Глава 2. Ведьминский зов

Лететь в Харренхолл оказалось ещё приятнее, чем к Драконьему камню: небо полностью затянуло облаками и от этого стало прохладнее, а пейзаж внизу в виде Королевских и Речных земель с редкими замками выглядел интереснее сплошной воды Черноводного залива. Серсея чувствовала, как радуется Сиракс столь продолжительной возможности размять крылья, да ещё и в компании своего любимого красного дракона — тот время от времени для неё что-то мелодичное напевал, отчего Сиракс старалась лететь ещё изящнее, горделиво косясь в его сторону. Караксес её обожал и, кажется, чаще смотрел на неё, чем куда-либо ещё.        Деймон вёл себя сходным образом.        Всю дорогу до высоких чёрных башен Серсея чувствовала на себе взгляд супруга, причём задумчиво-одобрительный. Ей самой в начале пути было неловко от собственных метаний и порывов на Драконьем камне, противоречивых мыслей и поступков. Понадобилось время смириться с тем, что сделано, и избавиться от лёгкого стыда за то, что Деймон все эти сомнения, как выяснилось, прекрасно видел.        Потом Серсея выдохнула и расправила плечи, мимолётно подумав, что вот теперь тирреловская шлюшка Маргери сказать, что доброта ей неведома, уже не смогла бы. Ещё как ведома! Муж — свидетель. Однако ощущать, что её, Серсею, одобряют и благодарят несколько часов подряд, было все равно в новинку. Когда её вообще хоть кто-то одобрял? Да ещё сознательно и долго! А из тех, кто знал, какова она на самом деле?..        У Деймона, однако, получалось, и от этого хотелось задрать нос и гордиться собой. Она в итоге так и сделала, затем украдкой покосилась в сторону Деймона и увидела на его лице широкую улыбку. Он словно говорил: «Вот это моя жена!» — и Серсея не выдержала и рассмеялась. Как же много удовольствия можно получить даже от безмолвного диалога!..        Мрачный замок Харренхолл показался в итоге в виде чёрных и уродливых отростков-башен, освещённых золотыми лучами солнца, пробившихся сквозь тучи уже над самой землёй. Поверхность большого озера Божье око блестела на закате и казалась совершенно гладкой, несмотря на чувствительный ветерок. На мгновение Серсея представила, как именно над этим озером в небе сцепились два всадника — Деймон и Эймонд — и два их дракона в смертельном бою, и порадовалась, что теперь этого точно не случится.        Оставшееся расстояние до замка Сиракс с Караксесом преодолели быстро, а затем Серсея разглядела внизу, у чардрева в богороще, изящную женскую фигурку с развевающимися чёрными волосами. Кажется, эта женщина кормила сову у себя на руке.        — Та самая Алис Риверс, Деймон! — громко сказала Серсея.        Деймон тоже посмотрел вниз, кивнул и скомандовал:        — Снижайся, Караксес!        Двум драконам понадобилось совсем немного времени, чтобы опуститься на серую насыпь, отделённую от богорощи лишь не слишком высокой каменной стеной с проходом. Оказавшись внизу, Серсея остро ощутила, как быстро утекает время — солнце словно спешило скрыться с глаз, сумерки решительно наползали с другой стороны, становилось зябко и неуютно. А ещё здесь ей слышалось женское пение — тихое, походящее на мурлыканье себе под нос, от которого пробирало холодом.        Деймон, спешившись первым, поднялся на крыло Сиракс, чтобы предложить руку для опоры, и Серсея приняла его помощь.        — Похоже, ты был прав. До Орлиного гнезда раньше полуночи не добраться.        — Да. И мы попросим драконов лететь быстрее.        Деймон поставил её на землю, и под каменным сводом над проходом они прошли вместе. Черноволосая ведьма в длинном тёмно-фиолетовом платье с кожаными вставками отпустила свою маленькую сову в полёт, затем развернулась к ним и довольно улыбнулась.        — Прилетели всё-таки.        — Ты же нас пригласила, Алис, — напомнила ей Серсея, остановившись вместе с Деймоном перед ней и раскидистым чардревом за её спиной. Оно шелестело красными листьями.        Алис улыбнулась ещё довольнее и перевела взгляд на Деймона.        — Деймон Таргариен. Тот, кто не стал отмахиваться от знака судьбы и решил, что Пришлая — тоже вариант. А что? Она не глупа, она хочет родить детей, и они будут валирийской крови. Да и боги считают, что она — то, что нужно на роль твоей королевы. Они явно за ваш с ней союз…        Держась за локоть Деймона, Серсея ощутила, как внезапно напряглось всё его тело, а взглянув на его лицо, увидела, как сузились глаза. Что-то было не так с прозвучавшими словами Алис, отчего он отреагировал на них таким образом. Даже дышать перестал. Но отвечать на них не торопился, потому она вновь посмотрела на ведьму, разглядывавшую Деймона так, словно он был диковинной зверушкой.        Затем, правда, Алис перевела взгляд на неё.        — Он так подумал о тебе, когда впервые решил, что ты ему подойдёшь, — пояснила она. — Теперь-то он уже не так скептически настроен по поводу вашего визита сюда, правда?        «Так эта ведьма процитировала его мысли? Сильна!..»        — О том, что подумала о нём я, ты рассказывать не станешь? — вслух уточнила Серсея.        — Ты убедила его прилететь сюда. Этого достаточно.        — А я бы послушал, — вполголоса заметил Деймон.        — О, твоя жена с самого начала не перестаёт представлять тебя на Железном троне и себя рядом с тобой в окружении ваших детей. Ради этого она готова сжечь весь мир, ведь ты тот, кого она всегда хотела, Деймон. Цени её.        — Я ценю. И мы спешим.        — Ну да. Вы хотите услышать то, что мне следует вам передать, — понятливо произнесла Алис. — Извольте: «Не спешите открывать то, что сверкает. Не жалейте для своих тех, кто летает. И постарайтесь расстаться только с одной мечтой».        — Это всё? — деловито уточнил Деймон.        — Всё. От себя добавлю, что если вы заночуете в этих стенах, боги будут благосклонны к зачатому на чардревной кровати принцу. Но это только вам решать.        Она улыбнулась, поймала пятнистую сову и спокойно ушла вместе с ней. Серсея проводила её взглядом и переглянулась с Деймоном, испытав толику облегчения от того, что ей снова не напророчили ничью смерть.        — Первую часть мы поймём, когда увидим это сверкающее нечто, — констатировал Деймон. — Вторая яснее: нашим богам нужны всадники на драконах, и они предлагают раздать их разным «своим».        — И похоже, что эти «свои» — не только наши с тобой дети, Деймон, — подхватила Серсея. — Им-то мы и так их дадим. Но должны и кому-то ещё, верно? Детям Лейны? Если у неё снова родятся две девочки, их можно забрать невестами для наших сыновей.        — …И тогда будет неплохо, если невесты окажутся с драконами. Ты права, это мы сделаем. Пару яиц тем девчонкам в честь помолвки дадим.        — И нам надо постараться поменьше мечтать, чтобы не пришлось с этими мечтами расставаться.        — Заменим их на планы на будущее, — Деймон развернулся к ней всем телом и взял за обе руки. — Нам пора лететь в Орлиное гнездо.        — Пора. Но у Алис было и четвёртое послание, — напомнила Серсея. — О том, чтобы сегодня задержаться здесь.        Деймон на это оглянулся на чёрный полусожжённый замок на фоне быстро темнеющего неба, на показавшегося из его ворот невысокого седого старика — кажется, это был кастелян, и он шёл поприветствовать гостей. Серсея видела, что следовать указанию ведьмы мужу совершенно не хочется, он испытывал раздражение из-за неё. Скептик, не питающий никакого уважения к ведьмам, вытаскивающим на свет его мысли.        Но шанс… возможность дать первенцу благословение от богов… Для своего будущего малыша Серсея хотела всего и в особенности гарантий его долгой жизни. А вдруг расположение от богов — как раз то, что её обеспечит? Нельзя упускать!        Поизучав в тишине окрестности и её саму, Деймон в итоге неохотно велел:        — Ладно, говори, что думаешь о четвёртом послании ведьмы.        — Я думаю, ни одна женщина не откажется от рождения ребёнка с поддержкой от богов, Деймон. И вряд ли хоть один мужчина откажется от обещания, что его первенец будет мальчиком.        — Вряд ли.        — Так значит, мы с тобой...        Деймон душераздирающе вздохнул, отпустил одну её руку и развернул за запястье второй к замку, проворчав:        — Да. Надо же обзаводиться детьми для твоей фантазии с троном… Вы кто такой?        Торопливо подошедший старик услужливо поклонился.        — Сир Саймон Стронг, кастелян Харренхолла, мой принц, моя принцесса. Не ожидали вашего прибытия, так что на ужин у нас, увы, только оленина с горошком. Прошу прощения за это. Достать более уместную еду я смогу завтра днём.        — Завтра днём нас уже не будет, — заявил Деймон. — Мы улетим утром. Но чтобы перекусить, оленина мне подойдёт. Поищите сладости для моей жены.        — О. «Жены»?.. — сир Саймон явно удивился, приоткрыв рот. — Как? Но… Впрочем, это не моё дело, мой принц. Я просто… не был осведомлён.        — Мы поженились сегодня, — любезно пояснил Деймон.        — В таком случае мои поздравления вам обоим, мой принц, принцесса! — сориентировался старик. — Пусть ваш брак будет счастливым и плодотворным для вас и нас всех. Конечно же, я поищу сладости. Идёмте со мной, пожалуйста. Вот сюда.        Серсея пошла за ним вместе с Деймоном, подумав, что не отказалась бы и от оленины. После долгих полётов на драконе всегда хочется есть.        ***        Зал с большим круглым столом, один из немногих уцелевших в замке после его сожжения драконом Балерионом, имел высокие каменные своды, всего один разожженный камин и факелы на стенах. Тьму разгоняли и толстые свечи, стоявшие прямо на столе рядом с тарелками с едой. В воздухе ощущались лёгкая сырость и прохлада, несмотря на то, что дождь ещё не успел пролиться здесь.        Впрочем, вяленая оленина оказалась достаточно вкусной, чтобы простить местным недостаток уюта, и Серсея с аппетитом подкрепилась ею. Вместе с ней и Деймоном за столом разместились сир Саймон с тремя сыновьями — молчаливыми темноволосыми мужчинами, кажется, вообще не понимающими, что здесь творится. В зал заходили и выходили слуги с подносами, пока не принесли всё, а затем заглянула и осталась стоять у камина Алис Риверс с такой самодовольной улыбкой, что Деймон согнул вилку и потянулся за новой.        Серсея осторожно погладила его по плечу, отвлекая внимание на себя, и это помогло — по крайней мере, дышать после этого он стал чуточку менее свирепо. Тут же сориентировался и сир Саймон:        — Хотелось бы уточнить, мой принц, раз вы стали супругами, вам понадобится одна спальня, чтобы подтвердить ваш брак? Или же…        — Мы уже подтвердили брак на Драконьем камне, сир Саймон, — хмуро ответил Деймон. — Но спальня нужна одна.        — Вы её получите.        Старик подозвал к себе одну из служанок и что-то шепнул ей, девушка затем быстро ушла. Серсея тем временем решила, что мяса ей достаточно, и принялась пробовать местную выпечку с большого подноса — печенье и булочки, в основном. Пирожных здесь, как видится, сейчас не пекли, отчего ей стало досадно, но она похвалила себя за то, что приказала сиру Лоренту взять с собой в Пентос обученную самой Лу кухарку Роз. Хотя бы там страдать от не тех сладостей не придётся.        Рядом утолил голод Деймон и откинулся на спинку кресла. Сир Саймон принял это за возможность завязать разговор.        — Могу я поинтересоваться, что привело вас в наш уголок Речных земель, мой принц? — очень вежливо полюбопытствовал он.        — Ничего. Вынужденная остановка на ночлег, не более. Мы поздно вылетели.        — О. Тогда я рад, конечно, что наш замок оказался для вас полезен. Надеюсь, оленина не слишком разочаровала вас? И вашу супругу.        — Оленина приготовлена сносно, — кратко ответил Деймон, а Серсея просто кивнула: ей всё-таки удалось отыскать пристойную выпечку с мёдом и орешками среди остальной постной, и теперь она смаковала её маленькими кусочками.        — Приятно слышать, мой принц. Я надеюсь, ужин здесь даст вам силы для вашего путешествия, каким бы дальним оно ни было.        — Вас настолько разрывает от желания узнать, что мы здесь делаем, Стронг? — саркастически прищурился Деймон.        — Разрывает, мой принц, — виновато и по-стариковски развёл руками сир Саймон. — Здесь редко видят представителей королевской семьи, и каждый раз об этом объявляют сильно заранее. И вдруг ваш визит. Деймон на это помолчал немного и кивнул:        — Ладно, чтоб вам было о чём завтра написать вашему лорду Лионелю, слушайте. Мы с принцессой укрепили отношения между Вестеросом и Пентосом, устроив брак принца Пентоса Реджио и леди Лейны из Дома Веларион. Наибольшую выгоду от него получит Дрифтмарк, но в Вестеросе есть и другие земли, которым не помешает развить торговлю с вольными городами, вы согласны?        — С этим трудно не согласиться, мой принц.        — Верно. И потому мы с принцессой решили взять это на себя. Я однажды унаследую трон, она станет моей королевой. К тому времени будет неплохо, если у семи королевств сложатся более тесные отношения с Эссосом, и сейчас у нас есть время их обеспечить.        — Так вы планируете…        — Стать связующим звеном между вольными городами и семью королевствами, да. У нас есть драконы, если вы не заметили. И есть желание выжать всё возможное из вольных городов, для чего мы поселимся там на достаточный срок. Этот наш полёт над Речными землями… — Деймон обвёл взглядом зал. — Сбор пожеланий, чтобы потом лучше представлять интересы разных земель за Узким морем. Поэтому если Харренхоллу что-то нужно от вольных городов, передайте своему лорду, он может нам об этом написать. Мы учтём ваши нужды.        Доев последнее медовое печенье, Серсея в полной тишине посмотрела на сира Саймона, который выглядел совершенно ошарашенным прослушанной речью. Затем он потряс головой и признался:        — Не думал, что доживу до того дня, когда наследный принц и принцесса возьмут на себя роль торговых послов. Это большая услуга всему нашему королевству.        Деймон на это ухмыльнулся и благосклонно кивнул:        — Вы правы. Очень большая. И мы с принцессой поженились, чтобы играть эту роль было удобнее. Наш брак избавит Рейниру от сплетен по поводу того, почему она путешествует в компании со мной. А она очень хочет этим заниматься, сир Саймон, ведь поселиться ради блага Вестероса в Эссосе — её идея.        Тут сир Саймон перевёл восторженный взгляд на Серсею.        — Какое удивительное и важное желание, принцесса. Поведение, достойное будущей королевы. Мы все будем у вас в долгу, если вы… вернее, когда вы добьётесь успеха в этой миссии.        — Постараюсь выполнить её с наибольшей выгодой для страны, сир Саймон, — вежливо ответила ему Серсея.        — Теперь вам есть о чём написать вашему лорду, сир Саймон, — подвёл итог Деймон. — Он ещё не знает о нашем решении, так что можете не скупиться на подробности. Ну а мы с женой устали и хотим спать.        Старик тут же встал с кресла.        — Разумеется, мой принц, принцесса. Идёмте, я покажу ваши покои.        Он первым вышел из освещённого зала и повёл всех по тёмным, полуразрушенным коридорам — похоже, здесь экономили даже факелы и свечи. Тем не менее, выделенная спальня оказалась освещённой и тем, и другим, и даже разожжённым камином.        — Если что-нибудь понадобится, только дайте знать.        — Дадим. Идите, — кивнул ему Деймон, а потом закрыл обе двери.        Серсея прошлась по комнате с очень высоким потолком и длинными окнами. Основное пространство занимала большая кровать, на которой без труда могли разместиться несколько человек, причём и вдоль, и поперёк. Ещё здесь стояли разноразмерные столы и сундуки с кувшинами, кубками и прочей посудой, несколько стульев, пара шкафов. Пол и стены являли собой необработанный серый камень, на фоне которого огоньки тут и там зажжённых свечей сияли особенно ярко.        И здесь было тихо. Странное дело: на Драконьем камне тоже не слишком шумели его обитатели, но там не возникало такого чувства оторванности от остального мира, пребывания в какой-то забытой богами глуши, хотя Харренхолл даже в полуразрушенном виде оставался одним из крупнейших замков Вестероса. Но этот масштаб совершенно не ощущался. И не верилось, что такую глушь можно отыскать не слишком далеко от столицы.        — Мы здесь одни, — произнесла она вслух.        — Да, наконец-то. Здесь попросту некому нам мешать, и никакой ворон не прилетит — никто не знает, где мы остановились.        Она повернулась к Деймону и увидела удовлетворение на его лице.        — Тебе это нравится, да? В хрониках тебе дали прозвище «Принц-изгой». Оно ведь не только о том, что тебя не раз отсылал твой брат?        Он дёрнул уголком рта и неторопливо пошёл к ней.        — Нет. Оно о том, что иногда мне нравилось быть изгнанным. Это удобно, когда лицемерие при дворе превосходит все пределы, а ему потакает мой брат. У него была привычка отсылать меня в Рунный камень каждый год.        — Но теперь он с ней расстанется.        — О, да. Теперь ему придётся думать о том, как меня вернуть. И тебя вместе со мной.        Подойдя совсем близко, Деймон окинул Серсею изучающим взглядом, а потом снял с неё кожаный плащ и повесил на ближайший стул. И отступил на два шага, разглядывая с головы до ног.        — Ты решил, что доложить Визерису о наших планах лучше через лорда Лионеля?        — Герардис приплывёт в столицу дня через два. Весть от здешнего Стронга там получат уже завтра к обеду. Пусть Визерис узнает поскорее, до того, как ему Отто внушит слишком много ненужных мыслей.        Деймон снова приблизился и распустил завязки на красной тунике, а потом и стянул её с Серсеи через голову. Она продолжила делать вид, что ничего не происходит, и для неё совершенно естественно стоять перед мужем лишь в штанах для верховой езды и сапогах.        — А с Драконьего камня посылать письмо ты не стал, потому что…        — Герардису нужен хороший предлог для личной встречи с королём. Одного желания его осмотреть маловато. С письмом он точно с ним останется наедине, — ровным тоном пояснил Деймон, не сводя глаз с её обнажённой груди.        Серсею это начало веселить — то, как практически облизывался её супруг, любуясь ею, и при этом продолжал вести разговор по делу. Будто сошлись два измерения, две реальности. Дав ему немного времени на это занятие, она затем отступила к большому столу, уселась на толстую столешницу и подняла ногу, чтобы снять левый сапог, но Деймон успел первым и стащил его сам. А за ним и второй… А после, расшнуровав её штаны, ещё и ловко вытащил её из них и из белья. Она осталась совершенно голой на столе перед полностью одетым мужем, который вновь уставился на её тело с совершенным восторгом.        Ей не слишком понравилось, что у неё от этого стали гореть не только щёки, но и уши. Впрочем, нет, не от этого, а от разожжённого камина. Конечно же.        — Смысл остаться здесь был в чардревной кровати, Деймон, — аккуратно напомнила Серсея. — Это не совсем она.        — Успеем.        Он снял с себя и положил на стол рядом с ней свой меч, затем — весь кожаный пояс с кинжалом, ножом и креплением для меча. А после встал вплотную, взял её лицо в ладони и прижался к её лбу своим лбом, заговорив отрывистым и низким голосом:        — Ты не представляешь, как много всего я хочу с тобой сделать, Серсея. Насколько ты желанна. Твоё тело — то о чём я думал с нашей свадьбы каждый раз, когда видел тебя.        Серсея решила, что ей надо помочь определиться этому разрываемому желаниями мужчине, и быстро нащупала застёжку на его штанах. Ею оказалось несколько пуговиц, и она поспешно расстегнула их все. Деймон шумно выдохнул, когда она закончила, и вновь напрягся, когда она погладила его твёрдый горячий член. Ей остро захотелось ощутить его в себе. Причём немедленно!        — Чуть ближе, Деймон!        Кажется, это привело его в чувство, он отстранился от её лица, глянул вниз и возразил:        — Я планировал другое.        — Успеем ещё. Хочу тебя сейчас! — нетерпеливо потребовала Серсея и опустилась на спину на столешницу, после чего обхватила Деймона ногами за талию и притянула к себе: — Давай же!        Она была уверена, что от такого приглашения он не откажется, и действительно уже через несколько мгновений ощутила первый сильный толчок.        — Да! То, что надо! Продолжай, — простонала она, запрокинув голову.        Деймон повторил так, что она стукнулась затылком о столешницу. Совсем легко, но он услышал, тут же поднял её со стола и перенёс на кровать, не снимая со своего члена. С подушкой под головой стало ещё приятнее подаваться навстречу его движениям, жмуриться и подбадривать. Серсея чувствовала себя восхитительно: её наконец трахали решительно и сильно, а не как в прошлый раз — берегли. И ей даже не мешала одежда, бархатная ткань чёрного камзола под руками, когда она хваталась за плечи Деймона или его бока. Не мешала грубоватая ткань его брюк, когда она касалась его бёдер своими лодыжками. Напротив — это возбуждало ещё больше, то, что она заставила сорваться и отказаться от своих планов такого упёртого мужчину. Наверняка он планировал для неё что-то неторопливое и нежное; а если судить по тому, как он ею любовался, снимая одежду, — оно могло занять всю ночь.        Она сорвала этот план и не жалела. Она заставила его вбиваться в неё так, что очень скоро начала скулить, умоляя не останавливаться. Только не сейчас! Только не когда ей так хорошо! Не когда она так близко… очень близко… Ещё немного и….        — Да! — заорала она как могла громко и изо всех сил прижала Деймона к себе, чувствуя, как содрогается всё её тело. — М-м… великолепно!        Серсея получила всё, что хотела от него.        …Открывать глаза после этого ещё долго не хотелось, разжимать хватку — тоже. Очень не сразу пришла мысль о том, что её мужу может быть неудобно в этом положении, и за ней вторая — что из него получилось очень уютное одеяло. Серсея всё-таки отпустила его голову, понаблюдала за тем, как он осторожно её поднял и посмотрел на неё совершенно осоловевшими глазами сверху вниз, потом хмыкнул, скатился и распластался на постели рядом с ней, потирая ладонью лицо.        — Не думал, что ты любишь трахаться настолько, — пробормотал он.        Серсея фыркнула, приподнялась, чтобы поправить подушку, и, взглянув на своё тело, увидела следы семени между ног.        «Так-так, похоже ему это всё понравилось не меньше…»        — Кто бы говорил, Деймон, — вслух заметила она.        Он убрал руку от лица, проследил за её взглядом и кивнул:        — Угу. Но ты хотя бы удовлетворена или хочешь ещё?        — А ты? Это ведь я сорвала тебе планы и заставила подчиниться моему желанию. Сделать наследника исключительно приятным мне образом. Мне очень понравилось. Но если тебе нужно воплотить то, что ты там хотел, я мешать не буду.        — Отложим на другой раз, — криво улыбнулся ей Деймон. — Раз речь о том, чтобы «не мешать». Отдыхай. А я сейчас каким-то образом разденусь и…        Серсея понаблюдала за тем, с какой неохотой двигается Деймон, и решила ему помочь — расстегнуть и стащить по одной всю его одежду и обувь. Это было даже приятно — никакого сравнения с тем, чтобы обслуживать пьяного короля Роберта, своего прежнего супруга. И Деймон наблюдал за ней с любопытством и благодарностью на лице.        Затем она поцеловала его в губы, накинула на обоих одеяло и устроилась в тёплых объятиях. Ей не хотелось больше ничего: лишь отдыхать, дышать с мужем в унисон, слушать тишину, привыкать к сонной темноте…        Пока эта темнота внезапно не начала рассеиваться от вспышек пламени!        Серсея ощутила, как её правую руку крепко сжала другая, взглянула на неё и на её обладателя — полностью одетого Деймона, а потом посмотрела вперёд, где на большой каменной площадке, окружённой горящим огнём, появились пять очень знакомых фигур.        Высоких. В доспехах и с посохами. С валирийской внешностью.        Их белые лица были очень серьёзными, пока стоящий крайним слева обладатель чёрных доспехов с мордой бронзового дракона на груди не задержал взгляд на Деймоне и не сказал ему:        — А знаешь, мне нравится, что мой любимец Караксес достался в итоге именно тебе!