Его первый шаг

— Мистер Берк? — Я слушаю вас. — Добрый вечер, мистер Берк, мое имя Марволо Гонт. — О, добрый вечер мистер Гонт. Я много слышал о вашей семье…. — Я надеюсь, что вы и письмо моё получили? — О, да-да, конечно. Сейчас, одну минутку… Его лавочка похожа на грязный склад разных мерзостей. Я знаю, для чего используют зубы мертвецов и их перемолотые ногти, отвратительные засушенные головы всех видов и размеров, веревки повешенных, кишки повешенных, монеты из карманов повешенных и монеты, которые кладут на глаза мертвецам, кости людей, умерших в полночь, и тех, кто умер в ночь полнолуния, глаза умерших в новолуние — глаза, в которых не отражается луна, очень редкий ингредиент, есть поверье, что если оборотень съест такой глаз, то не превратится в полнолуние в волка, но кто знает — враки это или правда, кто признается, что ел человеческие глаза? Я знаю, как использовать обшарпанный исчезательный шкаф, стоящий в углу магазина — зайди в него и больше не выйдешь, потому что он давно сломан и ведет в никуда; Руку тьмы — она светит только хозяину; и обруч на голову, золотой, очень грубой обработки — надень его и больше не сможешь снять с головы. И будет тебе казаться, что обруч все тесней и тесней сжимает твою голову, и ты сойдешь с ума от одной этой мысли. Я знаю, какое проклятие наложено на прелестное опаловое ожерелье — чудесные чистые камни, но пусть их вид не обманывает. В его лавочке отвратительно грязно, и меня тошнит при мысли, что я могу работать здесь, но у меня нет выбора. — Мистер Гонт, я прочитал ваше письмо, — бормочет мистер Берк, копаясь в одном из шкафчиков. — Да-да… вы, кажется, там просили меня… вы просили меня… ах, вот оно, ваше письмо! Одежда на нем тоже очень грязная. Странно, что он до сих пор не подхватил какое-нибудь опасное магическое заболевание. Я точно знаю, что в паре ящиков он прячет маленькие клубочки пыли, зараженные драконьей оспой и кое-чем пострашней, — подбрось эти клубочки врагу, и он и вся его семья непременно заболеют — и умрут, если тебе повезёт. — Вы просили меня… о работе в магазине! Любопытно, что может привлечь такого молодого человека, недавно покинувшего Хогвартс, в моем магазине? — Моя семья издавна известна своим интересом к Тёмным Искусствам, мистер Берк. Однако последние поколения Гонтов пренебрегали ими — и потому ныне мы утратили свое влияние в магической Британии. Я хотел бы его вернуть. — Я не уверен… я помню вашего отца, мистер Гонт. Он продал мне кое-какие реликвии… вот если бы вы… Его жадные глазёнки метнулись к моему кольцу. — Я не стану ничего вам продавать, простите. Я намерен вернуть моей семье прежнюю славу, и в будущем мне хотелось бы, чтоб наши семейные реликвии занимали в моём новом доме почётное место. Я надеялся, что прозвучало это убедительно. — Вы, мистер Гонт, уже и дом, наверное, себе приглядели, — он гнусно усмехнулся, обнажив кривые жёлтые зубы, которые в витрине его магазина смотрелись бы лучше, чем у него во рту. — Да, если вам интересно. Большое поместье на холме. — Какая самоуверенность! Однако, может, вы добьётесь своего. И я предпочёл бы тогда не стать вашим врагом. И кстати… — он задумчиво нахмурился и постучал пальцами по дверце шкафчика, возле которого стоял, — если уж вы не хотите продавать ваши реликвии… но, может, вы унаследовали не только материальные, так сказать, доказательства вашей принадлежности к роду Салазара Слизерина… может… Мысленно я рассмеялся. Жадный торгаш! Мало ему было, что сам потомок Слизерина будет торговать в его грязной лавке, так он еще и пытался выведать, змееуст ли я. Лишь бы не рассмеяться вслух — едва Берк поймет, насколько противны мне и он, и его магазин, как выставит меня, не раздумывая. — Вы не ошиблись, мистер Берк. Глаза Берка вспыхнули. — Тогда у меня к вам, мистер Гонт, будет небольшое поручение, — заговорил он, потирая руки. — Для вас, с вашим умением, очень лёгкое… мне нужен яд кое-каких змей… совершенно прекрасно, просто великолепно будет, если они отдадут его, будучи живыми… Таким образом, вольно или невольно, но Берк не только подарил мне прекрасную возможность достигнуть той цели, к которой я стремился всей душой, но и способствовал расширению моего кругозора. Змеи, яд которых ему был нужен, водились исключительно на юге Европы, да и там были чрезвычайно редки. За его счет я побывал в нескольких странах, прежде чем сумел найти хотя бы одну. Уговорить её дать мне немного яда труда не составило. Змеи издревле подчиняются всякому змееусту, который решается использовать свой дар. Разумеется, Берк взял меня на работу.