Глава 47. Открытая комната

– Не может… – вырвалось у Любимчика, абсолютно шокированного личностью жертвы. – КОМОМО! – потрясённым голосом, в котором слышались слёзы, крикнул Шуго, бросившись к трупу. Однако Футболист, с которого ещё стекала вода, поскользнулся и чуть не расшибся. К счастью, сухой Тамио успел вовремя его подхватить, и стал слегка удерживать от попытки вновь броситься к телу. – Теперь я помог обнаружить тело. Этого должно быть достаточно? – Кенто взглянул на Шуго, лицо которого начало краснеть от слёз. – Заткнись, – оборвал его Цукада. Гений пожал плечами и оперся о шкафчик. В комнату вбежала Миса: – Кого у… Ох, хоть прикройтесь! И, надвинув шляпу, она пробилась к телу, замерев у него: – … – Она права, пойдём оденемся, – тихо сказал Тамио, беря одежду и уводя сдерживавшего всхлипы Шуго в мужскую душевую. Следом вбежала Канари, за которой торопилась Кохана, оглядывавшаяся на отстающую Йоко. – Комомо! – с округлившимися глазами произнесла Эноки, отпрыгнув и чуть не упав. – УБИЙЦЫ! – Йоко бросилась испуганно обнимать Умаки. Кохана, увидев труп, испуганно закрыла лицо предплечьями, но затем слегка взяла себя в руки: – Но почему… здесь?! Вбежали Ханза и Масао. – К… Кто посмел?! – обескураженно произнёс Бухгалтер, – Самая добрая из нас всех… – Она была нам как мама… – всхлипнула Компаньон. – Убийство в этом месте и посреди ночи… – Комегура прикусил губу, не отрывая взгляда от безжизненного тела Абсолютной Вдохновителя, – Смерть не щадит. Прибежал Такато, за которым с сильным отставанием бежал Идемото, чей бег больше напоминал ходьбу по скорости. – Вы нашли в Разде… АХ! – КО… КО… МУ… – стал заикаться выглянувший из-за него Иширо, не в силах выговорить имени Комомо. – Только не СНОВА! – перешёл на крик вбежавший следом Рики, увидев тело убитой. – Увы… – грустно вздохнула Масуми, входя вслед за ним. Нагоми сдержал несколько вздохов, присев на корточки рядом с Комомо. Затем он поднялся с горящим взглядом: – Не знаю, кто смеет покушаться на прекрасных девушек, но он умрёт! – Рики… – повторила Масуми тем же тоном, каким удивлялась его активности в расследовании дела Соки. На пороге появился Ноухара: – Неужели убили саму КОМОМО?! Друзья, мы должны это расследовать! Какое неожиданное происшествие… Я НЕ ЗАБУДУ ЕГО ДО КОНЦА ЖИЗНИ, ДРУЗЬЯ! СПАСИБО, ЧТО ПРИШЛИ! Его постаралась аккуратно обойти Арамине, с дрожью взглянувшая на собравшуюся толпу: – Ребята, друзья, объясните, что произ… А-А-А! Увидев Мусумеду, Художник сделала движение, похожее на желание сбежать, но замерла в полуобороте – дорогу преградил медленно и небрежно входящий Мутаке, которого всё же передёрнуло от брошенного на труп взгляда. – Куда же ты, Арамине? – пафосно сказал он, – Теперь ведь ты единственная глава этого прогнившего класса, да? Ну вот и руководи всеми. Шутама расплылась в улыбке: – Да, именно… это я и хотела сказать! Нам всем нужно начать расследование. Мицунари? Художник проследила удивлённым взглядом за Ноухарой, перешагнувшим труп Комомо. Тот пожал плечами: – Мне мешает звук душа. У нас не концерт живой музыки, йоу! – Я забыл выключить в мужской душевой, – растерянно отозвался уже одетый Шуго, вернувшийся вместе с Тамио. – Я выключил его ещё при обнаружении тела, – возразил Цукада. – Прости, но ты же помнишь, у меня проблемы, – виновато извинился Футболист. Мицунари усмехнулся: – Поэтому я сейчас направляюсь в женскую душе…А-А-А-А-А! КАК МНЕ БОЛЬНО! КАК Я СТРАДАЮ! СМОТРИТЕ! Гитарист поскользнулся на полу женской раздевалки, который уже начала заливать вода, и влетел в источник воды – женскую душевую, упав прямо под душ. Все, кроме Мутаке, бросились к нему, забыв о трупе. Шинку невольно присоединился ко всем, не решаясь заговорить с Вараизавой. Мицунари приземлился удачно, хотя и заливался слезами с громкими криками. Кавара не мог понять, были ли это слёзы, или капли из душа, но сейчас его больше волновало тело позади. Тем временем насквозь промокший Мицунари поднялся при помощи Ханзы: – Меня хотели убить, но я выжил! И доказал своим расследованием, что женская душевая работала всё это время, что является важной уликой! – Хм, – пробормотал Любимчик. – Да, ты как всегда превосходен! – поддержала Йоко, – Но твоя одежда? – Я могу её высушить! – вызвалась Канезуми. – Одежда была принесена на алтарь, – пафосно ответил Гитарист, – Долой одежду! И он решительно разорвал на себе рубашку, пиджак и футболку, оставшись лишь в джинсах, кедах и галстуке. Девушки восхищённо ахнули – для внешне хилого телосложения у Ноухары под одеждой скрывался пресс и явные следы спортивных тренировок. «Гораздо спортивнее, чем я. Стоп, о чём я вообще думаю?» – подумал Любимчик. – Я, конечно, готов ходить и в таком виде, но у меня есть тёплый свитер… – сказал Мицунари намекающим тоном. Миса спешно вынула из чехла с чудом не сломавшейся гитарой свитер, надев его на Гитариста. На этот раз девушки вздохнули от умиления – настолько сильным был контраст пышного мягкого свитера с зауженными джинсами. – Ты совсем как мягкая игрушка. Так и хочется тебя обнять! – Канари озвучила, видимо, популярное мнение. – Подождите, у нас тут убийство, – вмешался Шинку, не добившись реакции. – Подождите, у нас тут убийство! – заявил Мицунари, многозначительно указав на труп Мусумеды, – Вначале – моё расследование, а потом уж всё остальное. Все согласно кивнули и вернулись к Комомо. Иширо прервал грызение ногтей, выключив воду и догнав остальных. Шутама скрестила пальцы рук, сказав: – Гибель Комомо стала огромной трагедией для всех нас. Именно поэтому мы все должны сплотиться вокруг расследования этого преступления. – Не все! – возразила Кине, – В предыдущих случаях жертвой всегда была девушка, а убийцей всегда был парень. И вот снова умерла девушка. Я бы вообще не доверяла парням расследование. Ну кроме Мицунари, он такой милый! Ну и Ханзы, он мой друг. Ну и… – Вот она, раздача привилегий. Испорченная представительница неравного общества! – перебил её Вараизава, которого, однако, проигнорировали. – А мне кажется, что убийцей должен быть кто-то, на кого сложно подумать, – почесал подбородок Идемото, – В книжках обычно так и бывает. Но тогда кто убийца? Тамио? Такато? Йоко? – Почему это на меня сложно подумать, я не тугодум! – возмутился Атлет. – А на меня даже рот не открывай! – обиделась Кине. – А мне кажется странным поведение самой Мусумеды, – с неожиданным подозрением и неприязнью в голосе заметил Цукада, – Могли ли мы ей доверять? Пока поднялся шум и начались обсуждения, Шинку бросил взгляд на тело. Мусумеда была полностью одета, а одежда была сухой – вытекшая из душевой вода ещё не доползла до неё. Никакой крови или ран не было видно, а предсмертное выражение лица было сосредоточенным, но не испуганным. Руки были сжаты, будто по-спортивному. Никаких посторонних предметов вокруг не было, а шея выглядела единственным «проблемным» местом. Положение тела выглядело так, будто Комомо упала после того, как стояла. Труп находился совсем рядом с дверью, соединяющей мужскую и женскую раздевалки, на пути между ней и женской душевой. Любимчик просканировал тело: «ДЕЛО ЧЕТВЁРТОЕ. ИНФОРМАЦИЯ О СМЕРТИ. Жертва: Комомо Мусумеда, Абсолютная Вдохновитель. Изменения тела: вывих шеи и челюсти, перелом шеи. Место обнаружения тела: Женская Раздевалка в Раздевалке. Сигнал обнаружения подал: Кенто Коджиши, Абсолютный Гений.» Одноклассники продолжали шуметь. – Так, соберитесь! – слегка прикрикнула Шутама, но тут же улыбнулась, – Это ответственный момент, и нужно заняться сбором улик и алиби. Хотя алиби довольно условные, мы же недавно разошлись спать. – На этот счёт есть идея, – вмешался Масао, – Мы с Ханзой посовещались и вот что реши-и-или… Я буду осматривать коридоры Второго Этажа, Лестничный Холл и туалетные, заодно спрашивая всех на этом этаже о их месте сна. На Первом Этаже этим же займётся Ханза. А на Третьем… – Возможно, этим хочет заняться Му… – начала Арамине, направляя взгляд на Фантазёра. – ХА! – торжествующе перебил её Мутаке, – Я не трачу своё время на подобное. Пока вы все не поймёте, по каким принципам ДОЛЖНЫ жить, нам не о чем с вами разговаривать. – Ты же сам пришёл, – раздражённо ответила Миса. Вараизава на секунду завис: – Да, чтобы сказать это. А теперь расследуйте без моей помощи, надеясь на свои индивидуалистические каноны… И он вышел с гордо поднятой головой. – Просто замечательно! – всплеснула руками Шутама, но быстро перешла на спокойный тон, – В любом случае, нас ещё шестнадцать, достаточно для расследования. – Я осмотрю Коридор Третьего Этажа и задам вопросы, как Масао с Ханзой и хотели, – вызвался Шинку. – Это упрощает дело, – сказала Арамине, – А в самой Раздевалке следствие, как понимаю, проведёт наш Мицунари? – Секундочку! – сказал Мицунари, с гротескно задумчивым видом промолчав несколько минут, – Нет, я уже видел здесь всё, что нужно. Моё расследование идёт дальше, с опережением всех на несколько шагов! Пункт остановки… Мицунари с закрытыми глазами ткнул в карту в справочнике: – Медпункт. Я не буду собой, если не найду там доказательства, которые ПЕРЕВЕРНУТ ХОД ДЕЛА, йоу! Спасибо, спасибо за ваши аплодисменты! Гитаристу похлопали. – О, я недавно там была! – отозвалась Миса, печатая, – С радостью помогу её осмотреть. – Кто ещё там был? – спросил у неё Ноухара. – Шинку, – ответила Социолог. – Да, пойдём с тобой, – сказал Гитарист, уводя обрадованную Мису. – Тогда кто займётся местом преступления? – спросила Шутама. – Я! – решительно вызвался Рики, – Это дело принципа. – Я планирую здесь отдохнуть, – ответил Кенто, присаживаясь. – Расследуй убийство! – вышел из себя Тамио. Гений удивлённо взглянул на Баскетболиста: – Раз обнаружения трупа вам мало… Сообщу о всём, что вижу, сидя тут. – Это значит, о мужских раздевалке и душевой, – сказала Кохана, подойдя к его месту, – В таком случае я, если позволите, займусь осмотром самой Комомо. – Тогда на мне женская половина, – кивнул Нагоми. – Вновь вращаешься в высоких материях без меня, Умаки! – с шутливым осуждением заявила Йоко, – Что же остаётся мне и Канари? – Йоко, ты осмотришь Лабораторию, Канари осмотрит Зал Собраний, – предложила Арамине. – Идёт! – ответила Канари за двоих. – Я могу осмотреть Кафе, ни один холодильник не уйдёт от допроса! – предложил Идемото, – Ты ведь гордишься моим выбором, Шутама? – Конечно, – отвела взгляд Арамине, – Команда Первого Этажа, можете идти. Когда толпа уменьшилась, она продолжила: – Я осмотрю Директорскую, а Спортзал… Может Шуго? Бледный Футболист покачал головой: – Нет, простите. Я… Я должен сделать всё, что в моих силах! Я осмотрю Учебную, подтяну свои знания в медицине, помогу осмотреть тело… С трудом сдерживая эмоции он вышел. – Я был вместе с Шуго в Спортзале незадолго до убийства, могу помочь в его осмотре, – вызвался Тамио. – Спасибо, – кивнула Арамине, – Это было бы чудесно. – Тогда и я осмотрю Спортзал, раз это будет чудесно для тебя, ха! – вызвался Кошиши. Шутама не отреагировала: – Тогда остались только Масуми и Компьютерная. – Конечно, я всё осмотрю, – мягко улыбнулась Акаримаса. Шутама устало выдохнула: – А теперь можно приступить к поискам. – Одну секунду, – сказал Кенто, – В момент сразу после обнаружения тела здесь находились четверо: я, спортивные друзья и наш Любимчик. Следовательно, кроме идеи с комнатами, где каждый спал, нужно опросить нас четверых как очевидцев. Мои показания подтвердит или опровергнет Шинку, как ближайший видевший, показания Тамио – Шуго. Арамине окинула их взглядом и кивнула. – Логично, – согласился Баскетболист, – В таком случае, меня проверит Шинку через разговор с Шуго. Всё началось с ночной тренировки, в которой участвовали я с Шуго, а Шинку присутствовал в качестве наблюдателя. Затем мы пошли выпить воды на Третий Этаж, попрощались с Шинку и вернулись в Спортзал, где занялись уже не баскетболом, а упражнениями. Но Шуго устал сильнее, чем хотел казаться, потому вскоре мы направились в Раздевалку, где сразу пошли принимать душ. Из того, что Шуго может помнить – я споткнулся, но всё обошлось. А дальше мы услышали сигнал о обнаружении трупа. Очередь перешла к Кенто: – Я, в свою очередь, имел подозрения. Прибыв в Мужскую Раздевалку, я нашёл всё в том виде, в котором это увидели и вы – открытая дверь между раздевалками, труп Комомо Мусумеды, этот мяч. В мужской душевой и правда был включён душ. Я сразу же нажал на сигнализацию, после чего все прибежали. Шинку, в свою очередь, пересказал события вечера со своей точки зрения, не решившись упомянуть про Сенши. – Кенто, Шинку, вы же понимаете, что ваши показания косвенно подтверждают друг друга, но не дают алиби? Тем более хотелось бы услышать от Кенто, как главного подозреваемого, больше о его подозрениях и причине прихода… – Нет, – пожал плечами Гений, – А в алиби я и не нуждался. Можете начинать. Шинку бросил на Кенто такой же удивлённый взгляд, как ещё остававшиеся в комнате, и направился патрулировать коридоры Третьего Этажа. Занятие было монотонным, а стеклянные внутренние стены его сильно облегчали. Не видя никаких нарушений или подозрительных перемещений, Кавара остановился отдохнуть у водопоя, выглянув в смотровое окошко. По Спортзалу шли Такато и Тамио. Цукада рассказывал и показывал Атлету всё о вчерашней тренировке, остановившись на моменте того, как был выброшен баскетбольный мяч. Тут Баскетболист стал внимательно обходить зал, осматриваясь. – Что-то нашёл? Не стесняйся звать меня на помощь, в прошлой жизни я был ищейкой! – сказал Такато. – Похоже, это действительно был тот самый мяч, – обернулся к нему Цукада. – А мне он и показался знакомым, – неожиданно серьёзно заметил Кошиши, – Удивительно, недавно он нашёлся в шкафчике Шинку. – Что за? – Баскетболист удивлённо взглянул на Атлета, – Именно он у нас и пропадал, частично сорвав предыдущую тренировку. Это всё так… В это время к ним зашёл Масао. Шинку, вспомнив о необходимости расспросить людей на Третьем Этаже, направился в Учебную. Там он увидел Шуго, отчаянно пытавшегося вникнуть в книгу по медицине. Судя по выражению лица, получалось у него плохо. – Как осмотр? – спросил у него Кавара. – Ничего не нашёл и пытаюсь читать. Но и это не особо получается, – разочарованно вздохнул Шуго, – Вся моя помощь бессмысленна! – Это не так! – уверенно возразил Шинку. – Ты так говоришь, чтобы меня подбодрить, но я-то знаю… – Я таким не занимаюсь, да и сейчас ты можешь подтвердить показания Тамио подробным пересказом событий накануне обнаружения тела Комомо. Кроме того, расскажи, где ты решил спать после нового разделения мест сна? Шуго, с некоторым удовлетворением выслушавший Любимчика, немного отошёл, с грустной улыбкой став рассказывать: – Мы с Тамио решили ночевать в Спортзале. Потому после той тренировки и душа мы должны были вернуться и лечь спать. Подтвердить слова этой легенды? Запросто! Когда мы зашли в раздевалку, то ничего подозрительного не было. Темень, конечно, стояла сумеречная, комнатные лампы ночью будто тускнеют до бесполезности. Но мы ничего не видели и не слышали, да и стали бы мы вдвоём кого-то бояться? Так что открыли дверь душевой, но перед входом Тамио со всей силы положил мне ладонь на плечо, я даже присел. Ну, понимаешь, в темноте мне не совсем комфортно, а тут всё было так звучно… Я даже возмутился, но он сказал, что хотел подбодрить меня. Чудесный друг! «И довольно деликатный» – подумал Шинку, добавив вслух: – Значит, вы никого не видели? – Нет, – уверенно сказал Сакабе, – Может, убийца сидел в засаде? Или перенёс тело из другого места? Не понимаю, почему Комомо погибла, она не заслуживала смерти! Футболист вновь погрузился в депрессивное состояние. Стараясь его подбодрить, Шинку сказал: – Можешь ли кроме отчёта о осмотре Учебной написать и то, чем с наибольшей вероятностью вызваны травмы Комомо? Возможно, чтение этой книге и твои знания. Сакабе кивком головы дал понять, что сделает, хотя выражение лица и говорило о отсутствии веры в результативность. Шинку вышел, безрезультатно осмотрел туалетные комнаты и направился в Компьютерную. Там Акаримаса рассматривала компьютеры и провода, сдерживая грустные вздохи. Увидев Кавару, она улыбнулась: – Я не нашла ничего полезного, Шинку. Могу ли помочь чем-то ещё? – Да, – подтвердил Кавара, – В какой комнате после разделения класса ночевала ты? Дизайнер показала рукой на Компьютерную: – Здесь. Кроме того, я ночевала не одна, а с Рики. В ответ на взгляд Любимчика она покраснела: – Нет, не в том смысле! Но после Третьего Дела… Я поняла, что ошибалась в нём, и он достоин дружбы. С какой самоотдачей он стремится раскрыть последние два Дела… Потому мы, как связанные подозрением Третьего Дела, решили защищать свою безопасность и алиби, ночуя в одной комнате. Он интересен, когда с ним не говоришь про любовь – от разговоров о медицине до философских рассуждений. Не понимаю, правда, почему он решил провести и эту ночь со мной, а не Комомо. Судя по интонации, гармония в дружбе была не совсем полной. – Значит, вы ночевали здесь в момент сигнала о обнаружении? – уточнил Шинку. – Да, – подтвердила Дизайнер. – Спасибо, – кивнул Любимчик, – Мне пора. – До встречи, – улыбнулась вслед Акаримаса. Настало время идти в Медпункт, чего Любимчик не очень хотел. Глубоко вздохнув, он открыл дверь, готовясь ко всему. Он действительно увидел незабываемую сцену. Мицунари прыгал на кроватях, будто проверяя их прочность: – Здоровый образ жизни – вот чему мы все обязаны следовать! Кстати, Канезуми, классная шляпа, мне бы подошла. – Но мне она тоже нравится, и если ты хочешь, чтобы я её отдала, то вынуждена… – замялась Социолог. – Я разве такое говорил? – Ну… – ещё больше растерялась Миса. – Нет, я правда не помню, о чём говорил. Про что мы вообще говорим? Ну и как там твои дела? – Привет, – смог выговорить Шинку, не понимавший, как вмешаться в эту сцену. – Ах, Шинку, мы ничего не… – спохватилась Миса. – Мы нашли важную улику, – перебил её Ноухара. – Когда? – удивилась Социолог. – Десять секунд вперёд, – невозмутимо ответил Ноухара, – Считай до десяти. Лицо Гитариста внезапно стало задумчивым, он окинул комнату взглядом. На девятой секунде взгляд остановился на пустой кровати Абсолютной Вдохновителя. Мицунари бросился к ней и опрокинул, чуть не опрокинувшись сам. – Что?! – произнёс Шинку. Под кроватью, с которой по внешнему виду полностью унесли постельное бельё, был спрятан его полный комплект. – Ты гениален! – с восхищением сказала Миса, – Гораздо лучше Кенто. – То есть Комомо… Не пользовалась своей постелью? – спросил Шинку с невольным согласием в голосе. – Уверен, она просто любила спать под кроватью. Ну знаете, та самая Комомо Мусумеда, знаменитая чудачка, от которой только этого и ждали, – Мицунари с самым серьёзным лицом ушёл в абсурд. – Возможно, подушку и простынь сюда перенёс уже убийца? – предположила Миса. – Но зачем? – задумался Любимчик. Не имея ответа на это в голове или у собеседников, он вспомнил, зачем пришёл: – Кстати, мне нужно узнать информацию о том, где вы ночевали в эту и прошлую ночь. – В Директорской, – ответила Миса. – А мне сон не нужен, я сплю ноль часов в сутки, если ты не знал, посвящая всё время своему ЛЮБИМОМУ КЛАССУ! Потому я не ночевал, а готовился к МОЕМУ новому РАССЛЕДОВАНИЮ в Зале Собраний! – добавил Мицунари под аплодисменты Мисы. Кавара сделал усилие, чтобы сохранить спокойное выражение лица. Из ситуации его спасли сообщения, пришедшие на справочник от Ханзы и Масао: «1) По осматривающим Первый Этаж информация о сне такая: я и Масао спали в Кафе, Масао может подтвердить. Иширо сказал, что вместе с Такато спал в Лестничном Холле, рассматривая потолок и говоря о «весёленьком». Йоко говорит, что вместе с Коханой и Канари спала в Учебной. Канари говорит о том же.» «2) Слова Ханзы о наших ночёвках в Кафе – правда. Кохана подтверждает, что они с Йоко и Канари находились в Учебной, а вот Кенто заявил на вопрос о том, где ночевал, что-то вроде: «Нигде». Рики утверждает, что ночевал в Компьютерной, как и Масуми. Шутама заявила, что её местом ночёвки всегда был Медпункт. Такато подтверждает слова Иширо, а Тамио утверждает, что они с Шуго ночевали в Спортзале, пусть в нынешнюю ночь это было только в планах.» Любимчик понял, что настала его очередь, и быстро напечатал: «3) Шуго согласен с Тамио, а Масуми с Рики. Миса ночевала в Директорской, а Мицунари – в Зале Собраний. Я ночевал в Лаборатории, один. Где ночевал Мутаке, видимо, не знает никто.» Будто в ответ сразу появилось сообщение очевидного авторства: «4) Совсем не важно, где я ночевал я, важно то, задумались ли вы над моими предыдущими словами!» Пошли и первые сообщения с мест осмотров, содержание части из которых Шинку уже знал: «5) В Учебной ничего важного. Простите, если ожидали чего-то большего.» «6) В Компьютерной нет ничего подозрительного.» «7) Коридоры Первого Этажа в полном спокойствии.» «8) На Втором Этаже также не происходит ничего, вызывающего подозрения.» Кавара поспешил написать следом: «9) По коридорам Третьего Этажа также не было подозрительных перемещений.» Сообщения продолжали приходить: «10) В Кафе нет никаких улик, только вкусная еда! И судя по чистоте, не похоже, чтобы убийца к ней прикасался…» «11) В Лаборатории из подозрительных вещей только постель Кавары. Не выглядит, чтобы он этой ночью спал на ней! Уверена, это будет важной уликой!» «12) В Зале Собраний только эти жуткие гробы. Но не поддадимся запугиванию!» «13) В Директорской нет ничего, что могло бы быть уликами по Делу. Постарайтесь искать лучше, ребята, улик мало, что ставит нас в опасное положение...» В этот же момент начали стремительно появляться новые улики от одного автора: «14) Мотивация к Четвёртому Делу звучала так: «Убийство, совершённое без присутствия на месте преступления хотя бы одного непричастного участника, не ведёт к победе». Сенши представила её как выгодную противникам убийств.» «15) Один душ в Женской Душевой был включён к моменту обнаружения жертвы, начав подтапливать Женскую Раздевалку.» «16) Дверь в Женскую Душевую была распахнута.» «17) Не считая следов после Мицунари, в женских Душевой и Раздевалке нет следов перемещения кого-то ещё с задеванием воды.» «18) И входная дверь в Женскую Раздевалку, и дверь, связующая Женскую Раздевалку с Мужской, не заперты, при наличии технической возможности их запереть изнутри Раздевалки. – Всё очевидно! – голос Мицунари, обращавшегося к Мисе, оторвал Шинку от чтения, – Перед нами классическая загадка открытой комнаты. Всё открыто, идеально подходит для убийства, а опасность не тревожит никого, даже жертву! – Возможно, ты имел ввиду убийство в закрытой комнате? В данном случае ситуация немного противоположная, – попыталась поправить его Миса. – Закрытая комната? Прошлый век, даже позапрошлый, сегодня модно убийство в открытой комнате, – невозмутимо ответил Ноухара. Кавара хмыкнул и продолжил чтение. Увидев знакомый Коханы, он улыбнулся: «19) К внешним характеристикам трупа можно отнести такие, как факт перелома и вывиха шеи, вывиха челюсти, малозначимые синяки, свидетельствующие о том, что жертва упала на пол. Важно ответить наличие на жертве всей её одежды, не повреждённой и сухой, как и остальные части тела.» «20) Важно заметить сопутствующие характеристики: перелом напоминает перелом от чего-то тяжёлого, ударившего жертву в район подбородка и/или верхней части шеи на большой скорости. Смерть, наиболее вероятно, наступила от данного удара и мгновенно. Тело лежит в состоянии, похожем на инерционное падение от толчка, а до падения, вероятно, стояло лицом к Мужской Раздевалке, близко к двери, связующей Мужскую и Женскую. При этом, судя по особенностям положения тела, с момента падения его положение никто не менял.» «21) Кроме того, возле трупа обнаружен мяч довольно большого веса. На основании личного опыта могу предположить, что это тот мяч, который использовался нами во время Баскетбольного Турнира.» В ответ пришло подтверждение: «22) Подтверждаю, это тот самый мяч – самый утяжелённый из всех. Мы с Такато только что проверили Спортзал – он отсутствует. Этот же мяч мы с Шуго использовали во время вчерашней тренировки около полуночи и оставляли его в Спортзале.» Шинку напрягся, вспомнив приключения этого злосчастного мяча. Между тем, появилось новое сообщение: «23) В общем, я покопался в медицинской литературе и истории спортивных травм, меня просили дать мнение по травмам Комомо. Скажу так – выглядит странно, но похоже на смерть от чего-то похожего на мяч. Из наших мячей убить мог разве что тот, который нашли, но нужен был бы сильный прицельный удар.» В ответ появилось новое сообщение: «24) Если предположить, что в Деле задействован мяч, то оно вызывает значительно больше вопросов для размышления. С одной стороны, важно заметить, что угол попадания мяча выглядит несколько странным – он безусловно ударил жертву спереди, и не в центр головы, а будто случайно задев её по касательной, при том, что голова и тело жертвы перед смертью, а в меньшей степени вероятно и корпус, были наклонены вперёд. С другой стороны, положение мяча говорит о том, что после соприкосновения с телом и падения по логичной траектории его никто не трогал, что создаёт ситуацию, в которой не замеченный никем убийца по неизвестным причинам не убрал ничего уличающего с места преступления.» Кавара также решил высказаться о мяче: «25) Этот самый мяч уже исчезал из Спортзала и был обнаружен мной и Такато в моём шкафчике, после чего Такато вернул его в Спортзал в день тренировки Шуго и Тамио с моим наблюдением.» В это время стали появляться улики в стиле, который Шинку раньше не замечал: «26) Время между полночью и ранней ночью.» «27) Место – Раздевалка.» «28) В Мужской Душевой душ действительно был включён.» «29) Свет адаптировался под ночной.» «30) Количество душей в Мужской и Женских Душевых равное.» «31) Двери обеих Душевых и смежная расположены на одной линии.» – Какой предсказуемый набор очевидных фактов от якобы самого умного из нас? – пожала плечами Миса, – Он мог бы не участвовать в расследовании, а спать, как обычно. – Они все могли бы не участвовать, ведь настоящее расследование провёл здесь только я. Настало время показать им всем ДЕЙСТВИТЕЛЬНО важные вещи. И Гитарист напечатал: «32) Нижеподписавшийся торжественно заявляет, что многие услышанные им в Лицее музыкальные жанры и композиции – отстой. И к менее важным новостям, спальное бельё Комомо было спрятано под её кроватью в Медпункте.» В чате появилось сообщение от Шутамы: «Если все уже нашли всё, что могли, пора голосовать за начало Лицейского Трибунала. И спасибо за ваши усилия, друзья!» Шинку, Мицунари и Миса проголосовали, остальные видимо тоже – в справочнике вновь появилось сообщение: «Большинство проголосовало за начало. Все живые участники Убийственной Игры должны немедленно собраться в Зале Собраний, откуда будет осуществлён переход на Лицейский Трибунал.» Шинку вышел из Медпункта. В справочнике, осветившемся рассветными лучами, отобразилась надпись: «КОНЕЦ ДНЯ 7. ДЕНЬ 8.» Вскоре все собрались у входа в Зал Собраний. Большинство окружило Мицунари, громогласно рассказывавшего о том, что дело уже почти решено его расследованием, то и дело получая комплименты и аплодисменты. Любимчик подошёл к задумчивой Умаки: – Просто хотел поблагодарить, что ты так помогаешь нам в этом Деле. Ты, вероятно, уже близка к разгадке? Географ рассеяно ответила: – Не совсем к той, о которой ты думаешь. Меня сильно волнует один вопрос из прошлого. Но если говорить о этом Деле… Нет, всё очень странно. Арамине тем временем обернулась к одноклассникам: – К сожалению, теперь мы лишены руководства Соки и Комомо, но я сделаю всё возможное, чтобы мы не проиграли этот Трибунал. – А я в этом помогу! – подмигнул Такато, – Ни одна Сенши тебя не тронет. Абсолютная Художник молча пропустила его вперёд. Но даже Кошиши помрачнел от вида Сены на сцене, бодро сказавшей: – Ночью люди так одинаковы, но, к радости человечества, даже ночь отступила перед сиянием утреннего Лицейского Трибунала по Четвёртому Делу! И Поэт повела привычную процессию за кулисы.