Глава 14: Начало конца

— Я не могу пропустить наше первое свидание. — Ты что? — нахмурилась Гермиона, склонив голову на бок, внимательно изучая его выражение. — Драко… — протянула она, будто взвешивая слова. — Мне казалось, я говорила тебе, что предпочитаю разделять работу и… ну то, что происходит, между нами, — последние слова прозвучали неуверенно, словно она и сама не до конца понимала, как это обозначить. — Аарон, наверное, сейчас придёт, так что тебе лучше уйти. Нас и так слишком часто видят вместе. — Грейнджер, я серьёзно. Аарон остаётся, я еду вместо него. Так что заводи машину, нам много чего нужно успеть. То ли уверенный, непоколебимый тон Малфоя, то ли её собственное желание, чтобы всё сложилось именно так, но Гермиона больше не спорит. Теперь это случалось часто — странное, необъяснимое желание отдать бразды правления в его руки и позволить унести себя течению. Она повернула ключ в замке зажигания, и машина, вздрогнув, ожила. Осторожно выворачивая на узкую дорогу, чувствовала, как сухие ветви хлещут по корпусу, а ухабы заставляют крепче сжимать руль, чтобы не съехать на обочину. Краем глаза она снова взглянула в зеркало, её взгляд невольно зацепился за профиль Малфоя. Он смотрел в окно, выражение лица было нечитаемым. В голове крутились вопросы, но она не знала, стоит ли их задавать. Что Малфой задумал? Что он имел в виду? И почему она до сих пор позволяла это? Чтобы разрядить напряжение, Гермиона включила радио. Иногда она была уверена, что Драко, на самом деле, мог услышать ее слишком громкие мысли. — Ты ведь ничего не сделал с ним, с Аароном? — осторожно спросила она, не отрывая взгляда от дороги. — Почему он передумал? — Тебя это так беспокоит, Грейнджер? — Нет… то есть… — она запнулась, раздражённо дернув бровью. — У него появились неотложные дела, — Драко пожал плечами. — А может, он просто недостаточно сильно и хотел-то ехать. Гермиона чуть сильнее надавила на педаль газа. — Ладно, но хочу, чтобы ты знал: это рабочая поездка, Драко, — в её голосе зазвенела строгость. — Мы доезжаем до Лимы, меняем георадар и возвращаемся обратно. — Как скажешь. Его лёгкость раздражала. Или, возможно, пугала. Драко рассматривал Гермиону, пока та сосредоточенно вела машину. Его взгляд скользил по её профилю, по незамысловатой причёске — кудри были собраны высоко на макушке и небрежно прихвачены заколкой. Она дышала ровно, спокойно, полностью сосредоточена на дороге. Кардиган скрывал большую часть её кожи, но Малфой всё же заметил поблёскивание браслета на запястье. Его подарок. Его обещание. — Хорошо, — сказала Гермиона, постукивая пальцем по рулю. Затем коротко взглянула в зеркало и поймала его взгляд. — Возможно, у нас найдётся немного времени, чтобы ты смог подстричься. Драко усмехнулся, машинально поправляя выбившиеся белокурые пряди. С тех пор как волосы заметно отрасти, появилась привычка постоянно их приглаживать — они были слишком длинными, чтобы не мешать, но недостаточно длинными, чтобы их можно было собрать. Хотя он и не рассматривал такой вариант — твёрдо уверенный, что это совершенно не в его стиле. — Было бы неплохо, — согласился он. — А ещё мы могли бы поужинать. Ты раньше бывала в Лиме? — Да, несколько раз, — Гермиона чуть расслабилась, в голосе появилась лёгкость. — Предполагаю, что ты там не был? — Никогда. — Уверена, тебе понравится. Колониальная архитектура, высокие пальмы, с одной стороны — горы, затянутые туманом, с другой — океан. Правда, не знаю, найдется ли у нас время, чтобы посмотреть город. В первую очередь нужно найти замену для геора… — Да-да, я понял, Грейнджер, — Драко откинул голову на подголовник. — Наш приоритет — та штука, что лежит в багажнике. Из развлечений — только ножницы у моего лица, — он ухмыльнулся. — Спешу заметить, довольно опасное развлечение. Никогда не понимал, как маг… как люди вообще доверяют незнакомцам орудовать этим холодным оружием у своей у головы. Гермиона усмехнулась — Никогда не думала об этом в таком ключе. Но, думаю, дело в том, что это просто обыденность для многих с детства. Знаешь, не все росли с личными служанками, которые подстригают тебе волосы, наполняют ванну и стригут ногти на ногах. — Мерлин, Грейнджер, если тебе так интересно, ногти я стригу сам, — Драко фыркнул. — Но могу подстричь тебе после ванны, если так не терпится испытать этот опыт. Она фыркнула, слегка ударив его в плечо. Драко перехватил её руку прежде, чем Гермиона успела её отдёрнуть, сжал ладонь и переплёл их пальцы. Но, заметив, что ей неудобно вести машину одной рукой, поднёс её руку к губам, оставил лёгкий поцелуй на тыльной стороне ладони и отпустил. Умирать по дороге на его первое с ведьмой свидание было не самой лучшей идеей. — Ты так и не сказал мне, какова твоя цель, — внезапно спросила Гермиона, снова сосредоточив взгляд на дороге. — Я имею в виду, зачем тебе эта экспедиция? — Я здесь в поисках кое-чего, — честно ответил Драко. — Звезды Душ, — пояснил он, предугадывая следующий вопрос. Гермиона на секунду замерла, и он заметил, как едва заметно напряглись её пальцы на руле. Её профиль оставался нечитаемым, Драко терпеливо ждал. — Теперь понятно, зачем ты хотел выкупить дневник. Кроу тоже искал этот артефакт и оставил довольно подробные записи о его поисках. Но ты знаешь моё мнение на этот счёт. — Знаю. — Я не могу помешать тебе искать Звезду Душ… но что ты будешь делать, если не найдёшь её? Драко стремился все эти месяцы не акцентировать свое внимание на мыслях о возможности провала. Для него артефакт был последней надеждой. Он уже говорил Теодору: если поиски окажутся безуспешными, придётся сдаться. Прекратить связывать магию Нотта с магией мэнора. Смириться. Он произнёс эти слова вслух, но чувство принятия не наступило. Потому как несообразно предпочитал верить в удачу. В то, что судьба окажется к нему благосклонна. В то, что Звезда Душ попадёт к нему в руки и всё наконец закончится. Ему было двадцать семь, и, кажется, он только недавно пристрастился к мысли, как отчаянно хочет просто прожить жизнь. По-настоящему — не существовать в бесконечной погоне за спасением. Заниматься зельеварением, возможно, углубиться в алхимию. Проводить вечера в компании Тео и Блейза. Слушать бормотание матери о светских сплетнях и садоводстве. До ужаса погрязать в самой обычной рутине. Выдохнуть. Перестать метаться по всему миру, как белка в колесе. — Я предпочитаю думать, что найду этот артефакт, — выдохнул он. Гермиона промолчала. Не знала, что сказать. Зачем ему артефакт? Интерес коллекционера? Стоило напоминать, что это всего лишь легенда? Это было бы грубо. Драко и сам знал. В конце концов, он волен делать то, что считает нужным. Их встреча была случайностью. Они оба хотели заполучить один и тот же предмет, но для разных целей. Он имел право верить. Она не могла его за это осуждать. Жизнь не всегда рациональна. Иногда она удивляет нас неожиданными поворотами. Как и их странные, зыбкие отношения. Гермионе нравился Драко. Он был её единственным интересом за очень долгое время. Это будоражило и пугало одновременно. Но ещё больше пугало узнать, чем это было для него. Потому что Гермиона и сама запуталась. Что это значило для неё? Чего она хотела? Вдруг его ответ ранит её? Когда-то придётся сорвать этот пластырь. Но не сейчас.

***

Лима встречала их сумерками. Гермиона посмотрела на часы и поняла, что мастерские при университете наверняка уже закрыты. К тому же, после долгих часов сидения за рулём, её тело затекло, плечи ныли от напряжения, а пальцы слегка дрожали от усталости. Было разумно оставить починку георадара на завтра. Утром, со свежей головой, они обязательно займутся этим в первую очередь. А пока... У них было немного времени, чтобы расслабиться — небольшая передышка от работы. В конце концов, ничего страшного не случится, если она отпустит себя на пару часов. Они проголодались. И ещё Гермиона пообещала Драко найти место, где он мог подстричься. Малфой сначала не слишком возражал, когда она привела его в небольшой местный салон, который был открыт. Он скептически осмотрелся, остановив взгляд на пожилой женщине со смуглой кожей, чьи серебристые волосы были аккуратно собраны в тугую косу. — Грейнджер, ты уверена? — недовольно пробормотал он, качая головой. — Она дрогнет рукой, и я останусь без уха. Мне, знаешь ли, мои уши очень нравятся. — О, Малфой, умоляю, — Гермиона фыркнула, скрестив руки на груди. — Эта женщина, вероятно, стрижет всю свою жизнь. Всё будет хорошо. Он неохотно уселся в старое кресло перед зеркалом. Женщина что-то пробормотала на испанском, оглядывая его волосы, затем достала ножницы. Гермиона объяснила в общих чертах, что им нужно: ничего сложного, просто аккуратная, удобная стрижка, не слишком короткая, без необходимости постоянно её укладывать. Драко нервно следил за каждым движением ножниц, особенно когда те оказывались слишком близко к глазам и ушам. Он сжал губы, но к моменту, когда с него сняли накидку, выдохнул с облегчением. Оценивая результат в зеркале, он пришёл к выводу: что выглядел неплохо. Разумеется, это не шло ни в какое сравнение с работой его эльфа, который подстригал Малфоя с самого детства. Но, учитывая обстоятельства… вполне прилично. Они вышли на улицу, и Драко настоял на небольшой прогулке по городу. Лима была прекрасна. Город дышал жизнью: центральные улицы освещены мягким светом фонарей, между высокими пальмами свисали гирлянды, заливая всё вокруг тёплым сиянием. Вдалеке виднелись вершины Анд, окутанные лёгким туманом. Их контраст с шумным мегаполисом завораживал. Лёгкий ветер доносил запах соли с океана. На улицах по-прежнему было многолюдно: среди толпы мелькали люди в традиционной одежде, но большинство носило простые современные вещи. Город казался ему смесью эпох и культур, живым, ярким, манящим. — Мы должны поужинать здесь, — заявила Гермиона, указывая на ряды фуд-кортов, простирающихся вдоль центральной улицы. — Это не только аутентично, но и отличная возможность попробовать самую разную перуанскую еду. Малфой вздохнул. — Я ужасно голоден, так что согласен… с условиями. — Какими ещё условиями? — Только свежая еда, приготовленная прямо при нас. Без лишнего перца, без тонны масла и без… — он поморщился, — чужих слюней. Гермиона рассмеялась. — Ты невыносим. — Я просто избирателен, — фыркнул он. — Ладно, веди. Гермиона чувствовала себя удивительно умиротворённой. Она понимала, это действительно напоминает обычное свидание — такое, на которое она могла пойти при других обстоятельствах. Несмотря на это, казалось странным именовать этот вечер как свидание. Последней точкой их небольшой экскурсии стала смотровая площадка с видом на пляж и океан. Драко, прислонившись к перилам, делился впечатлениями о перуанской кухне. Точнее, жаловался. — В этих блюдах слишком много перца. Это не еда, это… испытание на выносливость. А ещё я не могу быть уверен в гигиенических нормах на уличных рынках. Ты видела, как старик обращался с ножом? Гермиона только посмеивалась. Она никогда ещё не слышала, чтобы кто-то так подробно и дотошностью рассуждал о вреде острой пищи. Было очевидно, что Малфой не из этого мира. — Ты просто не привык к такой кухне, — улыбнулась она. — И, возможно, немного драматизируешь. — Грейнджер, ты считала сколько раз я поперхнулся от этого «немного специй»! Она рассмеялась. Потом они замолчали. Тишина растянулась между ними, но это было приятно. Океан лениво шумел, волны разбивались о песчаный берег, а в воздухе ощущался солоноватый запах. Слабый ветер трепал волосы, и Гермиона позволила себе просто быть в этом моменте. Ведьма чувствовала, как её веки тяжелеют от расслабления. — Ты собираешься меня поцеловать? — спросила она тихо, не открывая глаз. Драко не ответил сразу. Потом его голос прозвучал едва слышно, рядом с её ухом. Она почувствовала его тепло и мягкое прикосновение рук, когда он аккуратно развернул её и, подхватив под талию, притянул к себе. От этого у неё едва заметно перехватило дыхание. — Это всё, о чём я думаю рядом с тобой.

***

В половине десятого оба согласились, что пора найти отель и наконец отдохнуть. Долгая дорога и прогулка по городу вымотала их, и Гермиона предвкушала, как растянется, нырнув в мягкую постель. Она так устала от спальных мешков и жёстких деревенских матрасов, которые совсем не способствовали отдыху. Драко настаивал на том, что они должны остановиться в самом приличном отеле, какой только найдётся в Лиме. И добавил, что Гермионе даже не стоит заикаться о цене или о том, насколько это излишне. Войдя в просторное лобби, Гермиона едва заметно цокнула языком. Отель был не просто приличным — он был роскошным. Но она покрепче сжала его руку продолжая идти. Было глупо предполагать, что они начнут препираться насчёт отдельных номеров или кроватей. Она не была дурой или ханжой, чтобы не понимать, к чему всё идёт. Без преувеличений она была взрослой женщиной. Могла трезво осознавать неизбежность происходящего. И самое главное — она этого хотела. Когда консьерж протянул ключ и с улыбкой сообщил, что из номера открывается потрясающий вид на океан, Гермиона лишь слегка смущённо улыбнулась в ответ. Она не возражала, когда Драко без колебаний заплатил за номер и отдал их багаж, чтобы его доставили наверх. Несмотря на это всё, она чувствовала дрожь в теле. Ведьма соврала бы, если бы сказала, что не нервничает. Для этого не было причин, но внутри всё сжималось от лёгкого беспокойства. Это был шаг в неизвестность. Неизвестность крылась не в самой ночи, а в утре. Что она будет чувствовать после? Как они оба себя поведут? Будет ли Драко делать вид, что ничего не произошло? Она готовила себя к тому, что вероятно так и будет. Успокаивала себя тем, что в этом нет ничего страшного. Им не обязательно придавать особый смысл тому, что случится. Сексуальные отношения не обязательно к чему-то ведут. Иногда, тебе просто нужно забыться, а потом продолжать жить, как раньше. Номер оказался не менее роскошным, чем лобби. Гермиона прошлась по просторной гостиной с огромными панорамными окнами, выходящими на океан. Длинный балкон, светлая спальня с точечной подсветкой и огромной кроватью — всё выглядело так, будто принадлежало другому миру, слишком далёкому от их бесконечных путешествий в Перуанской провинции. Но больше всего её порадовала ванная. Она была огромной. Двойные раковины, зеркала в пол, стеклянная душевая кабина и глубокая ванна прямо у окна. Гермиона вздохнула с облегчением. Горячая ванна. Как же давно она об этом мечтала. Вернувшись в спальню, она разложила свои вещи, затем прошла в гостиную и нашла Драко у окна. Он наблюдал за вечерним городом, погружённый в свои мысли. Её взгляд задержался на нём — расслабленном. В отличие от неё самой. — Я пойду в ванную первая, если не возражаешь, — сказала она, опираясь о дверной косяк. Драко, стоявший к ней спиной, развернулся, сделал несколько шагов и остановился так близко, что смог легко заправить выбившуюся прядь её волос за ухо. — Отлично, потому что я предпочитаю душ, — произнёс он, касаясь губами её виска. — Не возражаешь, если я приму его, пока ты будешь холиться в ванной? Обещаю быть джентльменом и не подглядывать. А вот ты можешь не стесняться. Он усмехнулся, и Гермиона, изогнув губы в ответной улыбке, поцеловала его в уголок рта, прежде чем скрыться за дверью ванной. Ведьма сняла одежду, стряхнула заколку, пройдясь пальцами по коже головы, массируя её. Пока вода наполняла ванну, Гермиона рассматривала бутылочки с маслами и гелями для душа. Влила немного ароматной жидкости в горячую воду, и та тут же покрылась пузырьками. Затем потушила свет, оставив гореть приглушённые лампы у душевой. Конечно, не для того, чтобы подглядывать за Малфоем. Просто так атмосфера была… уютнее. Она осторожно опустилась в воду, и горячие волны приятно обожгли кожу. Несколько мгновений тело привыкало к температуре, а затем напряжение растворилось. Её мышцы размякли, а с ними и усталость. Гермиона откинула голову на край ванны, вдыхая аромат масел, чувствуя, как лёгкий пар окутывает лицо. Зеркала в ванной уже затянулись туманной дымкой. Звук открывшейся двери заставил её немного напрячься, но она заставила себя остаться в прежнем положении, не открывать глаза, не поворачивать голову. Она слышала, как Драко сзади снимает одежду, затем — звук воды, льющейся в душевой. Гермиона досчитала до сорока, глубоко вдохнула и открыла глаза. Взгляд скользнул к прозрачной перегородке душа — покрытой паром, виднелся высокий мужской силуэт внутри. Она подумала о том, насколько они подходят друг другу. О том, что Малфой увидит её впервые вот так — полностью обнажённой, без барьеров. Гермиона была уверена в своём теле, считала себя достаточно подтянутой и не привыкла стесняться… но почему-то сейчас это её волновало. Какие девушки были у него до нее? Её раздражало даже то, что она задаётся этим вопросом. Это было глупо. И, в конце концов, поздно. Они здесь. Она — в ванне. Он — в душе. Это не первый раз, когда Драко принимал душ в её присутствии. Просто… это первый раз, когда она действительно подглядывала за ним. Но она заставила себя отвернуться, оборвав навязчивые мысли. Пусть всё идёт своим чередом. Пусть он думает, что хочет. Она не в ответе за чужие вкусы. Тёплая вода убаюкивала, и Гермиона уже начала дремать, когда услышала, как Драко перекрыл кран. Мягкие шаги по кафелю. Он обмотал полотенце вокруг бёдер и приблизился к ванне. Она открыла глаза, когда он опустился на край, встретившись с его серыми глазами. Её тело утопало в пушистой белой пене. Гермиона медленно потянулась, касаясь его горячей, влажной руки на предплечье. Драко чуть склонился к ней, убрал с её виска пару прилипших прядей, затем провёл пальцами по линии бровей. У него была нездоровая потребность касаться её. Он давно подметил это. Ощущать её под подушечками пальцев. В последнее время ему приходилось сдерживался. Но сейчас в этом не было смысла. Он мог позволить себе больше. — Как вода? — невинно поинтересовался Драко, скользнув рукой ниже, к её шее и ключицам. — Ммм, прекрасно, — простонала Гермиона, вытягиваясь в воде. — Жду, когда служанка подстрижёт мне ногти после ванны. Она улыбнулась своей шутке, Драко усмехнулся в ответ. — Пойду закажу нам что-нибудь выпить. Буду в гостиной. — Хорошо. Когда он ушёл, прикрыв за собой дверь, Гермиона задумалась, как скоро ей стоит покинуть уютную горячую воду. С одной стороны, хотелось поскорее закончить это ожидание, разорвать поток волнения и предвкушения. С другой — она тянула момент, слишком хорошо понимая причину этого самого волнения. В итоге она выбралась из ванны минут через двадцать, насухо вытерлась и закуталась в халат, который был явно ей велик — доходил до щиколоток, а рукава пришлось подвернуть. Проведя ладонью по запотевшему зеркалу, Гермиона увидела своё лицо, порозовевшее от жара воды. Лёгкими движениями расчесала волосы, которые уже начали завиваться, и машинально облизала губы. Затем чуть ослабила пояс халата, позволив ткани свободнее лежать на груди и шее. Она вышла в гостиную и сразу наткнулась взглядом на Драко. Драко сидел на полу, в одних пижамных штанах, с голым торсом — определённо привлекательное зрелище. Его светлые волосы чуть влажные, прядки небрежно падали на лоб. Высокие скулы, чистая кожа, более темные брови. Неконвенционально красивый — именно так определила его Гермиона. Но взгляд её тут же опустился ниже. К шрамам, разбросанным на его светлой коже. Она замечала их раньше — однажды, когда видела после душа в деревне, и ещё раз, когда он расстёгивал рубашку во время работы под солнцем. Но сейчас впервые разглядывала их так открыто. Гермиона хотела знать о них всё. Как он их получил. Гермиона уселась в кресло, небрежно перекинув ноги через подлокотник, и, как воспитанная девушка, прикрыла их краем банного халата. Драко чуть приподнялся, протянув ей бокал с белым вином. — Спасибо, — пробормотала она, принимая его. Драко пил газировку, что не удивило её — она уже знала, что он не пьёт алкоголь. Гермиона сделала несколько больших глотков, надеясь унять нервозность. — Не торопись, ведьма, — усмехнулся Драко. — У нас ещё много времени. Она прищурилась, затем упрямо осушила бокал до дна и протянула его ему, чтобы он наполнил снова. Алкоголь определено поможет ей расслабиться. Но при этом, она держала в голове, что не должна напиваться. Завтра вечером им предстояла дорога в сторону Мачу-Пикчу, а у Драко не было водительских прав. Когда он вернул ей бокал, Гермиона сделала лишь один глоток и поёрзала в кресле, устраиваясь глубже. Она не знала, как себя вести. Что делать. Это раздражало её. Она чувствовала себя глупо. — Как твои кошмары? — спросил Драко. — У меня есть с собой та настойка, если тебе это нужно. — Они всё ещё со мной, — ответила ведьма, выводя узоры на бокале. — Но сегодня я буду с тобой, так что... Она никогда так не волновалась перед мужчиной. И это было… неправильно. — Что мы делаем? — спросила она. И вопрос её касался не совсем этого вечера, но одновременно и его. Она слишком все усложняла, но не могла ничего с собой поделать. Драко собирался ответить, но она его опередила. — Я помню нашу первую встречу, — сказала Гермиона, глядя в бокал. — Ты был таким высоким, что я сразу заметила тебя в толпе. Я подумала, что ты… необычный. Что никогда раньше не встречала таких мужчин. А потом ты спросил, не встречались ли мы раньше. Драко усмехнулся, сделал глоток из банки, затем запрокинул голову, глядя в потолок. — А я подумал, что ты очень красивая, — сказал он. Драко неосознанно всегда говорил правду этой ведьме, и, хотя она сейчас этого не понимала, его ответ относился не только к их встрече в Нью-Йорке. Драко также подумал, что она была красива, ещё когда впервые увидел её в Хогвартс-Экспрессе. Раздражающе громкая и с этими волосами, он всё равно подумал, что она мила — с россыпью веснушек и гордо поднятой головой. Просто потом он узнал о её статусе крови, и она стала невидимкой для него. Гермиона почувствовала, как по коже побежали мурашки. А в животе взорвались маленькие фейерверки. — Я до сих пор уверен, что мы встречались раньше, — уверенно сказал он. Гермиона пожала плечами, не желая спорить. Всё может быть, подумала она. — Ты накричал на меня, — продолжила она, напоминая ему о той сцене на балконе. — Я была совершенно ошарашена и сбита с толку. Драко кивнул. — Я тоже. Увидев тебя там… — он посмотрел на неё пристально, и её сердце тут же сбилось с ритма. — Отвечая на твой вопрос, что мы делаем… Ммм, я бы хотел сказать, что знаю ответ, но это была бы откровенная ложь. А я не хочу врать тебе. — Ненавижу, когда мне лгут, — протянула ведьма. — Я знаю, — кивнул Малфой, — могу только догадываться, что ты думаешь обо всём этом. Тебе не нужно волноваться, что я сделаю что-то, чего ты не хочешь. Нам не обязательно двигаться дальше, если ты не уверена. Потому что, если ты считаешь, что это развлечение на одну ночь — оно мне не нужно. Гермиона сделала глубокий вдох, наблюдая за ним. Вот они и подошли к этому разговору. Теперь она осознавала, насколько была к нему не готова. — Знаешь, со мной такое нечасто случается. Я бы сказал — никогда, — Драко коротко усмехнулся, но взгляд его был серьёзен. — И, честно? Это чертовски раздражает. Потому что я устал от неизвестности. Он сделал паузу, словно собираясь с духом. — Я обещал тебе честность. Так что… Похоже, я влюблён в тебя, Грейнджер. Мир вокруг словно замер. Гермиона буквально перестала дышать. «Я, похоже, влюблён в тебя, Грейнджер». Эти слова застряли в голове, прокручиваясь снова и снова. Это было слишком. Больше, чем она ожидала. Серьёзнее, чем она смела предполагать. Сердце стучало так громко, что гул отдавался в ушах, в груди, в кончиках пальцев. Она заставила себя посмотреть на него. Его лицо было спокойным, но взгляд — твёрдым. Он не шутил. Драко бы никогда не стал шутить с такими словами. Особенно с ней. Эта серьёзность давила, тяжёлым камнем на груди. — Я влюблён в тебя, — повторил он, будто убеждая и её, и себя. — Драко, я… — начала Гермиона, но услышала только собственный пульс в ушах. — Я… мне… — Тебе не обязательно что-то отвечать, — перебил он. — Я не жду, что ты испытываешь то же самое. Мне достаточно, если ты не будешь отрицать, что что-то ощущаешь. Он выдержал паузу, а затем добавил, мягче: — Похоть, интерес, увлечение… Что угодно, Грейнджер. Просто не отрицай. Она сглотнула. — Ладно, — выдохнула наконец. — Я действительно не знаю, что ответить. Но отрицать не буду. Я хочу этого. Хочу тебя. Драко кивнул. Не сводя с неё взгляда, он медленно отставил банку с газировкой в сторону, а затем, не спеша, потянул её за лодыжку, заставляя соскользнуть с кресла вниз, к нему. Она оказалась сидящей на его бёдрах, ощущая тепло его кожи даже через ткань халата. Драко провёл ладонью по её колену, выше — к бедру и сжал его. Она ощущала его дыхание на своей щеке. Чувствовала, как горит сама — после горячей воды, после вина, после его слов. Она оперлась ладонями о его грудь, проводя пальцами вдоль каждого бледного шрама. Спросить о них? Нет. Достаточно откровений на сегодня. Сейчас она просто хотела чувствовать. — Надеюсь, ты не из тех мужчин, которые предпочитают медленный и нежный секс, — вдруг сказала она, беря его лицо в ладони. — В смысле, ничего против не имею, просто… Драко усмехнулся, но в глазах его полыхнуло что-то опасное. — Всему своё время, ведьма, — сказал он, сжимая её талию. — И нет, сегодня не будет ни нежности, ни медленных движений. Он наклонился ближе, едва касаясь её губ. — Я слишком долго тебя хотел, чтобы быть нежным. И шёпотом добавил: — Так что, если ты не возражаешь… я собираюсь тебя трахнуть. Гермиона тяжело сглотнула — слюна во рту стала вязкой, дыхание сбивалось от одной только мысли о том, что он с ней сделает. Драко не торопился. Несмотря на обещание, что сегодня не будет ни медленности, ни нежности, он явно намеренно собирался помучить её — или себя. Его пальцы нащупали пояс халата, завязанный узлом, и резко потянули за него. Одной рукой он сжал её бедро, другой провёл от шеи вниз, к ключице. Гермиона наклонила голову, не отводя взгляда. Он начал медленно стягивать халат с её плеч. Она едва ощутимо дрожала, но не от холода. Медленно, почти мучительно, Драко проводит подушечками пальцев очерчивая ее грудь, следуя по коже, покрытой мурашками, оставляя за собой ощущение жара. Он чувствует, как ее дыхание сбивается, как легкий стон срывается с губ, когда он проводит языком по шее, ключицам и соску. Потом он потянул её за волосы, резко запрокидывая голову назад. Она застонала — почти жалобно. Драко сильнее натянул пряди, обнажая её шею, и принялся заново осыпать поцелуями, оставляя влажные, горячие следы. Все остальное исчезает: слова, сомнения, даже время. Есть только этот момент—жар, биение сердца, кожа к коже. Драко смотрел прямо в глаза. В них бушевал ураган. Волна желания накрыла с головой. Грейнджер сжала его плечи, ногти чуть вонзились в кожу. Подалась бёдрами вперёд, почувствовав, как сильнее сжались его пальцы на теле. Он хрипло выдохнул, и притянулся к губам Гермионы. Поцелуй был жадным. Грубым. Она чувствовала его нетерпение — в том, как он сминал её губы, как впивался в них, втягивал её язык, требовательно посасывал, заставляя сердце биться быстрее. Ведьма затаила дыхание — и выдохнула резким стоном, когда он прикусил сосок. Лёгкий укус, теплый язык — тело отозвалось дрожью. Он повторил со второй грудью, и Гермиона судорожно вдохнула, выгибаясь ему навстречу. Ладонь поднялась по её бедру, пальцы скользнули выше. Горячо. Жадно. Слишком мало. Она хотела его везде. Чувствовать на каждом миллиметре кожи. Он продолжал дразнить её — впиваясь губами, зубами, языком. Гермиона чувствовала, как напряглись её соски, почти болезненно. На секунду мелькнула мысль, что он, наверное, оставит следы. Но об этом она подумает завтра. Сейчас она хотела только одного. Чёрт возьми, чтобы он не останавливался. Драко в одно движение отбросил халат, что валялся у её ног, и, не отрываясь от ее шеи, сместил вес, заставив её мягко опуститься на ковёр. Теперь он нависал над ней, окружая собой, загоняя в плен собственного тела. Губы снова нашли её сосок, обжигая прикосновениями, пока он прокладывал влажный след вниз по её животу. Её дыхание стало рваным, неровным. Он не спешил, намеренно. Терзал себя этим, не мог остановиться. Одной рукой он приподнял её ногу, закинув согнутое колено себе на плечо. Её тело казалось ему невыносимо горячим. Он прижался губами к её бедру, на миг задержался, чувствуя, как под его дыханием вздрогнула её кожа. Её пальцы вцепились в ковёр, выгибая спину в немом ожидании. Затем он наклонился ниже. Гермиона громко ахнула, не в силах сдержаться, когда почувствовала его язык. Она запрокинула голову, воздух вырвался из лёгких дрожащим вздохом. Её руки судорожно скользнули к его волосам, сжимая, притягивая ближе, требуя, умоляя без слов. Он слышал её стоны, ощущал, как меняется ритм её дыхания с каждым новым движением, как она извивается под ним, позволяя, поддаваясь. Драко был опьянён этим. Запахом её тела. Теплом её кожи. Способностью управлять её ощущениями. Он чувствовал ее фантастическую податливость, и когда ее бедра начинают мелко дрожать, а голос срывается на глухие стоны, он оторвался и посмотрел на Гермиону. И когда её голос стал срываться на глухие стоны, он оторвался, поднимаясь вверх. — Драко, — её голос прозвучал прерывисто, полный желания и отчаяния. Он усмехнулся. Касаясь своим телом ее, поднимаясь наверх, покусывая, целуя и почти обезумев от ее запаха — Ты не очень терпелива, не так ли? — его голос был низким, хриплым. Кисти Гермионы прошлись по его спине, опускаясь всё ниже, к поясу его пижамных штанов. Она дёрнула их с таким нетерпением, что Драко рассмеялся. Глухо, тихо, почти победно. — Ты прекрасна, — сказал он, задерживая взгляд на её теле. — Я никогда не смогу насытиться тобой. Она молча смотрела на него, переводя дыхание. Он видел, как грудь вздымается, губы чуть приоткрылись. Малфой подтягивает её за колени. Она чувствует, как его член упирается ей в живот. Это дарит желаемое облегчение. Насколько это прекрасно — чувствовать, как сильно тебя хотят. Драко берет ее руку и, прижимает к члену, проводя вместе с ней несколько раз вверх и вниз. Она целует Драко, крепче сжимая. Его руки ласкают кожу на внутренней части бедра, касается пальцами чувствуя, насколько она влажная — это самая большая порция ласки, которую она когда-либо получала от мужчины. Обычно всё происходило немного быстрее, и ей, по правде, никогда не представлялась возможность насладиться сполна ласками — откуда и происходит её нетерпение и желание, чтобы Драко уже вошел в нее. — Я не могла и представить, что ты настолько тактильный, — выдохнула она ему в губы. Драко на это улыбнулся, чуть приподнимая её бёдра. — Я тоже. Это всё ты. Ты сводишь меня с ума, ведьма. Как мне остановиться после того, как я попробовал тебя на вкус? У Грейнджер темнеет в глазах, когда она чувствует, как он быстро входит в неё. Ей требуется пару секунд, чтобы привыкнуть к этому чувству наполненности, и она ещё раз стонет ему в губы, когда он начинает двигаться. Он делает сначала пару медленных толчков, а затем приподнимается так, чтобы было удобнее увеличить темп. Гермиона задыхается, его движения доводит ее до исступления. Драко тихо матерится, сильнее сжимая её бёдра, оставляя следы. Её тело подаётся вперёд при каждом толчке, и ей безумно нравится этот бешеный ритм, с которым он впивается в неё. Она теряется в ощущениях того, насколько это приятно — чувствовать его в себе целиком. Драко входит и выходит из неё, ласкает ее грудь, и она стонет, когда он начинает двигаться грубее. Дойдя пальцами до клитора он начинает его массировать, пока его член раз за разом входит в неё, приближая её к разрядке, она чувствует, как напряглись его мышцы, его плечи и его руки, когда она инстинктивно подаётся на его ласки. Это была смесь шлепков и стонов, которые сплетались в едином ритме. Она таяла у него на глазах, их кожа покрылась испариной, и она впилась ногтями в его предплечье, когда волны оргазма начали отдаваться по телу до самых кончиков пальцев. Его тело напряглось до предела, и он более активно давил на её чувствительные места. — Можно мне… — начал он, когда чувствовал, что уже был близко к тому, чтобы кончить. Он балансировал на этом ощущении уже пару минут и сдерживался, желая доставить удовольствие сначала ведьме. — Да, да… — шептала девушка, подаваясь бёдрами вперёд. Её глаза сверкнули, когда она почувствовала его дрожь внутри себя, мышцы неконтролируемо сжимались, и он, прерывисто дыша, излился в неё. Его скулы были покрыты румянцем, кожа Гермионы вся усыпана красными пятнами, и она продолжала чувствовать его в себе. Они тяжело дышали, и Драко наклонился к ней, целуя в губы. Сердце звучало бешеным темпом в ушах, грудь быстро вздымалась, соприкасаясь с его. Он провёл пальцами по её подбородку, надавил на нижнюю губу и отстранился, выходя из неё. Гермиона тихо застонала от этого нового ощущения. Это было словно противоестественно — теперь не ощущать его в себе. Драко потянул её так, чтобы она оказалась на его коленях. Она была вся мокрой и липкой от пота, как и он. Он погладил её по плечам, и по её телу прошла новая волна дрожи. — Нам нужно в душ, — улыбнулся он ей. — И если у тебя ещё останутся силы после… Драко подхватил её под ягодицы, а затем и сам поднялся, поддерживая её за бедра. Она обвила его талию ногами, чтобы ему было легче её удерживать, а руками обхватила шею. Пребывала в лёгкой, неконтролируемой эйфории — как это бывает после хорошего секса. — Я очень хочу испытать вот тот стол… а затем и кровать, — прошептал он ей на ухо.