Глава 12. Рейс

      Билет былзабронирован. Казалось, поездки на Родину не избежать. Но в тонкой, хрупкой женской душе, перетерпевшей множество жизненных бурь, все сильнее разгоралась тревога. Голова кружилась, а давление не давало возможности уснуть. До рейса еще два дня. Две тяжёлые ночи, наполненные страхом. Рука, будто загипнотизированная, не поддающаяся разуму, потянулась к смартфону, лежащему на тумбе. Желание все отменить нарастало. Совсем чуть-чуть, и примадонна вновь появится в свете. В порыве гнева на Максима, когда тот явно пытался переубедить Аллу возвращаться в Россию, назло ему она решила появиться на «Новой волне». Ее никто не ждал, и она это осознавала. Это безрассудное желание затмевало часть разума и теперь тревога боролась с предвкушением. Противоречия лавиной обрушились на женщину и та, ворочалась, не находя удобного положения для сна. Было жарко. Порой, наоборот - холодно. Несколько раз она сдергивала с себя одеяло, просыпаясь. Плотные шторы этой ночью не закрывали окон, яркая луна освещала стену, создавая иллюзию бесконечности. Алле казалось, что тьма стала вечной, что солнце больше не появится на горизонте. Наконец, сон украл ее в свои сети, только ненадолго - всего несколько минут. И так все чередовалось до тех пор, пока будильник не оповестил о том, что уже стоило начинать новый день.       — А старый и не заканчивался, - время для примы словно остановилось, она чувствовала, что осталась в прошлом.       Подготовка к масштабному фестивалю шла полным ходом. Репетиции к каждому конкурсному дню проводились регулярно; молодые таланты волновались, но и профессионалы не отставали в переживаниях. Филипп особо остро реагировал на тексты песен, чтобыли в его репертуаре в период концертов. 22 августа он должен был представить публике новую песню – «Корона». Каждая репетиция оставляла след на сердце. Исполняя новый сонг, счастье и боль смешивались в душе. Трепет с головой накрывали Киркорова, стоило ему вспомнить, кто сделал ему такой подарок. Но… вновь разбитое сердце ныло, как только разум посещали мысли о нескольких месяцах счастья, подаривших надежду и веру в чудо.       — Чудо неслучиться, пока мы сами этого не захотим. Я-то хочу, а вот ты, Аллусь?.. – и такие риторические вопросы часто Филипп задавал в монологах наедине с собой. Не напоминать себе о ней и о последнем разговоре - тоже не получалось. Мужчина как будто не мог жить без этого. Он не будет самим собой, забыв о любимой женщине, а каждое такое воспоминание всегда сопровождалось резью в душе. Счет времени молчания был давно прекращен. Порой в его голову закрадывалось мнение о том, что эти четыре месяца были подарком судьбы. Последним их общей судьбы. А всему когда-то приходит конец. Такая философия, часто сопровождающая Филиппа пасмурными вечерами, превращалась в позицию, которую он хотел принять, чтобы жить стало немного легче. Но получалось плохо.       Сообщать детям о своем отъезде было крайне трудно, ведь это были последние три недели, когда они были рядом. Алла знала, что, вернувшись, у нее будет еще немного времени, но все же… Кое-как пережив пару дней до отлета, Пугачева со странным чувством направлялась в аэропорт. Приняв успокаивающее средство, она все же настраивала себя на перелет. Одиночество в такой важный момент ее пугало, но неожиданная мысль отвлекла.       — Заслужила. Наверное, так и надо, - Алла сама удивилась проскользнувшей, словно чья-то тень, фразы, которая ранее никогда и не приходила в голову. Все происходившее в жизни прима считала обдуманным решением, совершенный вопреки или во благо. Поправив влажной от стресса ладонью собственную прическу, женщина поднялась на борт самолета. И только присев на положенное место, указанное в билете, смогла немного расслабиться. Проблемы она решала по мере их поступления, и мысль о том, что она будет делать, когда прилетит в Сочи, - решила оставить «на потом».       Лайнер набирает высоту, а зрачки неконтролируемо расширяются от страха. Перед затуманенным взглядом неожиданно всплыл эпизод полета в Болгарию в 1994 году. Тогда её голова покоилась на уверенном плече любимого мужа, пока внизу проплывали ландшафты планеты. Женщине захотелось почувствовать поддержку, защиту, но рядом были лишь незнакомцы, которым и дела не было до Аллы Пугачевой. Полтора часа тянулись также долго, как и кипрские ночи. Только теперь спать вовсе не хотелось, наоборот, тело примы жаждало движения. Первые сорок минут она приходила в себя, откинувшись на спинку комфортного кресла почти без сил, но, как только самолёт приближался к черноморскому курорту, смелось и решимость наполнили Аллу, вытеснив страх.       Было не привычно, когда у трапа её не встречали журналисты. Время шло, а любовь ко вниманию оставалась и иногда напоминала о себе. От того и происходили некоторые скандалы, которые были запечатлены просто (или не очень) похожими. Здравый смысл заглушил желание о встречи с прессой, и потому, накрыв плечи и голову легкой шалью, а глаза тёмными очками, Алла слилась с толпой, блуждавшей по аэропорту в Сочи.       Такси, кондиционер, номер в отеле - так мало нужно было сейчас для счастья. Разложив некоторые вещи из чемодана по шкафчика, Пугачева прилегла на просторную заправленную кровать и открыла новости. Нужно было изучить нынешнее положение в некогда родной русской эстраде. Листая сайты, аккаунты знакомых и новых артистов, Алла осознала, что еще несколько лет назад вылетела из тусовки. Ее место на пьедестале было свободно, несмотря на то, что многие артисты были достаточно успешны, а некоторые критики пророчили певицам, что те смело могут занять место примадонны. Осознание непричастности ко всему происходящему, ощущение ненужности заставили глаза женщины наполниться слезами. Оставляя мокрый след, они опускались по её щекам, стекали по шее, и никак не могли остановиться. Великая Алла Пугачевабыла безжалостно вычеркнута из жизни российской эстрады, и это не могло не отразиться на самом человеке. Образ может сгореть, быть забыт, не понят, но за любой сценической маской скрывается душа. Еще живая. Ещё способная любить…       Первый день «Новой волны» становился все ближе. С ним и приближалось волнение. Филипп чувствовал, что конкурс в этом году будет чем-то отличаться от предыдущих. Но только чем именно, понять он не мог. Выход на сцену состоится через пару минут, сотрудники короля кружат у костюма, проверяя, все ли на месте. Корона – главная героиня выступления – уже была за кулисами в руках помощницы. Набрав немного воздуха лёгкие, Киркоров задержал дыхание и плавно выдохнул, чтобы привести нервную систему в чувства. Мгновение, и на экране появляется заставка с фотографиями артиста. Услышав знакомое вступление песни, Филипп невольно вспомнил, как впервые прочел текст первого января, будучи в шоке и эйфории от произошедшего. Воспоминания вдохновили его и тело само в нужный момент начало двигаться в такт мелодии, как только Киркоров показался на сцене.       На все шесть конкурсов-концертов у Аллы были куплены билеты. В день их покупки она была уверена, что посетит все из них. И вечером 22 августа уже была готова выйти «в люди» спустя несколько лет. Неизвестно откуда взявшаяся самоуверенность двигала Пугачевой и та, еще будучи на Кипре, решила передвигаться все две недели погороду одна – без охраны. Встав перед зеркалом, чтобы осмотреть свой внешний вид перед выходом, Алла старалась быть максимально расслабленной, но этого не получалось. Огонек внутри гас на глазах и уже ничего не осталось от прежнего желания посетить мероприятие. Медленно она потянулась к очкам, сняла их и вернула на полочку. Опустилась в кроссовками, скинула их со ступней и присела на рядом стоящий пуф.       — Не пойду. Нет...- прошептала Пугачева. — Не могу, - некое бессилие настигло ее. Глубоко в душе распалялся гнев на себя, на собственную слабость и трусость. Но с места она сдвинуться не могла. Дотянулась рукой до пульта, что лежал на тумбе, и включила телевизор, найдя нужный канал, где должен транслироваться концерт.       Ведущие мало захватили внимание женщины, но, когда послышалась знакомая музыка, которую она когда-то обсуждала с бывшим супругом, знакомая, но не узнанная ей сила, заставила Аллу подняться и приблизиться к экрану.       Филипп умело комбинировал на сцене плавные и энергичные движения, притягивая взоры присутствующих и телезрителей. Сердце Пугачевой стало биться чаще, когда бархатный голос лился в микрофон. Мурашки от воспоминаний и происходящего бегали по коже. Глаза было не возможно отвести. Он поет. Её песню. После всего, что было...