Глава 9. Счетовод

«Он дал им возможность сохранить лицо».        Ночной Браавос без тумана выглядел умиротворяюще тихим, и даже вода в каналах отражала лунный свет практически ровно. Не верилось, что ещё в прошлый вечер в городе было куда громче, а люди из дворцовой стражи кричали, когда горели заживо в пламени трёх драконов.        Это прошло. И город принял новый порядок, всё же смирившись с превосходящей силой, и сегодня уснул, как ни в чём ни бывало. Серсея находила это ироничным. Она смотрела на Браавос в окно, стоя с кубком вина, и время от времени оглядывалась на постель, полускрытую за раздвижной ширмой, где спал Деймон. Вообще, провести вторую ночь подряд на ногах изначально собирался он — из оставшегося недоверия к браавосийцам: власть драконов над собой они вроде бы приняли, но кто их знает? Пройдёт время, прежде чем их поступки, а не только слова начнут говорить сами за себя. И Реджио в соседней комнате тоже не собирался смыкать глаз.        Но Серсея решила, что для Деймона столько времени без сна — это слишком, и вызвалась постоять на страже сама. Пришлось выдержать с мужем спор, но он в итоге согласился прилечь на несколько часов — пока она не почувствует усталость и не разбудит его себе на смену. Она не собиралась этого делать вовсе: бодрый и отдохнувший Деймон понадобится завтра, когда потребуется лететь обратно в Пентос, и вот тогда Серсея сможет спокойно выспаться на спине у своего дракона.        Пока ей удавалось воплощать в жизнь этот план. Помогали не очень крепкое вино и память о проведённом вечере, то расположение браавосийцев, которое она стала видеть ближе к концу пира. Ему явно помогло то, что Деймон, хоть и потребовал немалой платы за доставленное беспокойство, в итоге не взял лично себе ничего, кроме обещания верности: те же корабли с товарами отправятся к другим людям в Вестерос, а не к нему; подарки достанутся жителям Семи королевств, а не попадут в его карман. И он действительно позволил браавосийцам сохранить лицо: представить вынужденную плату в виде жеста доброй воли, основы для более выгодного сотрудничества, а помощь Ночному дозору — как шанс войти в историю.        «Он всё-таки вовсе не то чудовище, как нашёптывает Визерису Отто. Не второй Мейгор. Деймон умеет договариваться миром, а не только полагаться на пламя дракона и некоторое число угроз».        Ей было приятно осознавать, что её мужем стал политик, а не только опытный воин. И наблюдая за ним весь вечер, она на самом деле им гордилась.        Но вечер закончился. А за ним начала час за часом проходить и ночь. Голова у Серсеи тяжелела, но сама она не сдавалась — ходила по комнате, подливала себе вина, садилась на постель и разглядывала своего супруга, обратив внимание в том числе и на то, как он во сне прижал к себе вторую подушку, обхватив обеими руками её.        «Удивительно, насколько он уже привык спать со мной».        Она снова вставала, умывалась и старалась дальше не спать. И лишь когда над домами вдали забрезжил рассвет, Серсея всё-таки разбудила Деймона и залезла под нагретое им одеяло сама, чтобы хотя бы на пару часов дать отдых глазам.        Это ей помогло.        Настоящее утро началось с сытного завтрака с семьёй Джиоро Несториса — им самим, Харриной и Элейной, и очень неплохими сладостями к чаю.        — Слухи о вашей любви к пирожным дошли и до нас, принцесса. Мы подумали, вам будет интересно попробовать то, что готовят здесь.        — Вы оказались правы. Это очень вкусно.        Серсее понравились тонкие трубочки с кремом и посыпкой с разными пряностями. Их можно было съесть очень много за раз, если не останавливать себя.        Джиоро, впрочем, подал знак слуге, и специально для Серсеи принесли новое блюдо с кремовыми трубочками.        — Мы рады, что наше угощение пришлось вам по душе.        — Это совсем неплохо.        Лейна помогла расправиться с добавкой, а Деймон только добродушно закатил глаза. Ему хватило всего пары трубочек.        После, когда завтрак закончился, Джиоро предложил Серсее и Деймону заглянуть перед отлётом в его большой кабинет, где обнаружился незнакомый человек. Худощавый браавосиец, светловолосый, сероглазый и слегка сутулый. Он учтиво поклонился и представился:        — Я Бегго Димиттис, мой принц и моя принцесса. Очень рад познакомиться с вами.        — И кто это у нас на этот раз? — с подозрением уточнил у Джиоро Деймон.        — Тот, кто может быть вам действительно полезен, мой принц. Видите ли, то, как вы вчера наняли Первого меча Браавоса себе на службу, натолкнуло меня на мысль, что у вас нет предубеждений по поводу происхождения отдельных людей, если те способны достойно служить вашей семье.        Серсея припомнила, что Джиоро и в самом деле крепко задумался, когда накануне увидел, как Деймон нанимает Виренко Эннара. Вот, оказывается, о чём!        — И кем же ваш Бегго может служить мне? Он не выглядит умелым воином.        — Нет, это совершенно не его сильная сторона, вы правы, — охотно подтвердил Джиоро. — Но Бегго может стать у вас превосходным счетоводом.        — Кем?! — переспросили Серсея с Деймоном хором.        — Человеком, который будет следить за договорами и вести подсчёты всего, что нужно посчитать. Отмечать то, что было сделано, а что нет.        — Вот он? — Деймон скептически ткнул в парня пальцем.        — Не судите только по лицу, мой принц, — попросил Джиоро. — Отцом Бегго был сам Гилено Димиттис, превосходный мореплаватель, который обошёл все известные порты и из каждого плавания возвращался с выгодой, пока не попал в ужасный шторм. Но прежде, чем случилась эта трагедия, он постарался всему научить своего сына, хотя важно даже не это.        — А что же?        — Гилено Димиттис, каким бы прирождённым капитаном и переговорщиком он ни был, люто ненавидел бумажную работу. Договоры, письма, записки, подсчёты и всё в этом роде. Он мог даже завыть, пугая своим громким голосом всю команду, если приходилось готовить отчёт. Парадоксальным образом эта ненависть сочеталась в нём с умением блестяще вести переговоры, включая самые сложные, в качестве представителя Железного банка, а также искать важные и подчас очень тонкие компромиссы.        — Всё это интересно, но вы говорите об отце этого молодого человека, причём погибшем, — заметил Деймон.        — Верно. Но как только его отец увидел, что Бегго начал крепко стоять на ногах и научился разборчиво писать, он стал брать сына с собой и оставлять всю бумажную работу на него. Больше двадцати лет Бегго сопровождал отца в плаваниях во все порты по обе стороны моря, разбирал его переписку, подготавливал тексты соглашений, считал доходы, расходы и перепроверял прибыль. И что особенно поразительно и ценно, он получал большое удовольствие, занимаясь этим делом.        Тут Деймон всё-таки развернулся всем телом к скромно молчавшему Бегго и требовательно спросил у него:        — Правда получали?        — Правда, мой принц, — ровным голосом подтвердил тот. — Я не родился ни сильным воином, ни бесстрашным моряком. Мне не интересны ни битвы, ни борьба с водной стихией, ни даже долгие разговоры о большой выгоде и общих интересах или попытки кого-то обмануть. Но я люблю точность, люблю ровные числа, когда они сходятся без остатка, и порядок во всём. В бумагах — в первую очередь.        — Почему в них?        — Потому что это не люди. Бумаги очень конкретны, принц Деймон. Письма очень конкретны. Сведения в них можно спокойно оценить, отсортировать, объединить во что-то непротиворечивое. Я люблю ясность и непротиворечивость.        — С такими способностями вам бы цены не было в Цитадели, — отметила Серсея.        — Я о ней думал, конечно, принцесса, но отец встал на дыбы и заявил: «Кто тогда будет вести всю мою писанину вместо меня?!» Он умел кричать очень громко и в те годы порядком меня пугал, так что я не стал настаивать. Ну а после, когда его не стало, я начал помогать Железному банку, занимался этим два года, пока вы не прибыли сюда.        Серсея ободряюще ему улыбнулась. Она могла понять, каково это — не иметь возможности прекословить отцу.        — Помогали Железному банку, значит? — переспросил Деймон.        — Да, мой принц.        — И к нам пытаетесь устроиться на службу, чтобы продолжать ему помогать?        Бегго явно замялся, и тут же вмешался Джиоро:        — Принц Деймон, уверяю вас, мои намерения касательно этого предложения…        — Дайте нам поговорить с вашим кандидатом наедине.        — Я…        — Сейчас же!        Помедлив, Джиоро с тревогой посмотрел на Бегго, но затем всё же кивнул:        — Как вам будет угодно, мой принц, принцесса.        И вышел из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверь. Сразу после этого Деймон прошёл к прямоугольному деревянному столу на несколько человек, отодвинул пару кресел с одной стороны — Серсея заняла одно из них, и указал Бегго на кресло напротив.        Сутулый парень послушно сел на указанное место и положил обе руки на стол.        — Что мне вам рассказать? — уточнил он.        — Расскажите о себе. Сколько вам? Почему желаете оставить Браавос и поступить на службу к Дому дракона? С чего вы вообще взяли, что вы нам нужны?        Несмотря на строгий тон, каким были заданы вопросы, Серсея не увидела на лице Деймона злости или хотя бы неприязни. Кажется, всё его проявленное чуть раньше раздражение было всё же связано с Джиоро Несторисом и его попыткой вести игры, а не с его кандидатом.        Вероятно, Бегго это тоже почувствовал, так что кивнул и спокойно ответил:        — Хорошо. Мне тридцать два года. Я желаю оставить Браавос по нескольким причинам, главная из которых состоит в том, что меня здесь ничего не держит. Десять лет назад, давая жизнь нашему долгожданному первенцу Денио, скончалась в родах моя жена, и с тех пор у меня есть только мой сын, помощник во всех делах. После гибели отца я получил скромную должность в Железном банке, где было много документов и цифр, однако уже несколько месяцев спустя я начал понимать, что это всё-таки не то, чего я хочу. Вероятно, я слишком привык не сидеть на месте и хотя бы время от времени путешествовать, получая новые впечатления и новые сведения. При этом устный переговорщик из меня никакой, так что стать представителем Железного банка, каким был мой отец, мне не светит. Это тупик, принц Деймон. Судьба вечно сидеть в общей комнате и глотать бумажную пыль. В сравнении с ней предложение пойти на службу вам — подарок судьбы.        — Зачем вы мне?        — Затем, что мне известно, что вы прибыли в Эссос вместе с вашей леди-женой и принцессой в роли представителей всего Вестероса и разных отдельных лордов, от которых собирали пожелания. Вы не делали из этого тайны, так что это дошло и до нас. Вы также, очевидно, собираетесь развивать торговые отношения с разными городами, а это очень много бумажной работы и разных интересов, которые потребуется учесть и согласовать. Я умею это делать, принц Деймон. Я могу разобраться в каком угодно хаосе и представить вам стройный отчёт. Могу написать любой договор. Рассчитать доходы и убытки. Если у вас найдётся место для меня и моего сына-помощника, я обещаю полный порядок в ваших делах.        — В обмен на что?        — Обычное жалование банковского служащего — ну, или вашего счетовода, еда и крыша над головой, отдельный кабинет для работы, возможность хотя бы раз в год куда-то вас сопровождать.        — Мы путешествуем на драконах, Бегго. Сопровождать меня — значит, летать на Караксесе со мной, — пристально глядя ему в глаза, указал Деймон.        — Его седло достаточно велико для этого?        — Достаточно.        — Значит, буду летать вместе с вами, сидя в нём, мой принц.        — Не побоитесь? Я сейчас не высоту имею в виду.        Бегго ссутулился сильнее и опустил голову, уставившись на свои руки. Деймон его не торопил, а Серсея заворожённо наблюдала за ними обоими и их всё более спокойным и неспешным разговором. Сейчас она была уже уверена, что парень, выглядящий лет на пять моложе своих лет, её мужу пришёлся по душе, и да, скинуть всю работу с письмами, договорами и прочими бумагами на кого-то подходящего было бы подарком судьбы! Ни она, ни Деймон не испытали удовольствия, потратив на письма лордов в Пентосе целый день, а ведь успели за него их только более-менее нормально прочитать и написать короткие ответы. Не вникая в суть пожеланий и просьб! И тут есть кто-то, кто вникать как раз умеет.        Всё упиралось в вопрос верности. И, учитывая то, кто этого «кого-то» рекомендовал, в вопрос шпионажа.        Время шло. Все молчали. Бегго в итоге поднял глаза и заговорил:        — Меня предупредили, что для вас важнее всего вопрос верности, и что вы проверяете её драконами. Я не видел, как это было вчера, но думаю, что представляю. Это страшно. Но у меня нет цели вас предавать, поэтому я готов рискнуть.        — О чём ещё вас предупредили? — полюбопытствовал Деймон.        — О том, что я не должен вам говорить, что Железный банк отправляет меня к вам не просто так, — внезапно заявил Бегго. — Что там считают, что вы с принцессой хоть и умны, но очень молоды и по неопытности способны совершать ошибки, ведь ни принцесса, ни вы не посвящали много времени торговле и переговорам. В истории вашей жизни этого попросту не было, принц Деймон!        За дверью послышался резкий стук, будто в неё что-то врезалось. Возможно, от отчаяния стукнулся головой Джиоро, но Бегго уже несло, а Деймон лишь с улыбкой и заинтересованным блеском в глазах его поощрил:        — Продолжайте.        — Там говорят, что вы затеяли огромное завоевание и много сложных дел, это гора, которая вполне способна вас засыпать, но её можно разгрести и дать вам выплыть. И если вам помочь, вы это своё дело не бросите от досады на полпути, и это обернётся общей прибылью. Железный банк от этого только выиграет!        — Ещё.        — Ещё там говорят, что принцу и принцессе очень нужен человек от Железного банка, поскольку вы способны по незнанию нарушить где-то его интересы. И так как я их знаю очень хорошо, я работал как раз в той части, где занимаются стратегией, я идеальный выбор для того, чтобы не дать вам это сделать. А наоборот: и ваши интересы, и интересы банка сумею вовремя согласовать к совместной выгоде.        — Бегго… — кажется, всхлипнул Джиоро за дверью.        — Последний вопрос, Бегго. Если интересы моей семьи и интересы вашего банка однажды пересекутся так, что согласовать их не получится, чьи интересы вы поставите выше всего? — спросил Деймон, глядя Бегго прямо в глаза.        Тот взгляд не отвёл и ответил твёрдо:        — Ваши, мой принц.        — Точно?        — У меня строгое правило отдавать в этом случае приоритет вам, потому что вы иначе скормите меня дракону, а ваши отношения с Железным банком ждёт неизбежный крах из-за моего предательства. Вы такое не прощаете, и банк понимает, что в этом случае он сгорит, а там не хотят гореть. Там хотят жить. Так что именно вашим интересам я готов служить и дело до сложных противоречий не доводить.        Выдержав очень длинную паузу, не сводя глаз с Бегго, Деймон в итоге откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди. Серсея медленно выдохнула, вдруг осознав, что успела как-то незаметно задержать дыхание, наблюдая за разговором. Она гадала, о чём пойдёт речь дальше, но Деймон оглянулся на дверь и сказал:        — Похоже, вашего председателя банка хватил удар от откровенности его сотрудника.        — Председатель может попытаться договориться с вами без такой откровенности, — пробурчал Бегго. — Я не хочу, чтобы меня скормили дракону. А вы кажетесь нормальным.        — «Нормальным», — повторил Деймон. — Так меня ещё не называли, — и без перехода добавил: — Ладно, возьму я вас к нам счетоводом, если вас не сожрёт мой Караксес. Попробуете проявить себя.        — Правда, возьмёте? — ошарашенно распахнул глаза Бегго.        — Да. Пока только вас, седло рассчитано на двоих. Если справитесь, перевезёте сына. Все равно отсюда ещё моего нового Первого меча забирать.        Бегго встал.        — Мой принц, я обещаю вам, что вы не пожалеете о своём решении. Я буду служить вам честно и верно, и предлагать решения к вашей выгоде, и...        — Довольно, — отмахнулся Деймон и тоже встал с кресла, Серсея последовала его примеру. — Вы лучше скажите: вас сейчас надо защищать от вашего переволновавшегося председателя, или вы хотите сказать ему пару слов?        — А вы готовы меня защищать?        — Вы же теперь мой человек. Так что готов.        Бегго явно засомневался, но ответил:        — Я бы переговорил с ним сам до нашего отлёта, мой принц.        — Тогда идите прямо сейчас. Нам уже пора отправляться в Пентос.        — Иду!        Бегго поспешно покинул кабинет. Серсея перевела взгляд на Деймона.        — Нам все равно надо на кого-то скинуть эти письма, — пожал плечами он. — А этот парень ещё и смелый. Против своего председателя от отчаяния пошёл.        — Никто не захочет разозлить дракона.        — Точно, — дёрнул уголком рта Деймон. — Хотя меня радует то, что местный народ играет с нами всё более открыто. Вон, Джиоро даже не постеснялся своего человека подсунуть. Надо, кстати, уточнить у Лариса поподробнее, кто этот Бегго такой. И почему председатель банка так распереживался именно за него?        Серсея нахмурилась.        — У тебя есть подозрения? — тихо уточнила она. — Он на Джиоро не похож. И на Харрину тоже. Ни одной общей черты.        — Знаю. И тем интереснее: что там на него накопает наш главный шпион?