Глава 20

            – Хорошая работа, мисс, – снисходительно похвалил Брайан и протянул руку к мощной винтовке.             Статная чернокожая женщина спокойно закинула оружие за спину.             – Моя оплата, – потребовала она.             Брайан еле сдержался, чтобы не поморщиться, и непринуждённо убрал руку в карман. За последние годы он отвык, чтобы от него чего-то требовали. Любой из его окружения обязан был радоваться уже самому факту великой милости, что он позволил оказать себе услугу!             Наёмнику не объяснить. Справившись с собой, Брайан в очередной раз поздравил себя с дальновидностью, что решил остаться наедине с этой невежественной женщиной. К тому же, наёмники не работали за идею, а верующим не стоило показывать неприглядную сцену низменного торга.             – Конечно, – светло улыбнулся Брайан. – Как договаривались: оружие, – сожалеющий взгляд скользнул по единственной в убежище военной винтовке, – рация, еда долгого хранения. Вы позволите пригласить вас на ужин? Моя жена будет рада вас видеть.             Наёмница обернулась к центру убежища. Брайан снова увидел на её левой щеке длинные рубцы как от когтей, уходящие наискось к шее, под наглухо застёгнутый высокий воротник.             – Воздержусь, – холодно ответила наёмница.             – Я всё-таки настаиваю, – ещё мягче улыбнулся Брайан, – моим людям потребуется некоторое время, чтобы собрать всё нужное. Понимаете, мы чаще питаемся свежими продуктами…             – Два часа, – ещё холоднее оборвала его наёмница, – или я пойду искать свою плату сама.             Не дожидаясь ответа, Брэйден двинулась в сторону лестницы. Ей не нравился этот заказ, ей с каждой минутой всё меньше и меньше нравилось это гнилое местечко, да ей даже патронов выдали всего три, как работать в таких условиях? Удивительно, как догадались позволить хотя бы одну предварительную пристрелку. Но как бы ни был подозрителен заказчик, девушке нужно чем-то питаться.             Стоило наёмнице скрыться как улыбка сползла с лица Брайана. Чёртова баба, кем она себя возомнила? Он глубоко вздохнул, возвращая себе самообладание. Надо будет велеть девочкам и самым красивым мальчикам, чтобы попытались объяснить этой дуре, насколько прекрасно Светлое убежище. Вряд ли у них получится, но вдруг? Ему нужны профессионалы. И совершенно нет желания расставаться что с драгоценной техникой, что с едой.             Даже если не получится… Брайан удовлетворённо посмотрел на еле заметное с километрового расстояния кровавое пятно. Всего минута, а ни живых, ни мёртвых как не бывало. Чёртовы оборотни с их сверхскоростями. Альфа точно не выживет, экспансивная пуля в аконитовом исполнении не даст ни единого шанса. Полученный волею судьбы редкий гималайский аконит балфури Брайан хранил для особого случая, и не зря. Даже оболочку пули долго вымачивали в концентрированном ядовитом растворе смеси лепестков и корней. Очень вряд ли это растение смогут вычислить из трёхсот видов аконита, и уж совсем точно не успеют вовремя найти и применить противоядие.             Что там с эмиссаром, Брайан, честно говоря, не особо понял, вроде бы ему напрямую разнесло голову. Может быть, стоило дать девке толком пристреляться, да только где взять столько патронов?             Смерть альфы должна вызвать брожения в стае, уж Брайан-то разбирался в волчьих повадках. Даже если есть уверенный наследник, его ещё какое-то время будут пробовать на зуб. Авторитет эмиссара мог бы удержать ситуацию под контролем, вот почему этого Джордана Пэрриша тоже требовалось устранить. А самое главное, перестановки в волчьей стае смутят их человеческих союзников, ведь договаривались они с одним оборотнем, а ладить придётся с другим. В лучшем для Брайана случае всё закончится полным разрывом всяческих отношений или даже вооружённым конфликтом между людьми и нелюдью.             Конечно, ещё лучше было бы найти логово стаи, а с предсказаниями… На этом месте в памяти в очередной раз всплыло приятное зрелище подстреленного альфы. На секунду все прочие размышления отступили.             Он всё сделал правильно. Наилучшим образом. С такими мыслями Брайан снова тепло улыбнулся и посмотрел с высоты стены на свою свиту.             Ему ответили взгляды, полные священного благоговения.

***

            Домой локомобиль мчался вдвое быстрее, чем к Светлому убежищу. Такая скорость сулила возможные проблемы что для двигателя, что для колёс, но кому не плевать, лишь бы доехать, а там пусть хоть на металлолом пойдёт.             Почти все, и в первую очередь люди, напряжённо сгорбились в пассажирском отсеке, не смея даже громко дышать, а на заднем сиденье лежало плотно завёрнутое в куртки и пледы тело Дерека.             Стайлз не мог сидеть, он стоял в кабине водителя и раз за разом нажимал на кнопку вызова.             – Разведчик-один, вызываю город, как слышно, приём? Город, ответьте разведчику-один.             – Город разведчику-один, слышу тебя…             Стайлз ещё крепче вцепился в микрофон, едва не ломая прочный пластик.             – Говорит Стайлз Стилински, позывной Эмиссар, циркуляр четыре. Срочный сбор стаи Хейл за Южными воротами.             – Понял вас, подтвердите полномочия, – послышалось после небольшой заминки, когда оператор на той стороне сверялся с инструкцией, что такое вообще этот «циркуляр четыре» и как на него реагировать. В рации послышался щелчок включившейся со стороны радиста аудиозаписи.             – Повторяю, говорит Стайлз Стилински, позывной Эмиссар, циркуляр четыре. Срочный сбор стаи Хейл за Южными воротами.             – Принято, – уже увереннее отозвался оператор. – Передаю вызов.             Микрофон вернулся в держатель. Стайлз глубоко вдохнул, потом длинно, старательно выдохнул. Надо было возвращаться в салон, отдохнуть и подумать, ехать в любом случае ещё долго. Лишь бы успеть до ночи.             Заставив себя занять место в окружении псов, которые после покушения к нему почти прилипли, Стайлз открыл планшет и полез в специальную мини-программу. Он знал, что там увидит, но всё равно посмотрел. До полнолуния ещё четыре дня, Червячная луна была два месяца назад, да, Господи, какая разница? Стайлз с силой захлопнул чехол планшета. От резкого щелчка все в салоне невольно вздрогнули.             – Прошу прощения, – буркнул Стайлз. Снова вдохнул-выдохнул и ещё раз открыл планшет, возвращаясь ко всё той же программе. Полез в карман за микро-блокнотом с огрызком простого карандаша в спирали и, сверившись с экраном, что-то быстро записал. Задумался, зачеркнул пару строк и записал снова.             К Южным воротам локомобиль подъехал через рекордные двенадцать часов, весь уляпанный останками инфов, которые не успевали убраться с пути спешившего гибрида автобуса с локомотивом. Бледный от усталости водитель остановил машину так, как ему было сказано, немного не доезжая до города.             – Спасибо, приятель, дальше мы сами, – похлопал его по больному плечу Стайлз и вышел из автобуса.             Следом за ним потянулись псы и оборотни. Бойд осторожно держал на руках драгоценный свёрток.             От ворот уже неслись Кора, Эрика, Боб – вся стая, даже сомневающаяся Малия, даже Лидия бежала во всю прыть, уцепившись за Джинни, а впереди почти летел Питер. Неважно, кто из них где сегодня был, экстренный вызов заставил бросить всё.             У ворот остались Ноа Стилински с женой, Грейс Бейкер, двое Арджентов – все, кого встревожил первый за всё время существования инструкции срочный сбор стаи.             – К Неметону, – не размениваясь на приветствия и объяснения, приказал эмиссар стаи. Оглянуться в сторону спешивших подойти людей он и не подумал.             – Стайлз, что… – попыталась было спросить Джинни, которую выдернули с фермы, но её тут же одёрнула Эрика. Сегодня они все почувствовали резкий обрыв связи с альфой, им было больно до сих пор, где-то даже не в груди и не в голове, а в самых костях, но когда Стайлз такой, совершенно точно не место и не время – ни для чего.             – Джордан, возьми Лидию, – вежливым тоном скомандовал Питер. Стайлз благодарно кивнул волку, сам-то он сейчас был не способен думать о подобных мелочах.             В следующую секунду Питер подхватил эмиссара на руки и стремительно понёс в глубины бывшего заповедника, даже не пытаясь выбирать дорогу, потому что с Неметоном это бесполезно.             Люди растерянно остановились. Угнаться за оборотнями в лесу у них не было ни единого шанса.             – Дерек? – тихо даже для оборотня шепнул на ходу Питер. Стайлз только еле заметно кивнул. – Ты не виноват, – уверенно произнёс старший Хейл.             – Ты не знаешь.             – Я знаю тебя. Почему Неметон?             – Учитываю твои ошибки и погрешность по условиям. Ты… согласен?             Питер только дёрнул губами в пародии на улыбку. Ему сейчас было очень трудно сдерживать проснувшееся безумие, только вес и запах Стайлза удерживали его от падения в знакомую, но от этого ничуть не менее страшную беспросветную пропасть голых инстинктов.             – Алый мне не идёт, поверь мне, я проверял.             На поляну Неметона толпа вылетела в начале второго ночи.             За прошедшие годы это место сильно изменилось. В самой середине, там, где раньше находился огромный пень, высилось приземистое дерево в два обхвата. Сплетённое из нескольких стволов, оно красовалось густой кроной, невероятно раскидистой, на грани споров с законами физики. У основания стволов ещё можно было рассмотреть хорошенько прогнившие осколки старого пня, а потайной вход в подвал под корнями порос невысокой травой настолько, что уже не найти, тем более сейчас, ночью.             Питер аккуратно поставил Стайлза на подстилку из прошлогодних листьев.             – У нас есть где-то час, – сообщил эмиссар стаи. – Все вопросы оставьте на утро, сейчас мне больше всего нужны Лидия и Питер. Бойд… – он неопределённо махнул рукой в сторону толстого ствола.             Бойд кивнул, положил свою ношу у корней могучего дерева и развернул покрывала.             Кора громко, задушенно всхлипнула. Догадываться – одно, а видеть своими глазами – совершенно другое.             Стайлз, Питер и Лидия подошли к телу.             – Лидия, – тихо заговорил Стайлз, – мне нужна твоя помощь.             Банши кивнула, не решаясь оторвать взгляд от трупа альфы.             – Я понимаю, – скованно кивнула она. – Как в прошлый раз?             – Сложнее, – отрицательно покачал головой Стайлз. Лидия резко обернулась.             – Сложнее?             – Дерек был не готов, понимаешь? Ты должна с ним связаться и объяснить…             Чёртовы мертвецы. Лидия частенько ненавидела свою сущность банши, почти так же, как научилась её любить. Пришлось научиться, потому что заканчивать как бабушка мисс Мартин не собиралась.             – Я помогу, – успокаивающе пообещал Питер. – Извини, лапушка, – мягко улыбнулся он Стайлзу и осторожно обнял Лидию со спины. Та поёжилась, но вырваться из объятий не попыталась. – Всё в порядке, – терпеливо заверил её Питер, – опускаемся, тебе надо к нему прикоснуться. Вот так, положи руку на… – Питер на секунду замер, оценивая дыру на месте сердца племянника, – на солнечное сплетение, – спокойно добавил он. – Позволь, я помогу.             Питер выпустил когти на одной руке и резким движением порвал куртку на трупе вместе с футболкой, открывая едва различимую в темноте смуглую кожу. Вторая рука, лёгшая поверх кисти Лидии, подтолкнула ладонь девушки к нужному месту.             Питер спрятал затлевшие алым глаза в рыжих волосах, и Лидия застыла, глядя в никуда.             Так они и стояли все трое, на коленях, перед трупом, пока остальная стая маялась на опушке. Рядом напряжённо сжимали кулаки три пса. Кора молчала, не замечая, как по её лицу катятся крупные слёзы. Скотт хмурился, о чём-то смутно догадываясь.             – Пора, – в нужный момент сказал Стайлз и поднял голову.             Губы эмиссара стаи зашевелились в древнем песнопении, что взывало не к слуху или разуму, а напрямую к смыслу. В ответ на призыв крона Неметона зашелестела листвой и разошлась, открывая путь столбу яркого лунного света, который упал чётко на тело Дерека, пройдя сквозь самое большое отверстие неизвестно когда подвешенного на тонкую голую ветвь римского додекаэдра.             – Стая Хейл, сюда.             Шаг вперёд они сделали разом, как один, из-за чего столкнулись и чуть не попадали во влажную от ночной росы лесную подстилку. Улыбнуться никто даже не подумал.             Лидия убрала руку и заоглядывалась, словно со сна. Стайлз зашептал короткие инструкции – Лидия сейчас была чуть ли не самым главным действующим лицом, а времени катастрофически не хватало.             Питер отпустил банши и снова дважды взмахнул когтями, полностью оголяя торс Дерека. На засиявшей в лунном свете коже дыра в груди, обрамлённая потёками чёрной от яда застывшей кровью, выглядела особенно уродливо.             Стайлз снял с шеи амулет с волчьими зубами и осторожно надел его на Дерека.             Безвольно лежавшие ладони мёртвого оборотня вдруг дёрнулись и резко развели пальцы с выступившими когтями.             – Джинни, руку, – неестественно спокойно скомандовал эмиссар.             Женщина ничего не понимала, но послушалась. И не успела даже дёрнуться, когда Стайлз рывком насадил её запястье на один из когтей Дерека.             Джинни ахнула, но сдержала крик. В ладонь трупа заструилась яркая алая кровь.             – Боб, ты следующий, – продолжил Стайлз.             Пожилой оборотень уже знал, чего ждать, и, стиснув зубы, принял коготь в руку.             – Джордан. Айзек. Эрика. Бойд. Скотт, – эмиссар продолжил одно за другим называть имена. У мёртвого тела стало совсем тесно. – Малия. Кора.             Назвать имя Питера Стайлз не успел, тот придвинулся сам. Предупреждённая заранее Лидия накрыла соединённые руки стаи своими.             Дерек резко распахнул глаза, уставившись на неровный овал луны, а его беты взвыли от боли, когда в их пробитых запястьях дёрнулись когти. Вспыхнули золотом радужки Джордана, жёлтым – Джинни, голубым – каждого из прочих бет, даже пожилого Боба, и самым ярким алым – радужки Питера. Вспыхнули и погасли, выцветая, а затем… затем всё закончилось.             Крона над головой закрыла световой люк, возвращаясь в привычное состояние. Под деревьями стало слишком темно для человеческого глаза.             Когти Дерека втянулись, принимая обычный человеческий вид и освобождая раненые руки стаи. Воскресший альфа обвёл плотную толпу мутным взглядом. Медленно моргнул. И спросил:             – Кто мне всё объяснит?             Под радостные вопли Коры Стайлз облегчённо улыбнулся и потерял сознание.

            ***

            – Я знал, что ты справишься, – шепнул Питер в висок Стайлза.             – Дерек альфа? – спросил Стайлз.             – Да, мой везучий племянник снова альфа. Объяснишь, как тебе это удалось?             – Тебе на будущее? – без огонька съязвил Стайлз. – Имей в виду, второго воскрешения в ближайшие полвека искра альфы не выдержит. – И тут же начал пояснять: – Наша стая не может потерять искру альфы, не желаю вам становиться омегами или расходиться по чужим стаям, и вассалы ещё, и…             Питер спокойно слушал, как Стайлз сыпал очевидными проблемами отсутствия альфы среди Хейлов, не перебивая. Отходняк у младшего Стилински всегда проявлялся словесным недержанием.             – …И я помню, каким ты был слабым после воскрешения.             – По больным мозолям, Стайлз, – печально пожаловался Питер, не выпуская, впрочем, своей драгоценной ноши и стойко игнорируя пристальные взгляды псов.             – Мой амулет… Кстати, где он? – попытавшись привстать, заоглядывался Стайлз.             Дэнвер тут же телепортировался ближе, показывая зубастое ожерелье.             – Спасибо, – кивнул Стайлз, позволяя нацепить артефакт себе на шею. Дэнвер самодовольно уставился на Питера поверх его головы. Питер вызов снисходительно проигнорировал, всё равно всё самое главное у него в руках, буквально. – Так вот, мой амулет по сути передаёт мне жертвы от всей стаи, кроме пока Джордана и Малии, и, можно сказать, пропитался вашими силами. Часть искры Дерека тоже здесь, совсем микроскопическая, в районе одной миллионной, но этого хватило, тем более что Дерек как хозяин земли имеет прочную связь с Неметоном, если помнишь.             Питер мог припомнить, хотя забыть было бы несложно, в быту эта связь никак себя не проявляла.             – И фактор времени! – вскинул руку Стайлз. Пошатнулся и наконец обнаружил своё положение: на руках у Питера, который неспешно нёс его через тёмный лес в сторону города. – Оу.             – Не дёргайся, – мягко пожурил его Питер, – ты на ногах не стоишь.             – Я не проверял, – рефлекторно запротестовал Стайлз, но от попыток спуститься на землю благоразумно воздержался. – Фактор времени, – вернулся он к теме. – В ту же ночь, не упуская первых суток. Иначе действительно пришлось бы ждать до первого полнолуния следующей весны. И силами делилась вся стая добровольно, а не как ты – один насильственный альфа, связанный узами крови, и тот отравлен.             – Стайлз, мозоли, – с деланной болью в голосе напомнил Питер, – мои мозоли. Ты вонзаешь мне нож прямо в сердце.             – У тебя нет сердца, – привычно отозвался Стайлз.             – Если Питер сейчас скажет, – загробным голосом сообщила Эрика, – что правда нет, потому что он отдал его Стайлзу, меня стошнит розовым сиропом.             – Не тебя одну, – еле слышно поддержал Айзек.             Питер посмотрел на волчат с доброй улыбкой. Те испуганно заткнулись.             – В общем, хорошо, что библиотека из хранилища Хейлов досталась мне, – подытожил Стайлз, не обращая внимания на левые разговорчики. Чего он ещё не слышал. Некоторые особо одарённые в городе до сих пор умудрялись верить, что он встречается с Дереком, а отдельные уникумы вообще считали младшего Стилински семейным достоянием Хейлов.             – Вопрос, что делать дальше, – подал голос Джордан.             – Мстить, конечно, – агрессивно ответила Кора, которая всё никак не могла отпустить руку молчаливого старшего брата.             – Мстить, – согласился Стайлз.             Согласно кивнула даже Джинни.

***

            Ночь была лунной и оттого особенно яркой. Ночное солнце как прожектором освещало окрестности Светлого убежища.             Брэйден это не особо мешало, она же профессионал.             Тихо, не потревожив караульных, женщина легла пластом на стену, подтягивая к себе верёвку с привязанным на другом конце вздувшимся рюкзаком. Спустя минуту благодаря той же верёвке рюкзак опустился с другой стороны и наёмница тихо стекла по стене следом. Крепко примотанный к спине пластиковый чехол с разобранной трофейной винтовкой так ни разу и не задел металлическую стену.             Брэйден выкопала из-под груды камней брезент, под которым скрывался горный велосипед со следами тяжёлой жизни, зато хорошо смазанный везде, где могло бы скрипеть, и поспешила прочь от этого места и его мутных хозяев. Не нравились ей взгляды… да все взгляды, которые там на неё кидали. Словно она им что-то должна и они собираются это что-то от неё получить.             Жаль, конечно, было бросать существенную часть гонорара. Стоило признать: сама виновата, нехрен связываться с настолько мутными типами, но кто же знал. Больше всего было жаль патронов к винтовке, придётся теперь поискать самой.             Утешала лишь одна мысль: в апокалипсисе нет хороших людей. Вряд ли она ошиблась ещё и с мишенью.             Часовые на стене ничего не заметили.