Глава 12. Ночной Дозор

Ей было очень уютно.        Серсея медленно осознала после пробуждения, что лежит на знакомом плече и ощущает под ладонью ровное биение сердца своего супруга, что укутана в тёплое одеяло почти по макушку, и в эту самую макушку её целует супруг. А ещё он же осторожно поглаживает её между лопаток кончиками пальцев.        — Нам ещё надо сегодня вернуться в Винтерфелл и сыграть свадьбу, — вполголоса проговорил он.        «Точно!»        Ей вспомнилось, что они прибыли в гости в Чёрный замок Ночного Дозора, и был пир, на котором о ней спели песню, и после этого она… оказалась здесь?        Серсея чуть приподняла голову, оглядывая обстановку. Большой камин подсказал ей, что это верхние покои в Королевской башне, но засыпала-то она не в них и уж точно не раздевалась ко сну. Она посмотрела в лицо Деймону.        — Несколько сотен человек очень старались не разбудить тебя, — тут же ответил на незаданный вопрос он.        — Им это удалось. Я помню только пир.        — Хорошо. Значит, ты выспалась.        Что ж, таких сильных выводов Серсея делать бы не стала и вообще не представляла, как из этого тёплого убежища под одеялом и шкурами в здравом уме можно куда-либо выбраться? Да ещё и на северный холод! Зачем?! Здесь же идеально!        Эти мысли вдохновили её на то, чтобы широко зевнуть и лечь обратно на плечо. И закрыть глаза.        Над головой зазвучал тихий смех, а за ним ещё и:        — Ладно. Тогда попробуем так.        И Деймон перевернул её на спину, после чего принялся целовать, гладить, всюду трогать, так что скрыться от его настойчивости было негде, да и… не очень-то хотелось. Серсея сама не поняла, куда улетучился такой желанный сон и когда начала отвечать такому желанному супругу. Но ей происходящее нравилось. Деймону, вероятно, тоже, поскольку на его лице читалось практически восторженное: «И это всё моё!»        Он дал волю и рукам, и губам, и всему, что у него было, так что под одеялом и шкурами Серсее вскоре стало жарко, а с губ начали срываться бесстыдные просьбы: «Ещё!» От этого лицо Деймона стало неприлично самодовольным, но Серсее было на это плевать — только бы он продолжал её трахать так же быстро, как начал, короткими и резкими толчками.        Она вцепилась в его спину и постаралась раздвинуть свои бёдра как можно шире, чтобы ничего не мешало. И стала опасаться, что надолго её не хватит — слишком умело он двигался, слишком хорошо понимал, какой нужен ей темп, какая глубина, — когда только изучить успел?..        — Деймон!        Тело неожиданно прошила судорога удовольствия. Серсею подкинуло на постели, а затем она медленно осела обратно и расслабилась, ощущая, как заполошно бьётся сердце.        «Пеклов Деймон! Зачем так быстро-то, а? До этого же ни разу не спешил... Надо будет в следующий раз взять дело в свои руки и самой контролировать всё… Может, этот следующий раз устроить прямо сейчас?..»        — Подъём, Серсея! Нам ещё надо с Дозором попрощаться и преступников казнить. Дел полно! — между тем, нахально заявил Деймон и сдёрнул с неё одеяло, порушив все планы.        А затем сбежал в ванную комнату. Серсея даже зарычала от досады, и, кажется, её бодрому супругу хватило наглости там за стенкой захихикать. Она пнула пяткой постель, осознавая, что ведёт себя как капризная девчонка, но досада была сильнее.        Пока сильнее.        Упоминание преступников напомнило ей вчерашнюю идею поучаствовать в казни со своей Сиракс и дать волю собственной тёмной натуре, задавленной двухлетней игрой в публичную праведность. Но ведь тьма-то никуда не делась! И сегодняшний день дарил ей удобный шанс.        Обдумав это, Серсея вздохнула и встала с постели, чтобы умыться вслед за супругом, а затем надеть свою аккуратно разложенную на стуле одежду. Учитывая, что раздеть её вчера мог бы только Деймон, такое его отношение к её вещам ей польстило. Она даже представила себе эту картину: как осторожно и под сотнями взглядов он выносит её из Общего зала, поднимается по ступенькам башни, а затем укладывает на кровать... Как снимает одну за другой её вещи… Как тихо раздевается сам, укрывает обоих одеялом и прижимает её к себе… Ей пришло в голову, что в прошлом она бы не рискнула так уснуть на пиру и настолько довериться мужчине рядом с собой, и даже слегка задремав от усталости, оставалась бы настороже, но почему-то с Деймоном удалось расслабиться совершенно.        Парадокс: то, чего Джейсон Ланнистер пытался добиться сонным вином, Деймон получил без всяких усилий, но устроил затем всё для неё наилучшим образом. Ему можно было доверять.        Во двор и к воротам провожать гостей вышел, кажется, весь Ночной Дозор, и после полусуток в Чёрном замке раздражать Серсею эта братия перестала, даже несмотря на то, что косились в её сторону все с понимающими улыбками и кое-кто даже с умилением. Что ж, не останется она в их памяти как грозная принцесса и драконья всадница, а только как верная жена. Ну и пекло с ними! Она не собиралась в будущем снова здесь бывать, а они никогда не попадутся на пути ей — из Ночного Дозора не уходят.        — Ночной Дозор надеется, что ваше пребывание и пребывание здесь вашей леди-жены было сносным, мой принц, — заговорил лорд-командующий. — Мы постарались оказать вам достойный приём.        — И мы с женой это оценили. Я обдумал всё, что вчера здесь увидел, и уверен, что Ночной Дозор может стать сильнее. Особенно, если будет лучше помнить то, для чего он предназначен.        — О чём именно идёт речь, мой принц? — уточнил первый разведчик.        — О Дозоре, сир Ридан, — Деймон окинул взглядом прислушивающуюся к их разговору толпу и повысил голос: — Вы — щит, который охраняет царство людей! Вы — последняя защита для всего королевства с Севера! И вы должны видеть дальше многих! Не только чтобы вовремя давать отпор одичалым, но и чтобы не пропустить появление самой смерти!        Он сделал паузу, давая время это осмыслить. Серсея увидела недоумевающее выражение на лицах многих дозорных. Вероятно, Деймон это тоже заметил.        — Вы помните с какой целью создавался Ночной дозор? Лорд-командующий?        — Чтобы защитить людей в Долгую ночь от врага, мой принц. От мёртвых.        — И Дозору удалось это сделать в прошлом, тот враг был разбит, но не до конца. Придёт день, когда он снова поднимет голову, когда мёртвые сплотятся вокруг своего короля и пойдут на Стену!        — Откуда вы это знаете, милорд? — крикнул кто-то из толпы.        — Это знание годами хранилось в моей семье. Сегодня я передаю его вам. Потому что я считаю, что Дозор не должен безвольно ждать, когда враг дорастёт до армии, которую ясно видел в предупреждающем Сне мой предок Эйгон-Завоеватель! Я убеждён, врага надо уничтожить в самом начале, когда он будет слаб! И королевство должно сразу же узнать, едва за Стеной объявится хотя бы один мертвец!        От упоминания Эйгона-Завоевателя Серсея похолодела. Сон Эйгона, тот самый, с которым столько лет носился Визерис, теперь стал общим знанием для сотен дозорных, а от них распространится и дальше. Одни боги знают, как скоро он дойдёт до Красного замка, но это точно случится. Тайна, передаваемая от правителя к наследнику, перестала быть таковой.        Тем временем Деймон дал публике время обдумать и обсудить и это сообщение, и повернул голову к ней.        — Зачем? — очень тихо спросила Серсея.        — Затем, что к войне надо готовиться, а не прятаться от неё, — склонившись к её лицу, так же тихо пояснил Деймон. — Она не решится сажанием Таргариена на трон: нужна ещё и разведка. Особенно, когда драконы Таргариенов за Стену не летят, так что нам надо полагаться на людей.        — Но твой брат…        — Ему полезно, наконец, перестать цепляться за пророчества и знамения, считая себя избранным. Тем более что избранный теперь другой.        Она помолчала в сомнениях, и Деймон нетерпеливо добавил:        — Подумай сама: какой толк скрывать предупреждение Эйгона от живых? Мёртвым всё равно, знаем мы или нет. А вот нам надо их победить сообща.        Серсея вздохнула и кивнула, принимая эти аргументы. Если так подумать, держать в тайне предупреждение об угрозе всем живым и впрямь было глупо. Не предпринимать никаких действий, даже не посетить — со стороны Визериса — Ночной Дозор, было ещё глупее. Получалось, что нынешний король совершенно не имел мышления защитника или воина, хотя и носил в качестве одного из титулов «Защитник государства».        Нет, правда: годами знать о неминуемой угрозе с Севера и не предпринимать по этому поводу ничего! Разве боги для этого послали Эйгону тот Сон? Чтобы потом его потомок Визерис однажды пересказал его наследнику на ушко и успокоился на этом?        Деймон поступил с предупреждением куда разумнее, и теперь есть шанс действительно разобраться с угрозой в зародыше. Быть может, если этих мертвецов и впрямь обнаружат рано и в малом числе, Таргариенам даже не придётся вмешиваться — с врагами разберётся Ночной Дозор.        Между тем, наговорившись, публика затихла.        — Мой принц, вы ограничитесь предупреждением об угрозе или добавите что-то ещё? — вежливо уточнил лорд-командующий. — Помимо ваших вчерашних обещаний помочь Дозору в наших нуждах, конечно.        — Поделюсь ещё некоторыми соображениями, лорд-командующий, — отозвался Деймон. — Разведка — это главное, чем обладает Ночной Дозор, и я жду, что ваши разведчики будут регулярно ходить в дальние рейды, так что изучат каждый уголок Севера за Стеной. Разумеется, вы получите на это обмундирование и оружие, но я хочу, чтобы вы не просто бывали там, но и делились всем увиденным с другими разведчиками, а лучше — отмечали это на карте. Допустим, вырезанной на большом столе, чтобы на ней было удобно отмечать и опасные места, и убежища. Сможете такую сделать, лорд-командующий?        — У нас есть талантливые резчики, мой принц. Это интересная идея, — заинтригованно ответил тот.        — Карта должна быть, как Расписной стол на Драконьем камне? — послышался звонкий мальчишеский голос.        — Кто это сказал? — тут же уточнил Деймон.        Публика расступилась так, что стало видно невысокого парнишку лет пятнадцати.        — Я… я Террен, милорд. Я видел Расписной стол в виде большой карты в замке на Драконьем камне. Подходил к нему несколько раз, когда там работал, пока не… — тут он смутился и опустил глаза. — Пока не нарушил закон...        Серсея перевела взгляд с виноватого мальчишки на Деймона, который сузил глаза, разглядывая его. Публика вокруг затаилась, не зная, чего ожидать, однако в итоге услышала лишь вопрос:        — Сможешь описать тот стол вашим резчикам, Террен?        — Да! — мальчишка с надеждой поднял голову. — Конечно, смогу, милорд!        — Значит, сделаешь это, когда я улечу. Само собой, такую карту нужно будет где-то поставить, чтобы остальные смогли собираться вокруг неё. Да и вообще разведчикам нужна собственная башня для сборов, обсуждений и сна, и она будет построена.        Народ охнул.        — Мой принц? — переспросил главный строитель.        — Не прямо сразу, но вы получите на неё средства и материалы, сир Этан. Даю слово. Это позволит свободнее разместиться стюардам и строителям — им не придётся спать друг у друга на голове у холодных окон. И это покажет всем, кто приходит в Ночной Дозор, к чему им стремиться, — тут Деймон задержал взгляд на совершенно трезвом Сильном Рике. — Разведчики — это главная надежда Семи королевств. И у каждого дозорного должен быть шанс пополнить их ряды. Притом, как сразу — если человек подходит, так и со временем, если кто-то из стюардов или строителей соответствующе подготовится и за него поручатся, скажем, трое из действующих разведчиков перед лордом-командующим и первым разведчиком. Вы согласны со мной, сир Ландор и сир Ридан?        Лорд-командующий и первый разведчик переглянулись.        — Разведчики нужны для рейдов всегда, и пополнению мы рады, мой принц, — ответил сир Ридан.        — Да, и если кто-то действительно подучится и сможет выполнять долг за Стеной, мы дадим ему такую возможность, — согласился сир Ландор.        Серсея посмотрела на толпу и увидела надежду на некоторых лицах, в том числе и у Сильного Рика. Похоже, возможность пополнить элиту Ночного дозора пришлась им по душе. Ей почему-то показалось, что Рик окажется в числе первых претендентов.        — Очень хорошо, — кивнул Деймон. — С этим разобрались. Я непременно загляну к вам снова и посмотрю, что к тому времени изменится здесь, и о чём интересном смогут рассказать те, кто побывают там. Кстати, пока башня для разведчиков не построена, они могут занять Королевскую башню.        — Э-э, простите, мой принц? — удивился лорд-командующий. — Но она же для таких гостей, как вы.        — Заприте самые верхние покои, не поднимайтесь туда и пользуйтесь всем остальным. Зал внизу большой, как раз хватит всем разведчикам собраться и поставить стол с картой. Сделайте это, как только вырежете её.        — Да, мой принц.        — Выведите за ворота осуждённых на казнь.        Лорд-командующий послал за преступниками людей. Серсея вместе с Деймоном пошла к воротам, однако по пути их нагнал какой-то взволнованный мужчина лет пятидесяти.        — Мой принц, я сир Григор из Королевской гавани. Могу я обратиться к вам с просьбой личного характера? — с нотками нерешительности в голосе проговорил он.        — Попробуйте, — пожал плечами Деймон, глядя себе под ноги.        — Речь о моём племяннике, сире Робине. Он… недавно справил совершеннолетие. И он многое умеет, хорошо обращается с мечом, вошёл в десятку лучших на последнем рыцарском турнире.        — Впечатляющее достижение.        — Мой принц, он мечтает стать частью Городской стражи. Он справедлив и честен, и готов бороться с преступниками. Однако Золотые плащи уже давно набраны, так что…        Миновав деревянные ворота и отойдя от них на пару десятков шагов, Деймон в итоге остановился и повернулся к сиру Григору.        — У Золотых плащей всегда будет нужда в новых людях, потому что у них опасная работа. И некоторые из них на ней погибают. Ваш племянник это осознаёт, сир Григор?        — Да, мой принц. Мы понимаем это оба, — не отводя глаз, подтвердил проситель.        — Что ж, тогда пусть отыщет нынешнего командира Золотых плащей, сира Харвина Стронга, и скажет, что это я попросил на него взглянуть. Если ваш племянник подойдёт для службы, его возьмут.        — Спасибо, мой принц! — просиял сир Григор. — Я непременно ему напишу, он будет счастлив!        — Удачи ему.        Откланявшись, сир Григор попятился, потом смешался с толпой и принялся, как видела Серсея, делиться своей радостью. Скольких же людей обнадёжил и сделал счастливыми их короткий визит? Она не знала точное число, но сравнивала напряжённые и слегка перепуганные лица братьев Дозора накануне с теми, что были сейчас, и видела огромную разницу. Кажется, здешнему народу было даже жаль, что они уже улетают, а Деймон умудрился меньше чем за сутки стать не только Принцем города, но и Принцем Ночного Дозора…        Последняя мысль вызвала усмешку и чувство гордости за супруга, способного в короткие сроки становиться настоящим лидером для мужчин. Затем её внимание привлекли спикировавшие с неба драконы — а они до того летали над дорогой, и в особенности любимая Сиракс, к которой Серсея тут же направилась и от души погладила её.        — Здравствуй, моя хорошая. Не замёрзла ты тут? Мы уже скоро улетаем.        Сиракс на это радостно заурчала, и Серсея стала гладить её ещё больше.        — Да, я тоже этого хочу. Но сначала нужно казнить нескольких преступников, Деймон решил скормить их Караксесу, а я подумала, что можно отдать одного из них тебе. Как тебе это? Поджаришь и съешь одного?        Сиракс немного помедлила, а потом решительно покивала мордой и предвкушающе заурчала.        — Хорошо. Я рада, что ты согласна.        С территории замка вывели тринадцать одичалых, причём четверых почти сразу остановили, в том числе двоих скулящих и согнувшихся пополам, а остальные девять, увидев драконов, забились в таком ужасе, что их пришлось тащить волоком.        — Снимите с убийц верхнюю одежду и обувь, — скомандовал Деймон. — Караксес не любит, когда такое застревает в зубах.        Вопли убийц стали громче и отчаяннее. Серсея же подошла к мужу.        — Я хочу скормить одного из них Сиракс, Деймон. Она тоже голодная.        Деймон глянул на её дракона и уточнил:        — Какого желаешь?        — Вон того маленького и пухлого. Ей подойдёт.        — Не возражаю, — он повысил голос: — Вы слышали волю принцессы? Она тоже желает поучаствовать в правосудии, так что подтащите самого мелкого из убийц к её золотистому дракону.        Этот мелкий издал душераздирающий вопль. Двое братьев Дозора потащили его, раздетого до исподнего белья, по земле к драконам. Серсея услышала в толпе:        — Так ему и надо, принцесса! Он нашего Патрика ножом в спину убил! Пусть ответит за это.        — Верно! Пусть заплатит!        — Пожалуйста! — заскулил оставленный дозорными убийца. — Я прошу, не надо! Пожалуйста!        Когда дозорные отошли достаточно далеко, Серсея поймала взгляд Сиракс и громко приказала: — Сиракс, дракарис!        Та зависла мордой над убийцей и выпустила в него струю пламени, причём эта вспышка оказалась очень яркой на фоне общей снежно-грязной серости. Затем драконица обнюхала обожжённое тело и смачно захрустела им. Видевшие это остальные убийцы даже на время перестали кричать, но затем Деймон сделал шаг вперёд и приказал:        — Подтащите оставшихся к моему дракону Караксесу. Он тоже голоден.        Караксес предвкушающе заорал в небо. Дозорные взялись исполнять приказ, однако Серсея не слишком за этим следила. Она пыталась освоиться со странным чувством удовлетворения, растекающимся по телу. Такое, кажется, было, когда Сиракс подпалила и съела белого оленя в Королевском лесу, но сейчас оно ощущалось гораздо ярче.        — Твой первый? — тихо и над самым ухом уточнил Деймон.        — Угу, — подтвердила она.        В этой жизни низкорослый одичалый убийца действительно стал её первым приговорённым к смерти. Предыдущие два года она только воображала себе чьи-то казни, но не устраивала их. И самым поразительным теперь было ощущение: «Мне этого не хватало».        Следом пришла другая мысль: «Но ведь я веду здесь другую жизнь и другую игру. Ту, где у меня чистые руки, где я народная любимица и отрада королевства, милостивая и великодушная, а вот это сегодня…»        Она поймала понимающий взгляд так и стоявшего совсем близко Деймона и на грани слышимости, чтобы различил только он, попросила:        — Поставляй мне для моей Сиракс время от времени таких врагов.        В конце концов, если она не могла избавиться совсем от тьмы в душе, стоило хотя бы попытаться выпускать её, только когда для окружающих это будет выглядеть полностью оправданно.