Глава 60. О разных проявлениях гениальности

Лицеисты, переглядываясь в ответ на загадочное заявление Сены, проследовали за ней. Кавара посматривал на них, с содроганием понимая, что кто-то идущий рядом пролил кровь Кенто. Дело оставляло больше вопросов, чем ответов, но Любимчику сложно было сосредоточиться – очередной труп перед глазами не придавал оптимизма. В Зале Трибунала их ожидало уже восемь портретов погибших. Шуго сел, грустно уставившись на портрет Тамио по соседству. Канари не могла найти себе место, оглядываясь то на портрет Тамио, то на портрет Кенто, между которыми теперь сидела, что вызывало насмешливую улыбку Фантазёра. Мицунари, рассказывающего о своих переживаниях, проводила на его место Расследовательская Группа, а Такато как-то оценивающе уставился на центр круга. Этот взгляд показался Любимчику чем-то знакомым. Сев на своё место и взмахнув тростью, Сенши объявила: – Интересное развитие событий, нет? Должна признать, для меня это стало некоторой неожиданностью, как и смерть Абсолютного Гения в принципе… Но тем гениальнее произошедшее, гениальность проявляется и возможности меня удивить! Ах, как жаль, что уже сейчас я не могу поговорить об этом! Уже вижу, как вам не терпится начать дебаты, а потому Лицейский Трибунал по Пятому Делу объявляю открытым! Шутама поднялась со своего места, проведя пальцем по выдвинувшейся трибуне: – Что же, время начинать, друзья. Кстати, о времени… Стоит определить временные рамки. После завтрака девятого дня Кенто перестал появляться на публике, обнаружен же он был накануне завтрака в десятый день. Да уж, почти сутки… – Не сомневаюсь, убийца был страшно рад такой вашей рассеянности! – с нотками обиженной истерики засмеялся Вараизава, – ХА-ХА-ХАХ, ВЫ ПОДАРИЛИ ЦЕЛЫЕ СУТКИ! И ЕЩЁ НАЗЫВАЕТЕ МЕНЯ ЗЛОМ? – Заткнись, будто неясно, кто кандидат номер один на эту роль! – Шуго злобно стукнул кулаком по трибуне. – Но постойте! – вмешался Шинку, – Я ведь уже говорил, что видел Кенто, а значит убийство должно было произойти между полуночью и утром, а не между сегодняшним и вчерашним утром. – К сожалению, ты не можешь это подтвердить. А потому ничто не даёт возможности утверждать, что это более точное время, – поправила палитру Арамине. – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – возразил Шинку, вспомнив, – До наступления ночи Спортзал должен был посещать как минимум Шуго, а потому мои слова имеют подтверждение. – Оно является косвенным, – возразила Миса, приглаживая волосы, – О времени с точностью известно лишь то, что убийство не было совершено прямо перед обнаружением. То есть почти ничего неизвестно. – Эй, зачем Шинку врать о встрече с Кенто? – вмешался Такато. – Это серьёзно нужно объяснять? – улыбнулся Рики, – Убийца всегда заинтересован в таком. – Да, Такато, не мешай, – отмахнулась Шутама. Атлет опустил голову. – Я склонна согласиться со словами Шинку и Такато, – неожиданно вмешалась Умаки, – Слова Шинку было бы довольно легко опровергнуть. Спортзал хорошо просматривается даже без вхождения в него – и уж тем более через смотровое окно, расположенное над ним на Третьем Этаже. Я смотрела в него, открывающийся вид спокойно позволил бы заметить тело днём. Кроме того, не следует забывать, что возле смотрового окна расположен источник воды… – Я СОГЛАСЕН С ЭТИМ! – поддержал её Ханза, – Водопой сильно повышал бы риск обнаружения тела. Шинку бы слишком сильно рисковал, если бы стал врать об этом. – Так Шинку исключён из подозреваемых? – спросила Канари. Гитарист щёлкнул пальцами: – Не будьте так добродушны к убийце, представляя любого, способного отобрать жизнь, как равного мне. Мы ведь здесь совсем не знаем некоторых… Может убийца просто тупой. – Если тупость определяется по экзаменационным баллам, то Шинку так оценивает меня, – пожал плечами Атлет без следа прежней обиды в голосе. – Если бы убийца оказался тупым и Трибунал завершился через пять минут, все кроме него были бы счастливы, чудесный поворот, – усмехнулся Нагоми, – Но даже самые недалёкие убийцы защищены правилом 20, поощряющим их молчать. – А между тем, Шинку и Миса сильно сократили временной промежуток убийства – это вновь была ночь, – заметила Кохана, надвигая очки, – А насчёт вероятности сказанного раннее… Целесообразно было бы спросить у Иширо, каким образом он обнаружил тело. – И правда, мы как-то упустили этот момент. Отвечай, Идемото! – Йоко упёрла руки в боки, подозрительно взглянув на Идемото. Мыслитель испуганно подскочил к своей трибуне: – К-конечно! С утра мне очень… Очень захотелось пить. Я решил сбегать не в Кафе… Иширо покраснел, продолжив: – А на водопой… Я выглянул в окошко, а внизу кровь! Я прибежал, прибежал, а там, а там… – Успокойся, всё в порядке, – улыбнулась Масуми. Мыслитель благодарно выдохнул: – А там лежал труп. – Ты никого там не видел? И был ли ты один? – уточнил Чоурики. – Никого, один! – закивал Иширо. – Значит, твои слова некому подтвердить, – задумался Масао, – Хотя и ускорять обнаружение тела в большинстве случаев убийце было бы ну не-е-езачем… – Я СОГЛАСЕН С ЭТИМ! Со второй частью! Это не я! – живо отозвался Иширо. – Перед тем, как решать это, следует уточнить место убийства, – Шутама отбросила часть волос с плеча. – Труп перетащили из другого места, и уже затем размозжили голову? – напряглась Карьерист. – Брр… – поёжилась Шутама. – ХА! Вот вы какие дружные! ОПРЕДЕЛЁННО, КОДЖИШИ ДОЛГО ТАСКАЛИ ПО ЛИЦЕЮ, ИЗМЫВАЯСЬ НАД ТРУПОМ, ПРЕЖДЕ ЧЕМ ПОЛОЖИТЬ В СПОРТЗАЛЕ! – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – воскликнула Кохана, сама вздрогнув от своего восклицания, – Брызги крови на шкафу и положение тела, особенно головы, однозначно указывают, что Кенто умер там, где и упал, поражённый насмерть, а упал он в Спортзале. – Хорошая работа в рамках моего расследования, Кохана! – похвалил Мицунари. – Спасибо, – улыбнулась ему Географ. Ноухара тоже заулыбался, правда всем сразу улыбкой превосходства: – По итогам моего непревзойдённого расследования при поддержке Расследовательской Группы становится очевидным, что Кенто был убит у шкафчика «СЕНА СЕНШИ», к которому в этот момент тянулся! – Я СОГЛАСНА С ЭТИМ! – поддержала Географ, – Наиболее вероятно, в момент смерти он хотел ввести последнюю цифру пароля, на который был закрыт этот шкаф. – Я СОГЛАСЕН С ЭТИМ! – Гитарист согласился с согласием, – И С ТЕМ, И ВОТ ТЕМ, СО ВСЕМ, ЧТО ТЫ ГОВОРИШЬ! Бедный Кенто так хотел спасти нас, расшифровав 99 цифр пароля, но в последний момент, НА ПОСЛЕДНЕЙ ЦИФРЕ, был убит каким-то гадом. Моё расследование положит конец негодяю! Умаки умилённо вздохнула. – Однако не до конца понятно, как убийца вообще смог убить Кенто, ещё и таким образом, – заметила Масуми, – Может, стоит поговорить об этом? – Однозначно! – в унисон и приблизительно одинаковым тоном ответили Кохана и Мицунари. Абсолютная Художник кивнула: – Что же, тогда время затронуть способ убийства… Он не настолько загадочный, голова жертвы всё же раздроблена. – От удара тяжёлым и тупым предметом. Удар пришёлся по голове. Перелом шеи был только последствием, – стала быстро перечислять Канари, будто ребёнок, читающий стих взрослым. Сакабе мрачно постучал пальцами по трибуне: – Из того, что я прочитал про такие травмы, версия Коханы полностью подтверждается. Ну то есть никаких шансов, что после такого Кенто бы понял, что происходит. Может были какие-то секунды, как у Сенны и Ратценбергера в «чёрный уик-энд», но не больше. Мгновенная смерть. – В способе убийства особо интересна траектория… – заметил Масао, – Удар пришёлся сверху, был нанесён на большой скорости. – Кто-то сбросил на него орудие убийства, стоя на шкафу? – раскрыла глаза Кине, – Какая подлая засада! – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – возразил Шинку, – Кенто был самым высоким из нас, он бы заметил стоящего на шкафу. – Если не дал себя убить… – заметил Идемото. – ПРОТЕСТУЮ! – воскликнула Канари, – Кенто не стал бы так делать! – К тому же, расстояния от головы до руки любого из нас, стоящего в полный рост на шкафу, не хватило бы, чтобы создать ту скорость и силу удара, с которой он был нанесён, – заметила Кохана. – Также на месте убийства было найдено метательное ядро, взятое из этого же Спортзала, и довольно тяжёлое, – заметил Чоурики. – Судя по виду и тому, что писала Кохана… Оно и было орудием убийства, – сказал Шинку. – Я СОГЛАСЕН С ЭТИМ! – подтвердил Футболист, – Такая травма определённо должна была быть оставлена чем-то вроде него, если верить книге. – Только вот странностей ещё много, – пожала плечами Канезуми, – Никаких следов борьбы, сопротивления. – Всего лишь значит, что кроме мгновенной смерти, жертву ещё и застали врасплох, – обаятельно улыбнулся ей Любовник. – ПРОТЕСТУЮ! – возразила Канари, – Кенто был не из таких, чтобы дать застать себя врасплох. Он бы заметил! – Не из таких? Он часто спал, – прервала её Миса, поднимая бровь. – Но в последнее время он изменился, – заметил Любимчик, – Я давно не видел Кенто не то, что храпящим, но спящим вообще. Он постоянно был в поисках чего-то, выглядя крайне бодрым. – Снотворное перестали подмешивать? – насмешливо спросил Вараизава. – Он ел общую с нами еду, не сортируемую специально под него. Или ты хочешь обвинить Масао? – строго возразил Бухгалтер. – Да мне какое дело, счетовод? РАВЕНСТВО – вот, что меня интересует. Только когда все будут жить в системе, где труд… – Лично я анархо-этатист, а Шуго, уверен, минархист. А теперь к более важным новостям! – резко перебил его Ноухара, – Знали ли вы, что ночью темно? Понимаю, сам недавно узнал. Комегура кивнул: – И правда, вспоминая Шахматный Турнир… Ночью в Спортзале должна быть плохая видимость. – Ну, не совсем, – уточнил Шуго, – Целая стеклянная стена и лунный свет, все дела. Но да, ночью в Спортзале были бы видны скорее тени и силуэты. – А значит, Кенто мог не заметить убийцу! – воскликнула Компаньон, сжимая пояс, – Хотя, конечно, мог услышать звук двери, но даже так! Иширо поддержал панический тон: – Но если не через дверь, то что если… Что если… В стене был тайный проход, Сена Сенши выскочила оттуда и атаковала Кенто ударом сзади? Может, даже в прыжке? Абсолютная Поэт усмехнулась: – Ого! Я польщена таким комплиментом моему телосложению и коварству, хотя это и ломало бы ход Убийственной Игры… Но серьёзно, Иширо Идемото, ты обвиняешь меня в этом? – При всей нелюбви к Сенши, она права, – развёл руками Нагоми. – Да, она определённо не могла быть убийцей, – поддержала Канезуми, – Кенто был достаточно высок, внимателен и силён, чтобы не быть убитым внезапно таким способом, он бы заметил и как минимум оказал сопротивление. Из Иширо сыпались теории: – Тогда, тогда-а-а… Может быть, как-то касаясь шкафчика, Кенто активировал механизм-ловушку и ядро свалилось на него сверху? Тогда бы он точно не успел среагировать! – Действительно… – задумалась Умаки. – Вот видите! Осталось только найти ловушку! – обрадовался Мыслитель, потирая руки. – Я не о ней… – ответила Географ, а затем воскликнула, – Смотровое окно! – Я СОГЛАСЕН С ЭТИМ! – поддержал Шинку, перед глазами которого вырисовывалась страшная картина, – Убийца… – Я СОГЛАСЕН С ЭТИМ! – перебил его Ноухара, щёлкая пальцами, – Смотрите и слушайте мою версию внимательно. Шкафчик Сенши расположен возле входа, смотровое окошко расположено над входом. И оно, кстати, открывалось! Добавляем к смотровому окну убийцу с метательным ядром в руках – вот и весь способ убийства. Убийца просто сбросил ядро на Кенто, когда тот подошёл к шкафчику Сенши. – Точно, – согласился Футболист, – Хотя с учётом всего… Нужно было хорошее зрение или слух, да и немного силы – просто сбросив можно было уронить ядро на шкафчик, ведь смотровое окошко не выпирало как балкон. – По поводу окошка… – начал Атлет. – Не сейчас, – задумалась Шутама, – Стоит сократить число подозреваемых. К сожалению, есть только ночные «алиби». – Моему расследованию этого достаточно! – усмехнулся Ноухара, – Убийца – один из тех, кто ночью ночевал один. Потому просто достаточно перечислить тех, кого можно отсечь! Социолог тут же начала перечислять, печатая в электронном блокноте: – Йоко, Канари, Кохана, Масао, Масуми, Рики, Ханза. – Семь человек? Неплохо, – улыбнулся Нагоми. – А вот у ещё восьмерых алиби отсутствует: Вараизава, Иширо, Миса, Мицунари, Такато, Шинку, Шутама и Шуго, – заметил Чоурики. – Выбор очевиден, – сказала Кине, косясь на Фантазёра, – Вараизава опасный маньяк! Вспомните Фестиваль: он буквально пытался убить нас пиками! – Серьёзно? Какая безнадёжная попытка обвинить первого попавшегося. Ещё и назвать мои легендарные копья пиками… ТЫ ВООБЩЕ ХОТЬ ЧТО-ТО ПОНИМАЕШЬ?! От вас требуется лишь одно – принять мои идеи. ВСЁ! ЭТО ТАК СЛОЖНО?! От криков Мутаке Йоко хотела спрятаться под трибуной, но та привычно опустилась в отсутствие участника. Тогда Компаньон собралась с силами: – Плевать мне на твоё равенство, Вараизава! – ХА-ХА-ХА-ХАХ! – насмешливо рассмеялся Фантазёр. – Только вот ничего не понимаешь ты. После казни твои идеи никому не будут нужны, ха? Вараизава перестал смеяться. – Ого, мы и правда завершаем суд досрочно. А всё благодаря моей ученице из Расследовательской Группы! – пропел Ноухара. – Трибунал решил развиваться нестандартно? – заинтересованно прижмурилась Поэт. Йоко обвинительно ткнула в сторону Мутаке: – Обвиняю тебя в убийстве Кенто Коджиши! Ничего не указывает на то, что это был не ты! – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – выкрикнул Шинку. – ДА, ЭТО ПРАВДА! – передразнил его Ноухара, – Кто-то сомневался, что именно туфелька будет защищать Вараизаву? Кавара пропустил это мимо ушей: – Не всё идеально указывает на вину Вараизавы. Мы с Масао нашли его лежащим у входа в Кафе, хотя за пару минут до этого его там не было. Он нас не заметил, поднялся и ушёл, потирая грудь. – Он вас дезинформировал! – заметила Канари. – ВЫ СЛЕДИЛИ ЗА МНОЙ?! – разозлился Фантазёр. – В такой дезинформации не было бы смысла без свидетелей, а их не было – остальные, за исключением Иширо, направлялись к Медпункту, – заметил Комегура, – Похоже, Ханза са-а-амую малость сделал ему больно ударом копья. – Рад слышать, – Бухгалтер улыбнулся Шахматисту, – Если теперь он вечно падает из-за боли, то перестанет угрожать нашему классу. – Если задуматься, благородные поступки часто отдают долей садизма… – сказала Сенши, с интересом слушая дискуссию. – ХА! Будто меня заденут какие-то первоуровневые удары деревяшками, – с обиженной злостью сказал Вараизава, – Не нужно разбрасывать под ногами всякие фантики и шкурки, тогда и люди не будут падать. Или считаете себя элитой, которой и убраться лень? – Некоторым не помешало бы пару раз упасть, – пожал плечами Рики. – Кроме того, Вараизава слеп на один глаз, – продолжил Шинку, – Это не делало бы преступление невозможным, но усложняло бы его совершение. – Он и с одним глазом абсурдно хорошо целится, – поёжилась Абсолютная Художник. – Кстати о нападении на Фестивале, – заметила Географ, – Эмпирическим путём было доказано, что для типа личности напавшего на нас свойственна тяга к зрелищности преступления и отсылкам. Картина же смерти Кенто несёт сомнительную «зрелищность» в сравнении с метаниями копей Гунгнир и Лонгина. Да и отсылкой это может быть разве что на такое же убийство, а не на популярные сюжеты. Вараизава возмутился, застучав кулаком по трибуне: – ПРОТЕСТУЮ! Пирра Эпирского убили сбросом черепицы на голову! Хотя мне больше по душе Ганнибал Барка. Великий одноглазый воитель! Следовало бы взять его имя и фамилию, носить их было бы приятнее, чем имя нелюбимых людей. – Помолчи, – глубоко вдохнув, сказала Шутама, – Просто помолчи. – И не подумаю! – надменно ответил Фантазёр. Но тут вмешался Такато, разминая пальцы: – ДА ЗАТКНИСЬ ТЫ УЖЕ, ТЕБЯ ЖЕ ПОПРОСИЛИ! БУДЕШЬ МЕШАТЬ ИМ РАССЛЕДОВАТЬ – Я НАЙДУ ТВОИ ПАЛКИ И ТАКОГО ГАННИБАЛА ПОКАЖУ! Вараизаву затрясло от обиды. Такато улыбнулся: – Ну вот, теперь можете продолжать. – Время улик! – объявил Мицунари, – Начнём с бумаг в Директорской! Согласно моему расследованию, они прямо касаются убийцы. – Да, определённо, – как-то неуверенно поддержала Миса, – В них перечисляются потребности Лицея и списки учащихся. Безусловно, убийца… Пытался убить… Исходя из административных потребностей? – Погрешностей? Да нет, в них просто рылись, – ответил Мицунари, – Что явно было нужно либо Кенто, либо убийце! Масуми удивлённо заметила: – Но ведь тогда основной подозреваемой становится находившаяся там Миса. – Нет! – спешно начала отрицать Канезуми, – Я же говорила, бумаги разбросали до меня! – И конечно же столь блестящая Социолог, моя милая подруга, приведёт нам доказательства немедленно! – торжественно объявил Гитарист. Миса побледнела: – У меня нет доказательств. – Вот убийца и найден! – рассмеялся Мутаке. – Да почему вы… – Миса не могла подобрать слов. – Чисто теоретически предположим, что Миса могла быть убийцей. Для этого следует сопоставить факты, которые могут и оправдать её. Хорошо, Миса? – спросила Умаки. Канезуми смерила её непередаваемым взглядом. – Миса упоминала, что ночевала одна, и что ночью не могла выйти из Директорской из страха перед прошедшим мимо Вараизавой, – напомнил Ханза. – Он вообще ни секундочки не спит? – поразился Иширо. – Для меня, в отличие от вас, весь Лицей общий, сплю где хочу и когда хочу! – гордо ответил Мутаке. – А если Канезуми просто соврала? – заметила Йоко. – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – заявил Шинку, – Ей не было смысла врать о перемещениях Мутаке. Социолог с интересом взглянула на Кавару. – Это правда, – подтвердил Масао, – Твёрдое алиби такая ложь давала бы только на несколько минут, которые могли потребоваться Мутаке, чтобы пройти мимо. Положение убийцы пока не настолько отчаянное, такой метод лишь навредил бы. – Ну вообще да, но не забывай о великой гипотезе моего расследования – убийца, возможно, просто тупой! – поправил свитер Мицунари. – Миса точно не тупая, у неё второй по высоте экзаменационный бал среди живых! – добавила Эноки. – Ну вообще-то третий… – сказала Сена, кланяясь. Арамине напомнила, улыбнувшись: – Ещё одной уликой является медицинская книга в мужской уборной Второго Этажа. Она же отсутствовала в учебной. – Уже признавался, признаюсь ещё раз: это был я и я её читал, – сказал Шуго, опуская голову, – Я хотел быть полезен, а кому какая польза от спорта на Трибунале. Иначе бы и Тамио умер зря. – Тамио умер зря… Но не совсем зря! – сказал нечто невразумительное Такато с загоревшимися глазами. – Дружище, ты ведь понимаешь, что твоё отсутствие на месте ночёвки, оно же место преступление, и чтение книги о травмах в ночь убийства наводят на тебя подозрения? – спросил Ноухара. – Да, понимаю, друг, – кивнул Футболист, – Ничто не может доказать моё алиби. – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – вмешался Абсолютный Любимчик, – Вспомните показания Иширо. Если Мисе не было смысла врать насчёт Вараизавы, создавая себе ничтожное алиби, то и Иширо не было смысла врать, давая ложное алиби Шуго. – Туфелька, до тебя медленно доходит? Убийца мог быть просто ТУ-ПЫМ, – щёлкнул пальцами Гитарист, – Кстати, а признаком чего является столь заторможенная реакция? – Совокупность показаний Шуго и Иширо действительно звучит, как предоставляющая некоторое алиби. Сфальсифицировать столько разных показаний без серьёзных противоречий можно было бы в случае сотрудничества, но ряд факторов говорит против этого, – заметила Умаки, – Возможно, временно следует принять, что у Мисы и Шуго были не полноценные, но ситуативные алиби, и перейти к наиболее примечательной части показаний Шуго – тому, что он слышал. – А, да, – ответил Футболист, – Я слышал, как кто-то входил в уборную и слышал, как кто-то умывался в раковине. – Если принять эти сведения за достоверные, возникает один вопрос – был ли это один и тот же человек или два разных? – Абсолютная Географ скрестила руки на груди. – Для одного и того же человека такая пауза была бы нелогичной. Это бы создало весьма специфическое алиби, особенно с учётом того, что он никак себя не обозначил, кроме возможного мужского пола, – заметил Масао. – Я СОГЛАСНА С ЭТИМ! – поддержала Дизайнер, – Но если это два разных… Ощущение, что один не пытался скрыть то, что заглядывал в уборную, а второй перемещался тихо в целом, но не беспокоился насчёт того, что его услышат в туалете. Да и если убийство было издалека, смывать кровь не нужно было – разве что умыться, чтобы взбодриться. Мицунари победно щёлкнул пальцами: – Вот и оно! Один из этих двоих убийца. И убийца – парень. – Я СОГЛАСНА С ЭТИМ! – улыбнулась Йоко, – Все убийцы были парнями, по-другому быть не может! Но как ты понял, что кто-то из двоих причастен? – Всё дело в моём гениальном расследовании, – с изрядным самолюбованием Ноухара стал поправлять волосы, – На Втором Этаже в момент убийства, если предположить, что это разные люди, без учёта самого Кенто перемещалось четыре человека, а находилось ещё больше. И при этом ни единого свидетеля? Обмануть возможно всех, но только не меня. – ПРОТЕСТУЮ! Ещё рано делать такие выводы, – заметил Кавара. – Протест отклонён, – пожал плечами Гитарист. – Но мы всё ещё далеки от личности убийцы, – добавил Чоурики. Кохана кивнула: – Возможно, стоит больше сосредоточиться на некоторых странностях. Прежде всего, отсутствовал мотив убивать Кенто. – Была мотивация, дающая убийце серьёзные причины желать Кенто смерти, – возразила Арамине. – Возможно, я некорректно выразилась, – не согласилась Кохана, – Не было мотива убивать именно Кенто. В последнее время он стал довольно активным, много перемещался, был сложной целью, а способ убийства был рискованным и мог легко закончиться провалом. При этом такие факты, как перемещение тяжёлого предмета в место сброса на Третьем Этаже опровергают и спонтанность убийства. – Возможно, кто-то скрывал тайну, связанную с Кенто? – заметил Идемото. – И я даже знаю кто! Шукен Тачибана! Где же этот негодяй, спрятался в саду из генеалогических деревьев? – усмехнулся Ноухара. – Сенши недавно раскрыла немало «плохих» тайн, но среди них не было ни одной, которая бы вела к убийству Кенто, – заметил Чоурики. – Плохих тайн? – переспросил Вараизава. – О, не волнуйтесь, тайны всегда игнорируются, пока не станет слишком поздно, – улыбнулась Поэт. – От других возможных жертв его отличал пароль. Он был убит за вводом кода от шкафчика Сенши, что ну о-о-очень сложно назвать простым совпадением… – заметил Масао. – Убийцей был какой-то фанат Сенши, хотевший помешать Кенто заглянуть внутрь? – предположил Идемото. – И тогда мы уже знаем, кто это. Помнишь, Такато, ты упоминал о находке волоса? – спросил Мицунари. – Да ладно тебе, Шинку не такой, он бы с Сенши не водился. И точно не он убийца! – возразил Кошиши. – Я ведь не называл имени! – с волнением, в котором чувствовалось достаточно фальши, произнёс Мицунари, – Но раз ты считаешь, что убийцей мог быть Шинку Кавара… – ПРОТЕСТУЮ! – в один голос возразили Такато и Шинку, переглянувшись. Кохана заметила: – Было ещё одно отличие. Ведь жертва, с большой вероятностью, не была в курсе так называемого «Судного Дня» или не придавала ему значения в принципе, ещё до его объявления начав параллельные поиски чего-то. Если взглянуть на Дело под таким ракурсом, мы всё ещё не можем сузить круг подозреваемых до возможного сторонника Сены Сенши. – Но угроза Судным Днём оказалась пустышкой, – заметил Рики. – Ты так думаешь? – улыбнулась Абсолютная Поэт. – ХАХ, ДА ЧТО ЗА БРЕД ПРО СУДНЫЙ ДЕНЬ ВЫ НЕСЁТЕ? – вытер глаза Вараизава, – ОН ОЧЕНЬ СМЕШНОЙ, НО О ЧЁМ РЕЧЬ? РЕЛИГИОЗНЫЙ КУЛЬТ УСТРОИЛИ, ХА-ХАХ? – Под Судным Днём имелось ввиду убийство, о котором ты знала заранее из-за необходимости подавать тебе заявочку, да? – спросил Идемото. Сена не ответила, лишь улыбнувшись со сбивающей с толку иронией. – Я бы назвала важным не то, чем на самом деле был или не был Судный День, а сам факт прозвучавшей угрозы. Если это так, число подозреваемых сужается незначительнее, чем в случае с версией о стороннике Сенши, но помогает избежать одного важного противоречия, связанного с риском, о котором стоит поговорить позднее. – Но тогда из списка подозреваемых окончательно выбывают только два человека, не присутствовавшие ни при объявлении Судного Дня, ни при большинстве событий, связанных с ним и давивших на нас – Мутаке Вараизава и сам Кенто Коджиши, – заметил Масао. – ХА-ХА-ХА, КАКАЯ ИРОНИЯ! – ликовал Мутаке. – Картинный ор, – хмыкнул Такато, глядя на Фантазёра. – И версию с суперзакрученным самоубийством тогда следует исключить… – добавил Идемото. – Убийца – не Вараизава? Но как? НО КАК?! – театрально поразился Ноухара. – Но кто сильнее всего под подозрением из оставшихся? – задумалась Шутама. – Кавара, конечно же! – заявила Абсолютная Компаньон. – ПРОТЕСТУЮ! – разозлился Любимчик, – Почему тогда не ты, если шпионила за Лабораторией и бегала по коридорам? – ПРОТЕСТУЮ! – крикнула Йоко, – Я делала это до сна, а на ночь у меня есть алиби, я была с Коханой и Канари. А вот ты только что доказал, что вполне мог быть сторонником… Шинку побледнел, поняв, что сказал лишнее, но, к счастью, Йоко была перебита Такато: – Эй, что за ссоры? Мы тут ядра обсуждаем! – К тому же, даже если не обращаться внимания на алиби, в каблуках тяжёлое метательное ядро нести было бы сложно – равновесие и риск поломки каблука, а разувание создавало бы риск случайной улики. – Против каблуков я не возражаю, но вес ядра? Даже Масао показал способность поднять его, – возразила Арамине. – Да тут всё просто! – Мицунари стал выстукивать на трибуне собственные песни, – Убийце, с таким количеством возможных свидетелей, нужно было быстро переместиться из Спортзала к водопою, где больших ядер до ночи не находили. Было бы неловко, если бы убийцу застукали, пока он полчаса волочил ядро, делая остановки на передышку. Кстати, если мерить по весу Масао и Коханы, то из подозреваемых выпадают Канари и я. Как удобно! Впрочем, я и так безупречен! – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – выкрикнул Шинку, – Ты единственный не давал показаний о себе, спал один и вполне мог быть убийцей! Ответом был фейспалм Ноухары: – Я не даю показаний, потому что я невиновен, и все знают это, туфелька. Я лучший и все мне верят. Ну, чтобы ты убедился, тут кто-то меня подозревает? Никто не отозвался. Шинку прикусил губу. Эти полная вседозволенность и попустительство даже на Лицейском Трибунале вызывали в нём самые нехорошие эмоции, и Любимчик старался успокоиться, сосредоточившись на Деле. В голове вновь мелькали «главный герой» и «аутсайдер». – Наоборот, под подозрением те, кто не делились со мной теориями! – Гитарист перешёл в наступление, расчехляя гитару и выбивая на ней аккордами имена, – Канари, Рики, Такато, Кавара и Вараизава! Нечего бояться тому, кому нечего скрывать, а их размышления были скрыты от меня. Вараизава отпадает, Канари тем более, остаются трое. Рики пожал плечами, Шинку затрясло, Такато отреагировал спокойно. – Возможно, стоит осторожнее отсекать подозреваемых, – скромно заметила Умаки, – Если сброс ядра не являлся проблемой, то переноска и попадание действительно были бы сложностью. Как минимум следует исключить девушек. – Да! – обрадовалась Йоко. – Значит, из спавших в одиночку исключены не только Мицунари и Миса, но и я, – расплылась в улыбке Шутама, – Но мы закончили ещё не со всеми уликами. В Деле не фигурировали два копья, куда-то подевавшиеся. – Их украл вор, желающий остановить меня на пути к цели! – злился Фантазёр. Но его оборвал Ханза: – Копья найдены и спрятаны мной в надёжном месте. Не могу сообщить местонахождение, чтобы ими вновь не воспользовался этот псих. Комегура улыбнулся. – Но это ставит ТЕБЯ под подозрение! – веселился Мутаке. – Скорее оправдывает. Копья никак не фигурировали в Деле, – отметила Миса, поправляя шляпу. – К тому же, мы отошли от темы, ведь у Ханзы и без этого есть «ночное» алиби, – добавил Абсолютный Шахматист. – Время сократить число подозреваемых! – ударил по струнам Ноухара, – Из счастливой четырнадцатки выбывает шесть девушек: Кохана, Миса, Канари, Шутама, Йоко и Масуми. По весу выбываю и я, хотя кто бы сомневался, а также Масао. Ну и ночное алиби уже есть у многих из перечисленных, а, кроме того, оправдывает Рики и Ханзу! – Пока что следует также опустить Шуго как подозреваемого, – настояла Умаки. – Ого, да что же у нас получается? Подозреваемых всего трое! – перебирал струны Гитарист, – Иширо, Такато и Кавара. И кто же из этой тройке передал Кенто очки? – Я СОГЛАСНА С ЭТИМ! – поддержала его Йоко, – Теперь-то Шинку под ещё большим подозрением! – И обстоятельства убийства складывались довольно удобно для него, – добавила Социолог. – ПРОТЕСТУЮ! – Шинку поднялся и схватился за трибуну, – Очки были самыми обычными и даже ухудшали видимость, ночью от них не было смысла. И уж тем более они не имели бы отношения… Мутаке перебил его: – ХАХ, ЛЕГКО ТАК ГОВОРИТЬ, КОГДА ЯВЛЯЕШЬСЯ ИХ ВЛАДЕЛЬЦЕМ! – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – вмешался Такато, – Это я был их владельцем, подарив их Шинку на день подарков! Всю жизнь ими пользовался, ничего странного не замечал. Ну то есть они, конечно, суперкрутые… – Мы поняли, – остановила его Абсолютная Художник, – Мы вновь ситуации, когда врать о ком-то другом было бы невыгодно. Вероятно, очки не имеют отношения к Делу. – И я тоже, и я тоже! – добавил Иширо. – Хм, ну так-то ты отходил на час ночью, – остановил его Шуго, почёсывая шею. – Он отсутствовал где-то час в Лестничном Холле? Это – достаточный промежуток времени для совершения убийства. Будь у убийцы часы, всё и вовсе можно было чётко распланировать, – заметила Миса. – Я просто мучился от болей в животе. Про Второй Этаж вы знаете, а затем пошёл на Первый! – растерялся Мыслитель. Умаки осторожно попросила: – Иширо, позволь задать вопрос – не видел ли ты ничего подозрительного в мужской уборной Первого Этажа? – Нет, нет, нет! – замотал головой Идемото. – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – возразил Ханза, – Даже ночью сложно было не заметить гору крошек там. – ПРОТЕСТУЮ! Мне было не до них, живот болел! – запротестовал Иширо. – Однако часть готовых продуктов после ужина исчезла, и из Кухни в уборную вела «дорожка» из крошек. – Это… Вроде не очень складывается с убийством? Скорее с кем-то, кто любит много есть, даже ночью, – заметила Акаримаса, поправляя кольцо. – Но этот кто-то действовал ночью, поскольку мы с Ханзой слышали его перемещение, – добавил Масао. – ПРОТЕСТУЮ! Я не ел то печенье! – совсем распереживался Иширо. – Никто и не говорил о печенье, – усмехнулся Нагоми. – Друзья, серьёзно? Мы расследуем убийство. Скрывать ночное обжорство – как бы это не выглядело – сейчас просто стыдно! Прекратите немедленно. Сказавшая это Шутама смотрела на одного конкретного «друга». Иширо угрюмо вздохнул: – Да, это я был объедалой… Мне очень стыдно. Правдой было только то, что я заглядывал в обе уборные, думая куда бы отнести еду. Если вы хотите меня наказать – я готов принять наказание… – А умывался ты? – спросила Абсолютная Карьерист. Мыслитель удручённо покачал головой. – И наоборот, спасибо за помощь в расследовании, Иширо, – заметил Комегура, – Ведь твой аппетит привёл к тому, что ты выбываешь из списка подозреваемых. – Я СОГЛАСНА С ЭТИМ! – поддержала Кохана, – Ведь даже если опустить то, что убийца не стал бы тратить время на еду перед совершением преступления, у Иширо был всего час с небольшим. За это время и поесть, и зайти в обе уборные, и совершить убийство, и вернуться к Такато в Лестничный Холл… – ПРОТЕСТУЮ! – раздражённо перебил её Вараизава, – Да что вы заладили с Кошиши и Лестничным Холлом?! Насмехаетесь над моими копьями, да?! Я ЖЕ ПРОХОДИЛ ЧЕРЕЗ НЕГО НОЧЬЮ, НЕ БЫЛО ТАМ НИКОГО В ЭТОМ ВАШЕМ ЛЕСТНИЧНОМ ХОЛЛЕ – НИ ТОЛСТЯКА, НИ КАЧКА! НАСТОЛЬКО ОТРИЦАЕТЕ МОИ ИДЕИ, ЧТО СОМНЕВАЕТЕСЬ В МОЁМ РАССУДКЕ? – Ч… Что?! – удивился Шинку. Кохана тоже занервничала: – Похоже, мы слишком сконцентрировались на одном… – Так у нас осталось двое подозреваемых, – Мицунари выбил новый аккорд на гитаре, – А теперь ловите только подтверждённые факты. Ноухара выбил второй аккорд: – Кавара самовольно перемещался во время расследования! Ноухара выбил третий аккорд: – Кавара конфликтовал почти со всем классом, имея гору мотивов! Ноухара выбил четвёртый аккорд: – На Кавару указывают косвенные улики! Гитарист в последний раз ударил по струнам: – И его подозревают в связях с Сенши! Шинку опешил. Мицунари, по большей части, говорил правду. Меньше всего Любимчик ожидал, что угроза казни может нависнуть над ним. В глазах потемнело. – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – послышались голоса Шуго, Масао и Канари. – Вообще ты крут в целеполагании, но я хочу, чтобы был наказан настоящий убийца Кенто! – Эноки начала с комплимента, – Шинку активно участвовал в расследовании, чем подставлял бы себя! Разве убийца всегда активен? – И помогал сейчас снимать обвинения с других! – добавил Шуго, – Странная тактика для убийцы. Так что нет, друг, ты легенда, но неправ. – Помимо всего этого, Шинку компрометировал бы себя очками, от которых перед совершением убийства предпочёл бы избавиться, а также ночным временем убийства, сужавшим круг подозреваемых, – заметил Масао. – Возможно, следует немного сменить тему? – предложил Ханза, примиряюще подняв руки, – Мне кажется, стоит учитывать мотивацию этого Дела: «Убийца может избежать казни, если пожелает этого». Она сильно развязывала руки убийце, вам не кажется? Кохана кивнула: – Занятно, у мотиваций Сены Сенши часто возможно двойное толкование. Но здесь это и правда меняло бы ситуацию… Особенно если мы с самого начала ложно истолковали намерения убийцы. – Ложно истолковали? – растерялась Йоко. – Помните, с чего мы начали? – стала объяснять Географ, – Убийцей был кто-то из тех, кто изначально услышал про Судный День. Но если раньше речь могла идти о том, что услышавший был сторонником Сенши, старавшимся помешать ничего не подозревающему Кенто бороться с Судным Днём… То сейчас всё меняется на прямо противоположное – кто-то воспринял угрозу Сены всерьёз, решившись действовать! – Я СОГЛАСЕН С ЭТИМ! – поддержал её Шинку, – Сенши упоминала, что не может устроить Судный День в любую минуту… И не просто так, а потому что ей надо подготовиться и кое-что пригодится! – Какой интересный поворот! – Сена закинула ногу на ногу. – И Судный День нам обещали устроить сегодня утром, – вздохнул Атлет. – Спасибо за помощь в моём расследовании. А теперь приготовьтесь к моим сногсшибательным выводам! – объявил Мицунари, – Ведь вчера Йоко сообщила нам, что видела, как Сенши ночью направлялась на Второй Этаж. Именно к этому выводу я пришёл, слушая ваши теории: убийца услышал это и подумал, что Сенши должна была направляться в Спортзал. – Я СОГЛАСНА С ЭТИМ! – поддержала Умаки, – Убийца мог интерпретировать, что для начала Судного Дня ей необходимо было взять что-то на Втором Этаже. Самым логичном местом являлся бы закрытый на пароль именной шкафчик. И тогда набор кода для него нёс бы большую опасность для класса. – Подождите, а то тихое перемещение в уборной? – спросила Масуми. Умаки стала объяснять: – Если первым вошедшим был Иширо, то вторым, вполне вероятно, был убийца. Видимо, он хотел взбодриться. И здесь видна одна особенность, которую уже затрагивали – он старался действовать осторожно, но не опасался обнаружение в уборной другими лицеистами. Обычно убийца опасался бы именно этого. Следовательно, варианта только два: либо убийца, как говорил Мицунари, и правда был недалёким, либо он не старался сильно скрыть действия конкретно от одноклассников. – Его логику действий это всё также не проясняет, – возразила Канезуми, – Раз убил он Кенто, ещё и в момент конца набора кода от шкафчика, не звучит ли это слишком рискованно? Мне не кажется, что Сена одобрила бы план убийства с риском, что шкаф успеют открыть. – Я СОГЛАСНА С ЭТИМ! – сказала Компаньон, – С чего ей вообще допускать в плане убийства Кенто к своему шкафчику? Разве что он застал её врасплох, но… Как-то ничего не вяжется. Шинку констатировал: – Значит вывод только один – убийство прошло без одобрения Сены Сенши. – Эй, но ты ведь понимаешь, что сейчас сказал? – удивился Сакабе. – Он ничего не сказал, а вот я говорю: целью убийцы была Сенши! – объявил Мицунари. Повисло молчание. – Постой, Мицунари, ты так считаешь? – растерялась Социолог, – Это ведь нарушение правил! Убийца же до сих пор как минимум жив. – Всё же самоубийство?! – поразился Мыслитель. – Пусть Сенши оправдывается, почему допустила нарушение правила 18: «Перед совершением убийства будущий убийца обязан связаться с Директором для согласования.» – Ноухара героически ткнул пальцем в её сторону. – Как удивительно, – Сенши с улыбкой рассматривала перчатки, – Вначале меня обвиняют в том, что я поддаюсь и за сутки указываю вам на убийство, а затем в том, что я поощряю людей нарушать правила. На будущее усвойте: за нарушение правил следует наказание, но предотвращать нарушение заранее… я не обязана. Уж тем более, если, как вы предполагаете, покушались на мою жизнь, ещё и изрядно... меня удивив. Конечно, всегда можно пролить кровь, казнив убийцу вне очереди, но… Если убийство каким-то чудом не нарушило правила 15: «В каждом Деле может фигурировать единственный убийца и единственная жертва. Между Трибуналами невозможно наличие двух и более убийц и/или жертв»… И если убийца не стремится к дальнейшим нарушениям – последовать второй части 16 гораздо приятнее. – «После любой смерти обязан пройти Трибунал.» – прочитал Ханза в справочнике. – Если убийце сошла бы с рук такая ситуация – вопрос только в том, почему вместо Сенши погиб Кенто, – сказал Масао. – Как упоминалось раннее, ночью в Спортзале, особенно с расстояния, не было бы ничего чётко видно, кроме «теней»… – сказала Кохана с догадкой на лице, – И тогда… Тогда убийца сбросил ядро на жертву, не ведя её! Она закрыла лицо локтями. – Я СОГЛАСЕН С ЭТИМ! – сказал Шинку, нервно опираясь на трибуну, – Но тогда это значит, что в темноте убийца просто перепутал Сенши и Кенто. – Особенно бы подошёл кто-то, кто хорошо слышит, но нехорошо видит в темноте. Вот и результат моего расследования: убийца – Такато Кошиши! – объявил Гитарист минорным аккордом. – ХА-ХА, НИЧЕГО ЭТО БЫ НЕ БЫЛО, ЕСЛИ БЫ ВЫ ПОДДЕРЖАЛИ МОИ ИДЕИ! – хохотал Мутаке. Шинку вытер лоб, переводя взгляд на Атлета. Но тот, наоборот, повеселел, подмигивая: – Наконец-то, погнали! ПРОТЕСТУЮ! Разве со времён прошлого Суда я был кем-то недоволен? Конечно нет! Кавара на секунду застыл от абсурдно неэффективной линии защиты, но затем собрался с мыслями: – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! Ты возмущался Тамио, и даже не тем, что он убийца, а тем, что он якобы сделал что-то неправильно! – ПРОТЕСТУЮ! – Атлет подтянулся на руках, поставленных на трибуну, – Да, Тамио оказался мягкотелым мямлей, но и что с того? – Не говори так о Тамио! – глаза Абсолютного Футболиста загорелись. Такато проигнорировал его: – Ведь я мог пытаться убить Сенши ранее. Не было ничего, на что я бы дал нетипичную реакцию! – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – перебил его Шинку в этой странной перепалке, – Ты не понимал, что значит «Судный День», и сильно изменился, когда тебе объяснили! Ты мрачнел с каждым напоминанием Сенши о нём, а во время последнего, вечернего, вообще промолчал! – ПРОТЕСТУЮ! Умереть было бы обидно, но я бы и так умер за нарушение правил! Снова считаешь меня тупым из-за проходного балла? Не стал бы я жертвовать собой ради кого-то! – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – продолжил Кавара, – Такой человек как ты попытался бы нас всех спасти! Смерть Директора могла и остановить Убийственную Игру! Даже, если бы управление взяла на себя программа, ты мог попытаться защититься другой интерпретацией пятой мотивации. И даже если бы смерть была гарантирована – ты ведь любишь Шутаму, и, я уверен, готов был бы пожертвовать собой! На этом аргументе Такато смутился. Художник поднялась, но не смогла ничего сказать, вцепившись в трибуну и судорожно выдохнув. Увидев это, Кошиши вновь оживился: – ПРОТЕСТУЮ! Люблю и люблю, с кем не бывает? Когда я, по-твоему, нашёл время для убийства, если спал? – Ты серьёзно? – пробормотала Миса. – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! – крикнул ему Шинку, – У тебя было достаточно времени для убийства. Показания против Иширо являются и показаниями против тебя – часа на убийство тебе вполне бы хватило, а за временем помогали следить часы! Риск, что Иширо вернётся раньше был, но тебе это и не было страшно с твоей целью. Да и ты слышал, что сказал Вараизава! Кошиши набрал воздух в грудь: – ПРОТЕСТУ-У-УЮ! Вараизава пытался нас грохнуть буквально вчера, на этом спор и окончен. Он просто соврал! Любимчику уже очень не хотелось продолжать, но он пересилил себя: – НЕТ, ЭТО НЕПРАВДА! Вараизаве уже не было смысла врать о твоих перемещениях, а вот ты намеренно умолчал о своих ночных передвижениях! Повисла тишина. Кошиши ударил себя кулаком в грудь и прокричал: – Я СОГЛАСЕН С ЭТИМ! Да, ты прав, я убийца! Эм, прости за формальности, но я не хотел умереть до завершения Трибунала. – Такато! – на глазах Шутамы выступили слёзы. Остальной класс, видимо, не мог прийти в себя после этого признания. – Звучит так… Да, ты просто пытаешься выгородить настоящего убийцу, Шинку! – воскликнула Йоко. – Вы чего? – удивился уже Атлет, – Правду говорю, я убил Кенто. Голосуйте за меня! – Не ври! – упёрлась Кине. Шинку не мог вынести, что его и сейчас защищали, ещё и Такато. Он не мог смотреть на Атлета, ожидающего с каким-то озорным нетерпением, сильно контрастировавшим с поведением покойного Цукады. Любимчик устал, хотелось просто всё прекратить: – Давайте голос… – Давайте голосовать! – объявил Мицунари, – Время подвести итог моего расследования! Кохана собралась с духом, придала лицу строгий обвиняющий вид и объявила: – Такато Кошиши, Абсолютный Атлет, ты обвиняешься в убийстве Кенто Коджиши, Абсолютного Гения! Время начать голосование по Пятому Делу!