чувствовал восторг Михаила, Каса и Гавриила, когда они снова его почувствовали. Он скучал по своим ближайшим братьям.       — Сэми, рад, что ты решил присоединиться к нам, — дерзко бросил Михаил ему в голову. Особенность связи воинства в том, что оно работало подобно компьютерной сети. Вы могли выбирать, кто вас слышит, и даже создавать небольшие группы для своих ближайших братьев и сестер, своей паствы. Вы могли иметь разные потоки для передачи информации или для разных типов разговоров. Когда-то у архангелов и Каса была своя собственная линия. У самого Люцифера была своя линия с гарнизонами, которыми он командовал до падения. Похоже, в настоящее время линия их паствы состояла из Сэма, Гавриила, Михаила и Каса. Сэм поморщился от этого прозвища. Несмотря на его настойчивые заявления о том, что он больше не «Самаэль», все остальные, казалось, были настроены называть его так. Он продолжал слышать шёпот «Самаэль?». Все молодые ангелы проверяли, не вернулся ли архангел, которого они все считали потерянным.       — Давай, Сэми. Время поразить птенцов. — Сэм знал, что имел в виду Гавриил. Ему нужно было полностью открыться Воинству. Позволить им почувствовать его. Он не был уверен, готов ли он, но самые молодые ангелы делали его таким грустным, взывая к нему. Он глубоко вздохнул, прежде чем полностью открыться. Он знал, что они почувствуют перемены в нём.       — Я здесь, малыши. Всё в порядке. — Именно тогда он почувствовал неимоверную радость, исходящую от каждого ангела, который не сбежал с Рафаилом. Каждый из них праздновал и радовался его присутствию. Все они звали его, умоляя вернуться домой. Многие спрашивали, где он был. Почему он ушёл. Почему им всем сказали, что он был убит. Сэм не знал, как сказать им, что он был не уверен, как он вообще сможет ступить на Небеса. Михаил ничего об этом не говорил, но Сэм всё задавался этим вопросом. Это была не единственная причина, по которой он избегал возвращения, но она всё ещё была одной из весомых. Сэм чувствовал, как его паства и Михаил звали его вернуться домой. Но что, если ангелы увидят его таким, какой он есть на самом деле? Что произойдёт, когда они поймут, что он просто Люцифер? Просто Сэм Винчестер с крыльями? Что произойдет, когда они увидят его крылья? Сэм тонко отклонил просьбу Михаила. Он не прямо отказался, скорее сделал шаг в сторону, но затем он снова почувствовал рывок.       — Самаэль, возвращайся домой. Сейчас же. — Чёрт. Михаил отдал приказ. Что теперь делать? Сэм хотел отказаться, но он дал себе обещание всегда следовать приказам Михаила. Следовать за Дином. Михаил, Дин — это не имело значения, его старший брат всегда знал лучше, и он поклялся всегда соглашаться с ним. Он просто никогда не думал, что Михаил на самом деле отдаст приказ. — Сэмми, клянусь, если мне придётся спуститься туда… — Сэм вдохнул, чтобы набраться смелости и взлетел. Он до сих пор помнил дорогу на Небеса, словно только вчера он гулял по коридорам с Джошуа и Михаилом.       Сэм приземлился в покоях своей паствы. Изначально они предназначались только для архангелов, но после появления Каса это маленькое правило изменилось. Он уже знал, что его стая ждёт его там. В ту минуту, как он приземлился, он был окутан объятиями младших братьев. Гавриил и Кас оба пытались выжать из него весь воздух. Он не мог не почувствовать покоя от мирной атмосферы Небес и присутствия своей семьи. Михаил подошёл к нему, широко улыбаясь.       — Я знал, что ты сможешь, младший брат. — Миха никогда не терял веры в него, и он понятия не имел, как его старший брат мог постоянно мириться со всем этим дерьмом. Он всё ещё чувствовал, что чего-то не хватает. Рафаила. Несмотря на то, что он желал ему смерти, он скучал по нему. — Мы все скучаем по нему, Сэми. — Михаил успокаивающе провёл руками по перьям Сэма, и он почувствовал, как его предательское «я» дёрнулось от прикосновения. — Мы созываем собрание, чтобы обсудить всё и сделать объявления. Ты нам нужен там, Сэмми. Это касается нас всех. — Сэм кивнул, но на самом деле не хотел этого делать.       Он услышал, как Михаил отправил массовое объявление, созывая всех ангелов в большой зал. Он был похож на амфитеатр с местами для тысяч ангелов. Обычно его использовали, когда нужно было сделать большие объявления. Михаил или любой другой архангел мог обратиться ко всем сразу. Они не использовали его уже много веков.       Они ждали в своих покоях пока ангелы соберутся. Пространство не сильно изменилось. У каждого была комната, похожая на офис, для личных вещей и рабочего места. Также была общая комната с большой кроватью, похожей на гнездо, и Сэм заметил, что там появился телевизор. Ангелам не потребовалось много времени, чтобы собраться, так как большинство из них жаждали узнать, что происходит. После того как они убедились, что все классы ангелов присутствуют, архангелы и Кас вошли в комнату. Шёпот резко стих, когда ангелы в шоке уставились на Сэма. Он мог чувствовать их восторг от того, что он был с ними, их замешательство по поводу его крыльев и их чувство предательства из-за того, что он был жив всё это время. Некоторые даже, казалось, помнили поле и то, как ещё совсем недавно все называли его Люцифером. Эти ангелы выглядели испуганными. Михаил пробрался к краю сцены, в то время как Гавриил, Сэм и Кас держались позади. Сэм знал, что Михаил собирался передать информацию всем ангелам — даже тем, кто был с Рафаилом.       — Приветствую всех. Я знаю, что у вас много вопросов, и я здесь, чтобы ответить на них как можно информативнее и точнее. Я хотел бы сначала извиниться перед каждым из вас лично. Это была очень сложная ситуация и результат моих действий отразился на всех нас. За это я никогда не смогу заслужить ваше прощение. — Все ангелы, казалось, были довольны его извинениями, но и чувствовали обиду от мысли, что он был тем, кто причинил им вред. — Я не был на Небесах много лет, и, похоже, без меня всё вышло из-под контроля. — Сэм почувствовал шок и панику от мысли, что их командир даже не был на Небесах, отчего у него ещё сильнее выросло чувство вины. Михаил пал, чтобы заботиться о нем. — Первое, о чём нужно поговорить — это Самаэль. Вы все должны были это знать, но перевоспитание сделало эти воспоминания недоступными для некоторых. Самаэль не был убит Люцифером, потому что он являлся Люцифером. — Сэм не упустил того, что Михаил говорил в прошедшем времени. Что Сэм больше не был «Люцифером». Он не был уверен, как к этому относиться. Он опустил голову, не в силах смотреть на реакцию ангелов на эту новость. Ему уже хватило. Многие из их эмоций и выражений сменились отвращением. Это было ошибкой, и он это знал. Он услышал просьбы ангелов убить его или, что ещё хуже, отправить обратно в клетку. Он почувствовал, как сила Михаила и Гавриила пронзила ангелов, окутав комнату удушающим гневом. Это сработало, и большинство молодых ангелов задрожали от страха. — Больше не будет разговоров о том, чтобы кого-то убить. Последний приказ Отца был не причинять никому вреда, но делать мою работу. Он всегда говорил мне, что моя работа — заботиться о моих братьях и сёстрах. Именно это я и делал. Люцифера лишили благодати, заставив его пасть и стать человеком. Его благодать была заперта в клетке вместе с заклинанием для исцеления, чтобы вернуть нам Самаэля.       — Как он вообще стал таким жестоким? — Услышал Сэм крик одного глупо-смелого ангела.       — Задолго до того, как вы все были созданы, было великое зло. Тьма. Её нужно было запереть, чтобы Отец мог продолжить творить. Самаэль пожертвовал собой, чтобы стать хранителем ключа от клетки Тьмы. Теперь этот ключ известен как Метка, данная Каину. — Сэм услышал коллективные вздохи ангелов от этого откровения. Большинство слышали о Метке, видели, что случилось с Каином, но никогда не знали её истинного предназначения. Он услышал, как несколько ангелов пробормотали что-то вроде «Я думал, это миф». Это имело смысл — Отец никогда не любил обсуждать свою сестру. Сэм всегда думал, что он чувствовал что-то вроде вины за то, что запер её. После клетки Сэм знал, что он сам чувствовал себя виноватым за свою роль в этом.       — Сила Тьмы превратила нашего брата в Люцифера. Все архангелы начали действовать, чтобы спасти нашего брата. Самаэль пал и после многих реинкарнаций стал Сэмом Винчестером. — Послышалось ещё больше вздохов, когда осознание осенило толпу. — Я сам пал вскоре после своего брата и в конечном итоге стал Дином. — И снова ангелы в шоке уставились на них. Большинство, казалось, были в ужасе от осознания того, что их командир побывал в аду. — Я знаю, что вы все задаётесь вопросом об аде, но мы предполагаем, что скорее всего Отец вмешался, чтобы гарантировать, что благодать Самаэля сможет быть спасена. Мы даже не знали, кто мы, пока клетка не открылась. Гавриил не сбежал из дома, а остался со мной и Сэми, чтобы присматривать за нами. Мы оставили Рафаила ответственным за Небеса. Я всё ещё не уверен, что случилось с нашим братом. Мы пытались пообщаться, но пока не добились никакого успеха. Позвольте мне выразиться предельно ясно: никакого апокалипсиса не будет. Самаэль и я не будем сражаться друг с другом. Вы должны относиться к Самаэлю как к архангелу, которым он является. Люцифер мёртв. Мы будем держать вас в курсе событий. Любой, кто захочет вернуться к нам, будет принят с распростёртыми объятиями. Собрание окончено.       Сэм не был уверен, как относиться к этому обращению. Несмотря на его постоянные аргументы, Михаил отказался позволить ему продолжать быть «Люцифером» и настоял, чтобы он снова стал «Самаэлем». Он не упустил из виду настороженные взгляды молодых ангелов, пока они уходили из зала. Теперь, когда они знали, что он был и «Самаэлем», и «Люцифером», они, казалось, не знали, как его принять. Когда все ангелы ушли, Сэм повернулся к брату; его благодать кружилась от гнева. Он отчаянно пытался крепко сжать крылья, чтобы они не показывали свою злость.       — Зачем ты это сказал? — отчаянно спросил он, разрываясь между благодарностью и предательством. Как он мог это сделать, зная, что Сэм на самом деле не хотел, чтобы его знали под каким-либо из трёх имён, которые ему дали?       — Что сказал, Самаэль?       — Это! Я говорил с самого начала, что я не «Самаэль!» И никогда им больше не буду!       — Но ты — он, Сэми. Ты слышал это от всего Воинства, когда они узнали тебя. Тебе это может не нравиться, но ты снова Самаэль.       — Нет! «Самаэль» давно умер. Неважно, чего ты хочешь или что ты думаешь, я больше не он. Слишком много всего произошло, чтобы я снова был тем же ангелом, которым я был до Метки. Ты всегда так делаешь! Принимаешь решения за меня, а не вместе со мной!       — Назови хоть одно хорошее решение, которое ты принял с тех пор, как настоял на том, чтобы принять это проклятие! — крикнул в ответ Михаил. Сэм чувствовал, как Гавриил и Кас дрожали позади них, что ещё сильнее разозлило Сэма.       — Я сделал это для тебя!       — Я не просил тебя! Ты всегда думаешь, что знаешь, что делать, но снова и снова показываешь, что тебе нельзя доверить сделать выбор! — Это был удар ниже пояса. Сэм почувствовал словно его ударили под дых, и весь его гнев быстро улетучился. Михаил был прав. Он всегда был прав.       — Тебе никогда не следовало меня спасать. — Сэм взлетел обратно на землю. Прямо сейчас он не мог находиться рядом со своими братьями. Он не мог пойти к Бобби. Сэм точно знал, куда он хотел пойти. На Эверест. Он приземлился на вершине и тут же опустился на колени. Он слышал отрывки и обрывки комментариев ангелов о нём.       Как мы можем доверять ему?       Он Люцифер.       Он убил так много людей.       Он разрушил творение Отца.       Михаил должен был убить его давным-давно.       Он стал причиной всего этого.       Он причина, по которой Михаил оставил нас с Рафаилом.       Сэм снова заблокировал связь с воинством. Они все его ненавидели. Он знал, что так будет, но Дин настоял. Гавриил тоже сказал, что всё будет хорошо. Хуже всего было то, что они были правы. Всё, что они говорили, было правдой. Он был виноват во всём этом. Он вытащил свой клинок и держал его в руках. Он долго смотрел на него. Неужели он действительно сможет убить себя? Почему бы и нет? Это было похоже на карусель мыслей о самоубийстве. Он чувствует себя нормально несколько месяцев, но потом всё всегда возвращается к этому. Иногда он злился на себя. Почему он просто не может сделать это? Даже некоторые люди могут это сделать. Ну, он понимал, что другие люди — это не Сатана. Он поднёс клинок к руке и провел им поперёк, завороженно наблюдая, как кровь и благодать сочились из раны. Они капали на снег, пачкая его, портя его. Это было похоже на его крылья. Его некогда прекрасные чистые крылья, что теперь были запятнаны его прошлыми поступками. Он всегда может снова вырвать свою благодать. Снова стать человеком. Жить в пещере или где-то ещё. Прятаться от общества, пока не умрёт и не перевоплотится. Снова забыть кто он. Но разве Михаил позволит этому случиться снова? Или Гавриил? Он снова провёл лезвием по руке. Это обожгло, но не так сильно. Не настолько, чтобы заставить его остановиться. Это тоже ничего не решило. Только испачкало прекрасную гору, которую он так любил. Он бросил лезвие на снег и откинулся назад, глядя в небо. Он мог бы остаться здесь навсегда. Держаться подальше от всех. Это могло бы сработать. Он не мог бы причинить никому вреда, если бы его не было рядом. Не мог бы сделать плохой выбор, если бы у него не было выбора вовсе. Он мог бы просто остаться здесь.