Часть 9

Когда я вышла из универа, апрельский ветер швырял в лицо колючие зёрна дождя со снегом. Аня вышла первее меня, я прикрыла лицо воротником и рванула к остановке где она должна была меня ждать, но у тротуара уже гудел двигатель Лешиного авто. Аня высунулась из пассажирского окна, размахивая рукой. — Эй, красотка! Подвезти? В её голосе звучало веселье, ни намёка на вчерашнюю котавасию. Как будто ночью она не смотрела на меня испуганно, а крепко выспалась. Я, не раздумывая, юркнула на заднее сиденье, в салон, пропахший сигаретами «Парламент» и Лешиным одеколоном. — Мои спасители — прохрипела я, отряхивая капли с рукавов. — А то, — буркнул за рулём Леша, сдвигая стаканчик с кофе в подстаканник. — Весна, блин. То лужи, то снег в глаза. Он трогался с места, а Аня уже копалась в своей огромной сумке, что-то бормоча: «Где они, чёрт… А, вот!» — и достала пачку влажных салфеток с клубничкой. Протянула мне одну. — Вытри лицо, а то как будто плакала. — Я не плакала, — автоматически буркнула я, но салфетку взяла. Машина катила по мокрым улицам. В салоне играло тихая песенка — что-то известное только Леше. Он напевал себе под нос. Аня в свою очередь уткнулась в экран, и её лицо вдруг стало сосредоточенным, пальцы быстро застучали по стеклу. Пишет кому-то. Улыбка сбежала с её губ. Леша, бросив взгляд на неё, тяжело вздохнул. — Че там, опять? — спросил он беззлобно, но с усталью в голосе. — В смысле «опять»? — не отрываясь от телефона, отрезала Аня. — Да, по твоей роже всё видно. Чего такая недовольная? — Забей, — она резко сунула телефон в сумку и уставилась в окно. — и это у тебя рожа, а у меня между прочим прекрасное личико! — она провела руками по щекам. Леша закатил глаза, но ничего не ответил. Снова начал подпевать знакомым мотивам. Аня молчала, однако не долго, через пару минут она, резко обернувшись ко мне, уже с игривой ухмылкой задала вопрос, который звучал скорее как утверждение. — Кстати, в субботу движ у Сашки. Наконец-то съехал от родителей, будем квартиру обживать. Ты с нами, ясно? Леша, будто обрадовавшись упоминанию близкого друга — оживился: — Да-да, приходи обязательно! Будет вся наша шобла. Весело будет. И Влад там будет, — он подмигнул мне в зеркало, — так что можешь продолжить его культурное просвещение уже в неформальной обстановке. Услышав последнюю фразу в голове сразу мелькнули вчерашние сцены с Владом «Да, уж. Допросвещалась с ним…» подумала я, но ничего про это не сказала. — Не знаю, — буркнула, глядя на капли дождя на окне. — Может, у меня дела. — Какие дела? — Аня фыркнула. — Конспекты переписывать? Не выдумывай. Я за тобой забегу, и всё. Ты слишком много учишься, надо разряжаться. — Ладно, подумаю, — уступила я. — Отлично! — Аня сияла, будто уже предвкушала веселье. — Кстати, Ань. Тебя чего на первых парах не было? — резко сменила тему, лишь бы отстали от меня с этой тусовкой. В связи со вчерашними странными событиями, последнее что я хотела бы - это пойти на тусовку друзей Влада. Лёха, останавливая машину у моего подъезда, лениво перекинул руку через спинку сиденья, касаясь пальцами Аниного плеча. — Мы тут с утра… ну, задержались. Выясняли отношения. Аня фыркнула, но не отстранилась. Наоборот, её щеки порозовели. — Выясняли, выясняли… — пробормотала она, уткнувшись носом в его плечо. Лёха повернулся ко мне, его лицо стало добродушным, чуть виноватым. — Короче, прости, что сидела на парах сегодня одна. Я её отвезти хотел, а она как начала: «Опаздываем? Ну и пусть. Есть дела поважнее». — Он потрепал Аню по волосам. — Ну, я не стал спорить. С голой бабой не поспоришь. — Лёш! — Аня засмеялась, толкнув его, но беззлобно. — Что «Лёш»? Правда же. Ты у меня самая упрямая. И самая… — он наклонился и что-то прошептал ей на ухо. Аня захихикала, прикрыв лицо ладонью, а Лёха просто сиял, довольный собой и этим утром. Довольный этим миром, где можно проспать пару, потому что есть дела «поважнее». Где можно выяснять отношения целый час и выходить из комнаты не врагами, а сообщниками. Где всё просто, без этих дурацких букетов вместо «извини» и ночных побегов. И мне вдруг стало так стыдно, что я вчера как то смела подозревать Аню в чем то, ну вот и какая же я подруга после такого? — Ладно, хватит подругу смущать, — наконец сказала Аня, выпрямляясь. Её глаза блестели. — В субботу, значит, ждём. Ты только не вздумай меня бортануть и за конспектами сидеть. Я кивнула, вылезая из машины. Их смех и этот тёплый, общий воздух остались внутри. А я вышла на холодный ветер, сжимая в руках сумку, и почувствовала острое, щемящее одиночество. У них было «мы». А у меня было только смутная надежда, что там, в шумной чужой компании людей, я найду хоть крупицу этого простого, живого тепла. Или окончательно пойму, что оно не для меня.Апрель, чёрт возьми. Не время года, а сплошные проблемы. По дороге к подъезду мой телефон завибрировал. Я достала его, мельком взглянула на экран и замерла. «Прости, с кафе пока отмена. Дела.» Ни «привет». Ни объяснений. Ни «как ты». Просто сухое, чужое сообщение. Как будто я была не тем человеком, с которым он вчера целовался на балконе, а просто… пунктом в расписании. Который сегодня отменяется. Сердце ёкнуло и рухнуло куда-то вниз. Я перечитала сообщение три раза, будто надеясь, что буквы сложатся во что-то другое. Но нет, они не сложились. Суббота наступила быстро. В пять Аня прислала сообщение: «Не передумала? Выезжаю через час, будь готова!» После него в груди ёкнуло что-то вроде паники,ведь несмотря на то что это событие было единственным чем я занимала свои мысли,сборы я умудрилась отложить на самый последний момент. И вот,я распахнула шкаф. Моя одежда делилась на две категории: «для учёбы» (удобные джинсы, свитера, простые платья) и «для редких выходов» (то же самое, но чуть ярче). Ничего «вечериночного». Пока я в отчаянии примеряла третий вариант чёрных спортивок и серого топа, зазвонил телефон. Думая снова услышать голос подруги, я не глядя смахнула кнопку «ответить»,однако услышала я там совсем не ее. — Привет, — его голос был спокойным, чуть хрипловатым, будто он только проснулся. — Не передумала? — Насчёт чего? — сделала я вид, что не понимаю. — Насчёт сегодня. Леша сказал, ты вроде как собиралась. — Собираюсь, — осторожно подтвердила я. — А что? — Да так. Хотел предупредить — народу будет много. Наша тусовка, ещё ребята Сашкины… Шумно может быть. — Он помолчал. — Не испугаешься? — Умоляю, не делай из меня затворницу, — парировала я, хотя на самом деле мысль о толпе незнакомых людей вызывала лёгкую тошноту. — Прости, забыл что ты у нас тусовщица — в его голосе прозвучала улыбка. — Просто… если что, я там буду. Не потеряешься. — Спасибо за заботу, — сказала я, и тут же спросила то, что крутилось в голове с утра: — А во что там обычно… ну, одеваются? Он рассмеялся — низко, приятно. — Одеваются? Всё, в чём удобно. Джинсы, кроссовки, футболки. Никаких пафосных платьев, если ты об этом. Облегчение волной накатило на меня. Мои чёрные спортивки и простой серый топ с небольшим вырезом — оказались идеальным вариантом. — Поняла, — сказала я, уже с большей уверенностью. — Без пафоса. — Умница, — похвалил он, и это «умница» прозвучало как самая ценная похвала. — Ладно, не буду отвлекать от сборов, — продолжил он. — Увидимся. И… — он снова сделал паузу, — приходи. Хочу тебя видеть. Он бросил трубку. Я ещё минут пять сидела на кровати, сжимая в руках телефон, повторяя про себя его последние слова. «Хочу тебя видеть». Я таяла от его слов словно школьница, ох,ну с какой легкостью я простила ему все его выкидоны! Нужно лишь подарить мне веник белых роз и назвать «умницей». Когда Аня, ворвалась в комнату с криком «Гоу, заяц, опаздываем!», я была почти готова. Чёрные спортивки, серый топ, чуть больше туши на глазах, чем обычно. Выглядела я, наверное, как старающаяся быть «крутой» мышь, но в зеркале мне нравилось. — О, смотри-ка! — присвистнула Аня, оглядев меня. — Готова покорять сердца? — Готова не опозориться, — поправила я её, натягивая кроссовки. — Да ладно тебе, — она обняла меня за плечи, — Всё будет заебись. Пора тебе, заучке, наконец, развеяться. Мы выбежали на улицу, где уже темнело. Я шла за Аней к машине где нас уже ждал Леша.