Глава 63. Недосказанности

Зловещие уведомления становились рутиной для Абсолютного Любимчика. Потому очередное оповещение он встретил уже почти как будильник: «КОНЕЦ ДНЯ 10. ДЕНЬ 11.» – Шесть утра… – зевнул он, глядя на часы Такато, – И всё спокой… Воспоминание о том, как у него оказались эти часы, быстро отбросило мысль о спокойствии. В лицейском чате уже началась переписка, пусть и не такая оживлённая, как обычно. Писала Масуми: «Привет, надеюсь все хорошо выспались? Мне тревожно…» «Не волнуйся, раз есть я, то всё в порядке! Приходи ко мне как сможешь, я тебя успокою» – немедленно ответил Мицунари. «Спасибо, Мицунари! Без утренних сообщений Шутамы неуютно, да и Рики нет… Не говоря уже про вчерашнее.» Отреагировала и Миса: «Ты такой классный!» «Ты такой славный…» – пришло сообщение и от Коханы. «О да, я славный!» – подтвердил Ноухара. Последовало сообщение от Иширо: «А что нам делать с вопросиком того… Того, что один типок всё же выжил?» «У вас есть славный защитник, можете не переживать! Кто, если не я, предотвратит любую смерть и раскроет любое убийство?» – ответил Ноухара. «Только ты! Кстати, Комегура, ты ведь уже готовишь завтрак? Я не для себя, для подруги спрашиваю» – появилось сообщение от Йоко. «Приве-е-ет подруге! Скоро буду начинать.» – появился ответ от Масао. Но тут снова мешался Мицунари: «Никаких завтраков! Это устаревшее клише. Для меня, конечно, приготовь то, о чём договаривались, но остальным сегодня приготовлю я! О да, это будет особое блюдо, в котором я мастер. Любимейшие друзья, у вас есть бумага?» «И бумага, и ручка! Я догадываюсь, о чём ты, и помогу в их выпечке» – последовало сообщение Чоурики. «Невероятно! Будь я соба-а-акой, я бы стригся только у тебя. Но раз я простой невероятно красивый парень, придётся довольствоваться своими божественными волосами…» Дальнейшая переписка быстро превратилась в коллективное нахваливание Мицунари. Помрачневший Шинку вышел из Лаборатории. В Коридоре его уже ожидал Масао. Впрочем, Шахматист даже не сразу заметил Любимчика – его взгляд был прикован к географической карте. – Доброе утро! – поздоровался Шинку, протянув руку. – А, ой, доброе утро! – подскочил Масао, пожимая руку Кавары и притягивая его для объятий. Шинку, уже понимавший, что делать, кратко пересказал ночной разговор. По мере его рассказа удивление Масао всё возрастало. Наконец, Шахматист прошептал так, будто ещё до конца не верил в их успех: – Так это… сработало? Хорошо, тогда будем продолжать. Но что за темы она поднимает? Технологии? Да и стихи-и-и… – Иногда мне кажется, что я начинаю её понимать, но затем что-то, сказанное ей, заставляет осознавать, что я ошибался в ранних предположениях. У тебя есть догадки? Масао некоторое время молчал, а затем спросил: – А не слышал ли ты странные вещи от кого-то ещё? «Если бы ты знал, как много я слышал их здесь ежедневно…» – подумал Шинку, но вслух стал стараться вспомнить что-то значимое. – Кенто… Его поиски же были связаны с Сеной? Последний раз, когда мы виделись, он почему-то расспрашивал меня о моём знакомстве со смертью. – Смерть? – повторил Масао, – Так, думаю пора заканчивать, а то долгие объятия подозрительны. Когда они вновь стали на свои места, Шинку поинтересовался: – Ты тоже интересуешься этой картой? – А она популярна? – поинтересовался неожиданно смутившийся Комегура. – Когда-то ей интересовался Такато, хотя мало понимал в географии. Думаю, ему была более интересна Шутама. «Да и не только он» – грустно подумал он о Умаки. – Какие сплетни, – улыбнулся Шахматист, – Но мне, как путешественнику, она более знакома. Да и я обдумываю лучшее место для встречи… – Для свидания? – уточнил Любимчик. – Ну да, ну да, – гордо сказал Масао, – Первое свидание у нас было не таким длинным, но второе уже согласовано! – Рад за вас! – искренне улыбнулся Шинку. – Спасибо! А то слы-ы-ышал я от Канари, как ей сопел своё признание местный копьеметатель. – Кстати о девушке: кто же это? – спросил Кавара, с трудом выносивший манеру Масао держать интригу. – Ладно, в любом случае ты меня уже раскусил… – сказал Масао, косясь на карту. «Тоже Шутама?» – мысленно удивился Абсолютный Любимчик. Масао откашлялся, торжественно произнеся: – Кохана Умаки! – А-а-а… – всё более пустым голосом ответил Любимчик. У него потемнело в глазах и зазвенело в ушах. «ПОЧЕМУ ОНА?!» – кричали мысли. Смотреть на Масао стало тяжело – внутри Кавару трясло от переполнивших его эмоций. – Слышал бы ты, с какой любовью она рассказывает о Асами… А её размышления! Кроме того… Стоп, что с тобой, Шинку? Ты сильно побледнел. – Мне нездоровится, – Шинку сам не заметил, как повторил за Сенши. Тут он вспомнил слова Иширо. Негатив исчез, сменившись тревогой уже за Масао: – Ты уверен, что сейчас подходящее время? Может, это приведёт к проблемам? – Ай, не драматизируй! – отмахнулся Абсолютный Шахматист. – Возможно, лучше будет продолжить по завершению Убийственной Игры? – настаивал Любимчик. – Если дожить до него. Так что сейчас самое удачное время – заметил Масао, однако всё же насторожился, – Но ты что-то не договариваешь? У меня есть поводы беспокоиться? – Нет, всё в порядке, – выдавил из себя улыбку Кавара, надеясь, что ошибся именно Иширо, – Ещё раз прими мои поздравления! – Спасибо, – просветлел Масао, но затем с тревогой добавил, – Тебе точно не нужно в уборную? Может что-то принести? – И правда нужно, но я справлюсь сам. До скорого! – помахал Шинку. – Нет, я всё же пойду с тобой, такое лицо – это ненормально, – покачал головой Комегура. Но их прервали: – Масао, вот ты где! – весело сказал Чоурики, обнимая Комегуру и пожимая руку Шинку, опустившему взгляд, – Пойдём, скоро нас наверняка заставят идти слушать очередной «мотивационный» бред. Да и есть у меня идейка проверить одну штуку… Шинку, воспользовавшись моментом, поспешил в мужскую уборную, где глубоко отдышался и немного успокоился. Постаравшись выбросить услышанное из головы, он быстро умылся. В это время в общий чат пришло и сообщение от Шутамы: «Ребята, извините за задержку! Сегодня нас ждёт особенный завтрак, и будет он не в Кафе, а в Учебной. Да и ужин нам заменит кое-что повеселее. Рада вашей гармонии под моим управлением, друзья!» Задумавшись, Любимчик вышел в Коридор, где увидел Масуми. Та приветливо улыбнулась и приобняла его: – Доброе утро, Шинку. Шуго повсюду тебя искал. И, кажется, он не в настроении… – Что случилось? – удивился Любимчик. – Не знаю, но выглядел он нетерпеливо и просил сказать, если увижу тебя… Я предложила ему присесть в Компьютерной, чтобы он не носился по коридорам. Пойдём, возможно, он ещё не ушёл. Шинку последовал за Масуми. – Как ты справляешься? – спросил у неё Любимчик по дороге. – Не знаю… Очень жалко, что погибли Кенто и Такато, ведь этой ситуации могло даже не случиться. Но чем дольше мы здесь, тем сложнее мне плакать – остаются одним лишь мысли о том, как прожить ещё один день с теми, кто ещё жив. – Это правда. Здесь сложно чему-то радоваться, – согласился Шинку. – Здесь не так докучают ухажёры, а с людьми чувствуется большая близость… – грустно стала размышлять Акаримаса, поправляя платье, – Но на этом всё. «Кто-то хотя бы чувствует близость» – подумал Шинку. Масуми покачала головой, будто отгоняя плохие мысли: – Во всяком случае, есть хоть какая-то техника для тренировки навыков. И чем дольше я этим занимаюсь… Тем страннее мне кажется дизайн Лицея Талантов как места обучения. Из-за этого отсутствия окон всё и вовсе напоминает… – Дом с ловушками? – спросил Шинку. – Как у того… Холмса? Мне как-то о нём рассказывал очередной… Думая, что этим и подарочным автомобилем сойдёт за остроумного, ведь не может милая девушка разбираться в тонкостях планировки! Но вроде бы это миф. Да и нет здесь лестниц, ведущих в никуда, или коридоров, идущих в тупик. Тут какая-то другая странность дизайна. – Возможно, – сказал Любимчик, не особо понимая, о чём речь. Они дошли до Компьютерной и Масуми, улыбнувшись, из скромности удалилась. Шуго и правда сидел внутри. Увидев Шинку, он вскочил со своего места: – Шинку, это ещё что за шутки? Мы тебя ждали, ты был нужен, тебя позвали, а ты не пришёл! Кавара ошарашенно посмотрел на Футболиста, подумав, не сошёл ли кто-то из них двоих с ума: – Кто ждал? Когда позвали? Сакабе закатил глаза: – Что у тебя за память, друг? Я, Шутама, Рики и Канари. Собрались обговорить одну важную вещь, да и просто повеселиться. Опаздывать или вообще не приходить, не предупреждая, кто же так делает? – Я впервые слышу об этой встрече, – Шинку преодолел растерянность. – Тебя на неё позвал Рики, ты что, не помнишь? Место сбора, конечно, необычное, но он тебя о нём предупредил. – Ни о чём он меня не предупреждал! – Кавара уже начал раздражаться. Футболист явно удивился: – Что? Но я же спросил у него, и он сказал, что предупредил тебя о месте… Ничего не понимаю. – А о чём была встреча? – спросил Любимчик. – Да уже неважно, – пожал плечами Шуго, – Но что это за бред? В это время в приоткрытую дверь Компьютерной заглянула Канари: – Так, что тут за крики. Тише-тише, Шуго, не горячись, в нашем дружном классе такое не одобряется! Канари обняла их, после чего Сакабе с задумчивым видом вышел из Компьютерной. Эноки подмигнула и улыбнулась Любимчику, хотя тот заметил, как она побледнела, взглянув на место убийства Соки. Поэтому Шинку тем охотнее дал ей вывести себя в Коридор. – Неужели ты не владеешь рапирой слова? – удивилась Абсолютная Карьерист, – Шуго, наверное, расстроился. – Рики почему-то странно себя повёл, – пожал плечами Шинку, – Если честно, здесь всё меньше людей, на которых я был бы готов положиться. – При всей моей скромности, полностью положиться можно только на меня. А, и конечно же на нашу предводительницу, Шутаму! – заявила Канари с явным самолюбованием, – Не всем дан тот высокий уровень целеполагания, схожего с моим. Действительно сложно! Не так уж и много мотивированных людей в наше время, знающих, почему доверие так важно и необходимо! Любимчик улыбнулся: – Рад, что ты так предана классу. – Конечно, чтобы быть лучшей звёздочкой – иначе и быть не может! – ответила Эноки, – Да и ты почему-то не слышал Рики, как же так? Сегодня я буду сопровождать тебя и посмотрю, чтобы ты не особо расстраивался. – Всё время? Тебя приставили надзирателем? – Что? Нет! У меня и личные дела есть, а я лишь одно крылышко птицы, чтобы заниматься всем. В это время пришло уведомление: «Мечтают ли зрительские сидения об концертах на сцене Зала Собраний? Не забудьте спросить у них и передать мне, если выпадет такая возможность. К счастью, Вам так мечтать не обязательно – обязательна явка». – Пойдём, – сказал Шинку. Карьерист как-то молчаливо кивнула. Вскоре они уже были в Лестничном Холле, где собрались и остальные. По весёлому виду большинства, лишь с настороженностью или испугом глядящих на вход в Зал Собраний, Кавара всё никак не мог взять в голову: то ли все так легко забыли о Кенто и Такато, то ли все так хорошо скрывали эмоции. – А сейчас важное дело! – сказала Канари и убежала обнимать Такато, уже переходившего из рук в руки. Собрались и правда почти все – не хватало только Ханзы, которого, видимо, все и ждали, и Мутаке. Масао с задумчивым видом стоял отдельно и смотрел в Коридор, видимо чего-то ожидая. Остальные же столпились вокруг Мицунари. Гитарист, закончивший обнимать Канари, довольно улыбнулся. Рядом с ним стояла и Кохана. Элегантно положив руку на плечо Ноухары, она сказала довольно смелым и весёлым тоном, услышать который от неё можно было редко: – Занятно, ты всё так чудесно организовал, Мицунари! – А кто бы в этом сомневался, Умаки? – сказала Абсолютная Компаньон, – Мицунари такой милый и всем-всем помогает! Кстати, я как раз хотела бы поделиться личной историей, кхм… О весе. – Какой же я славный! – ответил Ноухара, уходя перешёптываться с Йоко. – Славный… – с улыбкой повторила Географ. Шинку перекосило. Он бросил тревожный взгляд на Масао, но тот всё ещё был сосредоточен на Коридоре. Любимчик с усилием вернул взгляд обратно. Неподалёку от Коханы разговаривали Шуго и Рики, видимо, уже всё уладившие – Сакабе повеселел и хлопнул Нагоми по плечу: – А, так ты просто пошутил? Легенда! Любовник улыбнулся, выгибая и загибая воротник своей розовой рубашки: – Да… Именно шуткой это и было… А теперь мне пора. Он подошёл к Канари, Шутаме и Масуми, обращаясь к первой: – Красивый бант сегодня. Кстати… Нет ли планов на сегодняшний день? – Спасибо, – покраснела Эноки, поправляя волосы, – У меня… – Будут планы, – поспешила сказать Абсолютная Художник, – Как раз хотела поручить тебе важное задание. – Я буду полезной? – оживилась Эноки, – Я буду ассистировать лучше всех! – Ввиду чего и ты будешь занята? – спросил Нагоми у Шутамы. – Видимо да, – Арамине прикусила губу. Акаримаса лишь улыбнулась, опустив взгляд. Тем временем Иширо спрашивал у Мисы: – А ты не в курсе, сколько можно прожить в режиме голодовки? Я решил не есть, пока мы не выберемся, так как чувствую вину. – Серьёзно? А почему я должна отвечать? – удивлённо спросила Канезуми. – Пожа-а-алуйста! – попросил Идемото. Социолог начала считать в электронном блокноте: – Можно и месяц, если пить, а без этого неделю. Но серьёзно, Идемото, это не лучшая идея! – Ты так думаешь? – Конечно, – пришёл на помощь Шинку, – Ты ведь ни в чём не виноват. Ценой поддержки стало то, что Кавара чуть не задохнулся в приветственных объятиях. – Да и смерть привела бы к расследованию с шансом смерти всех лицеистов, что делает выгодным твою жизнь и радость, а не страдания и смерть, – добавила Миса, между тем поглядывая в сторону Мицунари. – ХАХ-ХА-ХАХ! Вот так парадоксик! – рассмеялся Иширо, заставив всех обернуться. Тем временем Мицунари и Йоко вернулись. – И всё же, какая приятная случайность оказаться даже в таком страшном месте со всеми вами! – сказал Шуго. – Случайностей не бывает, – серьёзно заметила Умаки, надвигая очки и становясь рядом с Ноухарой. – С точки зрения социологии… – заметила Миса. – Слушайте Кохану Умаки, она не ошибается! – заявил Гитарист. – Так ты не веришь в случайности? – Идемото любопытно показал верхние зубы, – Но чем тогда было Пятое Дело? Умаки объяснила, бросив благодарный взгляд на Мицунари: – Не бывает случайных событий, случайных фраз, случайных действий. Перед убийством каждая деталь ведёт к нему, нужно лишь уметь связать всё воедино. – Согласен с каждым словом! – заявил Ноухара. – Хочешь мисо-суп? – улыбнулась Умаки. – Да, и горжусь! – ответил Гитарист. – Давайте не про убийства… – расплылась в улыбке Шутама. – Кстати, Мицунари, не будет секунды? Мне давно не даёт покоя одно воспоминание, и я хотел бы тебе признаться, – доверительным тоном сказал Любовник. Гитарист с королевским видом ушёл шептаться уже с ним. Однако спокойствие длилось недолго: прибежал Ханза со взволнованным видом. – Что случилось? – спросил Комегура. – Шкафчик Сены в Спортзале теперь только прикрыт… В реальности он уже открыт и пуст, – ответил Абсолютный Бухгалтер отдышавшись. – Бррр… – пробормотала Художник. – Чтоб его, мне не показалось! – сжал кулаки Шуго. Шинку напрягся. – Вот и вся её честность, – развёл руками возвращающийся Рики, – Шкафчик был приманкой. – Да как она вообще смеет! – злился Футболист. Вмешалась Арамине: – Вынуждена вас прервать: она же ждёт нас за этими дверями. И неизвестно, что устроит уже нам, если мы заставим её ждать. Тем более… он идёт. Все поняли, о ком идёт речь, и поспешили войти в Зал Собраний раньше, чем Фантазёр приблизился к ним. На сцене стояло девять гробов. Над этой композицией возвышалась Сена Сенши, в чьей улыбке играли зловещие нотки. Арамине, оглядываясь на дверь, указала на ряд, и все кроме Вараизавы сели там. – Сегодня я не буду вас долго задерживать, – начала Поэт, – Убийственные взрывы заставляют переосмыслить отношение к времени. Ваш дом никогда не взрывали бомбой? Не рекомендую! – Рекомендую! – прервал её Ноухара, – Но вообще держи в курсе. Мотивация какая? – В этот раз мотивация направлена на помощь противникам убийств, – наклонила голову Сена, – Вновь поощрять убийц, когда ваш класс выкашивает полезных людей, было бы опрометчиво. К тому же даже поощрениями никто не пользуется в должной мере. – Значит они не несут выгоды! – с видом озарения сказал Идемото. – Выгоду можно найти во всём. Главное, знать, как правильно трактовать… – помахала пальцем Сенши. – И в чём же заключается новая мотивация? – спросила Шутама. Сенши торжественно отвела руку с тростью: – Убийство, совершённое в сообщничестве, не несёт последствий! Ответом было молчание, прерванное Мисой: – Кого-кого поощряет мотивация? – Что это вообще значит? – нахмурился Шуго. – У класса есть очень много вопросов о мотивации, – поднялась удивлённая Арамине, чтобы что-то сказать. – А у меня, ввиду определённых обстоятельств, очень мало свободного времени... – шутливо заметила Сенши, – Вы медленно собирались, а мне ещё предстоит тяжёлый день. До скорых встреч! И Поэт скрылась за кулисами. – Что за бред? – Ханза скрестил руки на груди, – Будем осторожными, это может быть какая-то ловушка. – Это определённо какая-то ловушка, – тихо заметил Масао, сидевший неподалёку от Шинку. – Эй, но мотивация же не влияет на то, что никто из нас не будет никого убивать! – вмешалась Канари, и сама хлопавшая глазами после ухода Абсолютной Поэта. Фантазёр рассмеялся: – И вы ещё будете хвататься за свои привилегии? Народы Лицея должны объединиться вокруг идеи РАВЕНСТВА, и я научу вас любить его! «Народы Лицея?» – насмешливо подумал Любимчик, презрительно глядя на Мутаке. – Кстати о равенстве… – внезапно обратился к нему Иширо, пока остальные притихли, – Если все равны, то остальным тоже можно метать копья? В талантах мы тогда тоже равны, и я могу писать фэнтэзи наравне с тобой? А ещё, а ещё: если все равны, то почему ты считаешь, что решать должен всё лично ты? Фантазёр явно обиделся: – Потому что я знаю лучше! ЭТО Я – МЕССИЯ! Вараизава выбежал, злобно хлопнув дверью. – Будь осторожнее, Иширо… – сказала Дизайнер, глядя вслед Фантазёру. – В чём? – спросил Мыслитель. – Лучше идём отсюда, – заметил Рики. Арамине кивнула: – Направляемся в Учебную. Шинку поравнялся с задумчивым Масао. Тот бормотал: – Минимум три трактовки... На выходе их встретила уже вовсю игравшая во всех коридорах напряжённая классическая музыка. – Что это? Как-то неуютно, – сказала Йоко, нервно оглядываясь. – От такого музыкального вкуса неуютно всем, – поморщился Мицунари. Абсолютная Географ объяснила: – Кине, это Антонин Дворжак. Симфония 9, точнее её отрывок: «From the New World».