Глава 5. Леди в синем

Гостевые покои леди Джейн им выделила замечательные: просторные, с белыми колоннами, тонкими коврами на полу и множеством мебели с синими и золотистыми подушками. От этой комнаты была наполовину отделена ширмой спальня с большой кроватью, имелась дверь в стене, явно ведущая в ванную комнату. Но более всего Серсею порадовали окна — высокие, распахнутые, с великолепным видом на снежные вершины на фоне ярко-синего неба. Только горы вдали и обрыв внизу: ни двора, ни башен, ни случайных свидетелей. Совершенное уединение.        Она глубоко вдохнула свежий воздух и улыбнулась:        — Мне здесь нравится.        Позади Деймон поставил обе дорожные сумки — свою и её — и подошёл, чтобы тоже посмотреть в окно.        — Да, вид неплохой.        Серсея, покосившись на него, заметила остаточную хмурость на лице. Всё ещё думал о цветах их свадьбы? Надо было это исправить, так что она сказала:        — Ты представляешь возмущение Визериса, когда ему донесут, что его дочь вышла замуж в Орлином гнезде без его присутствия да ещё и в платье цветов своей матери? Что с ним будет?        Деймон дёрнул уголком губ.        — Ничего хорошего. Обидится на тебя, конечно. И будет гадать, как я это допустил… Как позволил… «И ты, Деймон?..»        — Но виноват-то он сам. Согласился бы на наш брак сразу — и лично повёл бы меня к верховному септону. Мы дали ему много шансов согласиться.        Деймон на это промолчал, и Серсее это не понравилось. Ей показалось, что он своего старшего брата всё же жалеет, возможно — думает, что такие новости для него чересчур, так обижать Визериса не следовало бы. Или что она слишком потакает Долине своим согласием на всё, что предложила Джейн Аррен. Но ведь советы леди Джейн были разумны. Отчего их не принять?        В дверь постучали, пока Серсея пыталась сообразить, как бы развеять этот приступ идеализации Визериса и необоснованной жалости к нему у Деймона, и в комнату вошёл старик в мейстерской одежде, с цепью, опираясь на трость.        — Мой принц, моя принцесса, я мейстер Доннел, — представился он, затем поднял вверх белую трубочку. — Это письмо написано самим королём, и я должен отдать его вам, принцесса, лично в руки.        — О. Разумеется.        Серсея быстро подошла к нему и забрала письмо, после чего мейстер, поклонившись, прихрамывая вышел в коридор и закрыл дверь. Деймон так и остался стоять у окна, лишь оглянувшись в её сторону. Серсея же, едва взглянув на красную печать с оттиском трёхглавого дракона, поймала себя на мысли, что это послание от Визериса прибыло очень кстати. Вряд ли же его автор удержался от того, чтобы назвать Деймона неподходящим мужем для неё? Он бы не смог! А раз так — пора Деймону вспомнить, как на самом деле к нему относится его обожаемый брат.        Поэтому она вернулась к окну, остановилась рядом с Деймон, чуть присев на подоконник, и только тогда развернула плотно исписанную бумагу так, чтобы он мог читать одновременно с ней.        Рейнира! Я пишу тебе в надежде, что ты ещё не успела совершить самую большую глупость в твоей жизни. Заклинаю тебя этого не делать, не связывать жизнь с моим братом! Я знаю, что ты очень зла на меня. Зла и обижена. Но поверь, дитя, я не хотел навредить тебе. Я руководствовался заботой о твоём счастье, желал, чтобы ты перестала чувствовать себя одинокой, ведь ты отдалилась и от меня, и от Алисенты за эти два года. Она говорила, что между вами больше нет прежнего тепла, и я сожалею об этом. Я понимал, что твоё одиночество мог бы развеять супруг, и мне казалось, что ты тоже понимаешь это, ведь ты согласилась на смотр женихов и, как я помню, сама признала, что среди них было много достойных людей! Что тебе стоило выбрать одного из них? Почему именно Деймон, Рейнира? В этом, конечно же, есть и моя вина: я слишком поздно распознал гнусные намерения своего брата, чересчур близко подпустил его к тебе и не отвадил в нужный час. Я сожалею об этом. Деймон всегда стремился только к власти, Рейнира. Для него нет ни семьи, ни чести, только алчность, только жажда трона, что застилает ему глаза, да и для трона он не годится. Всё, на что он способен, — это сеять хаос и разрушения, без сожалений и без жалости. Он страшный человек, хоть и мой брат, но боги наградили его талантом разрушать всё излишне ярко и зрелищно, и на это, как я понимаю, попалась ты, как мотылёк на пламя огня. Он и тебя сожжёт, дочка, а я не хочу увидеть, как ты сгоришь. Оставь его. Даже если вы всё-таки заключили брак, я молю тебя: оставь его и возвращайся домой. Мы вместе всё исправим. Клянусь, что в этот раз я смогу защитить тебя от него.

Любящий тебя отец.

Серсея дочитала последние слова и увидела, как Деймон молча дошёл до ближайшего стола, схватил металлический кувшин и с силой грохнул его об пол. Она дёрнулась, задержав дыхание, потому что таким видеть Деймона было жутко: сжатые до побелевших костяшек пальцы в кулаки, желваки на скулах, шумное дыхание. Ярость и боль вместе. Естественное состояние после очередного предательства от самого близкого родича, который вновь повёл себя хуже заклятого врага.        Серсея перевела взгляд на письмо, так красочно описывающее её мужа как настоящее чудовище, и отнесла его к горящему камину. Бумажку поглотил огонь. Затем она приблизилась к Деймону и обняла его со спины, тесно прижалась к нему всем телом и потёрлась щекой. Ощущение было таким, будто под ней камень, так что она заговорила:        — Ты же помнишь, как твоего брата прошлой ночью назвали боги? Стоит ли удивляться, что он вновь и вновь тебя, свою кровь, предаёт?        — В этот раз он перешёл границы. Как он смеет, Серсея? Как он смеет заявлять, что я что-то там разрушаю, когда это он разрушил свою семью?! — зло выпалил Деймон, но хотя бы начал дышать и немного расслабился.        Серсея обняла его ещё крепче.        — Он смеет, потому что считает меня прежней Рейнирой, девчонкой, которая принимала его слова на веру, да и королю в выборе мужа не прекословила. На неё это письмо могло подействовать — по крайней мере, она, скорее всего, и впрямь полетела бы обратно в Королевскую гавань.        — Но не ты.        Деймон расцепил её руки и развернулся к ней. По счастью, уже с более живым и не свирепым лицом. Глаза только оставались больные. Серсея тут же погладила его по щеке.        — Нет, не я. Для меня самый страшный человек в этом мире — это самый лучший защитник. Кто ещё убережёт меня от врагов? Кто заступится за моих детей? Кто разрушит все заговоры против моей семьи и заставит заговорщиков гореть? Только Деймон Таргариен и годится на эту роль!        — Серсея…        — И я бы написала это всё Визерису, но уже решила не выходить с ним на связь на десять лет вперёд, так что если хочешь, можешь передать ему мои слова ты. Или же написать, что я не стала читать его записку и сожгла в огне. Или не писать ничего. Тебе решать.        Деймон накрыл её руку на щеке своей и погладил тыльную сторону. Затем отодвинул кисть от лица и поцеловал костяшки пальцев. И заявил:        — Нет, я ему напишу. Что ты сожгла письмо, не читая, из-за большой обиды на него. Опишу ему нашу свадьбу, которая пройдёт в точности так, как ты хотела.        — Побольше используй слово «синий».        — Само собой.        Он усмехнулся, и Серсея улыбнулась ему в ответ. Ей нравилось то, что её мужем стал человек отходчивый. Вон, уже даже плечи расслабил, глаза блестеть начали. Сильный мужчина, несомненно.        В комнату после короткого стука открылись двери, и из коридора вошли слуги с подносами с едой и питьём.        — Милорд, миледи, леди Джейн приказала принести вам поесть. А ещё — спросить: чем лучше накормить ваших драконов? — вежливо полюбопытствовал парень-слуга.        — Лучше всего выдать Караксесу жирную свинью, — тут же ответил Деймон.        — А дракону принцессы?        — Караксес поделится с ним.        — Мы всё устроим.        Оставив подносы на столах, слуги удалились. Серсея решила, что это неплохая идея — поесть. В конце концов, у них сегодня был только завтрак, а уже миновало время обеда. Деймон её желание поддержал, а затем сел писать ответное письмо Визерису. Заглядывать к нему в бумажку Серсея не стала, посвятив время изучению книг на полках. Чуть позже и Деймон присоединился к ней.        В дверь снова постучали.        — Да что там такое? — проворчал Деймон, вернув на полку увесистый том. — У нас тут что проходной двор?        — Похоже на то, — Серсея оставила в покое корешки книг и развернулась ко входу: — Входите!        Она ожидала слуг, возможно — мейстера или леди Джейн, но к её удивлению в комнату один за другим осторожно проскользнули трое мальчишек лет двенадцати-тринадцати. Два темноволосых и похожих друг на друга худощавых паренька и один рыжий, на полголовы выше их. Все трое были одеты в серые поддоспешники и имели короткие мечи на поясе. Отличались лишь вышитые на груди гербы: белые с тремя чёрными воронами с алыми сердцами у темноволосых мальчишек и пурпурный герб с серебряными колокольчиками у рыжего.        Они втроём дружно поклонились.        — Принц Деймон, принцесса Рейнира. Спасибо, что позволили войти.        — Кто вы такие? — резко спросил Деймон.        — Моё имя Леовин Корбрей, — сильно волнуясь, назвался тот темноволосый мальчик, что выглядел чуть старше. — Я старший сын лорда Корбрея из Дома сердец. Это мой брат Корвин, а это наследник лорда Белмора Хортон. Мы рады знакомству с вами.        — Да, очень рады! — подхватил его брат, шагнув вперёд. — Видите ли, мы услышали, что вы здесь, принц Деймон, и мы не могли упустить такой шанс! Вы ведь прославленный мечник. Лучший в Семи королевствах!        — И? — сузил глаза Деймон.        — И…        Тут Корвин явно растерялся, запнулся, оглянулся на других ребят.        — И мы хотели попросить вас поупражняться с нами, — помог ему Хортон. — Совсем недолго, но чтобы вы взглянули на нас и, может быть, дали какой-то совет. Вы же легенда, сир. Вы выиграли свой первый турнир в шестнадцать лет и получили свой знаменитый меч. Когда нам через три года станет по шестнадцать, мы тоже хотим сражаться достойно!        — Да!        — Очень хотим!        Серсея увидела, как лицо у Деймона смягчилось: восторг мальчишек ему явно пришёлся по душе.        — Мы узнали, что готовится ваша свадьба с принцессой, и подслушали, что к принцессе вот-вот придут слуги, чтобы помочь ей собраться на неё, — взял слово Леовин. — Но вы ведь мужчина, сир, вам столько времени готовиться не надо.        — По крайней мере, мы так думаем, — тут же уточнил его младший брат.        — И может быть, вы захотите потратить это время на нас, — подытожил Хортон.        Стало тихо. Серсея переводила взгляд со смотрящих с большой надеждой мальчишек на изучающего их Деймона и обратно, пока не услышала от него:        — Ваши родители знают, что вы здесь?        Дети сильно замялись и опустили глаза, принялись ковырять сапогами пол.        — Э-э…        — Если честно, мы заикнулись об этом желании в присутствии наших отцов, они очень дружат, — проговорил рыжий Хортон, заметно порозовев. — Но они оба над нами только посмеялись.        — Да. «У принца не будет на вас времени, Корвин!» — сказал мой старик. Но мы всё-таки решили проверить: а вдруг будет? Несколько часов до свадьбы ещё есть.        — Ага.        И все трое снова умоляюще уставились на Деймона.        Серсею это начало веселить, тем более что они каждой своей фразой поднимали настроение её мужу. Вон, он думать о брате, похоже, вообще перестал, и этот успех стоило развить: ни к чему иметь плохое настроение на грядущей свадьбе.        Потому она коснулась плеча Деймона, привлекая внимание, и сказала:        — Тебе же они уже нравятся. Позанимайся с ними.        — Правда нравимся? — тут же с надеждой выпалил Корвин. И мигом стушевался: — Простите.        Деймон в итоге усмехнулся:        — Да, правда: я люблю смелых. Ладно, идёмте. Посмотрим, на что вы способны.        От того, чтобы закричать от радости, детей явно удержало лишь их воспитание. Они с огромным восторгом на лицах пропустили Деймона вперёд и пошли за ним следом, но выходивший последним Корвин всё же оглянулся.        — Спасибо, принцесса! — громко прошептал он.        Серсея улыбнулась ему в ответ. Мальчишка тщательно закрыл за собой дверь.        «Корбреи и Белморы. Два важных Дома Долины, и двое мальчиков из трёх — их наследники. Для улучшения отношений с Долиной совсем неплохо…»        Постучав, в комнату начали заходить присланные леди Джейн служанки, как и предупредили дети, в том числе одна с синим платьем в руках.        ***        Обещанная подготовка невесты к свадьбе свелась в итоге к горячей ванне — и ничего другого Серсее и не требовалось. Только лежать и наслаждаться цветочным ароматом использованного мыла и теплом воды. В тишине и покое. Когда служанки помогли ей вымыться целиком и ушли, набрав в ванну чистую воду, она пожелала именно этого — одиночества для собственных мыслей.        Сначала это были размышления о Визерисе и о мести ему. Его отношение к Деймону выводило Серсею из себя, заставляло представлять себе всевозможные кары и мучения на его голову. Как же жаль, что боги ограничили её! С какой охотой она давно сжила бы его со свету, чтобы он больше не обижал её супруга!        Но нельзя.        И Деймон так и будет прощать его снова и снова. Вон, даже письмо написать согласился с позиции человека, который не знает, какими гадкими словами Визерис его описал своей дочери. Закрыл на это глаза. Брошенный кувшин оставил вмятину на полу, а Деймон закрыл глаза! Вот как так можно, а?..        Хорошо, что эти местные мальчишки подвернулись под руку — хоть напомнили Деймону, какой он молодец, чего добился и чего стоит. Чудесные ребята, пришли вовремя.        «Надо будет отплатить им однажды добром».        Но Визерис все равно вёл себя подло и ведь даже не извинился перед ней за Джейсона Ланнистера! За то, что испортились её отношения с Алисентой, — да; за то, что не отвадил единственного родича, которому всегда было до неё дело, — тоже. Но не за охоту. Впрочем, и правда, зачем ему признавать свою гнусность, если можно свалить всё на ужасного Деймона?        «Как бы он вообще жил, если б не было брата? Такого удобного вечного крайнего… Не выжил бы, это точно…»        Серсея вспомнила, как расстроился Деймон, прочитав письмо, и решила в будущем поменьше Визериса упоминать. И да, не отвечать ни на какие его письма самой, пусть Визерис узнаёт о ней через брата и ищет подход к нему. А она будет Деймона поддерживать и напоминать ему о его успехах, как это сделали сегодня мальчишки.        «Действительно, стоит поучиться у этих ребят».        Дальше её мысли потекли ровно, не цепляясь ни за что важное. Она отдыхала, пока в ванную не заглянул Деймон.        — Я уже вернулся.        — Это хорошо. Как тебе ученики?        — Им ещё учиться и учиться, но они небезнадёжны. Корвин чересчур сильно замахивается, Леовин может отвлекаться не к месту. А Хортон двигается неплохо, но слабо использует левую сторону, — деловито поведал Деймон.        — Ты им, конечно, это всё объяснил?        — Меня за тем и позвали. Видела бы ты лица их отцов, когда они нас заметили во дворе!        — Жалею, что не довелось, — тихо рассмеялась Серсея. — Удивлённые?        — Потрясённые! Ко мне потом начали подходить рыцари постарше и уже совсем взрослые, но я не стал отвлекаться ни на кого из них. Дети позвали первыми — дети получили свой урок. В другой раз остальные будут думать. Ладно, готовься, а то времени не так много: там уже накрывают столы.        И он вышел из ванной.        Оставшись одна, Серсея удовлетворённо улыбнулась: вот это был прежний Деймон. С горящими глазами, довольный собой, после демонстрации того, в чём он действительно хорош. Просто прекрасно!        Она вылезла из ванны, насухо вытерлась, надела тонкие панталоны, туфли из своей сумки и принесённое от Джейн платье. Насыщенно синее, длинное, из плотной, но мягкой ткани с золотистой вышивкой по квадратному вырезу на груди и по талии. Безусловно, оно уступало тем шедеврам, которые Серсее подготовила мастерица в Королевской гавани. На нём не было особо сложных и выразительных узоров из камней.        Но глядя на своё отражение в ростовом зеркале, Серсея видела изумительно яркое и красивое сочетание цветов — синей ткани с её длинными белыми волосами. Она даже распустила их полностью, тщательно расчесала и скрепила на затылке только две тонких пряди сугубо для того, чтобы волосы не падали на лицо.        Платье-заявление. Платье мести человеку, который оказался недостоин быть в этот день рядом с ней и вести её к жениху и к септону.        «Джейн выбрала идеальный фасон».        Насмотревшись на себя, Серсея вышла из ванной комнаты и увидела Деймона у окна. Он, впрочем, сразу же оглянулся и застыл, затем не проронил ни слова, пока она не спеша приближалась к нему, освещённому солнцем. Но и после ещё некоторое время, не мигая, разглядывал её сверху вниз, в итоге признав севшим голосом:        — Тебе идёт этот цвет.        Он отвернулся к окну. Серсея погладила его по плечу и спине.        — Для меня это всего лишь цвет, Деймон. Мне важен только ты. А вот для здешней публики это тема разговоров на годы вперёд, притом в нашу с тобой пользу. Синее платье принцессы Таргариен, да ещё и на её свадьбе здесь, в Орлином гнезде, они совершенно точно не забудут.        Деймон на это похмурился, потом всё же развернулся к ней.        — Они не заслуживают смотреть на то, какая ты в нём красивая.        — Безусловно. Однако мы щедро одарим их этой милостью как их будущие король и королева.        Он её поцеловал. Резко и очень страстно. А потом так же внезапно отстранился и пошёл к своей сумке.        — Надо тебе соответствовать.        К удивлению Серсеи, он достал из неё свою одежду из тяжёлой бархатной ткани и снял простой чёрный дублет, чтобы переодеться в неё.        — Это праздничный костюм для полётов. Его сшили мне перед войной за Ступени, но надеть его я не успел.        Застегнув застёжки, Деймон вернулся к окну, давая рассмотреть себя при ярком свете, и это было очень кстати! Сложная вышивка спереди — на общей чёрной ткани пришита широкая полоса из материала посветлее, до самого низа, до сапог, причем с угловатыми краями с двух сторон, напоминающими крылья дракона. По каждому зубцу тонкая красная окантовка, россыпью красные камешки и мелкие металлические пластинки, похожие на чешуйки. Камнями и пластинками украшены также рукава и воротник, а сзади на спине — Серсея специально заглянула — ещё и вышитый большой герб Таргариенов: красный дракон на круглом чёрном фоне.        Она вернулась обратно, думая, что в этом костюме её принц выглядит по-настоящему роскошно и солидно. И горячо!        — Продолжишь так смотреть — и мы помнём твоё драгоценное платье, — с иронией в голосе заявил Деймон.        — М-м? — она отвлеклась от вышивки и посмотрела ему в лицо.        — Я всё-таки мужчина, Серсея, — со значением напомнил он.        Послышался стук в дверь.        — Принцесса, леди Джейн просила передать, что для свадьбы всё готово, — донесся голос служанки. — Она предлагает принцу Деймону уже пройти в зал и взять плащ, а затем сама придёт за вами.        — Иди, — согласилась Серсея. — Пришло время нашей свадьбы.        И не отказала себе в удовольствии снова полюбоваться вышивкой на спине, пока Деймон не ушёл.        Джейн, впрочем, появилась совсем скоро, тоже в синем платье с вышитым соколом на груди, но и вполовину не в таком ярком, как у неё.        — Так и думала, что оно тебе подойдёт, — с порога заявила она. — Чудесно выглядишь, Рейнира. Принц твой уже оценил?        — Хмурился и не хотел меня отсюда выпускать. Он считает, что мной надо любоваться только ему самому.        Джейн удовлетворённо улыбнулась.        — Ещё бы он так не считал! Ты красавица. И мне не верится, что именно я выдаю тебя сегодня замуж, — она приблизилась и взяла Серсею за руки. — Знаешь, перед свадьбой принято успокаивать невест, чтобы те не боялись. Но тебе это, похоже, не требуется.        — Мой муж — хороший любовник, Джейн. Я в этом уже убедилась.        — Рада это слышать. Полагаю, и отцом он будет неплохим, судя по тому, как он возился сегодня с детьми Белмора и Корбрея.        — О, и как это было? — заинтересовалась Серсея. — Расскажи.        — Я немногое видела, занимаясь подготовкой свадьбы. Но он не скупился на объяснения, повторял вместе с ними приёмы боя снова и снова и даже сам поднимал с земли за руку этих детей. Странно: мне всегда казалось, что он нетерпеливый человек, но, похоже, когда он увлечён, ему хватает терпения на всё, чтобы добиться результата.        — И он добился?        — А то! Собрал вокруг себя практически всех гостей этого замка. К концу урока мальчики уже смогли показать новые приёмы, а он пожал им руки и пообещал потренироваться однажды снова. Рейнира, может вам не стоит никуда улетать? На Север или в Эссос? Останьтесь здесь, и Долина защитит вас от кого угодно. Мы не выдадим тебя твоему отцу. И мы будем хорошо относиться к твоему мужу, он многих расположил к себе.        Серсея вздохнула: остаться в Долине Аррен было, конечно, соблазнительно. Здесь красиво и свежо, и очень солнечно. Богатый регион, родственница во главе. Высокий и практически неприступный замок на горе…        Однако Джейн Аррен всё же подчиняется Короне, и против Визериса у неё шансов нет.        — Это ценное предложение, кузина. Но вы не так уж далеко от Королевской гавани, если мой отец пошлёт за мной войска. Я не хотела бы ещё сильнее обострять ваши отношения с королём. А главное: совсем скоро я начну рожать Деймону детей, но прежде, чем это случится, я хочу посмотреть мир. Скажу честно: я летала с Деймоном в Пентос на свадьбу Лейны Веларион, и я думала там о том, как мало всего я видела! И как много хочу. Поэтому пока моё положение позволяет мне, я буду летать и путешествовать по обе стороны Узкого моря, чтобы потом было что вспомнить и рассказать моим малышам.        — Понимаю.        — К тому же как будущей королеве мне нужно иметь представление о том, как живут подданные. Так что завтра — Север, затем — Эссос. План остаётся прежним.        — Что ж… Я, по крайней мере, попыталась. Я уже поговорила с остальными по поводу вашей миссии в Эссосе, это многих удивило и обрадовало, некоторые уже отправили воронов в свои замки мейстерам, чтобы те написали, в чём у них нужда. Однако уверена ли ты, что хочешь в Эссос надолго? На годы, как я поняла?        — Джейн, я хочу, чтобы мои дети росли там, где я не буду опасаться за их жизнь, — честно ответила Серсея. — Где рядом с ними не будет таких жадных до власти зелёных гадюк, как эта семья Хайтауэров из Староместа. Где им не навредят! И мы непременно вернёмся сюда, когда мои дети достаточно подрастут, чтобы отличать друзей от врагов.        — Долго же придётся ждать...        — Лет десять, я думаю.        — Значит, столько я тебя не увижу после сегодняшнего дня?        — Отчего же? Есть корабли. Приплывай в Пентос. Я буду рада встрече с тобой.        На это Джейн слабо улыбнулась.        — Я подумаю, Рейнира.        В открытую дверь заглянула служанка.        — Миледи. Всё готово, ждут только вас.        — Тогда идём, — предложила Джейн и взяла Серсею под руку.        Они быстро дошли до большого зала, где были накрыты столы, многочисленные гости стояли перед ними вдоль длинного прохода, заканчивавшегося перед несколькими освещёнными солнцем из окна ступенями, на которых возвышался над всеми септон. А перед ним чуть ниже и слева ждал Деймон с перекинутым через руку сине-красно-чёрным плащом.        Даже от входа Серсея увидела, что Деймон горделиво заулыбался, взглянув на неё. В зале звучала негромкая музыка, и оттого были хорошо слышны разговоры, которые, впрочем, смолкли, как только публика заметила их с Джейн.        — А она и правда в синем! — из толпы раздался совсем детский девчоночий голосок, и за ним сразу же взрослое:        — Тс-c!        Улыбнувшись и расправив плечи, Серсея сделала первый шаг навстречу к своему супругу.