Фартук

Долить сиропы в дозаторы, протереть влажной одноразовой салфеткой застывшие капли с их носиков, повернуть наклейками к свету. Сильвервульф управлялась за барной стойкой лучше, чем ожидала, устраиваясь сюда в качестве СММ-менеджера. Привыкла она к этому незаметно. Путь бармена начался с «Вульфи, будь умничкой, постой за баром пять минут, а я сбегаю покурю». Кафка не просила, а ставила перед фактом – сразу после этих слов колокольчик над дверью печально звенел, и Сильвервульф оставалась сама за себя, как брошенный детёныш. Раньше Кафка действительно возвращалась через пять минут. С появлением Блэйда срок её перекура почему-то стал неопределённым и мог продолжаться до двадцати минут.  Вскоре Кафка перешла к «принеси со склада ещё трубочки, а я тебе сделаю лимонад, не волнуйся, ты всё найдёшь» и «разгрузи стаканы из посудомойки, а я отпущу тебя на два часа раньше». Лимонад того стоил. Возможность уйти пораньше – тоже ничего. Следующий шаг в коварном плане Кафки Сильвервульф проморгала. Один за другим напитком Кафка как бы невзначай обучала её этикету и нюансам алкоголя. В первый раз она взяла на слабо: «Вульфи, а сможешь налить это вино, как настоящий бармен? Нет, за дно бутылки. Давай покажу». Затем: «Смотри, как правильно отдавать трубочки. Клиенты бывают брезгливые». И даже: «Ты знаешь, почему перед тем, как выпить текилу, принято слизывать немного соли с руки? Соль притупляет вкусовые рецепторы и смягчает вкус текилы. Хочешь попробовать?» Окончательно обрушилось праздное безделье одной тёмной ночью, после которой жизнь уже никогда не была такой, как прежде. Несколько месяцев Кафка загоняла Сильвервульф в собственноручно подготовленную ловушку и, наконец, захлопнула её со словами: «Завтра будешь на баре вместо меня, а я поеду на концерт. Ты всё умеешь. Элио доплатит.» Деньги Сильвервульф любила не настолько сильно, но сдавать назад было слишком поздно. С тех пор она почему-то работала не только СММ-менеджером. Закончив с дозаторами, Сильвервульф убрала сиропы в холодильник под баром, устало вздохнула и встала у стойки рядом с Кафкой. С ней сегодня творилось что-то необъяснимое. Последние полчаса она отрывалась от своего телефона только из-за подходивших клиентов, а, приготовив заказ, сразу снова тянулась к карману. Обычно такое поведение было свойственно Сильвервульф, а Кафка бездельничала тремя перекурами за час. Словом, странно. Сильвервульф наклонилась и бесстыдно сунула нос в экран телефона – в поисковой строке маркетплейса она прочитала запрос «кухонный фартук». — Фартук выбираешь? — ей не удалось скрыть откровенное удивление в голосе.  Кафка, как ей казалось, в защите от муки и брызг крови не нуждалась. Судя по тому, что видела Сильвервульф в баре, Кафка питалась зерновыми батончиками, орешками и сигаретами. По рассказам Стеллы – в список добавлялись полуфабрикаты и доставки еды. Если верить фотографиям в социальных сетях – по меньшей мере пару раз в неделю Кафка выбиралась в рестораны, и это был единственный её источник по-человечески приготовленной еды. Сильвервульф не судила. Её собственный рацион в основном состоял из жвачки и лапши быстрого приготовления. — Ага, — лениво согласилась Кафка, переключаясь с поиска на корзину. Она повернула экран, показывая варианты. — Всё никак не могу выбрать.  — Дай сюда, — Сильвервульф забрала телефон из её рук и долистала до начала корзины. — По порядку посмотрим. Кафка не сопротивлялась. Оставшись без телефона, она сложила руки на барной стойке, оперевшись локтями, и потянулась.  Первым был обычный чёрный фартук. Сильвервульф, надувая розовый пузырь из жвачки, представила в нём Кафку. Под фартуком домашние шорты и майка, на лице блестящие вишнёвые губы и подведённые брови (Кафка без макияжа в воображении возникать отказывалась даже в домашнем виде). В теории выглядело прилично. — Классика, но слишком скучно, — Кафка наблюдала за Сильвервульф из-под витых чёрных ресниц. — Я бы лучше выбрала что-нибудь более необычное. — Ясно. Второй фартук – с принтом уродливо нарисованного чёрного кота и подписью «после сорока жизнь только начинается». Назывался он «Фартук кухонный смешной кот юмор мем». — Не смешно, — буркнула Сильвервульф, пролистывая. Она иногда забывала, насколько Кафка старше неё и как сильно отличалось её чувство юмора. Отличалось оно не в лучшую сторону. — Я думала, забавно, — Кафка ничуть не обиделась. Третий – простой кружевной передничек молочного цвета, закрывавший только нижнюю часть тела. — Это не считается, — вставила Кафка, не дожидаясь вердикта. — Сексуально, но непрактично. Я его отдельно закажу. Не для кухни. — Могла бы не уточнять, — скривилась Сильвервульф, спускаясь по сайту ниже к следующему варианту – бежевому фартуку с нежными маленькими цветочками голубых и розовых тонов. — Серьёзно? — Что? Сильвервульф посмотрела на Кафку. Кафка посмотрела на неё.  — Проехали, — поёжилась Сильвервульф. Последний фартук был бордовым, как спелый гранат, с огромной надписью «Kiss the cook» на груди. Сильвервульф представила в нём Кафку у плиты – это далось ей легко. Да, определённо её эстетика. — Вот этот, — уверенно ткнула пальцем Сильвервульф. — Отлично подходит. — Значит, заказываю его, — безмятежно отозвалась Кафка, забирая телефон. — Спасибо за помощь. Фартуки, кухни и всё, что с ними связано, Сильвервульф выбросила бы из головы почти сразу – но краем глаза она заметила, как Кафка смело листает сетку размеров и останавливается на «XXL». — Ты не тот размер выбрала, — сказала Сильвервульф. — Размер меньше будет давить в груди, — спокойно объяснила Кафка, переходя к страничке оплаты. Сильвервульф помедлила. Одежду она себе покупала не так часто и на глаз размер определить не могла, но «XXL» – точно большеват для Кафки. — А рост? Ты не настолько высокая. — О, я беру не себе. Сильвервульф нахмурилась. Кому Кафка могла покупать такой вызывающий фартук? Не родителям – это было бы слишком даже для Кафки. Не Стелле – Стеллу вообще к кухне подпускать нельзя. Не Светлячку – её одежда минимум на три размера меньше. Сильвервульф не знала в жизни Кафки никого, кто мог бы носить фартук такого размера кроме... — Нет, — выдохнула Сильвервульф и отодвинулась от стойки, точно обожглась. Жизнь Кафки – сплошная загадка. Наверняка у неё есть знакомые, о существовании которых Сильвервульф не знает и знать не хочет. Наверняка это кто-то кроме… — Блэйдик отлично готовит, но, знаешь, его руки... — Кафка покачала головой, делая вид, будто не замечает реакции на свои слова. — Он постоянно все просыпает, роняет, проливает. Нужно ему что-нибудь прикупить, пока он все футболки себе не испортил. — Нет, — повторила Сильвервульф. В её голове неумолимо материализовывался Блэйд в каждом из фартуков в корзине, которые они успели обсудить. Которые, как думала Сильвервульф, Кафка выбирает для себя.  Блэйд в чёрном фартуке, разбивающий яйца в миску. Блэйд в фартуке с уродливым котом и глупой надписью, помешивающий суп в кастрюле. Блэйд в фартуке с цветочками разделывает рыбу. Блэйд в бордовом фартуке, который только что оплатила Кафка, достаёт из духовки противень полосатой прихваткой. — Можешь как-нибудь зайти к нам на ужин, — любезно предложила Кафка, откладывая телефон. — У него отлично получаются баоцзы. А на прошлых выходных он приготовил утку по-чжумински, мы её три дня ели. — Я ничего не слышала, я ничего не видела, я ничего не знаю, — забормотала Сильвервульф. Перед глазами стоял Блэйд в кружевном передничке, едва ли прикрывавшем низ, и Сильвервульф, уронив голову на стойку, тихонько взвыла.  — Ты подумай об ужине, — милостиво сказала Кафка, выходя из-за стойки, — а я пока пойду покурю на пять минут.