Глава 38. Свист

Лицеисты вновь проходили через зловещий закулисный лабиринт. С каждым их шагом атмосфера для Шинку становилась всё напряжённее – из памяти не изгладилось столкновение с прошлым убийцей. Слова Коханы заставили его напряжённо вспоминать, с какого момента он в первый раз почувствовал странное чувство, в котором не сразу признал дежавю. Но будущий Трибунал, вновь ставящий под вопрос его собственную жизнь, вынудил отвлечься от этих размышлений. Сенши спустилась по ступенькам и открыла дверь Трибунала. Во всё том же алом помещении изменилось лишь одно – количество похоронных фото мёртвых одноклассников. Теперь они были и на местах Шукена и Соки, создавая красноречивый пробел между местами Рики и Такато. Абсолютная Поэт заняла свой трон, усмехнувшись: – Должна признать, вы устранили Соку довольно рано – а ведь она так мило мешала мне. Но правила есть правила… Лицейский Трибунал по Третьему Делу объявляю открытым! Все кроме спящего Кенто уставились друг на друга. Некоторое время никто не начинал – отсутствие привычно делавшей это Руководителя было непривычным. Но длилось это недолго. – Начинаем суд, – сказал Рики, – Никто не смел… Неважно. Давайте начнём обсуждение. После этих слов все оттаяли. – Ого, как напористо! – Ютака поправил галстук бабочку. – Ах да, простите, я задумалась, – извинилась Комомо, – Мы с Шутамой не такие хорошие руководители, да и лично ничего не нашли… – Кстати, – оживилась Арамине, – Не совсем ничего. Она напечатала в справочнике: «20) Две пары медицинских перчаток и два скальпеля отсутствуют в Лаборатории, где эти вещи хранятся.» – Ага, теперь всё проясняется, – заметила Миса. Комомо кивнула: – Да, видимо. Но перейдём к расследованию. Кажется, главным расследователем был Мицунари? – О да, моё следствие было безупречным, – улыбнулся Ноухара, – И убирает необходимость в большей части так называемого Трибунала. Можем сразу перейти к нахождению перчаток и скальпеля в Медпункте, остальное не имеет значения. – Все улики и доказательства имеют значение, – скрестил руки на груди Шинку. Ноухара не услышал или сделал вид, что не услышал. – Находка в Медпункте действительно имеет большое значение, – заметила Географ, – Но именно поэтому следует сосредоточиться на более простых вопросах, чтобы всем был понятен контекст. Мицунари кивнул с очаровательной улыбкой: – Конечно, не все бы поняли значимость моего расследования без подготовки. Ты, как всегда, права, Кохана, и мы тебя внимательно слушаем! Умаки скромно улыбнулась: – В данном Деле вопрос времени является лёгким и сложным одновременно. Лёгкость заключается в графике дежурств. Согласно нему известно, что в Компьютерной с двенадцати утра до шести вечера работали Сока и Рики, с шести вечера до полуночи – Масуми и Рики, с полуночи до шести утра Сока и Кенто, а с шести утра до двенадцати должны были работать Масуми и Кенто, но последнего не случилось, так как Масуми обнаружила труп, идя на дежурство, видимо, в сопровождении Канари. – Да, – согласилась Акаримаса, вставая к своей трибуне – Я поднялась на свою очередь поисков за компьютером и… – Кстати, а ты что-то нашла? – перебил её Иширо с горящими детским интересом глазами. Шинку взглянул на Сену, но та с безразличием рассматривала печать. – Ничего, – грустно покачала головой Масуми, – Разве что данные были не просто вычищены, как предполагала Сока – сама техника была изначально запрограммирована так, чтобы с неё не было возможности выйти в интернет. – Вот невезуха! – с досадой стукнул кулаком Идемото. – Продолжай, Масуми, – призвала Канари с нотками гордости за себя во взгляде. Дизайнер продолжила: – Для соблюдения правил я хотела взять с собой кого-то из руководства, но Комомо крепко спала, а Шутама спросонья отказалась. – Ох, правда? – неловко спросила Художник. – Простите меня, я устала и, видимо, не поняла, что меня будят, – опустила голову Мусумеда. – Но сейчас это неважно, поскольку… – начала Эноки. – Поскольку Канари быстро проснулась и была готова мне помочь, – закончила Акаримаса, – Мы пошли в Компьютерную и увидели там… Дизайнер обессилено опустилась на своё место. – Таким образом, – сказала Умаки, – С учётом свидетельских показаний Мутаке и Рики, мы точно знаем, что убийство произошло в промежуток с полуночи до шести утра. Это лёгкая часть вопроса. Сложная заключается в том, когда именно в этом промежутке было совершено убийство, спешил ли убийца, или действовал в спокойном темпе? На эти вопросы желательно ответить после. – Тогда дальше… место убийства? – спросил Кавара. Йоко посмотрела на него взглядом превосходства: – Тебе и правда нужно объяснять такие банальности? Очевидно, что убийство случилось в Компьютерной, где же ещё. Или, возможно, ты не знаешь, что такое Компьютерная? – добавила она с ноткой сострадания. – Нужно учитывать все возможности, – холодно ответил Любимчик, – Труп могли перемещать. Хотя в этом случае место убийства и правда вряд ли расходится с местом обнаружения трупа. – Кстати о учёте всех возможностей, – стал активно поднимать руку Идемото, – Могло ли всё это быть случайностью, мол уставшая Сока запуталась в проводах, случайно их порвала, ещё и в лужу вляпалась? Или устроила самоубийство, подстроив всё под убийство? – Конечно нет, – возразил Шахматист, поднимаясь к своей трибуне, – Все признаки указывают на умышленное убийство. – Соглашусь с Масао, – сказала Кохана, – Это было умышленное убийство, произошедшее в Компьютерной, шансы на другие варианты минимальны. – Тогда сосредоточимся на способе убийства, – сказал Любовник, – К чокеру Соки был прикреплён оголённый провод, лежащий в воде. – Которая сделала его проводником электрического тока! – заметил Ханза. – Я СОГЛАСЕН С ЭТИМ! – поддержал утверждение Рики, – Какой-то урод подстроил ловушку, ставшую причиной смерти Соки. – ПРОТЕСТУЮ! – возразил Мутаке, – Ну и что с того, что была ловушка с проводом? Ты видимо читал мало книг, раз не прочитал улику номер 15. – Я её писал, – ответил задетый Любовник. Это не смутило Фантазёра: – Там написано, что оголённый провод не мог бы спровоцировать таких ожогов. Твоя теория несостоятельна, вот и всё. – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – вмешался Шинку, – Теория Рики верна, ведь провод крепился к ошейнику, которые есть у всех нас, и которые бьют сильными разрядами тока. – Чистая правда, – подтвердил Шуго, потирая шею. Любимчик продолжил: – Если эти два источника электричества, один из которых мощнее другого, совместить, то получился бы разряд, вполне способный убить человека и нанести такие ожоги. – И в этом утверждении ты опираешься на знания или предположения? – с плохо скрываемой иронией спросил Ноухара. – Я предполагаю, но… – растерялся Кавара, схватившись за трибуну и чувствуя себя опозоренным. – Это предположение верно, – вмешалась Кохана, – Вырисовывается довольно ясный способ убийства. Кохана сидела на своём месте и смотрела на экран компьютера, к её чокеру был прикреплён оголённый провод, на который вылили воду. Смерть должна была быть мгновенной. Этим объясняются и ожоги шеи, и мышечный спазм, и подёргивание частей тела. – Оголённый провод, – заметил Тамио, – Судя по находке на месте преступления, его оголили скальпелем? – Скорее всего, он к этому хорошо подходил бы, – сказал Рики, – Стружка на месте преступления и сама улика указывают на это. – Всё это странно, – оперся на трибуну Шахматист, – Стружку, очевидную улику, не убрали, да и по ней легко было понять, что готовится ловушка. Сока, даже сонная, всегда была довольно внимательна, но не заметила, как буквально у неё за спиной оголяют провод? – А может она просто спала? – спросил Такато, – Я бы на её месте сдался и задремал, эти компьютеры мне никогда особо не нравились! – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – крикнула Канари, – Ты, может быть, и сдался, но Сока не была такой! Она бы никогда так не поступила. Она всегда была такой… – Ещё стих в её память прочитай, – закатила глаза Поэт. – А ты не вмешивайся! – неожиданно жёстко ответила Карьерист, – Идеи Соки Ясукавы живут в наших сердцах, и мы завершим её план по всеобщему спасению. Сока сказала бы… – Странно, что именно мне приходится сообщать очевидные вещи, – пожала плечами Сенши, – Впрочем, я не жалуюсь. Сока Ясукава – мертва. Окончательно и бесповоротно, как и другие владельцы похоронных портретов в этой Убийственной Игре. Ты понимаешь, что это значит? – Это ничего не значит! – упрямо продолжила Канари, зажмурив глаза и скользя руками по трибуне. Улыбка и блеск во взгляде Сены не поддавались описанию: – ВЛАСТЬ СМЕНИЛАСЬ! Канари притихла и опустилась на своё место. – Ах! Давайте перейдём к другим уликам, – напугано предложила Кохана, прикрывая лицо, – Лужица воды в районе провода. Очевидная причина удара электрическим током, выглядит как выплеснутая вода. – Проще говоря, убийца не терял времени зря, – ухмыльнулся Мицунари. – Источником было мокрое внутри ведёрко из-под воды, – добавил Рики, – Оно тоже нашлось на месте преступления. – Я СОГЛАСЕН С ЭТИМ! – заявил Комегура, – Как раз одно ведёрко из инвентаря Кухни, который я уже успел запомнить. Хотя снова странно, что убийца пронёс наполненное водой ведёрко в Компьютерную при нулевой реакции Соки. – Она явно была чем-то отвлечена, – задумался Ханза, – Убийство готовилось чуть ли не у неё на глазах, но она не отреагировала вовремя. – За работой можно и не такое пропустить! – махнул рукой Ютака, – Знали бы вы сколько я пропускал из-за сосредоточенности на деле. – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – крикнул Шинку. – ПРОТЕСТУЮ! – усмехнулся Шутник, – Как можно оспорить мою сосредоточенность. – Я про Соку, – объяснил Кавара, – Я знал её недолго, но уверен, что она бы такое не пропустила. – А что-то кроме уверенности? – лениво зевнул Ноухара. Шинку стиснул зубы. – Спокойно, спокойно! – сказал Масао, с тревогой взглянув на Любимчика, – В любом случае, мы пока ничего не можем доказать, да и разговор не об этом. – На месте преступления был найден и скальпель, – Географ тоже постаралась вернуть диалог в нормальное русло, – Сложно спорить с тем, что им было довольно удобно срезать с провода защиту и оголить. Это заняло некоторое время, но у убийцы оно так или иначе нашлось, после чего тот сразу осуществил убийство. Иначе объяснить то, почему стружки от кабеля не убраны, нельзя. – А если это фальсификация времени убийства? – спросил неугомонный Мыслитель. – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – вмешалась Миса, – Учитывая обстоятельства убийства, фальсифицировать время таким образом было бы самым бессмысленным занятием. – Да и Абсолютного Фальсификатора уже нет с нами! – развёл руками Ютака. – Были найдены и медицинские перчатки, – продолжила Умаки, – Их убийца, судя по всему, надел во время своих манипуляций с проводом. Размер перчаток универсален, а кроме того – они растяжимы, потому точно понять по размеру руки, кто их надевал, не представляется возможным. – Постойте, – поглаживая плечо сказала Шутама, – Мы говорим о медицинских перчатках, да и именно они пропали в Лаборатории. Но они помогли бы с чем? Отпечатки пальцев мы снимать не можем, а от электричества они разве спасли бы? Сидевший справа Иширо активно захлопал: – Браво! Браво! Ты всё раскусила! Разреши тебя обнять! Художник ответила нервным смехом. Все взглянули на Кохану, которая ответила: – Медицинские перчатки – довольно слабая защита. Но убийце, по тем или иным причинам, не было возможности выбирать из многих вариантов. Кроме того, если кто-то часто ходил по комнатам Лицея, много ли там более надёжных при контактах с током вещей? – Немного, – ответил Шинку, – Во всяком случае, перчатки выглядели бы самыми очевидными. – Хорошо, что мы имеем экспертный состав по очевидности, – пожал плечами Гитарист. – Но что по месту обнаружения скальпелей и перчаток? – спросил Шуго, – Я долго думал над этим, но никак не мог понять, почему их было столько и в таких местах. Выглядит ох как подозрительно! – Первый набор «скальпель-перчатки» был найден на месте преступления вместе с другой уликой – ведёрком, – сказала Географ, – Эти улики не такие подозрительные, хотя… Впрочем, теории на эту тему недоказуемы ввиду отсутствия информации, потому стоит двигаться дальше. – Двигаться дальше прямо к моему блестящему расследованию! – довольно сказал Мицунари, – Суть которого в обнаружении точно такого же набора «скальпель-перчатки» в Медпункте. – И в чём же суть расследования? – спросил Шинку, не удостоенный взглядом. Гитарист продолжал: – Первый набор в Компьютерной уж без понятия для чего использовался. Но второй, со всей очевидностью, много чего говорит о оставившем такую улику. Как минимум то, что это было в интересах убийцы, который ХОТЕЛ, чтобы улика была найдена. Проще говоря, убийцей должна была быть выставлена одна из девушек. – Чудесное расследование! – похвалила Социолог, – Так значит, убийца был парнем? Гитарист лишь уверенно улыбнулся. – Но парню требовалось ещё попасть в Медпункт, – заметил Баскетболист, – И каким-то образом положить улики на виду у всех. – Ой, не оправдывай парней! – рассмеялась Йоко, – Мицунари совершенно прав. Тем более, у убийцы была целая ночь, когда все спали. – ПРОТЕСТУЮ! – возразил Шинку, – В Лаборатории, возможно, все спали, но Сока ведь имела привычку дежурить ночью. Так что возможно Комомо и Шутама, как её заместители, имели график дежурств. – Прости, но Йоко права, – опустошённым голосом сказала Вдохновитель, – Это как раз было моё время дежурства, но я совершенно всё проспала. Так что, видимо, смерть Соки – это и моя вина… – Это не твоя, вина, Комомо! – живо возразил Шуго, – Мы уже слышали, что ты устала, что в этом такого? Я бы в такой ситуации тоже спал, если бы устал. Делает ли это меня ненадёжным дежурным? Да. Делает ли меня виновным вместо убийцы? Нет! – Спасибо, Шуго, – всхлипнула Комомо, вытирая глаз. – Обращайся! – подмигнул Футболист. – Возможно, стоило бы обратить больше внимание на отсутствие двух наборов в Лаборатории, – заметила Географ. – Без понятия, почему убийце понадобилось два, – задумалась Художник, параллельно прихорашиваясь, – Наличие одного на месте преступления рушит планы на второй в Медпункте и наоборот. Если убийца – парень, ему проще всего было вообще вернуть скальпель и перчатки на место, крови судя по известной информации не было, значит и следов их использования. – Может убийца просто, ну того, ТУПОЙ? – спросил Атлет, – Я бы не назвал человека, решившего убить Соку, умным. – Не меряй всех по себе, Кошиши, – возразила Арамине. Поскольку фраза сопровождалась широкой улыбкой, Такато не выразил беспокойства и даже смущённо покраснел. – Причины таких действий необъяснимы и на данный момент рушат логику и структуру дела, – сказала Кохана, – Вероятно, мы не учли или ещё не знаем какую-то связующую информацию. В любом случае, лучше в духе интеллектуальных игр думать нестандартно. Стоит обратить внимание на сам факт пропажи важных для убийства вещей из Лаборатории. Их мог позаимствовать либо кто-то, кто там был при других хотя бы раз, а Внутренние Правила обеспечивали бы свидетеля любой попытке «тайного посещения», и тогда пол не имеет значения. Либо кто-то, кто там ночевал, и тогда это кто-то из парней, за исключением Кенто, Рики и Иширо. – А как давно были замечены исчезновения этих предметов? – спросил Кавара, – Я, если честно, последний раз проверял их в первый день нахождения здесь, а затем вместе с Шутамой увидел лишь сейчас. Никто не ответил. – Сейчас это не важно, – сказал Рики, – Парней там явно было больше, так что убийца скорее всего один из парней, ночевавших там. Для начала будем работать с этой версией. – Но ты ведь ставишь под подозрение сам себя, – заметила Дизайнер. Нагоми ответил без признаков страха: – Хоть казните меня, но я добьюсь наказания для убийцы. Шинку заметил, что в глазах Масуми мелькнуло уже не только удивление, но и уважение. Любимчик тоже постарался поддержать расследование: – Девятая улика говорит о том, что возможно Сока кого-то обнимала перед смертью. Возможно, это её отвлекло? – ПРОТЕСТУЮ! – вмешался Ютака, – Это было бы уморительно – ведь убийце, обнимая её, пришлось бы делать это в медицинских перчатках и с оголённым проводом в одной руке. Уж не знаю, я бы на такие объятия не согласился. Кавара не нашёлся, что ответить, лишь прикоснувшись к забинтованной голове. – Да, пора закругляться с уликами, есть ведь ещё алиби, – добавила Комомо, – Что до ночного алиби… Оно есть у всех, кроме Кенто, Иширо и Мутаке. – ПРОТЕСТУЮ! – испуганно выкрикнул Вараизава, – Вы опять оказались забывчивыми и ничего не запомнили. – Ах да, – кивнула Комомо, – У вас с Иширо было алиби на эту ночь. Тогда это значит, что алиби нет только у Кенто. Он же должен был дежурить вместе с Сокой, но будто проспал её убийство, что выглядит подозрительно. – А если не подозрительно, то непростительно, – согласилась Дизайнер. – Вот мы и пришли к тому, что было очевидно с самого начала, – сказал Гитарист, – Все эти обсуждения не требовались, когда список алиби так узок. И теперь Кенто… – А? Что? – зевнул Гений, просыпаясь. Компаньон бодро доложила: – Ты главный подозреваемый в убийстве Соки! Ой… – Я?! Оп… Снов… У вас большие проблемы с фантазией, – успокоился Кенто, – Объявлять меня главным подозреваемым в трёх делах подряд выглядит странной закономерностью. – Обвиним и в четвёртый, нам не сложно с таким твоим поведением, – ответила Канезуми. – В четвёртый… – задумчиво пробормотала Кохана. Коджиши провёл по трибуне носом, вскинул голову и уже бодрым голосом сказал: – А я в который раз не готов умирать, потому давайте поговорим о сути обвинения. Рики скрестил с ним взгляды: – Сон на месте преступления. Ты считаешь это нормальным? Буквально за твоей спиной убили твою одноклассницу, а тебе это безразлично? – Я хотел спать, – с непередаваемой интонацией ответил Кенто, заставив обернуться стоявших по бокам Канари и Шутаму, – Да и в прошлый раз это оказалось ложным следом, а в этот раз уликой? – В Компьютерной в целом посменно кроме Соки были ты, Рики и Масуми, – ответил Ханза, – Выбор в целом невелик. – Ты так думаешь? – поднял бровь Кенто, – Раз убили во время моего дежурства, то это уже была не смена Рики и Масуми. Значит, подозрения бы относились к одному мне. И я, зная то, что против меня будут такие доказательства, а также то, что я гарантировано стану главным и единственным подозреваемым, пошёл бы на убийство? – Может быть и да, кто тебя знает, – улыбнулся Ютака. – А может быть и нет, – с холодком возразил Гений, – Нахождение там скорее даёт алиби. Притихшая Канари наконец решилась что-то сказать: – Это не Кенто, я верю. Вот у Рики, Масуми и Соки был любовный треугольник, одна из них погибла, а двое остальных под подозрением. Я права, брат? – Я в любовном треугольнике? – не скрывая возмущения сказала Дизайнер. – Рассмотрим и эту версию, если она приблизит правду, – ответил Нагоми. – Да, память Соки сейчас важнее всего, – согласилась Масуми, успокаиваясь. Коджиши кивнул: – Тем более это сейчас и не важно. Канари не права. Если она заметила особые отношения Рики с девушками и Масуми как один из объектов ухаживаний, это могли сделать и многие другие. Слишком удобно, чтобы не захотеть подставить этих двоих. Ещё и накладывается на их участие в дежурствах. Если бы хоть кто-то из этого дуэта планировал убийство, то явно подобрал бы любое другое время, жертву и место. – Я СОГЛАСЕН С ЭТИМ! – поддержал его Шинку, – Кроме того, Рики дежурил 12 часов подряд, а это утомительно, даже если он и не работал, как Сока и Масуми. То, что после этого он ещё и спланировал сложное убийство – звучит странно. Коджиши пригладил волосы: – А звучит оно странно потому, что ни я, ни Рики, ни Масуми не являемся убийцами Третьего Дела. – Это конец! – начал театрально сокрушаться Ноухара, – Да, это конец! Кенто не убийца, мои доводы разбиты… Это конец! – Всё в порядке, Мицунари, это только начало! – подбодрила его Миса, – Но тогда ты уже знаешь, кто убийца, Кенто? Гений постучал пальцами по трибуне: – Убийца не оставил улик, прямо указывающих на него, зато умудрился подставить очень многих. При этом, непонятно зачем, ставил и сам себе палки в колёса, вроде ситуации с двумя наборами вещичек для убийства. Мне интересно, мог ли один человек быть способным на такое преступление… Но наша цель сейчас – найти убийцу. – Которым является кто-то из парней в Лаборатории, – поспешил добавить Фантазёр, явно довольный тем, что это его не касается. – Кто там просыпался первыми сегодня, – подумав пару секунд спросил Кенто, – Напрягите память, может быть, вы замечали что-то странное? Под странным имеется ввиду не какой-нибудь слон в комнате, убийца не глуп. Может, что-то на первый взгляд обычное, но странное если долго над этим думать? – Я проснулся раньше и будил остальных, – ответил Ютака, – Но из странного… Не припомню. – Я проснулся вторым и тоже… – начал Шинку, но запнулся. В голове всплыло происходившее: «Шинку открыл глаза – его тряс за плечи Ютака, выглядевший очень обеспокоенным. Другие парни тоже поднимались, сонно протирая глаза. Голова Кавары была тяжёлой, чему сложно было удивиться – по лучам солнца, проскользнувшим в приоткрытую дверь, было ясно, что сейчас очень рано, часов шесть утра.» – Приоткрытая дверь! – воскликнул он, – Она не была закрыта. Убийца, видимо, недавно пользовался ей. – Я СОГЛАСЕН С ЭТИМ! – поправил чёлку Кенто, – Иногда сложно представить, насколько близко затаилось зло. – Хочешь ли ты сказать, что нам известно почти точное время убийства? – спросила Умаки, отрываясь от размышлений. – С погрешностью не большей, чем в социологии, – ответил Кенто. – Тогда назови его, – Мисе явно не очень понравилось сравнение. Гений ответил: – Незадолго до шести утра. Убийца по какой-то причине задержался с началом убийства, из-за чего и подготовительные меры начались позже, а удобный момент подвернулся ближе к прибытию утренней смены, что чуть не привело к провалу покушения. Но Ясукаву всё же успели убить, а потому убийца поспешил скрыться прежде, чем его бы заметила Масуми. Отсюда такая спешка и забывание закрыть за собой дверь. – Тогда надо смотреть не на формальные алиби… – догадался Рики. – А на то, кому это было выгодно, – подхватила Кохана, – Убить Соку было не самой лёгкой задачей, условия тоже были не самыми лёгкими, даже с учётом того, что в Лаборатории не было ночных дежурных, а Кенто спал – ведь он мог и проснуться. Убийца не стал пытаться убить и Кенто, формально более лёгкую цель – ведь Соку было подставить сложнее. А вот устранить – приоритетнее. – Но для кого вообще устранение Соки могло быть приоритетом? – удивился Ханза, – Она всем помогала, защищала нас от Сены, вечно отстаивала наши интересы и предотвратила три покушения… – А-а-а, ну вот мы сами и ответили на вопрос, – заявил Масао, – «Предотвратила три покушения.» – Я СОГЛАСНА С ЭТИМ! – поддержала Кохана, – Сока могла быть неудобна многими вещами, но не больше, чем остальные или часть остальных. Но её чутьё опасности и постоянное вмешательство в ход покушений, проваливавшихся одно за другим, кому-то очень сильно мешали. Фантазёр ответил обиженным голосом: – А может она сама их подстроила? И во втором я вообще-то сыграл большую роль в спасении Шинку. – Я благодарен всем, спасшим меня, – ответил Кавара. – Умозрительно всё возможно, – хмыкнул Кенто, – Но стала бы Ясукава так сильно рисковать ради… власти? Даже если отбросить характер, так как можно притворяться, власть у неё и так была, если в такой ситуации участники вообще имеют что-то вроде власти. Уж не ради убийств, если сама и спасала своих жертв. – Она не стояла за покушениями, – ответила Кохана, – И похоже, я напала на след творящегося здесь ужаса. Все три покушения были связаны между собой, а нынешнее убийство – всего лишь четвёртое покушение, которое удалось. – Спасти других и не уберечь себя. Какая грустная ирония… – пробормотал Цукада. – Нужно действовать методом исключения, – сказала Географ, поправляя очки, – Но перед этим взглянуть на мотивацию Третьего Дела: «Убийца, даже в случае поражения на Лицейском Трибунале, будет защищён от наказания, если хоть один человек выступит в его защиту.» Имея такой мотив, убийца действовал нагло, убив человека, убийство которой едва ли вызвало бы у кого-то сочувствие к убийце. – Так и скажите, что убийство меня вызвало бы у вас сочувствие, – гордо задрал нос Фантазёр. – Ни в коем случае, – возразил Мицунари, прикусыванием губы маскируя улыбку. – Тогда огласите список, из которого исключать! – попросил Атлет. Кохана кивнула: – Если мы возьмём тех, кто мог устраивать покушения, то из всех под критерии подходят только восемь человек. Из покушения на Шинку мы знаем, что убийца был выше или равен ему ростом, при этом достаточно сильным, потому более низких девушек я не учитываю. А именно, под критерии подходят Кенто, Масуми, сама Сока, Ютака, Мутаке, Ханза, Шуго и Рики. – Эй! – возмутился Фантазёр, – ПРОТЕСТУЮ! Его проигнорировали. – Наконец-то мы на финишной прямой, – удовлетворённо сказал Кенто. – Соку из списка подозреваемых стоит исключить, – заметила Умаки, – Она сама была убита, и только версия, где она не причастна к покушениям, не создаёт серьёзных противоречий. Остаётся семь человек. – При этом Кенто, Масуми и Рики имеют парадоксальное, но алиби, – согласился Шинку, – Если это не коллективный сговор трёх и больше человек, то шанс их причастности минимален. – Желанием подставить этих людей убийца вырыл себе могилу, – сказал Масао с огоньком в глазах. Кохана продолжила: – Остаётся четверо: Ютака, Мутаке, Ханза и Шуго. – ПРОТЕСТУЮ! – выкрикнул Шуго, – Я никогда бы не пошёл на такую мерзость. – Я СОГЛАСЕН С ЭТИМ! – поддержал его Шинку, – Перед Вторым Делом Шуго спас меня от летящего мне в голову мяча ценой своей ноги. Сделавший такое человек не мог быть тем же, кто до этого ударил меня по голове с целью убить! – Это и правда было бы странно, – согласилась Кохана, – Шуго тоже непричастен. – А зрительный инвалид причастен? – с упрёком отозвался Мутаке. – Нет, – спокойно ответила Умаки, – Ночное алиби с Иширо исключает и тебя из списка подозреваемых. – А кроме того, ты спас мне жизнь во время второго покушения, – добавил Любимчик. Фантазёр облегчённо вздохнул, потеряв интерес к судьбе оставшихся обвиняемых. – Остаются только двое, Ханза и Ютака, – сказала Географ, – И, если честно, здесь с методом исключения начинаются… Проблемы. – Мой друг никогда бы на такое не пошёл, – возразил Масао, – Да, это не аргумент, но… – Всё нормально, я готов быть подозреваемым ради выяснения истины, – подмигнул Чоурики. – А мой друг типа пошёл бы? – удивился Такато, – У меня, конечно, много друзей, но чтобы Ютака был убийцей… – Естественно я не убийца, дружище, – галантно улыбнулся Ютака, поправляя пояс. – Мы застряли? – Шинку от стресса схватился со голову. И тут от прикосновения к бинтам его осенило: – Чувство дежавю! – Ну да, это уже не первый суд, – усмехнулся Мунетаке. «Ну нет, ТОЛЬКО НЕ ПРОКЛЯТЫЙ…» – крутилась мысль в голове Любимчика. Он поднял голову: – Ханза, свистни. Бухгалтер удивился внезапной сменой темы, но попытался свистнуть, правда неудачно при всём старании. – Прости, я не очень хорошо умею свистеть, но если у тебя есть свисток… Шинку уже не слушал. Взгляд поплыл, в глазах почернело. Воспоминания одно за другим проносились в голове, вызывая внутри чувство ужаса: «Пока Любимчик рассматривал это вычищенное до стерильности место, Западный Коридор опустел. Неожиданно до него донёсся свист откуда-то из Южного Коридора. Ожидая, что это очередная проделка Сены, он хотел продолжить путь, но до него донёсся новый свист, будто произносивший «Шинку». По интонации свиста Кавара так и не понял, кому он принадлежит, но решил проверить.» Воспоминания всё ускорялись: «– Сока! – изменившимся голосом крикнул Рики. Подбежавший следом Ютака присвистнул. Любимчик схватился за голову.» – ПРОКЛЯТЫЙ СВИСТ! – крикнул он, срывая с головы бинтовую повязку, уже не нужную, и бросая её в сторону. – Что за?! – стоявшие по бокам Миса и Шуго растерялись. – УБИЙЦА – ЮТАКА МУНЕТАКЕ! – вновь крикнул Любимчик. Ютака расхохотался: – Ну ты даёшь! Признаю, Шинку, ты обошёл меня в шутках. После суда пожмём друг-другу руки! – Не будет никакого «после суда», – категорично возразил Кавара, – Убийца живым отсюда не выйдет. Да что ж это, ты ведь и во сне прикосновением показался мне убийцей! – Он, похоже, бредит, – улыбался Ютака, вытирая лоб, – Здесь есть врач? – Тебе он скоро понадобится, – Шинку с трудом сдерживал себя, чтобы не перепрыгнуть через трибуну и не броситься к Ютаке. Шутник, видимо прочитав угрозу во взгляде, стал оглядываться на соседей, будто в поисках помощи в драке. Правда, с одной стороны его соседом был похоронный портрет Харуко, а с другой Комомо. – Давайте успокоимся, – вмешалась Миса, – Это уже не суд, а обмен оскорблениями. – Да у него просто нет доказательств, вот и оскорбляет, – пожал плечами Ютака. – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – крикнул Шинку, – Смотрите, сейчас объясню. Убийца, осуществивший второе покушение на меня, завлёк меня на место покушения свистом, причём очень профессиональным. Ханза не умеет свистеть, не знал, зачем я его об этом прошу, а кроме того, должен был бы притворяться в присутствии Масао, своего друга, которого ещё и пытались убить третьим покушением. А вот Ютака свистит чудесно и ещё сегодня неосторожно свистнул при мне во время обнаружения трупа. Глаза Ютаки забегали: – ПРОТЕСТУЮ! Если мой свист – твоё единственное доказательство, то это клоунада, а не Трибунал. – Кому же как не тебе знать про клоунаду. Так водить всех за нос… – впился в него взглядом Кавара. – Вынуждена предупредить, драки во время Трибунала не одобряются! – улыбнулась Сена, с растущим вниманием следившая за развитием событий. – Это не я! Очевидно, что не я! Его обвинения просто смешны! – твердил Ютака. – Ты единственный подходишь под все критерии, – Рики поддержал Шинку. – Сами критерии взяты из воздуха! – не унимался Ютака, – Был бы здесь попугай, вы бы и его как свидетеля заслушали! Ваши доказательства – в том, что очевидные подозреваемые не убили бы, так как это сделало бы их очевидными подозреваемыми. И что?! Это не доказательства! – Покушения… – вмешалась Умаки. – Кто вообще сказал, что они связаны?! – возмутился Ютака, – Каждый раз разный стиль покушений, разные способы – всё очевидно говорит о том, что их совершали четыре разных человека! – Я правильно понимаю, ты утверждаешь, что среди твоих одноклассников находится четверо несостоявшихся убийц? – насмешливо спросил Ноухара. – А ПОЧЕМУ НЕТ?! – Ютака сорвался на крик, но успокоился, – Вдруг вы все здесь убийцы, сговорившиеся чтобы убить меня? – Этот хотя бы умеет в каламбуры и игры слов, – зевнул Кенто, – Но критику и правда не переносит. – ПРОТЕСТУЮ! – прервал его Шутник, – У вас лишь одна случайная «улика», а один раз – совсем не закономерность! Ни одной другой «улики», которая бы подтверждала то, что это я! – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – крикнул Шинку, – ПРИОТКРЫТАЯ ДВЕРЬ! ХОЧЕШЬ ЕЩЁ ОДНУ? ПОЛУЧАЙ! УБИЙСТВО СОСТОЯЛОСЬ ТАК ПОЗДНО ПОТОМУ, ЧТО Я СТРАДАЛ БЕССОННИЦЕЙ И ТЫ НЕ МОГ СВОЕВРЕМЕННО ПОКИНУТЬ ЛАБОРАТОРИЮ! – АХ ТЫ! – в глазах Ютаки сверкнула ненависть. От этого взгляда уже Шинку стало не по себе. Но Ютака опустил голову, став глубоко дышать. Это помогло Каваре собраться с силами: – Поэтому ты и стал всех «будить» – понимая, что не успеваешь лечь спать, в то время как Масуми уже обнаружила труп. Имея пару секунд на размышления, ты не рискнул тратить их на закрывание двери, а может просто забыл. В любом случае, это был ты. Мунетаке затих, никак не реагируя. – Похоже, Третье Дело на этом закончено, – сказала Кохана, – Убийца не признался, но остался единственным возможным вариантом. Время… – Шинку… – послышался таинственный свист. Кавара поднял глаза и растерялся, так как все молчали. Затем он спохватился, переведя взгляд на Мунетаке, стоявшего с опущенной головой. Рта не было видно, но звук исходил от него: – Шинку… Кенто… Кохана… Миса… Мицунари… Канари… Масао… Рики… Комомо… Шутама… Ханза… Йоко… Шуго… Тамио… Масуми… Иширо… Такато… Мутаке… Вас всех… ПЕРЕИГРАЛИ! Ютака поднял голову. В глазах играло насмешливое веселье, рот с трудом сдерживал хохот: – Какая драма, КАКАЯ ДРАМА! Да, это была воистину ВЕЛИЧАЙШАЯ ШУТКА! САМАЯ СМЕШНАЯ ШУТКА В МИРЕ! Да, я пытался отравить Тачибану. Я пЫтАлСя ГрОхНуТь КаВаРу! Я ПЫТАЛСЯ ЗАДУШИТЬ МАСАО! И Я УБИЛ СОКУ ЯСУКАВУ! И знаете что? Все ваши труды по разоблачению лишь немного упростили вам жизнь, ведь… Вам придётся смириться! Существовать со мной дальше. Я не умру по итогам Третьего Дела, даже не надейтесь! – Что… – растерянно выговорила Миса. – Так убийца – это действительно ты?! – вскрикнула Йоко. – Если штука для казней сломалась, то не волнуйся, мы поможем! – Кошиши хрустнул пальцами. – Тупее чем я думал… ВЫ МНЕ НИЧЕГО НЕ СДЕЛАЕТЕ! АХАХАХАХ, НА ВАС СЕЙЧАС ТАК ВЕСЕЛО СМОТРЕТЬ! Да и в конце концов, разве вас не раздражала Сока и её тупейшие порядки? Может быть, со временем вы даже меня простите… – Мерзавец! – крикнула Масуми. Ютака вновь расхохотался: – Ой, поплачь! Тебе же легче – не будет конкурентки. Ещё поблагодаришь! – Ты! – Шинку решил, что броситься на Ютаку всё же было не такой плохой идеей. – АХАХ, помолчи, ничтожество! У меня уже почти всё было в руках – победа, безнаказанность, любовь и счастье, но из-за тебя это сегодня отложено… Впрочем, я люблю откладывать удовольствие, не зря я терпел столько попыток! А от бессонницы советую биться головой – говорят, помогает… Во всяком случае не будет недопонимания, когда я отвлекал всех разговором, ожидая пока ты НАКОНЕЦ ЗАСНЁШЬ, только чтобы узнать, что ТЫ НЕ ЗАСЫПАЛ ИЗ-ЗА ЭТОГО! – Смотри не празднуй слишком рано, – глухо сказал Тамио, – На что ты рассчитываешь? – О, ты скоро увидишь! Кстати о «рано»: вы будете голосовать или нет? – издевательски поинтересовался Ютака, – Я уже хочу побыстрее идти ужинать и наслаждаться чудесной едой Масао. – Охотно накормлю тебя тем, что ты подсыпал Тачибане, – ответил Шахматист со страшной улыбкой. – Мда, только и могут угрожать. Но сегодня можно, СЕГОДНЯ МНЕ ТАК ВЕС… – начал Шутник. – Заткнись, – прервал его Рики. Тон Нагоми заставил Ютаку замолчать, но он продолжал обводить всех торжествующим взглядом без капли опасений. «Откуда такая огромная самоуверенность, его же сейчас казнят?» – невольно подумал Кавара. Воспользовавшись паузой, Кохана Умаки произнесла тоном обвинителя: – Ютака Мунетаке, Абсолютный Шутник, ты обвиняешься в убийстве Соки Ясукавы, Абсолютной Руководителя! Время начать голосование по Третьему Делу!