7 * Финал с Полиной. Ванильный тортик

Даже если вы опоздали в роддом, вы всегда еще можете стать хорошим отцом

Команда КВН «Днепр», номер «Игорь и Лена: выписка из роддома»

Примерно через год. Смоленск -Мам, она приезжала ко мне тогда в Амстердам на школьных каникулах, на неделю. Всё, давай не сейчас, ладно? Скоро выйдут… Ждем вас. Максим в первый раз в жизни взял за руку Аришу, которую на выписку Полины привела её мать, неодобрительно глядя на него. Забирать их на машине до дома должны были подьехать Лариса Сергеевна и Саша Михалыч, но немного задерживались в пробках. Полину тоже задержали, пока выдавали подарок малышу на первое время, пока еще раз напутствовали — всё-таки она раньше была мамой только дочки… — и она вышла еще через полчаса. За это время Максим и Ариша успели разломать и собрать куклу. -Обещали приехать в понедельник, опоздали, в среду приехали, — мрачно шутила Марина Ивановна. — Этот такой же. приехал за два часа до родов… Максим улыбнулся глазами и краешком рта Полине, вспоминая то утро, и она слабо порозовела, бедная, бледная… Нет, он прилетел из Амстердама несколько дней назад, их малышу в ней исполнилось 8 месяцев… За два часа до того, как отвезли в больницу… За полтора часа до того, как гладил весело надутый воздушный шарик живота и отчитывал — только через четыре месяца после их медовой недели вместе рассказала, что у них будет малыш. Это так правильно, так хорошо, ему, да и ей, это безумно нужно, они ни разу за неделю не заикались, что хотелось бы поберечься от этого. За полчаса до того, как все началось, Максим охнул, чувствуя, как просто снимается её лёгкий халатик. Сминая его губами и отходя немного, еле проговорил «не мучай меня…», а Полина парировала сонным хриплым голосом «а ты не мучайся…», заведя руку ему за голову, поглаживая, и он врос в нее беззвучно. Они двигались так, как удобно ей, чувствуя изумление мальчика внутри, успокаивая, стоны превращались в выдохи в грудь друг друга. Она вскрикнула в конце и он высвободился из нее, гадая, от боли это она или от удовольствия, а она быстро шепнула ему в губы, чтобы отослать его: «Иди…вызови нам такси, пожалуйста, набери маму на моем и дай мне телефон…началось»…Мама просто гуляла на улице около дома после поездки к подруге, иначе, конечно, он бы сам отвёз Полину в роддом, наплевав, что Марина Ивановна будет ворчать на него… Он вызвал такси с телефона Полины и вышел из дома незаметно для ее мамы… Ариша смотрела на малыша, почти не моргая… Макс, выходя из такого же ступора, погладил ее по волосам- она поняла — тепло, мягко. Лариса Сергеевна, еле поздоровавшись с Полиной, взяла конверт с внуком, незаметно прижала к себе близко-близко. -Максим, я настаиваю всё-таки, чтоб ты звонил Рите еще несколько раз хотя бы, узнавал, как она, — чеканила мать слова. — Ей с тех пор еще плохо, как вы поговорили и она переехала. Родителей нет рядом, и никого нет, Воронцов этот тоже в отъезде. …Макс просил Риту отпустить его совсем буднично, хотя то, что он с ней не спал полгода, нависло давно над ней. Она хотела уехать, но надеялась поговорить. А потом.в ответ на очередной ее упрёк она услышала его совсем добродушно-простое, как будто совсем ничего не понимал: «Ритка, но у нее уже скоро восемь месяцев…» — и поняла, что сама сейчас же возьмёт чемодан и ближайший билет домой… Полина обнимала Аришу, целовала дочку, не в силах насмотреться. И Лариса Сергеевна передала конверт сыну. Мальчик был совсем маленький, и сколько Макс ни готовился, оказался меньше обхвата руками, лег ему на грудь. Он поцеловал светлые редкие волосики, потянулся к Полине, не зная, к кому из них рваться. -Полин…я тебя так люблю… -зачарованно проговорил он, пока она смотрела, как сын нерешительно прильнул к нему. — Давай Петькой назовём…может, батя успокоится, приедет. Дуется, так и не раздулся пока… *** -Максим, папа звонит. Поговоришь? Он очень долго аккуратно передавал плачущего малыша Полине, входя в квартиру, пока не перехватил мобильный телефон матери. -Здорово, папаша. -Здорово, дед. -Папаша, ты еще подумай… -Пап, тут думать нечего. Не могу я не развестись и уехать куда-то сейчас… У Аришки еще отчество дурацкое, надо менять. Макаровна, блин! Это отчество, что ль? Это фамилия… А если пригласят вдруг через год, пару лет, поедем. Прорвёмся. — Понимаешь же, что не пригласят. Всё-таки бумажки будешь перекладывать за пятнадцать тысяч. — Пап, мы же про все уже поорали с тобой, слушай, привыкну. Мне тут как раз сегодня для детского сада будут показывать, как всякие бумажки перекладывать, а еще складывать, вырезать и наклеивать. — Шутишь опять? Дошутился. Макс, у тебя же голова светлая, а ты лезешь опять в то же болото, что раньше! -Пап, ты извини, что так получилось. У меня семья, я не буду против них, не хочу. Кстати, знаешь, какая у мелкого светлая башка, моя рядом не валялась… — Но хоть в Москву ты к нам вернёшься?.. Максим положил телефон на стол, хитро улыбнулся. — Отбой, Поль… называем Мишкой, как ты хочешь, отец не дуется уже… Так что в Москву, в Москву! Но перед отъездом — по пацанам! Или пригласим, вон, ну… Печка в Твери, Сухой в Питере, Синицын в Курске, Соболь в Белгороде…приедут же… А в Москву к Трофиму! Нас ждут великие дела, короче!