Part: Three

С тех пор как я перевелась сюда, Чонгук, словно проклятье, преследовал меня буквально везде: на парах, на всех университетских мероприятиях, выставках и даже каких-то мелких вечеринках, которые устраивали другие студенты. Но самой вишенкой на этом торте стал поход с Наён в какой-то маленький бар на окраине, после того как мы старательно, около трёх часов, выбирали с ней наряд, чтобы туда пойти. И, пожалуй, мне стоило догадаться о том, что там тоже будет Чон, но я, видимо, пропустила эту информацию, пока пребывала в собственных терзаниях. Бар был забит под завязку в основном девчонками различных возрастов, но большинство из них были, конечно, студентками нашего универа. Мы с Наён пришли сильно заранее, потому что ей безумно хотелось пробиться поближе к сцене. И хотя я не разделяла такой большой любви к живой музыке, всё-таки согласилась на её авантюру. — Напомни, как зовут этих ребят? — пыталась докричаться я до подруги сквозь музыку, которая играла на фоне. — Найт Флэйм, — ответила Наён, а я под визги собравшейся толпы взглянула на одного из парней, который в этот момент как раз выходил на сцену, держа в руках расписанную цветными маркерами или красками электрогитару. Высокий и очень привлекательный брюнет, на котором был самый настоящий рокерский прикид, состоящий из косухи и рваных джинс прямиком из девяностых, показал собравшимся жест «козы» прямо под стать металлистам из прошлых десятилетий, пока их фанатки издавали просто дичайшие звуки от восторга. После него на сцену вышел парень со светлыми волосами в подобном одеянии, и только сейчас я заметила, что помимо броских нарядов у обоих парней были подведены глаза чёрной подводкой. Мне казалось, что это давно вышло из моды, но, похоже, не для этих ребят. После них под ещё большие овации вышел, конечно же, не кто иной, как Чонгук. Я практически закатила глаза от комичности ситуации. Или я всё пропустила мимо ушей или Наён умышленно не сказала мне о том, что Чон выступает в этой группе, когда предлагала на них пойти. Хотя мне стоило догадаться, после его фокуса с гитарой на вечеринке. В тот момент у меня возникло ощущение, что я участвую в каком-то тщательно спланированном реалити-шоу, где Чонгук играет роль сталкера, а я — его невольная жертва. Потому что я не знала, как объяснить то, что мы так часто с ним сталкивались. Но потом я поняла. Вселенная просто была против меня. В это время Чонгук, одетый в черную кожаную куртку, обтягивающую белую майку и узкие брюки, ухмыльнулся толпе, прежде чем взять микрофон в руки. Он явно наслаждался вниманием, и, честно говоря, ему это шло. Первые аккорды разрезали воздух, а бар заполнился мощным звуком гитар. Чон начал петь, и его голос оказался на удивление сильным и мелодичным. Песня была ритмичной и запоминающейся, и даже я, не фанат живой музыки, невольно начала пристукивать ногой в такт. Вокруг меня девчонки визжали от восторга и подпевали заученной песне, а я почувствовала себя немного не в своей тарелке. Я бросила взгляд на Наён, которая, казалось, находилась в трансе, не отрывая глаз от Чонгука. Она подпевала каждому слову, танцевала и вообще была на седьмом небе от счастья. В какой-то момент наши взгляды встретились, после чего она наклонилась к моему уху, и попробовала что-то произнести, пытаясь перекрикнуть громкую музыку: — Я же говорила, что будет круто! Я лишь закатила глаза в ответ. Кажется, она знала об участии Чонгука в группе и намеренно скрыла это от меня. В основном парни исполняли популярные рок-хиты последних десятилетий, но в их репертуаре были и авторские песни, что звучали особенно круто. И несмотря на то, что мне не нравился такой стиль в музыке, а ещё мне приходилось ловить мимолётные взгляды Чонгука на себе, я всё же немного, но смогла насладиться их концертом. В любом случае все собравшиеся девчонки, кроме меня, конечно же, были в восторге, даже если бы ребята просто весь вечер травили в микрофон тупые шутки. Многие здесь были явно не ради музыки, да и я не была слепой, чтобы признать, несмотря на мою обиду, что даже Чон выглядел в этом рокерском амплуа просто потрясающе, как и остальные ребята из его группы. Я не сразу обратила внимание, но в углу сцены был ещё и клавишник, чьи волосы были окрашены в мятно-зелёный цвет. Он, в отличие от этой троицы, не стремился поучаствовать в конкурсе «кто соберёт самое большое количество номеров телефонов цыпочек» после выступления, хотя и у него тоже были фанатки. Но больше всего внимания, конечно, доставалось Чонгуку. К нему девушки после выступления готовы были отстоять часовую очередь, а может быть, и больше, лишь бы запечатлеть на какой-нибудь из своих частей тела, чаще всего груди, шедевр в виде его росписи чёрным маркером. Пока я дожидалась подругу у барной стойки, до меня донеслись обрывки разговора о том, что кто-то даже хотел сделать себе татуировку, чтобы запечатлеть эту надпись навсегда. Мне от этой информации резко стало не по себе, и я, предупредив Наён, решила выйти, чтобы проветриться и хотя бы на секунду перестать думать о бывшем лучшем друге, который, как мне бы ни хотелось это признавать, был мне небезразличен. Я вышла на улицу и вдохнула прохладный ночной воздух, пытаясь хоть немного успокоиться. Наклонив голову, я прижала прохладные ладони к лицу, пытаясь собраться с мыслями. — Настолько не понравилось выступление или тебе плохо? — послышалось позади, когда дверь в бар с ужасным скрипом отварилась, а я чуть не взвизгнула от испуга. Им точно нужно смазать петли. — Боже, зачем так пугать… — выпалила я как на духу и только сейчас обратила внимание на парня, который теперь стоял рядом со мной и хотел сделать затяжку уже прикуренной сигаретой. Блондин, который буквально десять минут назад прыгал по сцене под оглушающую музыку, сейчас выглядел совершенно иначе. От прежнего образа осталась только подводка. Но, возможно, это был его постоянный стиль, поэтому он не смыл сценический макияж. Я бы уже ничему не удивилась. — Вообще-то меня зовут иначе, но для тебя я готов побыть кем угодно, — с долей ехидства хихикнул он. Я недовольно хмыкнула на его комментарий. — И сколько раз срабатывал этот тупой подкат? Может, придумаешь что-то пооригинальнее? — практически выплюнула я незнакомцу в лицо, убирая руки с перил и собираясь пойти и отыскать Наён, чтобы отправиться домой. Парень осторожно успел перехватить меня за руку и взглянул так, словно он в чём-то провинился. — Прости, пожалуйста, я не хотел, чтобы это так выглядело. Просто я не очень-то хорош в общении с девушками, в отличие от некоторых. Может, попробуем ещё раз? Я — Пак Чимин, студент четвёртого курса по классу танцы. В свободное от учёбы и подработки время я люблю перебирать струны и зажигать с ребятами из нашей группы. На фразе «некоторых» я почему-то сразу подумала о Чонгуке, но парень прервал мои мысли. — Так что скажешь? — Слушай… Я просто жду подругу и не ищу никого… — скомкано бросила я, потому что не была готова к новым знакомствам, тем более с парнем. Между прочим, очень симпатичным. — Ты же учишься с Чоном в одной группе, если я не ошибаюсь? — не сдавался Чимин. — Да, но это никак не отменяет того факта, что я не ищу новых друзей. — Не будь букой, я всё равно узнаю, как тебя зовут, ну же. Не знаю почему, но этот блондин, наверное, первый парень за долгое время, который поймал меня в сети своим обаянием. — Ли Ён Джу, но это по-прежнему ничего не значит. — Мне и этого достаточно, — улыбнулся Чимин, а мне стало немного неловко, но парень напротив явно не собирался сдаваться. — Ён Джу… Красивое имя, как и ты сама… — прошептал он, глядя мне прямо в глаза, наклонившись чуть ближе. От его слов по моей коже пробежали мурашки, и я невольно опустила взгляд. — Перестань… — пробормотала я, чувствуя, как щёки начинают предательски краснеть. Чимин усмехнулся, но отступил на шаг, давая мне немного личного пространства. — Ладно, ладно, больше не буду. Просто хотел сделать тебе комплимент, и если ты не против, то составить компанию, пока ты ждёшь подругу. Я пожала плечами, не зная, что ответить. Какая-то крохотная часть меня хотела убежать как можно дальше от этого настойчивого, но чертовски обаятельного парня, а другая часть — остаться и узнать его получше. — Как тебе выступление? — спросил Чимин, пытаясь разрядить обстановку, затушив почти догоревшую сигарету об обшарапнные перила. — Я знаю, что это не самый интеллектуальный вид искусства, но мы стараемся. — Было неплохо, — призналась я. — Я не большой фанат такого жанра, но в вашей музыке определенно есть драйв. — Значит, дашь нам ещё один шанс? — подмигнул Чимин. — Может, даже придешь на наше следующее выступление? Я улыбнулась, понимая, что он не собирался сдаваться. — Может быть, но ничего не обещаю.

***

Мы болтали с Чимином обо всём и ни о чём, не замечая времени, пока я ожидала Наён. Наверное, последний раз я так болтала только с Чонгуком, но после того как мы перестали дружить, я боялась кому-то доверять, даже девчонкам. Поэтому Наён, пожалуй, первая подруга, которая появилась у меня за это долгое время после Чона, а теперь и Чимин стал человеком, с которым мне было достаточно комфортно, чтобы хотя бы просто начать общаться. Но когда в разговоре речь зашла о Чонгуке, я резко стушевалась, потому что не хотела вспоминать прошлое, которое нас связывало. — Дай угадаю, этот засранец — твоя первая любовь? — Что-то вроде того… Он что-то говорил обо мне? — зачем-то выпалила я такую информацию практически первому встречному, который, как некстати, был знаком с Чонгуком. — Ну как говорил, цитирую: «Мы раньше дружили с одной девушкой, потом я крупно облажался, а теперь она не хочет меня видеть, и я сам в этом виноват». Подробностей я не знаю, но полагаю, что он натворил что-то серьёзное, да? Мне оставалось только догадываться, откуда Чимин узнал, что именно я была той девушкой. — Давай не будем о нём… — поникла я, расстроенная тем, что меня до сих пор так сильно задевало упоминание о бывшем лучшем друге или моей несостоявшейся первой любви. Я так до конца и не определилась, кем именно он был для меня. — Как скажешь… Может, тогда сходим куда-нибудь поесть? — Например? — поинтересовалась я, не особо надеясь на что-то интересное. — Есть одно место… Оно находиться неблизко, но там подают самый вкуснейший рамён, который я только пробовал в своей жизни. Не уверена, знал ли парень об этом или угадал, но рамён я любила, тут он попал в точку. — Звучит заманчиво, но Наён… Я не знаю, когда она выйдет и согласится ли пойти с нами. Судя по выражению лица Чимина, он не расстроился, когда услышал, что мы будем не одни, чем очень меня подкупил. Я на самом деле боялась оставаться одна вечером с незнакомым мне парнем. — Мы можем её подождать, а ты пока перестанешь грустить… Ну, пожалуйста. Он посмотрел на меня так искренне и с такой надеждой, что я не могла ему отказать. Да и, если честно, почему-то в этот раз я не хотела отказывать. — Но только рамён и сразу по домам, идёт? — Договорились… — улыбнулся Чимин, и его улыбка была такой заразительной, что я невольно улыбнулась в ответ. Мы ещё немного постояли на улице, болтая и ловко обходя темы, связанные с Чонгуком, пока не появилась Наён. Она выглядела уставшей, но такой довольной. — О боже, это же Чимин… Ты что, ещё и его знаешь? — воскликнула подруга, удивлённо вскинув брови, а после обратилась к Паку. — А почему ты не с остальными ребятами? — Так получилось… Мы тут решили с Ён Джу поесть рамён, не хочешь с нами? — предложил Чимин, а я взглянула на подругу, ожидая её реакции. Наён, ещё не до конца отошедшая от концерта, кажется, готова была прыгать от радости от того, что мы пойдём ужинать с одним из ребят, которых она слушала уже около года. И не важно, что мы учились с ними в одном универе. Для неё они были практически айдолами. — С удовольствием! — воскликнула Наён, и мы втроём отправились на поиски лучшего рамёна в городе, по мнению нашего нового знакомого.

***

Дорога до раменной была наполнена смехом и непринужденными разговорами. Чимин умел разрядить обстановку, сыпал шутками и забавными историями из своей музыкальной и студенческой жизни, заставляя нас обоих хохотать до слёз. Я даже не заметила, как моё настроение улучшилось, и грустные мысли о Чонгуке отошли на второй план. Внутри заведения оказалось немноголюдно: пара столиков были заняты студентами, увлеченно что-то обсуждавшими, и одиноким мужчиной, сосредоточенно уплетавшим свою еду. Мы устроились за столиком у окна, и Чимин тут же принялся выбирать в меню, попутно что-то оживленно рассказывая Наён об их группе. Я, напротив, погрузилась в свои мысли, рассматривая прохожих за окном. Вскоре перед нами появились три дымящиеся тарелки с рамёном. Аромат был настолько соблазнительным, что я забыла обо всех своих переживаниях и с удовольствием приступила к еде. И действительно, рамён был восхитительным, а Чимин не соврал, когда говорил, что он лучший в городе. Наён с Чимином без умолку болтали, обсуждая какие-то общие темы, шутили и смеялись. Но парень то и дело поглядывал на меня, заставляя смущаться. Я же просто наслаждалась едой и их компанией, чувствуя, как какое-то особенное чувство поселяется в моём сердце. «Может быть, в этом и заключается секрет счастья — в простых моментах, вкусной еде и хороших друзьях?» — про себя подумала я. Этот вечер обещал быть намного лучше, чем я предполагала. После рамёна Чимин предложил прогуляться по вечернему городу, и мы с Наён согласились, хотя изначально мы с ним условились, что после ужина сразу пойдём по домам. Но нам было так комфортно с этим парнем, что я согласилась. А Наён можно было бы и не спрашивать. Улицы уже светились огнями вывесок и фонарей, создавая уютную атмосферу. Мы шли, смеясь и болтая, словно были знакомы с Чимином целую вечность. Он оказался очень интересным и открытым человеком, с которым было легко и приятно. Парень рассказывал о своих мечтах, о музыке, о танцах, а мы с Наён слушали, затаив дыхание. В какой-то момент Наён сказала, что нам пора уже домой, иначе нас просто не пустят в общагу. Чимин предложил проводить нас, и я, немного поколебавшись, согласилась. Мы шли по тихой улице, и первый раз за вечер между нами повисла неловкая тишина. Я чувствовала, как моё сердце начинает биться быстрее, и не знала, что сказать. — Спасибо вам за этот вечер, — сказал Чимин, когда мы остановились у дверей университетского общежития, после чего улыбнулся и поклонился нам обеим. — Нам тоже было очень весело, — ответила я, чувствуя, как немного краснею. Наён, хихикнув, толкнула меня локтем в бок и помахала Чимину рукой. — Пока, Чимин! Спасибо за рамён и концерт, вы были, как всегда, на высоте! Он просиял ей в ответ, а потом снова посмотрел на меня. В его взгляде читалось что-то такое, от чего у меня побежали мурашки по коже. — Ён Джу, можно тебя на минутку? — спросил он тихо. Я кивнула, чувствуя, как замираю в ожидании. Наён уже открыла дверь в общагу и скрылась внутри, оставив нас наедине. — Я понимаю, что мы знакомы всего несколько часов, но… — начал Чимин, запинаясь, — ты мне очень понравилась… И я бы хотел узнать тебя лучше, если ты, конечно, не против, — едва слышно произнёс он, наклоняясь ближе. Я ничего не ответила, только ощутила, как его тёплое дыхание касается моей кожи, и машинально закрыла глаза. Мне показалось, что Чимин хотел меня поцеловать, но ничего не почувствовала. — Спокойной ночи, Джу… Надеюсь, мы ещё увидимся… — прошептал Чимин и исчез в темноте. Я, открыв глаза, так и осталась стоять у дверей общежития, пытаясь прийти в себя. Неужели я действительно умудрилась попасть под обаяние этого очаровательного блондина за какой-то вечер? И что теперь будет? Эти вопросы крутились в моей голове, пока я поднималась по лестнице до нашей комнаты. Но одно я знала точно: мне отчего-то хотелось встретиться с ним вновь.