Глава 5

Вскоре после разговора с Тони ДиНоззо, агент внутренних расследований Шулер Харрис ждёт своего следующего допроса. Джетро Гиббс должен был прибыть десять минут назад, но его всё ещё нет. Вэнс сказал, что потребуется определённая работа, чтобы заставить спецагента по надзору появиться, но Харрис ожидал его появления. Исходя из истории Гиббса как снайпера морской пехоты, он должен обладать чувством долга и чести в избытке. Мне бы хотелось думать, что он сочтёт себя достаточно порядочным, чтобы прийти на нашу встречу. Вздохнув, Харрис старается не смотреть на часы. В его работе только виновные и незаинтересованные не приходят на встречи. Если Гиббс хоть сколько-нибудь ценит свою команду, потому что сейчас расследование Харриса, похоже, является классической ситуацией «он сказал, она сказала». В машине не было никаких записывающих устройств, когда микрофон отключился, поэтому Харрис полагается на их заявления. Харрису нужно мнение Гиббса о том, как члены его команды работают вместе. В таких ситуациях любая деталь будет полезна. Пролистывая свои заметки, Харрис просматривает допрос Тони, чтобы скоротать время. Прямо сейчас Харрис не может быть уверен, насколько ценно мнение Тони о том, что его товарищи по команде выключили своё собственное устройство. Одного раза было достаточно для того, что пережил Тим МакГи. Хотя, если то, что Зива Давид сказала Тони, может быть закономерностью. Судя по тому, что Харрис может сказать из своего допроса и досье Тони, этот человек — хороший агент с ещё более развитыми инстинктами. Если он беспокоится, что в его команде может не оказаться его шестерки, то в этом страхе может быть доля правды. И если есть хоть малейшая возможность, Харрис обязан докопаться до сути… независимо от того, сколько карьер он завершит в процессе. После допроса Гиббса — если он когда-нибудь соизволит появиться — план Харриса состоит в том, чтобы вытащить записи с рассматриваемых дней и прослушать их. Он уже прослушал нападение Тима, и это было достаточно тяжело. Слышать, как младший агент зовёт на помощь, и есть момент, когда его голос срывается, когда он понимает, что никто не придёт. Этого было достаточно, чтобы кровь Харриса превратилась в лёд. Тони был близок в своих оценках. Ему потребовалось восемь минут, чтобы Тони нашел Тима. Восемь минут — это то, сколько времени потребовалось им, чтобы отреагировать на его призыв о помощи. Я до сих пор слышу панику в его голосе. Этого никогда не должно было случиться. Харрис хмурится ещё сильнее. Когда смотрит на часы. Гиббс уже задерживается на пятнадцать минут. Для человека, который, как говорят, настолько пунктуален, что по нему можно сверять часы, он определённо опаздывает. Харрис не совсем готов думать, что этот человек решил, что допрос не стоит его времени. Хотя при таком раскладе ему, возможно, придётся попросить Вэнса заставить Гиббса явиться под угрозой отстранения. Харрис предпочёл бы идти по этому пути, потому что эти встречи никогда не раскрывают никакой дополнительной информации. Это только заставляет людей лгать. Пока Харрис ждёт, он просматривает свои записи. Он делает глоток того, что военно-морская верфь считает кофе. Завтра он зайдёт в Старбакс по дороге сюда. Время приближается к отметке в полчаса. Харрис решает назвать Гиббса неявившимся и спуститься к шкафчику для улик, чтобы запросить записи тайных операций Тони. Внезапно в дверном проёме появляется фигура. Харрис поднимается на ноги, почти удивлённый тем, что Джетро Гиббс решил появиться. Вблизи Гиббс гораздо более устрашающий, чем его репутация. Харрис слышал сплетни вокруг Великих озёр, приглушенные шепоты о человеке, который заставляет подозреваемых сознаться одним лишь взглядом и раскрывает дела без каких-либо доказательств. Слухи о человеке, который загоняет свою команду в угол ради результатов, которых агентство никогда не видело. Харрис не верил им, потому что за каждым слухом стоит человек, обычный человек, на котором строятся легенды. Мифы — это не более чем надежды и мечты смертных о том, что когда-нибудь они могут стать чем-то большим, чем они сами. Теперь он не знает, что и думать. Харрис протягивает руку, но Гиббс её не пожимает. Он держит стаканчик с кофе в правой руке, как будто пытается избежать пожатия руки Харриса. Вместо этого его глаза скользят по Харрису, оценивая его и пытаясь определить, представляет ли он угрозу. Надо отдать должное Гиббсу, он не задержал взгляд на травме лица Харриса. Харрис привык, что пялятся на его шрам. Обычно этот наклон головы, приоткрытый рот или лёгкое расширение глаз. Затем есть люди, которые отводят глаза, и те, кто не может отвести взгляд. Именно те, кто этого даже не замечает, выбивают Харриса из колеи. Они так далеки, их так мало, что это заставляет его вспомнить о том, что шрам всё ещё на месте. Именно тогда Харрис вспоминает о громком деле, в котором он и его напарник даже не должны были участвовать. Просто перестань об этом думать. Это было давно, Шулер. Харрис слышит свой собственный голос, доносящийся откуда-то издалека, говорящий напарнику, чтобы тот оставил подозреваемого в покое и следовал протоколу, потому что они не должны были быть в этом замешены. Обычная сделка с наркотиками, свидетелями которой они стали, не входит в компетенцию двух федеральных агентов. Именно в этот момент он слышит визг шин, чувствует удар от столкновения с седаном, когда его напарник проезжает на красный свет. Вспоминает осколок, убивший его первого напарника и едва не раскроивший череп Харрису. Недели в отделении интенсивной терапии и восстановление дома. Как морская полиция считала его инвалидом, хотя его мозг и тело работали. Он больше не мог стрелять из оружия, а значит, не мог быть полевым агентом. Как ему удалось занять место в отделе внутренних расследований, потому что именно так он всё ещё мог быть следователем, не выходя на оперативную работу. В конце концов моргает первым. Он отводит взгляд, тихо вздыхая. Он поправляет галстук. Как Гиббсу удалось одним взглядом вытащить на поверхность эти глубоко погребённые эмоции, ему непонятно. Но Гиббс не двигается. Он пытается напомнить Харрису, что он тот, кто контролирует ситуацию. Вот почему он опоздал, почему он стоит и смотрит, почему он ждёт, пока Харрис заговорит. - Агент Гиббс,- говорит Харрис. Гиббс просто выпячивает подбородок в знак приветствия. - Спасибо, что присоединились ко мне,- продолжает он.- Вы готовы к нашему разговору? Гиббс пожимает плечами. - Да. Протягивая руку, Харрис указывает на пустое место, которое Тони освободил несколько часов назад. Гиббс падает на него, но даже когда он сидит, он, кажется, стоит по стойке смирно. Харрис садится в своё кресло, хватает ручку и тянется к своему записывающему устройству. Он не включат его, пока Гиббс не заговорит. - Морской пехотинец?- спрашивает Гиббс. Харрис хмурит брови. - Простите? - Вы были пехотинцем,- это утверждение, а не вопрос.- Орудийный сержант? - Вечный капрал. Отбыл свой срок и ушел, когда смог. Хотя я знаю, что вы были снайпером,- Харрис трёт затылок.- Это было давно, очень давно. Помните, что мы больше не в песочнице. Гиббс просто медленно кивает. Однажды морпех, навсегда морпех. Как бы Харрис ни пытался скрыть своё прошлое, бывший военный, похоже, всегда замечает это. Он хочет оставить эту часть своей жизни позади. К счастью, Гиббс не спрашивает, где он был расквартирован или где служил. Он также не выглядел так, будто хочет рассказывать о своих командироваках. Харрис указывает на записывающее устройство. - Можем ли мы начать, пожалуйста? На лице Гиббса мелькает довольная улыбка после чего он кивает. - Отлично,- Харрис включает устройство.- Это агент Шуллер Харрис из отдела внутренних расследований, и я допрашиваю агента Лероя Джетро Гиббса. Можете ли вы назвать своё имя для протокола, агент Гиббс? Гиббс безучастно смотрит на него. Харрис делает жест ручкой. Поскольку Гиббс по-прежнему не говорит, Харрис говорит: - Устройство не узнает вашего имени, пока вы его не произнесёте. Гиббс прищурился, глядя на диктофон. - Гиббс. Когда Харрис ждёт, когда Гиббс назовёт полное имя и звание в морской полиции, старший мужчина этого не делает. Он просто продолжает пытаться просверлить дыру в голове Харриса. Прямо сейчас взгляд Гиббса заставляет кожу Харриса покрываться мурашками. Может быть, это намеренно, а может и нет. Харрис листает свой блокнот, чтобы попытаться избежать этого. - Спасибо агент Гиббс,- Харрис прочищает горло.- Мы здесь, чтобы обсудить нападение на агента Тима МакГи во время недавней тайной операции. Это верно? - Да,- протягивает Гиббс. Харрис выжидающе смотрит на него, но Гиббс ничего не выдаёт. - Где вы были, когда произошел инцидент?- спрашивает Харрис. Гиббс отпивает кофе и выпрямляется. - Возвращался с военно-морской верфи. Наступившая тишина была долгой и внезапной. Харрис медленно моргнул, когда Гиббс замолчал. По какой-то причине он привык к такому ходу разговора между ним и Тони. Это было легко и непринуждённо, когда Тони предложил именно то, что было Харрису. Хотя он и не ожидал, что разговор с Гиббсом будет лёгким, он верил, что всё пройдёт гладко. Если нынешняя тенденция сохранится, этот допрос продлится до завтрашнего дня. Харрис будет задавать наводящие вопросы. - Почему вы были на военно-морской верфи, агент Гиббс?- подталкивает Харрис. Гиббс делает такое лицо, будто у него есть дела поважнее. - Мой медэксперт думал, что у него есть больше улик, для нашего убийства. Оказалось, что ничего. Харрис делает пометку в своём блокноте. Когда он снова поднимает взгляд, Гиббс наблюдает за ним с осторожным и отработанным движением хищника. Харрис удерживает взгляд Гиббса, но старший мужчина не собирается отступать. Харрис переворачивается и притворяется мёртвым, опуская глаза в свой блокнот. - Можете ли вы объяснить, чем вы занимались, пока агент МакГи был под прикрытием?- спрашивает Харрис. - Наблюдал за задней частью здания. Харрис кивает. - Я понимаю, что вам пришлось отойти во время работы. Было ли нормально, что вы отсутствовали во время наблюдения? Лицо Гиббса быстро искажается от гнева. - Нет, я был всё время там. - За исключением, когда вас не было. Когда гнев на лице Гиббса усиливается, Харрис решает не давить. Если он слишком разозлит Гиббса, он, скорее всего, потеряет возможность собрать информацию. Поддерживать поток событий проще. - Где были агенты ДиНоззо и Давид? - Спереди, с подслушивающим устройством,- отвечает Гиббс. - Был ли у вас доступ к аудиозаписи, пока вы находились на месте? Гиббс щурится на Харриса. - Вы спрашиваете, ношу ли я наушники? И вдруг Харрис понимает, почему Гиббс следит за задним входом. Этот человек — динозавр, неспособный адаптироваться к новым технологиям. Он, возможно, и хотел бы вести наблюдение без всяких игрушек, но это мешает его способностям следователя. Поэтому он оставляет это своим молодым агентам, потому что не может признать свои собственные недостатки, поскольку он остаётся прежним, а жизнь вокруг него меняется. - Именно об этом я и спрашиваю,- говорит Харрис. Гиббс кивает. Харрис указывает на записывающее устройство. - Для записи, сэр. Глаза Гиббса снова прищурились. - Да, у меня был наушник и слушал МакГи, когда был там. - Спасибо. У вас был доступ к разговоров агентов ДиНоззо и Давид? Гиббс качает головой. - Нет. На это Харрис хмурится. - Давайте вернемся ко дню нападения. Вы были вне офиса, когда произошло нападение, и что произошло, когда вы вернулись? Если Гиббс что-то чувствует к раненому подчиненному, он ничего не выдаёт. Харрис делает обширные заметки об отсутствии эмоций. Может, что-то в этом есть. - МакГи уже исчез,- бесстрастно сообщает Гиббс.- ДиНоззо расчищал место преступления. Харрис наклоняется вперёд. - А агент Давид? Губы Гиббса кривятся в усмешке. - Объявляла подозреваемых и МакГи в розыск. - Не зная, что агент МакГи найден? - Нет, она этого не знала. ДиНоззо приказал ей искать МакГи,- скрестив руки на груди, Гиббс стиснул зубы.- Вместо этого она решила связаться с полицией. Харрис возвращается к своим записям. - Понятно. А что случилось потом? - Я встретился с ДиНоззо. Увидев, что я вернулся, Давид подошла,- он вздыхает так тяжело, что его плечи поднимаются.- После отчёта ДиНоззо я отстранил её. - Согласно протоколу,- когда Гиббс пронзает Харриса взглядом, агент внутренних расследований кивает.- Отстранение до официальных результатов расследования. Гиббс наклоняет голову. - Конечно, но она не в команде. Подняв ручку, Харрис открывает рот, чтобы продолжить расспросы. Какая-то часть его хочет знать, почему Гиббс выгнал Зиву из своей команды, не узнав результаты расследования, проведенного отделом внутренних расследований, почему он предпочел бы закончить всё на этом. Пока Харрис не допросит Зиву Давид и Тима МакГи, дело ещё далеко от завершения. Вместо этого он закрывает рот. Специфика динамики этой команды не его работа. Если Гиббс хочет управлять своей вотчиной как властный король, пусть он это делает. Только исход инцидентов и то, следует ли наказывать агентов — или даже увольнять — за их действия — это работа Харриса. Всё остальное, просто это, всё остальное. Харрис кивает. - Верно. И этот ответ приносит ему крошечную, едва заметную вспышку улыбки. Если бы Харрис не знал лучше, он мог бы подумать, что именно так выглядит уважение со стороны Гиббса. Гиббс встаёт со своего места. - Мы закончили,- говорит он. Ещё одно утверждение, а не вопрос. - Не совсем, агент Гиббс,- отвечает Харрис. Гиббс просто стоит там, возвышаясь над Харрисом. Выражение его лица скучающее, как будто их разговор уже отнял у него слишком много времени. - Нам нужно обсудить ещё один вопрос,- пытается Харрис. Никакого движения. - Ладно. Харрис старается не гримасничать. Должно быть, именно об этом Вэнс пытался его предупредить. Нетерпение, гордость и снисходительность, которые делают Гиббса тем, кто он есть, делают его великим. - Агент ДиНоззо выдвинул дополнительные обвинения против агента Давид,- Харрис бросает взгляд в свой блокнот, качая головой. Текущее расследование становилось всё более запутанным.- Как и агенту МакГи. Гиббс смотрит на него. - Я в курсе. - Я пытаюсь определить, если ли в этом утверждении хоть какие-то основания,- Харрис чувствует, как пот выступает у него на лбу.- У него есть основания полагать, что агенты Давид и МакГи отключили подслушивающее устройство во время его тайных операций. Что вы думаете об этом, агент Гиббс? Голова Гиббса откидывается назад, совсем немного. Это единственная трещина в его остальном каменном фасаде. Харрис задаётся, гнев ли это от того, что Тони разговаривал с ним, или это от того, что Харрис знает информацию Гиббса. Вэнс сказал ему, что Гиббс не любит, когда его застают врасплох, но Харрис считает, что это не имеет значения. Когда он говорит, его голос подобен грому. - Вы спрашиваете, доверяю ли я ДиНоззо? Рот Харриса открывается и закрывается, как рыба на суше. Почему-то кажется, что температура в комнате падает на несколько градусов. Волосы на затылке Харриса встают дыбом. На мгновение он не знает, собирается ли Гиббс броситься в атаку или выстрелить в него. Это тот человек, о котором он слышал слухи, человек, чья ярость могла бы соперничать с мифическим богом. Харрис неуверенно отвечает: - Нет, я просто хотел узнать, что вы думаете о… - ДиНоззо — мой старший агент,- говорит Гиббс так, словно это значит всё. Харрис поднимает руку. - Агент Гиббс, я… - Мы закончили,- резко произносит Гиббс. Внезапно он выбегает из конференц-зала, не оглядываясь. Харрис сидит в ошеломленном молчании, которое кажется долгим. Когда Гиббс не ответил на вопрос напрямую, его почти ядерная реакция — это всё, что нужно Харрису. Он думает, что Зива Давид и Тим МакГи могли бы перестать слушать во время одной из тайных операций Тони ДиНоззо. Во что я только что вляпался?