Глава 10

Тони должен был наслаждаться ленивым воскресеньем, но он уже пообещал своей пожилой соседке, миссис Гастингс, что присмотрит за её внучкой, которая приехала в гости, несколько часов. Пока соседка будет играть в свой еженедельный техасский холдем, Тони будет следить за тем, чтобы её внучка Саша не попадала в неприятности. Он дал это обещание, даже не видя её, несколько недель назад. Судя по тому, как соседка рассказывала о своей внучке, он ожидал, что Саша — подросток, совершенно не разбирающийся в личной гигиене. Когда Саша постучала в его дверь, Тони пришлось трижды спросить, как её зовут. Эта миниатюрная женщина примерно его возраста с тёмно-рыжими волосами и манящими глазами, облачённая в форму чирлидерши. И что ещё лучше, она не местная. Она даже не живёт на Восточном побережье. На следующей неделе она сядет на самолёт и улетит обратно в Джуно, Сан-Диего, Фарго или откуда бы она ни была. В общем, она — идеальное отвлечение. Тони решил, что ему придётся перезвонить миссис Гастингс после того, как она обманула всех своих друзей из дома престарелых. Вместо этого он связался с Бэрроузом, который посоветовал Тони насладиться выходным и перестать звонить. Перестать думать о работе, сказал Бэрроуз, и наслаждайся выходным. Он пытается. Тони стоит на своей кухней, потягивая красное вино и наблюдая, как Саша профессионально справляется со своими делами. На ней старый фартук его бабушки — красно-белый клетчатый, который он никогда не носит, но хранит из ностальгии — поверх облегающего платья. Конечно же, основная работа мисс Идеальная — личный повар знаменитости. - Знаешь, Тони,- говорит Саша — у неё такой милый акцент, что Тони не может понять о чём она.- Тебе стоит запастись основными продуктами. Я не могу постоянно бегать в квартиру Яи. Это отнимает у нас время. То, как она произносит это слово, заставляет его представить, что они будут делать позже. Он делает глоток красного вина. Оно сразу же ударяет ему в голову, опьяняя его предвкушением. - Что я упускаю на этот раз?- спрашивает он. - Ваниль,- её губы растянулись в безупречную улыбку.- Как можно не любить ваниль? Он делает ещё глоток вина. - Я не очень-то умею печь. Она склоняет голову в сторону его кухни: - Ну, ты не можешь быть в поваром, потому что у тебя пустой холодильник. - Я больше люблю поесть,- говорит он, пожимая плечами. Отступив на шаг от стойки, она позволяет себе в полной мере оценить его. Её взгляд скользит по его телу, словно она уже представляет, что скрывается под его джинсами и свитером. Заметив, как пристально она его рассматривает, Тони протягивает руки. Затем он делает резкий пируэт. Он замирает на мгновение, чтобы дать ей возможность полюбоваться его спиной. Повернувшись, он улыбается ей. Саша смеётся, хриплым, гортанным смехом, но в её глазах играет похоть. - Ты и не похож на человека, который много ест,- говорит Саша. Его взгляд темнеет. - Тогда как же я выгляжу? Задав этот вопрос, она слегка приподнимает брови, принимая комичную дугу. Она прикусывает нижнюю губу. Тони не помнит, когда в последний раз так сильно кого-то желал. Он улыбается ей, его намерения ясны. Она качает головой. - Сначала печенье. А как иначе мы будем развлекаться, пока оно печётся? - На это потребуется больше времени,- говорит он. Одна бровь поднимается ещё выше, а уголок рта растягивается в усмешке. - Ты выглядишь очень уверенно,- её усмешка становится шире.- Посмотрим. - Может, стоит позволить мне показать тебе?- предлагает он. - Тебе придётся показать мне это позже,- её улыбка чуть не убила его.- Но я сомневаюсь. И Тони никогда в жизни так сильно не хотел доказать кому-либо, что он не прав. Его тело реагирует так, как и должно, так, как и было задумано. Разберётся с этим позже. Он подкрепляет это ещё глотком вина, чтобы выиграть себе немного времени. Он пытается вспомнить, как его бабушка пекла печенье. Ваниль всегда была где-то в конце, верно? О Боже, я надеюсь, что так и будет. Саша тянет за завязки фартука, словно снимает одежду. Это происходит так медленно и мучительно, что Тони чуть не ломает ножку своего бокала. Она осторожно и аккуратно отодвигает его в сторону, Тони хочет наброситься на неё прямо здесь и сейчас. Но это игра, соблазнительная и постепенная, чтобы посмотреть, кто из них первым сломается. Он улыбается ей. Она пристально смотрит ему в глаза. Он не заметил, что у неё карие глаза. Если это её представление о прелюдии, я с удовольствием подыграю. - Сначала ваниль и печенье,- говорит она.- А потом… - В итоге у нас просто сгоревшие печенья. - Полагаю, нам придётся посмотреть, сколько времени это займёт. Когда голос Саши затихает, от неподдельного предвкушения у Тони встают все волосы на теле. Словно у него внезапно пробежали мурашки по коже. Она проводит рукой по его руке, задерживая пальцы на секунду дольше, чем нужно. Её прикосновение обжигает. Когда она наклоняет к его лицу, её губы задерживаются на месте рядом с его ухом. Она меня сейчас же выведет из себя. Прямо сейчас. - Я сейчас вернусь,- обещает она. И с этими словами она выскальзывает из кухни. Её каблуки цокают по деревянному полу. Её пальца оставили следы на его коже, неизгладимое тепло, которое не покинет его. Он хочет, чтобы это покрыло всё его тело. Прямо, чёрт возьми, сейчас. Тони допивает остатки вина и снова наполняет бокал. Саша отсутствовала всего несколько минут, когда раздался звонок в дверь. Тони усмехнулся про себя. Возможно, она просто вошла, потому что он оставил дверь незапертой. Может, это очередная игра. Может, какая-то странная игра, чтобы ещё больше настроиться на нужный лад. Если сегодня всё будет так же, Тони, возможно, спросит её, когда она снова приедет в город. Тони, направляясь к двери, берёт с собой бокал вина. Распахнув дверь, он широко улыбается. Он почти смеётся, полон энергии и радости. Он начинает: - Почему мы не… Остатки слов застревают у него на языке, когда он замечает мужчину на пороге. Тони мгновенно возвращается на землю. - МакГи?- спрашивает он. И Тим МакГи выглядит настолько не так, как Тони ожидал, что он отшатывается. На Тиме синие джинсы и потрёпанная толстовка с капюшоном и надписью MIT на нём. Его волосы растрёпаны, а тёмные мешки под глазами свисают на лицо. Синяк на правой стороне его лица зажил и приобрёл тускло-зелёный оттенок. Он выглядит так, будто не спал несколько дней. Он выглядит ужасно. Тони понятия не имеет, что сказать, поэтому ограничивается: - Привет. - Привет,- повторяет Тим в ответ. Судя по тому, как Тим моргает, он, похоже, не ожидал оказаться здесь. Тони просто смотрит в ответ, пока не понимает, что Тим, возможно, захочет войти внутрь. Тони не хочет, чтобы тот заходил. - Почему ты здесь?- внезапно спрашивает Тони. Как только слова произнесены, Тони тут же пожалел о них. Они прозвучали гораздо резче, чем он хотел. - Ты в порядке?- интересуется Тони. Тим качает головой. - Не совсем. Тони, сжав губы, как бы приглашает Тима войти. Тим, сжав челюсти, кивает и направляется к двери. Они оба проходят в гостиную. Пока Тим внимательно осматривает квартиру Тони, мужчина постарше пьёт вино. Тишина между ними словно пальцы медленно обволакивают их, заставляя задыхаться. Тим заговорил первым. - Что случилось? - Когда?- спрашивает Тони, наклоняя голову. - Когда я работал под прикрытием,- говорит Тим.- Я позвал на помощь, а ты… ты так и не пришёл. Ты и Зива должны были быть там. Я был один. Робинс и его друг напали на меня. Я даже не понимал, что происходит, пока не очнулся в больнице. Тим наверняка уже знает, что произошло. Кто-то, вероятно, Гиббс, уже подробно рассказал ему обо всём. Или он читал отчёт Тони за день до инцидента. Вероятно, он всё ещё хочет услышать из первых уст. Прямо от Тони. Если бы это случилось именно с ним, Тони поступил бы именно так. Тим стоял спиной к Тони. Он держит руку на рояле Тони, другую — на травмированной стороне его головы. Тони чувствует себя неловко, разговаривая со спиной своего напарника — возможно, бывшего напарника, он ещё не знает. Раньше он смотрел Тиму в глаза. Это не должно было бы смущать Тони, но смущает. - Зива отключила подслушивающее устройство,- Тони пересказывает эти слова так, словно разговаривает с Харрисом. Отстранёно, безэмоционально и бесстрастно.- Когда я снова включил микрофон, я услышал, как ты позвал подкрепление. Я пришёл так быстро, как только мог, МакГи. Я нашел тебя в мусорном контейнере. Это заставляет Тима резко обернуться. Судя по выражению лица Тима, он не знал об этой детали. Его брови нахмурены, глаза широко раскрыты, а голова наклонена. - Я ждал с тобой, пока не приехала скорая помощь,- продолжает Тони.- Я помогал парамедикам вытащить тебя. Похоже я приехал с Гиббсом. В больницу. Ты разве не помнишь? - Конечно,- Тим говорит так, будто не согласен. Он просто смотрит на Тони, и в его глазах постепенно появляется пустое, обеспокоенное выражение. Это не должно так трогать сердце Тони. Как бы он ни ненавидел признавать, у Тони есть слабость к Тиму. К человеку, которого он обучил, превратив неуклюжего новичка, который не мог найти пулю даже в собственном оружии, в способного и уверенного в себе агента, каким он является сейчас. Или агента, которым он мог бы стать… если бы не разрушил свою карьеру. - Как это вообще произошло?- спрашивает Тим. - Работа под прикрытием — это риск, на который мы идём,- объясняет Тони.- В любой момент тебя могут скомпрометировать. Твоё прикрытие раскрыто. Ты можешь получить травму или что-то ещё хуже. - Я знаю,- Тим глубоко и долго вздыхает.- Просто… я вернулся с больничного, и вдруг Зиву отстранили. Нас с тобой перевели на другие должности. Гиббс даже не смотрит на меня. А ещё этот жуткий сотрудник отдела внутренних расследований постоянно задаёт мне вопросы, как будто я что-то сделал. Завтра я должен снова поговорить с ним вместе с представителем моей ассоциации. Поджав губы, Тони ставит бокал с вином на прикроватный столик. - Ты должен знать, о чём речь. Тим замирает, рот открыт, плечи сутулятся. Он потирает затылок. Его взгляд прикован к книжным полкам, заставленными DVD-дисками. Равнодушие Тима разжигает огонь внутри Тони. - Нужно было понимать, что рано или поздно они об этом узнают,- говорит Тони. На лице Тима отразилось замешательство. - Узнать именно что? - Пренебрежение служебными обязанностями, МакГи. Ты и меня оставил в неведении. Тони произносит это так же просто, как будто зачитывает заказ в продуктовом магазине. Он должен быть более возмущен, более расстроен, но говорит это со странным чувством отстранённости. Как будто он полностью ожидал, что это произойдёт. Сами слова гораздо хуже. Тим вздрагивает, словно в него выстрерили. Шок отдаётся в его открытом лице. Он сжимает кулаки и поворачивается, чтобы уделить Тони всё своё внимание. - О чём ты вообще говоришь, Тони?- спрашивает он. - Когда Зива отключила микрофон, пока ты работал по прикрытием, она сказала, что это не в первый раз. Мы с МакГи иногда так делаем. Тони должен быть злее, чем он есть. Вместо этого он чувствует себя странно потерянным в данный момент. В глазах Тима мелькает проблеск, крупица узнавания. Он не может его подавить, поэтому поворачивается к книжным полкам. Свободная рука Тони сжимается в кулак. - Ты его выключил?- спрашивает Тони. Тим пошатывается назад, спотыкаясь, и врезается в пианино Тони так сильно, что струны начинают дребезжать. Тони не знал, чего ожидать, но не думал, что Тим будет вести себя так виновато. Тони расправляет плечи, выпрямляется во весь рост. Теперь, когда он произнёс это вслух, он хочет послушать ответы. - Ты это сделал, Тим?- голос Тони становится громче.- Ты перестал слушать, когда я был под прикрытием? Мне всё равно, лжешь ты внутренним расследованиям, но я хочу, чтобы ты сказал мне правду. Когда Тим снова оглядывается, его глаза стеклянные. - Не могу поверить, что ты мог так подумать, будто я способен на такое. Ты же мой напарник,- затем он добавляет почти шёпотом:- Ты мой друг. Неужели ты думаешь, что я могу поступить так с тобой? - Я уже не знаю, что и думать,- честно говорит Тони. - Ты мой напарник,- повторяет Тим. - Ответь на чёртов вопрос!- кричит Тони. На израненном, измученном и уязвлённом лице Тима мелькают сильные эмоции. Он пытается отогнать их, но они застревают там, словно кровоточащая зияющая рана. - Я никогда не переставал слушать,- голос Тима звучит как детский. - Но Зива сказала… - Зива сказала. Зива сказала!- лицо Тима искажается от гнева, и он вскидывает руки.- Как ты мог поверить Зиве, а не мне?! Я столько раз доверял тебе свою жизнь. Очень много раз. Я всегда был за твоей спиной, Тони. Я даже последовал за тобой в Сомали, когда у тебя не было плана. - Конечно, у меня был план,- парирует Тони. - План «Заставить злодеев отвезти нас к Зиве» не был настоящим планом! Тони вскидывает руки. - Никто тебя не приглашал, МакГи! - Мне пришлось, Тони,- плечи Тима вздрагивают, он тяжело дышит.- Мне пришлось. Единственное, что ты научился говорить по-арабски, это: «Твоя мама как велосипед. Каждый прокатится». Ты бы погиб. - Со мной бы всё было в порядке,- когда Тим пристально смотрит на него, Тони смягчается.- Может быть, ты прав… может быть, я рад, что ты прикрыл меня сзади. Тим полукивает. - Я доверял тебе настолько, что отправился в Сомали с террористами без всякого плана, потому что ты мой напарник. Я доверил тебе свою жизнь. Как ты можешь мне сейчас не доверять? По тому, как Тим наклоняет голову, кажется, он ждёт ответа. Всё, что может сделать Тони, это стоять, словно его ударили. Моргает, широко раскрыв глаза, запрокинув голову назад и опустив руки вдоль тела. Когда Тони ничего не говорит, Тим поджимает губы и прижимает руки к груди. Его плечи вздымаются. Воцарившаяся вокруг них тишина была такой странной, затянутой и неправильной, словно что-то оборвалось между ними. Словно то, что у них было раньше, изменилось и, возможно, никогда не изменится. Внезапно входная дверь Тони распахивается. Саша, пошатываясь, входит обратно, держа в одной руке ванильного сиропа, а в другой — небольшую дорожную сумку. На её лице отображается замешательство, а взгляд мечется между мужчинами. Тони совершенно забыл о ней. На её лице расплылась удивлённая улыбка. - Я, что, мешаю? Тим уже направился к двери. - Нет, я как раз уходил. Тони начинает: - МакГи… Он качает головой, вскидывая руку через плечо и уходя. - Приятного свидания, Тони.