Глава 2. Мечты об империи

Овальный стол в небольшом зале был накрыт щедро, в том числе и разными блюдами из мяса, и Серсею это вполне устроило: долго обходиться без мяса она не могла — вероятно, этого действительно требовал подрастающий в ней ребёнок. Правда, эту особенность таргариенских женщин, по всей видимости, знала и Сейра, потому что, расправляясь с запечёной птицей в пикантном ароматном соусе, Серсея поймала её очень понимающий взгляд.        Ожидающей малышей Дейноре её муж Эйнар один за другим подкладывал куски ягнёнка, и она их ела с большой охотой.        — Очень советую попробовать, Рейнира, — заметив внимание к себе, предложила Дейнора. — Ягнёнка специально долго томят в соусе и специях, чтобы он получился очень нежным. Я могу неделями есть только его!        Эйнар тут же передал общее блюдо Деймону, а уже тот положил Серсее пару кусков. На пробу мясо действительно оказалось восхитительно сочным и ароматным.        — Это и в самом деле прекрасно. Ваш повар — мастер своего дела.        — О, он такой и обожает придумывать что-то новое под наши вкусы. Он запоминает их все, но мясо — его главный талант.        — Охотно верю.        Короткий разговор о еде смягчил общую атмосферу, да и первый голод был уже утолён, так что слово взяла Сейра, подняв кубок.        — Что ж, к чему бы мы сегодня ни пришли, мы рады принимать гостей. Тем более — так удачно посетивших Эссос родичей. Деймон, Рейнира, это в любом случае за вас. Спасибо, что до нас долетели!        — За наших гостей! — поддержали её все взрослые дети.        Как и Деймон, Серсея подняла кубок в ответ и сделала маленький глоток. Вино оказалось сладким, насыщенным и ей понравилось. Она глотнула ещё, на этот раз побольше.        Присутствующие поставили кубки на стол. Деймон, доев свой кусок мяса, откинулся на спинку пурпурного кресла.        — Еда очень вкусная, тётя. Но мы здесь не ради еды, как ты прозрачно намекнула.        — Это так. Признаться, мы тут с интересом следили за вашими действиями, получая вести с воронами. Особенно когда вы помогли установить правление новой династии в Пентосе, а затем поженились друг с другом против воли короля да ещё и тремя разными способами.        — Для гарантии, — негромко прокомментировала это Серсея.        — С учётом внушаемого характера моего старшего племянника, гарантии и правда не лишние. Не думайте, я на вашей стороне. Первое дитя короля и его единственный брат — это железное основание для удвоения претензий на трон. А учитывая, что Визерис допустил глупость, женившись на Хайтауэр, вы двое поступили мудро. И я первоначально хотела вас увидеть, чтобы похвалить за противодействие этим зелёным тварям, — последние слова Сейра выплюнула с откровенной ненавистью. — Особенно тебя, Рейнира. Я читала об унижениях королевы-шлюхи.        — Ты не любишь Хайтауэров, тётя? — уточнила Серсея.        — Ненавижу весь их Старомест, всех септонов и септ, которым они покровительствуют. То, как там обращались со мной с ведома и под наздором того лорда Хайтауэра…        Сейра осеклась, качая головой, а Серсея вспомнила, что король Джейхейрис в своё время сослал её в Молчаливые сёстры именно в Старомест. И она оттуда каким-то образом сбежала, убив септу… Что ж, понять ненависть к септам и к тому, что они творят с попавшими к ним женщинами, она могла, пожалуй, как никто и оттого испытала чувство солидарности с натерпевшейся от Веры тётей.        — Ты сбежала от них — и это главное, — глядя ей в глаза через стол, напомнила Серсея. — У этих мерзавок больше нет власти над тобой.        — И это правда, Рейнира, — вновь расправила плечи Сейра. — В любом случае, у нас здесь сложилось хорошее впечатление о вас двоих, однако то, что вы устроили в Браавосе… И в какие короткие сроки сумели его покорить, притом малыми силами и без потерь… Это уже выглядело как ваш серьёзный политический триумф, и ни моя семья, ни правление этого города не могли оставить без внимания это событие.        — И тут мы подбираемся к главному, — констатировал Деймон, скрестив руки на груди и глядя исподлобья. — К общей пользе.        — Именно, племянник. Моё предложение простое: я предлагаю вам свой дом и почётную жизнь здесь в роскоши и изобилии, охрану и слуг, и питание для ваших драконов. Я готова написать об этом своём решении Визерису, чтобы он вас не беспокоил, на правах старшей родственницы и указать, что его попытка отозвать вас будет расцениваться мной как недоверие ко мне и оскорбление моей семьи. Можете спокойно жить здесь хоть десять лет, хоть всю жизнь — на ваш вкус.        — В обмен на…        — Две вещи, Деймон. Две договорённости: крупная политическая и небольшая семейная. О крупной вам сейчас расскажет Беличо, — Сейра кивком указала на сосредоточенного темноволосого парня, сидевшего по правую руку от неё. — Он здесь не только как мой сын, но и как доверенное лицо правителей этого города и будет говорить от имени всего Волантиса.        «Сын представляет на переговорах город? А она многого добилась — эта опальная принцесса… И неплохо устроилась», — подумалось Серсее.        Деймон же лишь кивнул Беличо.        — Мы слушаем.        — Деймон, Рейнира, я родился не здесь, но вырос в этих Чёрных стенах и считаю этот город своим. А мой отец, триарх Белидос, сделал всё, чтобы я рано стал этим местом гордиться, — Беличо обвёл взглядом стены зала. — И я горжусь, поверьте. И знаю, что больше двух сотен лет после гибели Старой Валирии именно Волантис считал себя её законным наследником, а семьи старой крови никогда не прекращали думать о возрождении империи.        — Я начинаю понимать, куда ты ведёшь, Беличо, — медленно проговорил Деймон. — Но ты продолжай. Нечасто слышишь настолько хорошо поставленную речь.        — Мой отец сменил трёх наставников, пока не добился от меня такой, — с нотками небольшой скромности в голосе ответил Беличо. — Ему будет приятно, что ты оценил.        Серсея увидела, как Деймон на это улыбнулся. Беличо отзеркалил его улыбку, но затем посерьезнел и подбоченился.        — Так вот. Целые века после Рока знатные семьи Волантиса строили планы и стены, накапливали богатства, расширяли легионы солдат и флот. Но у них не было того, без чего само существование Валирии в прежнем или возрождённом виде невозможно — драконов. И драконьих всадников. Прямого ответа на естественный вопрос: «Кто нас поведёт?»        — Могли бы выбрать обладателя самого крупного слона, — хмыкнул Деймон.        Серсея под столом пихнула его коленкой за насмешку с чересчур прозрачным намёком в её сторону. Ну да, ей очень понравились живые слоны! Измываться-то теперь зачем? Драконы вон тоже от слонов в восторге.        Беличо развёл руками.        — Увы, примерно так тут поступать и приходилось. Но это не вело к большим победам и достижению самой главной цели, а лишь увеличивало число проблем.        — И какие же проблемы у такого богатого города? — заинтересовалась Серсея, положив вилку.        Если оставаться тут жить — надо выяснить всё о подводных камнях.        — Скажем так: нынешнее положение города сильное, но неспокойное, Рейнира. Степь давит с востока. Дотракийцы своими кхаласарами кочуют вдоль верховьев Ройны как у себя дома и каждый год подбираются всё ближе к важным для нас дорогам и деревням. На море с запада наши возможности для торговли постоянно ограничивает Триархия, а в его северной части этим занимается Браавос со своим флотом и банком. Волантис велик, это правда, но вокруг него образовалось целое кольцо враждебных сил, которые не позволяют городу расти. И дальше будет только хуже.        — Если не обратиться ко мне, — утвердительно произнёс Деймон.        — Именно так. Правители Волантиса слышали о войне за Ступени и о том, как принц Деймон Таргариен сумел закончить её вдвое быстрее даже самых лучших прогнозов. Это всех удивило. Здесь слышали, как ты заставил склониться разом весь Пентос и пообещал ему защиту от дотракийцев. Это всех обнадёжило. А буквально накануне к нам пришли вести из Браавоса о драконах над лагуной и о том, как один из самых осторожных городов предпочёл договориться, а не спорить с огнём с небес. В Волантисе внимательно следят за подобными событиями, потому что они свидетельствуют о появлении сильного человека, способного менять расстановку сил.        Беличо сделал вынужденную паузу, чтобы глотнуть вина, а Деймон дёрнул уголком рта и посмотрел на Сейру.        — Твоему сыну хорошо даются речи. Отец готовит из него преемника?        — Начнёт рассматривать его в этом качестве после тридцати пяти, — со спокойной материнской гордостью подтвердила Сейра. — Пока Беличо только двадцать шесть, его старшим детям всего пять, так что мальчику дают набраться опыта.        — И потренироваться на мне.        — Да. Ты же не против?        — Нисколько, — пожал плечами Деймон и положил руки на подлокотники кресла. — Но хотелось бы побольше конкретики: что Волантис мне предлагает и кто именно от Волантиса за этим предложением стоит? Какие силы?        — Разумеется, Деймон, — смочив горло, отозвался Беличо. — В Волантисе говорят, что Валирия может возродиться снова, но только не как республика на берегах реки, а как империя. Империи, конечно же, нужны и армии, и дороги, и порядок. Но главное — военный правитель, обладающий каким-то безусловным преимуществом над любыми другими претендентами. Такое сейчас есть у дома Таргариен, поэтому Волантис готов стать опорой новой валирийской державы, если её возглавит человек от крови дракона и верхом на драконе.        — То есть это роль императора в итоге?        — Да. Сначала — военного лидера, затем — политического. А что касается того, от кого это предложение исходит… Ну, изначально к обсуждению всех подтолкнула моя матушка, когда навещала внуков и сказала моему отцу, что решила пригласить вас с Рейнирой в Волантис в гости.        Тут Сейра самодовольно улыбнулась, и Серсея подумала: «Конечно, за всем этим стояла она… Какая хитрая амбициозная женщина!..»        — Мой отец затем рассказал об этом на собрании глав семей старой крови и произнёс там фразу, которая многим понравилась: «Если в Эссосе снова появились драконы, то Валирия либо возродится, либо её наследники окончательно докажут, что недостойны своего прошлого». Он имел в виду, что волантийцы слишком долго жили воспоминаниями и мечтами. И его поддержал мой тесть, второй триарх Аргелос, сказав: «Волантис может ждать ещё сотни лет, пока другой народ создаст здесь империю, и тогда наши внуки будут платить ему подати. Или мы можем создать её сами». Вообще, вся партия Тигров убеждена, что история редко даёт второй шанс, но сейчас нам выпал именно он.        — А что думает партия Слонов? — полюбопытствовал Деймон. — Третий-то триарх, как я помню, в Волантисе от них.        — Да, это так. И Слоны обычно осторожно смотрят на любые военные кампании, так что третий триарх высказываться не стал, и он в меньшинстве. Однако уже после собрания я лично слышал, как пара очень богатых магистров обсуждала, что если драконы появились в Эссосе, а план Тигров увенчается успехом, волантийцам будет выгодно вести торговлю внутри единой империи и от имени империи, а не как сейчас — иметь дело с множеством мелких городов, разделённых степью, когда к тому же и торговцы страдают от набегов дотракийских кхалов. Безопасная река Ройна с новыми крепостями и городами принесёт Слонам куда больше выгоды, чем караваны, постоянно исчезающие в степи.        — Хм, — Деймон сузил глаза. — Значит на собрании знати ты присутствовал и всё запоминал. А что ты знаешь о настроениях за пределами этого собрания?        — О, я знаю что в семьях старой крови говорят об империи как о шансе восстановить историческую справедливость, — охотно пояснил Беличо. — Военные видят в большой кампании возможность наконец-то прекратить унизительные переговоры с дотракийцами. Торговцы обсуждают войну как величайший торговый проект за многие поколения. И даже жрецы осторожно высказываются о силе, которая нужна, чтобы навести порядок на реках и дорогах.        — Понятно… — Деймон пододвинулся к столу, глотнул вина из кубка. — У Волантиса есть только мечты и надежды или какое-то видение военной кампании?        — Оно есть. И мои братья были на обсуждении с военными вместе со мной, так что они и расскажут. Чтобы вы с Рейнирой не думали, что вовлечён только я.        — Что ж, послушаем твоих братьев. Эйнар?        — Тигры долго обсуждали, какую территорию должна занимать возрождённая Валирия, и решили, что весь западный Эссос. С востока границей будет Квохорский лес. В неё войдут все девять вольных городов. Но прежде, чем начать обустраивать границу, нужно взять под контроль Ройну.        — Да, и план очень простой, — подхватил Мейгор. — Армия Волантиса идёт по Ройне с юга на север, попутно занимает древние города ройнаров — прежде всего, это Сар Мелл, Ни Сар, Ар Ной и другие, строит повсюду крепости и гарнизоны. В результате река превращается в линию укреплений, а пока войска дойдут до самого севера континета, власть драконов над собой признают города Квохор и Норвос. Это первый этап.        — На втором этапе, — продолжил Эйнар, — нужно будет разобраться с изолированными в западном Эссосе дотракийскими кхаласарами. Уничтожить их один за другим, и здесь помощь драконов окажется бесценной.        — Ну а на третьем этапе мы подберёмся уже к Триархии, причём сможем изолировать её и со стороны суши, и задействовать флот на море. И тогда в состав Валирии войдут последних три вольных города.        — И на какой срок рассчитаны эти три этапа, Мейгор? — уточнил Деймон.        — Мы слышали, что принц и принцесса Таргариены собрались провести в Эссосе порядка десяти лет. Тигры ориентировались именно на этот срок и рассчитали, что его как раз хватит: первый год уйдёт на сбор армии и начальное продвижение, второй и третий годы — на поход вдоль Ройны и восстановление крепостей, затем ещё несколько лет понадобится для очистки западной степи от кхаласаров и укрепления границы империи, а вот последние годы можно будет посвятить войне с Триархией и контролю морских путей.        — У меня есть обязательства по защите Пентоса от дотракийцев. Через две недели мне придётся вылететь туда на неизвестно какой срок.        — Об этом обещании мы тоже слышали — радость пентошийских торговцев была очень выразительной, — усмехнулся Мейгор. — Однако это может сыграть нам всем на руку: если драконы заставят кхаласары отступить от Пентоса, охваченные страхом дотракийцы начнут отходить на восток. Это приведёт к хаосу и беспорядкам среди племён, а ещё уменьшит их число в западном Эссосе.        — Какими конкретно силами располагают триархи для этой войны, Беличо? — деловито уточнил Деймон, и Серсея поняла, что он практически согласился на весь план.        — Если триархи публично объявят войну, Волантис сможет выставить примерно тридцать пять тысяч солдат. Основу составят легионы тяжёлой пехоты, к ним добавятся конница и стрелки, а ещё на Ройне мы сможем собрать флот из двух сотен судов, включая галеры и сторожевые корабли. Этого хватит для удержания Ройны и строительства новых крепостей, Деймон, но нам очень нужны драконы против дотракийцев в степи.        — А какую конкретно выгоду планируют получить триархи?        — Безопасность города от набегов. Возрождение реки Ройны как величайшего торгового пути Эссоса, ведь сегодня половина возможного богатства попросту теряется в степи и руинах. Если восстановить города на берегах, построить новые, связать их безопасными дорогами, торговля между севером и югом вырастет в несколько раз. А Волантис станет сердцем этой сети — столицей мощной и независимой империи, которая снова объединит запад Эссоса.        — Не выйдет, — откинувшись на спинку кресла, категорично заявил Деймон.        Серсея даже опешила от того, как неожиданно это прозвучало. За столом застыли и все остальные. В зале стало очень тихо.        — Позволь уточнить... — слабо сдерживая раздражение, начала Сейра. — Что именно во всём этом тебе показалось неприемлемым, племянник?        — Легко. Ваша общая уверенность в том, что я буду участвовать в создании независимой империи. Я наследник Железного трона, если тут кто забыл. Придёт день, и я займу его после моего брата. И если меня что-то и способно заинтересовать, то это завоевание восьмого королевства к моим будущим семи.        Сейра переглянулась с детьми. Серсея, затаив дыхание, наблюдала за разворачивающейся сценой, мимолётно подумав, что такую позицию Деймона не предугадала бы даже и сама — всё-таки верность Деймона Визерису и Вестеросу была очень сильной. Сама бы она, к примеру, ухватилась бы за такой шанс, не раздумывая, и, возможно, вообще бы выбросила из головы семь королевств — всё же западный Эссос был огромной и перспективной территорией. А Деймон вон… так.        Заговорил Беличо, очень сдержанно и вежливо:        — То есть речь идёт о том, что образованная Валирия должна будет признать над собой власть Визериса Таргариена?        — Нет, не его. Мою, когда я сяду на Железный трон, и моих наследников. И Новая Валирия, и по отдельности все девять вольных городов.        — Но у Валирии будет же и свой… как его назвать… король, если это восьмое королевство?        — Хранитель Валирии, — подсказал Деймон. — Как уже есть Хранитель Севера, Хранитель Запада и так далее. Да, он будет обязательно. Займёт дворец здесь, в столице Новой Валирии — Волантисе. И им сможет стать только Таргариен по крови и со взрослым драконом.        — Это уже кое-что… — тихо пробормотал Беличо и продолжил вслух уже громче: — Я практически уверен, что правление этого города примет данное условие, Деймон. Точно скажу уже завтра, но я думаю, ответ будет положительным.        — Будет ли?        — Я годами наблюдал за тем, как мыслят мой отец и его окружение, и не сомневаюсь, что будет. Но спросить их обязан.        — Что ж, спрашивай, — пожал плечами Деймон. — Какоё твоё второе предложение, тётя? То, что небольшое семейное?        — О… — засмотревшись на Беличо, Сейра ответила не сразу, но собралась. — Что ж, оно очень важно для меня лично. Как ты тут справедливо напомнил, Деймон, однажды ты сядешь на Железный трон, а после тебя твой сын, и ему понадобится жена. Я хочу, чтобы ею стала одна из моих внучек. Вот, скажем, Дейнора сейчас носит двойню, и мой славящийся точностью предсказаний мейстер убеждён, что минимум один ребёнок, если не оба, родится девочкой, так что для вашего с Рейнирой сына скоро появится достойная и богатая невеста. Что скажете?        Сейра замолчала, и Серсея заметила, что она волнуется — пожалуй, впервые с момента знакомства. Сама она подумала, что на роль невесты для первенца вообще-то планировалась дочка Лейны и Реджио, у неё она вполне может родиться снова… А тут такое…        Деймон же, помолчав, медленно повторил:        — «Важно для меня лично»… Почему?        — Хочу обеспечить будущее своей внучки.        — Нет, это важность для внучки. А для тебя-то это так значимо почему? Что за мотив?        Сейра выдержала паузу, закусив губу и глядя ему прямо в глаза, а потом вдруг выпалила:        — Месть! Месть, племянник, — вот мой мотив! Мой клятый отец сделал всё, чтобы забыть даже о моём существовании! Запретил матери видеться со мной — я знаю, она мне тайком писала. Он хотел, чтобы моя кровь оказалась как можно дальше от Железного трона, чтобы не оскверняла его, как и я столицу своим присутствием, а потому лучшее, что я могу теперь, — это добиться того, чтобы моя кровь всё же оказалась рядом с троном! Чтобы моя внучка стала королевой! Это будет самая лучшая месть!        Она стукнула ладонью по столу и скрестила на груди руки.        Кое-кто из присутствующих осторожно выдохнул. Серсея перевела взгляд на Деймона и увидела на его лице одобрение, как если бы ему понравилась такая месть. А потом он и сам глянул на неё и вполголоса спросил:        — Как тебе такая невеста для нашего сына?        Серсея попыталась оценить непредвзято.        — Что ж, она действительно из богатой семьи, и это будет девочка валирийской крови. Здесь вообще, как я вижу, рождаются красивые девочки.        Деймон окинул оценивающим взглядом сидящих дам и покивал.        — Да, можем получить красивую невесту и королеву.        — И она будет расти у нас на глазах и у нашего сына тоже. Они познакомятся с детства.        — Это тоже неплохо, согласен с тобой.        — А что думаешь ты? — уточнила Серсея, которой стало почти смешно из-за того, как затаила дыхание вся семья Сейры.        У Деймона в глазах тоже замерцали смешливые искорки.        — Я… — он выдержал долгую паузу, безусловно, растравляя общую тревогу, и лишь затем посмотрел на Сейру. — Я считаю, что ты придумала отличную месть, тётя. Мы с Рейнирой одобряем помолвку для нашего первого сына и твоей внучки.        — Да! — почему-то выкрикнул Геймон.        А все остальные коллективно выдохнули и расслабились. Сейра велела слугам нести торт и ещё вино, а потом посмотрела на Серсею и Деймона очень дружелюбно.        — Знаете… Обращайтесь ко мне просто по имени, дорогие мои.        — С радостью, Сейра, — заявил Деймон. — Только ты пока не услышала о обязательном условии с нашей стороны, без которого это всё не имеет смысла.        Присутствующие напряглись снова. Серсея вообще не знала, чего ожидать. К счастью, в этот раз Деймон время долго не тянул и, услышав осторожный вопрос Сейры: «И что же вы хотите?..» — ответил сразу:        — Ну, разумеется, личного слона для моей жены!        Как-то громко хрюкнул Мейгор, за ним — Беличо, тихо рассмеялась Дейнора, ткнувшись носом мужу в плечо, а уж затем смеяться стали уже все, и вечер плавно повернул в правильное семейное русло.