Глава 6

Удивительно, но Зива Давид соглашается на встречу без особой помпы. Шулер Харрис ожидал большей борьбы, больше трудностей, больше чего-то ещё. В конце концов, звонит секретарь Вэнса, чтобы назначить встречу, и Зива говорит, что она будет там до конца дня. Учитывая, что приближается 14:00, её доступность просто впечатляет. Это не должно настораживать Харриса, но его внутреннее предупреждение уже ревёт. Я думаю, это слишком просто. Слишком просто. Когда она, наконец, появляется в течение часа, Харрис не так впечатлен, как, вероятно, должен был бы. С тех пор, как он прибыл, он уже несколько раз прочитал её досье. Оперативник Моссада — скорее всего, она была на мокрой работе, если Харрис читает между строк — из межправительственного агента превратилась в американского федерального агента. Харрису следовало бы знать лучше, но он не понимает, как она могла быть способна на всё, что написано в её досье. Никто не должен быть способен на то, что, по слухам, она совершила. Он встречает её у двери конференц-зала номер три, высоко подняв голову и изо всех сил стараясь не смотреть на него. Она хрупкая и миниатюрная, с грацией танцовщицы. Вблизи она совсем не похожа на то, что ожидал Харрис. Совсем не похожа на закалённого убийцу, чем он знает, что она должна быть. За ней следуют два охранника и высокий худой как жердь мужчина с бледным лицом, глазами и волосами цвета ночи. Он из тех людей, чьи конечности — почти пародия. Всё в нём слишком длинное. Длинная шея, длинные руки, длинные пальцы, длинные ноги. В своём черном костюме он похож на вытянутого гробовщика. Когда она почти вошла в конференц-зал, Харрис делает движение рукой, чтобы закрыть дверь. Мужчина ударяет по ней, открывая её. Пальцы у него даже длиннее, чем Харрис сначала подумал. Взгляд Харриса перескакивает с мужчины на Зиву, а затем на охранников. Один из них пожимает плечами. - Сказал, что он был с ней. Мы подумали, что вы знали о его приходе. Харрис качает головой, его здоровый глаз всё ещё смотрит на мужчину. - Здравствуйте, агент Давид, я агент Харрис из отдела внутренних расследований. Вижу, вы привели представителя своей ассоциации. Глаза Зивы сужаются. - Он не представитель моей ассоциации. Мне не нужна ассоциация. Харрис делает защитный шаг в сторону мужчины, пытаясь определить, кто он такой. - Что происходит, агент Давид?- спрашивает Харрис. Долгое время никто ничего не говорит. Охранники делают шаг к мужчине, но он вытягивает свою длинную руку, чтобы заблокировать их. - Меня зовут Моше Мизрахи,- у него странная, высокопарная манера говорить.- Сегодня я сопровождаю Зиву Давид для вашей дискуссии. - И откуда вы?- интересуется Харрис. - Посольство. Ничто в этом человеке не кричит об американском, и Харрис не может понять, почему Зиве понадобился человек из американского посольство, чтобы сопровождать её в американское федеральное агентство на американской земле. Затем его словно ударило молнией. Моше Мизрахи из израильского посольства. - Я не буду говорить без его присутствия,- как ни в чем не бывало заявляет Зива. И в конце концов, это то, что заставляет Харриса отступить с дороги, чтобы пропустить Зиву и Мизрахи в третий конференц-зал. Он машет охранникам рукой, как бы говоря, что дальше я сам разберусь и отправлю их восвояси. Хотя он мог бы воспользоваться соответствующими каналами, чтобы заставить Зиву выступить в одиночку, он сможет из неё больше информации, если она будет думать, что руководит шоу. Как только они оказываются внутри, Харрис поворачивается к Зиве. - У меня сложилось впечатление, что вы американский гражданин, агент Давид,- говорит он.- Меня убедили, что вы отказались от израильского гражданство, когда вас официально наняли в качестве агента морской полиции. Зива пожимает плечами. - Я ещё не подала документы в Израиль. Когда Харрис переходит к записи, Мирзахи качает головой. - Я не верю, что нас вызвали для иммиграционного статуса агента Давид. Харрис делает мысленную заметку, чтобы продолжить это позже. В этом разговоре он решил не полагаться на свой блокнот. Всё, что может быть воспринято как признак слабости, будет использовано. Зива будет жаждать крови. Это он может сказать из файла. До сих пор он работал над расследованием в одиночку без проблем. Нет, он хотел бы, чтобы его напарник был здесь, чтобы обмениваться идеями. Чтобы был кто-то для второй линии допроса, когда он упускает мелкую деталь. Харрис смотрит на Мизрахи. - Могу ли я увидеть ваши документы, сэр? Для проверки? Мизрахи смотрит на Харриса так, словно готов перерезать ему горло. Но он достаёт потрёпанный израильский паспорт и, судя по всему, служебное удостоверение посольства. Харрис может его прочитать. Думаю, дядя Эзра был прав, когда-нибудь мне пригодятся знания, полученные в еврейской школе. - Вы находите это...- Мизрахи с трудом подбирает нужное слово,- достаточным. - Да, верно,- отвечает Харрис. - Теперь вы скажете нам, зачем нас вызвали,- говорит Мизрахи. Харрис указывает головой на Зиву. - Я здесь, чтобы поговорить с агентом Давид о её участии в событиях, которые привели к нападению на агента МакГи в понедельник. Вы здесь, чтобы наблюдать. Зива полуулыбается, озадаченная. - Вы будете говорить. Я буду слушать. - Это так не работает,- резко отвечает Харрис. Харрис и Зива долго смотрят друг на друга. Ни один из них не хочет моргнуть первым. Харрис может быть любезен с остальными, но это агент, который чуть не убил другого. Он не даст ей никакой свободы действий, потому что это она подлежит увольнению, а не они. Когда Мизрахи кладёт руку на плечо Зивы, она медленно смягчается. Харрис кивает в сторону пары стульев, где он общался с Тони и Гиббсом. Зива опускается на стул, где обычно сидит Харрис. Харрис быстро отодвигает свой блокнот, документы и ноутбук в сторону. Зива пробегает по ним глазами, стараясь собрать как можно больше информации. Там не так уж информации, в основном только названия файлов о работе Тони под прикрытием и досье о нападавших на Тима, но для человека с её опытом этого может быть достаточно. И внезапно у Харриса всё сжимается. Вот почему она пришла. Она здесь не для того, чтобы поговорить, а для того, чтобы установить факты. Как только его документы оказываются вне поля зрения, Харрис садится на место допрашиваемого. Отсюда другой вид, и он не может как следует разглядеть Мизрахи. Он готов ругать себя за то, что упустил что-то важное, за то, что попался в их проклятую ловушку. Он выше этого. Он должен быть выше этого. По какой-то причине он ожидал, что Зива будет придерживаться той же линии, что и все остальные. Сидеть, где ей скажут, отвечать на его вопросы и молиться, чтобы её ответ не оказался неправильным. Я не мог ошибаться сильнее. Харрис, словно защищаясь, прикрывает собой блокнот рукой. Может, он и закрыт, но ему не хочется рисковать, что она может «уронить» его на пол. Он смотрит на Зиву, но она смотрит на него безразличным взглядом. Как хищник, решивший, что его добыча не стоит того, чтобы её есть. - Я буду записывать наш разговор,- сообщает он ей. - Как и должно быть,- Зива опускает голову, подбородок и глаза опущены. Харрис включает записывающее устройство. - Это агент Шулер Харрис, отдел внутренних расследований. Я допрашиваю агента Зиву Давид. Пожалуйста, назовите своё имя. Она закатывает глаза. - Зива Давид. - Спасибо. Агент Давид привела...- Харрис вдруг осознает, что не знает, как назвать Мизрахи, поэтому он решает произнести:-… куратора, который поможет ей в сегодняшнем допросе. Пожалуйста, назовите своё имя, сэр. Мизрахи поджимает губы. Он смотрит прямо в здоровый глаз Харриса, когда тот смотрит в его сторону. Харрис моргает. - Пожалуйста, назовите своё имя, сэр. Когда тишина затягивается, уголок рта Зивы дёргается в ухмылке. Харрису удаётся сдержать клокочущий внутри гнев. Хотя агенты и заигрывают с ним, обычно это не так откровенно. Сейчас, похоже, Мизрахи и Зива наслаждаются этим. Я должен оставаться беспристрастным. Я здесь только для информации. Он делает глубокий вдох. Не позволяй этому задеть тебя, Шулер. Как бы его ни преследовали, улики всегда скажут правду. В конце концов, Харрис получит определённого мужчину — или женщину. Харрис наклоняется к записывающему устройству. - Мне сообщили, что этого зовут Моше Мизрахи, и он из посольства Израиля. Я проверил его документы и подтвердил эту информацию,- когда он смотрит на Мизрахи, тот остаётся бесстрастным.- Я начну допрос агента Давид. - Да. Начнем конный цирк. Харрис хмурится ещё сильнее. Возможно, в этом есть какая-то идиома, но он понятия не имеет. Он решает даже не пытаться. - Ладно. Для справки: вы бывший сотрудник Моссада. Верно, агент Давид? - Да. - Что привело вас в морскую полицию? Это немного нетрадиционно,- он морщится от выбора слов, но продолжает:- для федерального агентства нанимать иностранного агенства. Пожав плечами, она откидываться на спинку стула. - Бывший директор морской полиции считал, что я могу быть полезна агентству. Мой отец хотел улучшить наши отношения с США, включив меня в команду. - Ваш отец?- спрашивает Харрис, наклоняя голову. Зива кивает. - Директор Моссада Давид — мой отец. Харрису с трудом удаётся скрыть кашель. Он читал её досье, но, должно быть, каким-то образом пропустил эту крошечную, но шокирующе важную деталь. Мизрахи бросает на него злобный взгляд. Харрис прочищает горло. - Ладно. И вам было поручено связаться с Моссадом? - Только та информация, которая была одобрена директором Шепард,- Зива протягивает руки, указывая на материалы дела.- Всё, чем я обменивалась со своими кураторами, проходило через её офис и было одобрено ею. Я никогда не представляла ничего санкционированного. Харрис отчаянно хочет записывать в блокнот. Есть что-то странное в общении между федеральным и иностранным разведывательным агентствами через исполняющего обязанности директора. Услышать об этом так же буднично, как о походе в продуктовый магазин — это просто шокирует. Как бы Харрис ни хотел начать копать, он решает пока остановиться, потому что мог бы потратить на эти вопросы несколько дней. Хотя он мог бы расспросить о директоре Шепард, её деятельности и её мотивах, она скончалась несколько лет назад, и ничего из этого вопроса не выйдет. Он не может ни подтвердить, ни опровергнуть ни одно из утверждений Зивы. Харрис крепче прижимает руку к блокноту. - Ещё один вопрос о вашей причастности к Моссаду, агент Давид. Вы завершили свои переговоры с ними? Зива вздёргивает подбородок. - Я перестала предоставлять информацию, когда меня наняли в качестве агента. По-моему, это было полгода назад. После того, как я вернулась из Федеральной полицейской академии. Когда Харрис оглядывается на Мизрахи, тот ничем себя не выдаёт. Он просто стоит, словно гробовщик на похоронах. В их присутствии Харрис начинает подозревать, что его пытаются допросить. Пытаются выяснить, что именно ему известно. Харрис встречается взглядом с Зивой. Глаза у неё тёмные, как уголь, и беспощадные. - А теперь,- говорит Харрис,- мы обсудим день, когда на агента Тима МакГи было совершено нападение. Зива пожимает плечами, но молчит. Когда Харрис указывает на записывающее устройство, лицо Зивы сжимается, словно она съела лимон. - Это будет приемлемо,- отвечает она. - Можете ли вы рассказать мне своими словами, что произошло в тот день?- интересуется он. Зива переминается с ноги на ногу. - МакГи был в офисе под прикрытием. Мы с Тони остались в машине. - И вы с агентом ДиНоззо следили за ситуацией? - Да, МакГи использовал подслушивающее устройство,- она указывает на грудь.- Полагаю, вы называете это прослушивающим устройством? Мы с Тони отслеживали его переговоры с подозреваемыми. Если он считал, что кто-то больше не является подозреваемым, мы должны были вычеркнуть его из списка,- откинувшись на спинку стула, она скрестила руки.- Это было написано на бумаге. Харрис берёт ручку, щёлкает ею. Желание начать записывать не покидает его. Фантомный зуд, от которого он никак не может избавиться. - Вы имеете в виду книгу?- спрашивает он. - Помидор, картофель,- говорит она. Харрис решает оставить это в покое. - Какие события привели к нападению на агента МакГи? Зива долго молчит. К её чести, она не смотрит на Мизрахи. Она не отрывает взгляда от Харриса. Он видел достаточно виновных людей, которые пытаются решить, как им солгать, чтобы понять, что он поймал её на этом. Ему не хочется признавать, что всё, что она собирается сказать, будет хорошим. - Агент ДиНоззо вышел из машины, чтобы размять ноги, а я продолжила следить за устройством,- Харрис теперь смотрит на неё более пристально, но она даже не вздрагивает.- Устройство вышло из строя, пока его не было в машине. Я пыталась его починить, но… Харрис наклоняется вперёд. - Устройство выключено? Зива пожимает плечами. - Иногда такое случается. Это не самый надёжный вариант. У Харриса подпрыгивает бровь. - Вы когда-нибудь сообщали о технических трудностях? - Я упоминала об этом в своих отчетах, но обычно Тони работает под прикрытием, а МакГи остаётся со мной в машине. Он довольно хорошо умеет справляться с устройством. - Вы имеете в виду устранение неполадок? - Это значит ремонтировать, да? Харрис кивает. - Верно. - Тогда да. Именно этим и занимается МакГи. Устраняет неполадки,- она запинается на этом слове. Харрис вертит ручку в руках. - Итак, устройство отключилось. Кто его чинил в тот день? Зива задумчиво смотрит на Харриса, вертящего ручку в руке. Он останавливается. - Тони,- говорит Зива.- Вернувшись к машине, он придумал, как вернуть его в рабочее состояние. Харрис кивает. - Куда направился агент ДиНоззо после того, как вышел из машины? Зива пожимает плечами. - Не знаю. Он вернулся только через минут. Когда Харрис смотрит на Зиву, она всё ещё удерживает его взгляд. Её тело расслаблено, черты лица непринуждённы. Харрис стискивает челюсти, сглатывая комок в горле. - Итак, агент ДиНоззо просто ушел,- говорит он.- В разгар тайной операции. Зива поднимает подбородок. - Да, именно это и произошло. - Что произошло после того, как вы получили сигнал бедствия от агента МакГи?- спрашивает Харрис. - Мы с Тони вошли в здание, чтобы найти МакГи, но не нашли его,- в её глазах таится лёгкая грусть, почти раскаяние.- Я решила отправить запрос в столичную полицию, пока Тони обыскивал здание в поисках МакГи. Харрису не нужно обладать чутьем следователя, чтобы понять, что Зива, вероятно, лжёт, но он всё равно продолжает задавать вопросы. Чем больше информации он соберёт, тем лучше он сможет раскрыть правду. - Хорошо,- произносит он с привычной лёгкостью.- Расскажите мне подробнее о неисправности устройства. Зива отводит взгляд. - Это уже случалось раньше. Пока Тони работал под прикрытием, устройство несколько раз переставало работать. Как я уже говорила, МакГи починил устройство. - Вы сообщили об этом? Она моргает, глядя на него. - Я написала это в отчёте. Это было неправильно? Лицо Харриса скривилось. Зива так долго проработала в команде Гиббса, что должна была знать протокол обращения с неисправным оборудованием. Она должна была сообщить об этом своему начальству — Тони и Гиббсу — прежде чем заполнить соответствующие формы — LQ-89180 и NE-28178 — и передать его в отдел для улик для немедленного ремонта или утилизации. - Вы выключили подслушивающее устройство?- прямо спрашивает Харрис. Мизрахи прочищает горло. - Это не… Зива поднимает руку, чтобы успокоить его. Он снова играет в гробовщика в углу, но Харрис не совсем понимает, чьи это похороны. Она задумалась на несколько мгновений. - Это Тони выдвинул обвинение, да? Харрис молчит. - Тони меня не очень-то любит,- говорит она.- Это не секрет. - Я разберусь,- обещает Харрис.- Но вы уверены, что не выключили микрофон? Даже, может быть, случайно? Несмотря на то, что у неё есть выход, она качает головой. - Я его не выключала. В этом я совершенно уверена. - Вы уверены?- снова спрашивает Харрис. Зива шевелит челюстью. - Я бы не стала рисковать своей карьерой в морской полиции или… Когда Мизрахи прочищает горло, Зива замолкает. Наклонившись, он шепчет что-то на ухо Зиве. Почти мгновенно её лицо расслабляется, и на лице появляется лёгкая и привлекательная улыбка. Она выглядит точь-в-точь как Мона Лиза, и Харрис гадает, что же она скрывает. - Боюсь, нам придётся остановиться здесь,- говорит она. - У меня есть ещё вопросы,- протестует Харрис. Она пожимает плечами. - И, возможно, я отвечу на них в другой раз. Прежде чем Харрис успел попросить её остаться, она встала со стула. Они ушли с Мизрахи, даже не попрощавшись. Харрис отпустил их, потому что, даже если он прикажет им остаться, она уже сказала ему, что больше не будет отвечать на вопросы. Он должен был сказать что-то, чтобы заставить её остаться. Он предупредил её о последствиях, если выдвинутые против неё обвинения окажутся правдой. Он сказал ей, что она должна отвечать на его вопросы, пока он не будет доволен её ответами. Он сообщил ей о предстоящем увольнении. Я не думаю, что она говорит правду, но я должен посмотреть ей в лицо. Глядя на стопку своих папок, он хмурится, думая о том, что она могла там почерпнуть. Он не может точно знать, что она видела. Должно быть, эти были только названия дел, но для такой, как Зива, этого может быть более чем достаточно. Он хочет себя упрекнуть, но он думал, что она будет как все. Сосредоточена на спасении собственной шкуры, а не на работе под другим углом. Харрис начинает записывать свои заметки в блокнот, пытаясь точно вспомнить, что было сказано. Убедившись, он выходит из конференц-зала и запирает за собой дверь. Он сомневается, что кто-то прокрадется внутрь, чтобы прочитать его записи, но не любит рисковать. Он не знает, чем всё закончится, но не может оступиться, когда ставки так высоки. От исхода этого дела зависят три агента с некогда блестящим будущим. Никакого давления, Шулер. Абсолютно никакого. Харрис направляется к кабинету директора. По пути он проходит мимо рабочего места агента Гиббса. Хотя он и не ищет Гиббса, он чувствует его гневный взгляд на затылке. Знание того, что Гиббс был снайпером морской пехоты, ещё больше усугубляет ситуацию. Сейчас Гиббс, вероятно, представляет, как голова Харриса взрывается в клубах розового тумана. Харрис, не сбавляя шага, поднимается по лестнице. Он проходит мимо секретарши директора, которая многозначительно кивает ему. - Он ожидает вас,- сообщает она. - Спасибо,- отвечает он. Харрис открывает дверь и видит Леона Вэнса, стоящего за своим столом. Вэнс стоит спиной к Харрису, сцепив руки за спиной и не отрывая взгляда от фотографии бойца на спине. Харрис подходит, но держится на расстоянии. Уступчивый, но настороженный. - Директор Вэнс,- произносит он. - Агент Харрис,- Вэнс оборачивается, держа руки за спиной.- Не могли бы вы рассказать о ходе вашего расследования? Я слышал, вам удалось уговорить агента Давид присоединиться к вам. Харрис поджимает губы. - Да, но она не была слишком откровенна с информацией. Она утверждает, что устройство вышло из строя, сэр. Она также сказала, что агент ДиНоззо вышел на прогулку во время тайной операции агента МакГи. Вэнс кривится: - А агент ДиНоззо? - Он утверждает, что она выключила устройство и заперла его снаружи машины. Тяжело выдохнув, Вэнс устало опускается в кресло. - Вы хотите сказать, что кто-то лжет. Хотя Харрису не хочется этого говорить, он ловит себя на мысли, что кивает. Ложь — это слово с подтекстом, и он предпочитает не употреблять его, если только оно не слишком очевидно. Он хочет сказать, что это Зива. Чёрт возьми, ему следовало бы сказать, что это Зива, но без доказательств он пока не может этого доказать. И, следовательно, он не может рекомендовать устранение агента, пока у него нет доказательств. Его работа — играть роль судьи, присяжных и палача. Он отказывается относиться к этой власти легкомысленно и давать рекомендации без неопровержимых доказательств. - Сначала мне нужно поговорить с агентом МакГи,- говорит Харрис.- Он должен выяснить, давало ли устройство сбои в прошлом. Мне так же нужно посмотреть записи тайных операций ДиНоззо. В частности те, где связь между подслушивающим устройством и микрофоном прерывалась. Вэнс вздёрнул подбородок. - Всё, что нужно, в вашем распоряжении. - Спасибо. - Мне было бы интересно услышать ваше мнение, агент Харрис,- Вэнс не отрывает взгляда от лица Харриса.- Не могли бы вы рассказать, что, по-вашему мнению, здесь происходит? Харрис натянуто криво улыбается. Если тут и есть что сказать, то он не может. Он знает, что думает, но расследование — не место для его мыслей и чувств. Здесь нужны улики, доказательства и холодные, неопровержимые факты. Вэнс осторожно кивает, прежде чем повернуться и посмотреть на фотографию бойца. - Знаете, великий Мохаммед Али однажды сказал: «Молчание — золото, когда не можешь придумать хороший ответ». - Эти слова, которыми стоит руководствоваться, сэр,- отвечает Харрис. - Думаю, мне не нужно напоминать вам о важности этого расследования. Мне нужно, чтобы вы докопались до сути. Харрис встречается взглядом с Вэнсом. - Я доберусь туда и продолжу копать.