Совсем короткий его шажок

«Большое спасибо за помощь, дорогой Марволо». Подписи не было, но я прекрасно знал, от кого эта записочка. Старшая миссис Блэк едва ли стала присылать мне такую кокетливую благодарность. Это не её манера. Скорее она бы пригласила на чай, угостила бы хрустящим печеньем в форме розочек и высказала бы свою благодарность лично, назвав меня высокопарно «милый мистер Гонт», так, чтоб и тепло, и вежливо, и немного старомодно. А вот младшая, она уже попросила меня называть ее Геспер, вполне могла бы прислать записочку с «дорогим Марволо». Услуги я оказывал им обеим, хотя услуги эти были совершенно разного рода. Миссис Финеас Блэк однажды попросила меня раздобыть ей, в обход мистера Берка, кое-каких особых специй. Египетского зелёного перца, например. Магглам он неизвестен, а между тем в небольших дозах это отличное средство для снятия головных болей при мигрени, а в соединении с толчёными ногтями мертвецов зелёный перец превращается в совершенное средство против нежеланных детей, причем действует с одинаковым успехом как для мужчин, так и для женщин. У зеленого перца есть один-единственный недостаток: еще в 1501 году его запретили ввозить в Британию. Причинами я не интересовался, мне хватило знания о том, что незаконно зелёный перец как возили, так и возят в Британию. В том числе этим занимался молодой приятель мистера Берка, мистер Боргин. Найти мистера Боргина и поговорить с ним так, чтоб мистер Берк не узнал об этом, оказалось не таким-то простым делом. «Мистер Гонт, я сегодня же мог бы продать вам необходимое количество зеленого перца, но вы же знаете, как сложно проворачивать тайные дела на Ноктюрн аллее. Какой-нибудь бродяга непременно нас заметит, а потом сообщит Берку, надеясь, что он в благодарность даст пару монет на выпивку. А потому предлагаю встретиться у меня дома, это в маггловской части Лондона…» Боргин мне нравился не больше, чем Берк. Конечно, он выглядел опрятней, не забывал чистить ногти и воротник его мантии не лоснился, но его бегающий взгляд, неуверенные, дерганые движения меня раздражали. Мне казалось, что от него в любой момент можно ожидать любой подлости, что в делах он такой же нечистоплотный, как Берк. Я пришёл к нему точно к назначенному часу. Улочка, где располагался его дом, оказалась на удивление чистенькой и аккуратной: ни мусора, ни даже просто жухлой листвы на дороге, фасады домов, не запылённые и не заляпанные грязью. — Вы, похоже, ожидали, что я буду жить на свалке, а, Гонт? — ухмыльнулся Боргин, когда я сообщил ему свои впечатления, похвалив его дом и улицу. — Нет, но мистер Берк живёт в очень бедном и очень грязном квартале… — Но мы же не будем сейчас говорить об этом, Гонт, — многозначительно протянул Боргин. — Вы за зелёным перцем, да? Вот давайте и поговорим о нем. Я сказал ему, что если он не будет болтать об этой сделке, она не станет последней. Он, конечно, согласился. Разговор у нас вышел коротким, что меня, безусловно, радовало: я боялся, что Боргин станет торговаться и пытаться выбить побольше галлеонов, но, видимо, цена, предложенная миссис Блэк, его полностью устроила. Дом Боргина я покидал без того чувства глубокого отвращения, которое каждый раз пробуждал во мне дом Берка, да и его магазин тоже, однако и возвращаться сюда мне не хотелось, слишком мне не нравился хозяин дома. Когда я говорил с ним, мне казалось, что меня обливают вонючим маслом. Миссис Сириус Блэк, Геспер, поручений никаких мне не давала. Ей от меня требовалось иное — мое общество, возможность болтать глупости, не думая о строгости и манерах, чувствовать себя умней и удачливей, чем она была на самом деле — ведь я ей казался не самым умным и уж точно неудачником. Мне было неприятно её общество. Я считал её глупой и вульгарной. Она поразительно не соответствовала дому, где жила, тёмному, сырому, но все же дому чопорных чистокровных волшебников. И хотя миссис Финеас Блэк тоже не вела себя чопорно и сдержанно, в ней чувствовался аристократизм, она была достойной женой своего мужа. Геспер же гораздо уместней смотрелась бы трактирщицей, а не женой наследника одного из самых уважаемых семейств. Я порой даже немного сочувствовал Сириусу Блэку, но в то же время и не мог не испытывать глухого злорадства: это он женился на вульгарной Геспер, а ведь и я мог оказаться на его месте. Я уже решил, что хочу жениться на Седрелле. Она подходила мне идеально и даже немного больше — потому что она была не только чистокровна и хорошо воспитанна, она мне нравилась.