Глава 2

Утро приносило облегчение, но лишь до наступления ранних зимних сумерек. Небо было необыкновенно чистое, ярко-голубое, словно ночью и не мела метель, белые сугробы переливались под ярким солнцем подобно драгоценностям мифической Снежной Королевы. Памина знала - в ясный день "синие рожи" никому не угрожают, они приходят с темнотой. Было утро субботы, а значит, начался выходной, а у школьниц наступили каникулы. Чтобы успокоиться, Памина решила встретиться со своей подругой Ренатой Карминовой. Зимние каникулы в их краях длились месяц - с конца января до конца февраля, самое холодное и суровое время года в этой части континента, в городах, наиболее близких к Серому морю. Именно в это время особо лютовали "дети зимы", и в этом году остаток зимы обещал быть особенно лютым - приходящие в зимнем тумане явно захотят наверстать упущенное. Надев шерстяное тёмно-синее платье до колен с карманами, чёрные колготки, высокие сапоги, синюю шапку с шарфом и тёмно-серое пальто, Памина, надеясь, что Дерек и заночевавший у них Руди не спалят кухню в её отсутствие, покинула дом и пошла по заметённой за ночь улице, проваливаясь в сугробы. Ночью действительно намело очень много, и дворничихи ещё не успели всё расчистить. "Радует только, что в этих сугробах не прячутся синелицые!" - думала Памина, прыгая по сугробам, которые, казалось, накрыли весь город. Заметены были даже качели на детской площадке, через которую решила срезать путь Памина, а накрытые объёмными снежными шапками большие, зелёные мусорные баки на ближайшей помойке напоминали причудливые пирожные с заварным кремом. Придя к нужному дому, Памина открыла дверь и вошла в погружённую в полумрак парадную, поднялась по лестнице на второй этаж и позвонила в дверь, которую тут же открыли. У Ренаты, в отличие от Памины, были бледно-золотистые волосы, вечно собранные в высокий хвост, и темно-зеленые, насыщенного оттенка глаза - наследие ярилианских волшебниц, переселенок из соседней страны, самой большой на их планете. Девушки учились в разных школах и познакомились летом на даче, куда их привезли семьи, когда тем было семь лет. Большой радостью было узнать, что они живут недалеко подруга от подруги - после трагедии Памина переехала к тёте, которая жила в паре кварталов от дома Ренаты. В первую очередь Памина решила рассказать Ренате о приходящих в зимнем тумане. Что Памине нравилось, так это то, что подруга ей верит и не считает её воспоминания плодом повреждённой психики и следствием душевной травмы. "Возможно, потому что она - волшебница, а они мыслят шире, чем простые люди," - рассудила Памина. Подростки сидели в комнате Ренаты на кровати, накрытой цветастым оранжево-коричнево-розовым пледом. В комнате было много растений - неудивительно для той, чья магия напрямую с ними связана. Растительный узор покрывал и светло-жёлтые обои, над письменным столом висела картина, изображающая пробирающуюся сквозь заросли высоких папоротников белокурую девочку с матерью и младшей сестрой - репродукция картины известной ярилианской художницы Милены Каменевой. Папоротник был изображён на стоящей в углу гитаре. Растения, казалось, были повсюду, создавая островок надежды в заметённом снегом холодном и враждебном мире. Какое-то время Рената сидела, скрестив ноги в синих джинсах, задумчиво подперев голову рукой. - Я тут всё думала, почему ты их видишь и почему они постоянно напоминают о себе... - медленно произнесла Рената, подёргав рукав бело-зелёной клетчатой рубашки. - Может, ты тоже волшебница, и твои силы чем-то перекликаются с их способностями? - Я даже не знаю, кто они! - вымолвила Памина, разведя руками. - Люди зимы. Приходящие в зимнем тумане. Синерожие бабы. Да без разницы! - яро махнула рукой Рената. - Главное, что их способности явно связаны с зимой и снегом, ведь неспроста они приходят именно в это время года. Памина с сомнением посмотрела на подругу. - Ты думаешь, у меня тоже есть силы? - спросила она Ренату. - Я уверена в этом, - твёрдо ответила та. - Но они у меня ни разу не проявились. Рената внимательно посмотрела на Памину. - Способности могут проявиться и после двадцати. У нашей родоначальницы, Эдиты, той самой, которую почти весь мир называет Эдда Карминова, они проявились в двадцать четыре года. Памина покачала головой. - Некорректно такое сравнивать, - произнесла она. - Эдда жила почти полторы тысячи лет назад, тогда было страшное время. Девушки ненадолго замолчали. Все они знали историю своей планеты Герении, и то, что происходило полторы тысячи лет назад, нельзя было назвать иначе чем "катастрофа", а две тысячи лет перед "катастрофой" никак иначе, чем "агония" и "безумие". Потому что общество, где женщина, основа вида, перманентно унижена, втоптана в грязь и уничтожается забавы ради возомнившими себя высшими существами самцами, больно́ и безумно. Когда худшие из неблагодарных человеческих самцов убивают своих матерей и всех взрослых женщин вместе с сохранившими разум мужчинами, а оставленных в живых маленьких девочек подвергают пыткам, насилию, превращают в рабынь и груши для битья, промывая мозги рождённым впоследствии искалеченным поколениям, что так всё и должно быть - вид болен и безумен. И в тёмные времена, когда безумие достигло своего апогея, далёкая пращурка Ренаты, легендарная женщина Эдда Карминова, бесстрашная и полная ярости белокурая ярилианка, первая могущественная волшебница, пробудила магию вначале в себе, а затем и в остальных женщинах, чем спасла мир и человечество от самоуничтожения, которым до этого две тысячи лет занимались обезумевшие человеческие самцы, с радостью уничтожавшие основу своего вида - женщин - и всю планету. Воздав сполна за две тысячи лет боли, ужаса и унижения, Эдда с соратницами построили новый мир на руинах разрушенного мужчинами старого, восстановив матриархат, мудрый и справедливый, испокон веков царивший на планете за исключением последних двух тысяч лет. Эдда прожила пятьсот лет - столько, сколько не жила ни одна волшебница после неё - совсем не постарев, оставив после себя много литературных трудов и дочерей, денно и нощно следя, чтобы то, с чем она боролась, не повторилось. Многие считали, что её послала на планету сама Мать-Вселенная для спасения человечества и мира, с чем Эдита-Эдда успешно справилась. Больше ни один мужчина не смел из собственной порочности совершить насилие над женщиной, не имел возможности объединиться с другими отбросами и снова уничтожать свой вид и планету - бешеные кобели больше не были допущены к размножению, все гнилые ветви потомственных садистов, насильников, педофилов и убийц были безжалостно вырезаны из человеческого древа. Женщины снова стали брать в любовники добрых и милых юношей, вернули себе свои тела, свою свободу и свой мир, ночь стала безопасной и прекрасной, как и другое время суток, общими стараниями волшебниц и простых женщин природа планеты была восстановлена и расцвела пуще прежнего, а с года, когда позиции были окончательно укреплены, а древний матриархат восстановлен, начался отсчёт Новой Эры, которую обозначали Э. К. в честь Эдды Карминовой, вошедшей в историю Герении как Спасительница. "Наглядный пример, что юношам нельзя давать власть, они от неё звереют, а также доказательство, что женщина, свободная от мужского влияния, позволяющая себе быть яростной, смелой и жаждущей справедливости, способна победить любое зло!" - одновременно промелькнуло в сознании обеих подруг. Памина вынырнула из глубоких дум и посмотрела на подругу. Её светлые волосы, такие же, как и у её пращурки Эдды, свойственные большинству её потомков, прямо кричали о том, что перед тобой - волшебница с мощным потенциалом, наследница великой женщины, самой Спасительницы, представительница древнего рода, подарившему миру много известных женщин, та, от кого ожидают великих дел и благородных поступков. Памина не могла похвастаться подобной родословной, и потому не ожидала от себя чего-то особенного. - Только я всё равно не могу быть волшебницей - в моём роду не было знаменитых воительниц, как и волшебниц вообще, - с грустью произнесла она, опустив голову. - Даже со стороны донора? - спросила Рената. - Да что он там передать мог... - поморщившись, отмахнулась Памина. - Вдруг его мать или мать матери имела какие-то силы, хотя бы в зачатке? - Это надо обращаться в клинику, в которой меня зачинали, но вряд ли мне кто выдаст информацию просто так, а нужной суммой я всяко не располагаю... Да и наверняка такие подробности были бы известны тёте! - Бывает, что волшебница рождается и у простых людей, - стояла на своём Рената. - Магия - сила души, которая развивается на протяжении многих жизней... - Я точно такого уровня пока не достигла, - оборвала её Памина. - А вдруг то, что ты выжила в ту роковую ночь - и есть доказательство твоих способностей? - не отступала Рената. - Синие не тронули тебя, потому что почуяли свою. Либо они не трогают детей в принципе. - Но почему тогда мама кричала "Нет, я её не отдам! Заберите меня вместо неё!"? - Страх за свою дочь? - пожала плечами Рената. - Я бы тоже так поступила. - Я не могу быть волшебницей, - возразила Памина, сжав подол платья. - Я не смогла защитить свою маму. - Ты была ребёнком, тебе было всего шесть лет, - напомнила ей Рената. - Ты ничего не могла сделать. Памина покачала головой. - Нет у меня никаких способностей. Я не могу быть для синих своей. Я не такая, как они! - Ты же говоришь, что не знаешь, кто они. - Ты тоже не знаешь, только вот я их видела! - воскликнула Памина, резко вскинув голову, устремив на подругу полные отчаяния голубые глаза. - Я вижу их каждую зиму, и с каждым годом всё чаще и чаще! Вчера они стояли под окном и смотрели в окна моей квартиры! Они напугали Дерека и Руди! Они приближаются. Что, если в один день они ворвутся в дом и унесут ещё чью-то жизнь? - Ого, твой кузен тоже их видит? - присвистнула Рената. - Вчера он чётко их увидел, как и его дружок. Возможно, они показались специально. И это было предупреждение конкретно для меня, - поёжилась Памина, нервно выдохнув. Чтобы отвлечь подругу от страшных мыслей, Рената предложила Памине включить телевизор. Та вяло согласилась. Однако, вместо ожидаемого фильма они сразу наткнулись на новость о замёрзшей ночью насмерть женщине. У погибшей осталась шестилетняя дочь - того же возраста, когда Памина потеряла свою мать. Сердце пропустило один удар, тело пробил озноб. - Жалко её, - сказала Рената, смотря на экран. - Это были они, - с круглыми глазами вымолвила Памина. - Это предупреждение. Для меня. Памина в ужасе схватилась за голову. По телу прошла дрожь, словно чья-то ледяная магия пробралась в дом и захватила его, напоминая, что стены - лишь иллюзия безопасности, что негде спрятаться, нигде нет спасения. - Но что я могу? - с нарастающей паникой в голосе прошептала Памина. - Что я могу сделать? Рената внимательно посмотрела на неё большими зелёными глазами, в глубине которых постепенно разгорался яростный колдовской огонь, а растения в комнате зашевелили листьями, словно в такт нарастающей силе. - Знаешь, мне давно надо было тебе предложить... - медленно проговорила Рената, словно подбирая слова. - Пусть моя магия связана с землёй и растениями, но принцип воздействия на реальность одинаков. Попробуем пробудить твою магию!