Глава 3. Тёплое утро

Ей редко удавалось просыпаться раньше мужа, но в это утро получилось — в уютной тишине и освещённой рассветным солнцем большой спальне, соединённой с ещё более просторной гостиной. Поизучав недолго лицо Деймона — совершенно расслабленное и умиротворённое, с чуть приоткрытыми во сне губами, Серсея легко поцеловала его в них, а затем осторожно выбралась из-под общего одеяла и потянулась за новым халатом, ещё накануне приготовленным слугами. Тёмно-красного цвета с золотистой вышивкой в виде драконов и с поясом с большими золотыми кистями.        Ткань оказалась приятной на ощупь, а покрытый тонким узорчатым ковром пол вдохновил не тратить время на одевание обуви. Босиком, на одних носочках Серсея дошла до большого распахнутого окна и счастливо улыбнулась, вдохнув тёплый, но достаточно свежий утренний воздух.        «Я в Волантисе!»        Вид со второго этажа дворца открывался превосходный. За счёт того, что здание построили на небольшой возвышенности, верхний край Чёрной стены в отдалении впереди оказался ниже окна, а за ним было видно небольшое число домов на берегу и бескрайнее море. Голубое и искрящееся. У Серсеи незамедлительно возникло желание и полетать над ним на Сиракс вволю, и пройтись по берегу — возможно, тоже босиком, по песку, но только это нужно знать, где найти подходящий безлюдный берег без кораблей и пристани. Ей даже показалось, что она слышит плеск воды от Летнего моря, что, скорее всего, было иллюзией, а вот в присутствие морской соли в воздухе верилось.        Единственное, что она добавила бы от себя, — это аромат цветов. Возможно, роз, или чего-то подобного, яркого и розового, но не в саду внизу — там она цветы видела во множестве, а прямо у окна, чтобы цветы оплетали его по бокам. Ей захотелось, чтобы и с этой стороны от светло-серой каменной стены были вот такие яркие краски.        Впрочем, вид на город и без них радовал глаз, так что она оперлась о локти на широкий подоконник и тихо вздохнула.        Край света… Настоящий и… очередной по счёту! Сначала это была ледяная Стена на Севере, а теперь вот Волантис — вероятно, самый далёкий от Королевской гавани из всех вольных городов. Что ж, её желание оказаться как можно дальше от Визериса Таргариена продолжало сбываться предельно буквально, но здесь, в отличие от Чёрного замка Ночного дозора, можно было долго и приятно жить. Самой, с мужем и с детьми.        Серсея погладила себя по животу и вспомнила Дейнору, прикинув, на каком та могла быть месяце? Вроде бы упоминали двойню, так что определить было сложно. Но она, несомненно, чувствовала себя прекрасно и выглядела здоровой, а значит, для беременной женщины здесь хорошие условия для жизни.        Вслед за Дейнорой в голову полезли образы и других вчерашних знакомых с валирийской кровью — очень разных и очень красивых людей. Хотя, конечно, самое сильное впечатление производила Сейра — та часть Серсеи, что была алчной до власти и богатства, не могла не восхититься тем, как бездраконняя изгнанница умудрилась без всяких денег и связей на начальном этапе впоследствии устроить себе роскошную жизнь во дворцах внутри Чёрных стен и обрела такое влияние, что по одной только её задумке высшая власть Волантиса оказалась готова выставить армию и завоевать империю. И всё это она ради того, чтобы внучку королевой сделать! Решила использовать этот амбициозный план, чтобы было чем заманить в Волантис драконьих всадников и затем породниться с их наследником.        «А ещё говорят, что мстить — это дело мелочное. Смотря какая месть…»        Серсея зябко переступила с ноги на ногу — пожалуй, тонкий ковёр на камне много тепла пока не давал, — и почти тут же услышала хрипловато-недовольное:        — Может, ты перестанешь уже мёрзнуть и вернёшься ко мне, жена?        Она оглянулась. Сильно взъерошенный со сна Деймон смотрел в её сторону из-под наполовину опущенных ресниц и приглашающе держал приподнятым одеяло. Делал он это упорно, так что Серсея в итоге сдалась, подошла к широкой постели и скинула халат, прежде чем присоединиться к очень тёплому мужу. Он тут же сгрёб её в объятия и проворчал:        — Придумала же… — ногами нащупал и начал согревать ей ступни.        — Я лишь хотела убедиться, что перелёт сюда мне не приснился, Деймон.        — И как? Там всё-таки Волантис за окном?        — Он самый. А рядом со мной ты, и ещё здесь толпа наших внезапных родственников через пару-тройку стен.        — Угу… Родственников, которым нам надо раздать драконов.        Она немного отстранилась, чтобы заглянуть в лицо.        — Ты тоже об этом подумал, да?        — Как не подумать, если боги подсовывают нам под нос полную комнату валирийской кровной родни, которая появились на свет от таргариенской принцессы, а перед этим жёстко ставят условие: «Много Таргариенов и много драконов». И Арракс же тогда сказал: «Вы должны всеми силами содействовать именно этому и помнить, что наша кровь должна летать». Пф!        — Да, а Тессарион добавила, что это «обо всех людях с таргариенской кровью, обо всех своих», притом нам специально указали, что это не только о детях Лейны.        — Ага… «Поддерживайте своих и сажайте их на драконов». Арракс так сказал, ты помнишь? Что мол это доставит радость Эгараксу… — Деймон покачал головой. — Это как же деградировали Таргариены, насколько мало нас осталось, что боги прямым текстом заставляют нас вспоминать о заморских связях, чтобы увеличить число драконьих всадников? Они же так бы и сгинули здесь — дети и внуки Сейры, растворились бы среди волантийцев, никто бы потом и не вспомнил…        — Да, если бы сюда не направили нас, — покивала Серсея. — А нас именно что направили: всё вело к этому, включая триумф в Браавосе, который нам обеспечили те же боги через предупреждение провидцев Железного банка и ведьму Алис Риверс. В результате Браавос покорился, Волантис об этом узнал и воодушевился, а Сейра использовала свой шанс, позвав нас.        Она замолчала, думая о том, что это странное чувство — иметь настолько сильно определяемую богами судьбу, когда сами боги своего участия и контроля не скрывают. Однако при этом её и впечатляло то, насколько же велик их масштаб, насколько тонко они расставляют и посылают свои знаки, предупреждения и провидцев, чтобы всё в итоге устроилось так, как им нужно. Это вызывало трепет — возможность быть важной частью грандиозного замысла. И на фоне его простая политика в виде игр за власть и влияние казалась чем-то мелким.        «Мы участвуем в возрождении господства драконов. Вот что действительно стоит принимать всерьёз».        Вероятно, Деймон думал о чём-то подобном, так что после паузы сказал:        — Я ни за что бы не додумался раздавать драконов детям Сейры Таргариен, Серсея. Даже в страшном сне! Точно нет, останься я прежним, не встреть тебя и если бы не услышал это поручение от богов лично. Заморские родичи с опасным и могущественным окружением — это огромный политический риск! Но... Похоже, именно богам плевать на риски и на нашу политику, на то, кто в каком замке или дворце сидит, по какую сторону от моря. Они хотят, чтобы люди с кровью Таргариенов летали на драконах, и чтобы драконов было много. Может, для того, чтобы потом дружно побороть драконами этих северных мертвецов — кто знает. Но богам надо много драконьих всадников. И они выбрали нас с тобой, чтобы мы это «много» устроили.        — А это сложно — отставлять в сторону мысли о политическом риске, когда от тебя требуют вручать малознакомым людям настолько мощное оружие.        — Очень сложно. Тридцать лет меня учили не этому. Жизнь и история нашего Дома меня учили не этому.        — Как и меня история моего, Деймон. Для Ланнистеров это вообще очень чуждая идея — делиться силой. Я всегда хотела, чтобы она была только у меня, а другие её теряли, а не приобретали. Тем более из моих же рук! Абсурд…        — Вот где наше с тобой главное испытание, дорогая. Вот за чем все те с посохами, кто стоял в том огненном круге, я уверен, наблюдают сейчас пристальнее всего. За тем, как мы будем переступать через себя, многолетние убеждения и опыт, выполняя их задание. Им интересно, поставим ли мы драконов выше трона.        — И тут ты придумал, как сохранить и драконов, и трон, — напомнила Серсея. — Идея восьмого королевства с Хранителем из числа Таргариенов мне очень понравилась. Отдельная и большая территория для воплощения амбиций любого, кого ты посадишь здесь.        — Угу.        — Хранителями будет семья Сейры? Те, кто оседлает драконов, конечно?        — М-м, скорее — часть её семьи. Я её разделю, когда придёт наше время возвращаться в Королевскую гавань. Часть отправится с нами и будет привязана к Красному замку, получит должности там, чтобы второй части родни не пришло в голову с нами воевать. Это будет касаться и взрослых, и детей. В конечном итоге, я полагаю, мы все заново перероднимся и переженимся очень плотно, особенно на уровне детей и внуков, так что Таргариены будут едиными, — Деймон немного помолчал. — По крайней мере, я для этого очень постараюсь. И да, мы обязаны раздать «своим» драконов, но никто не говорил нам, когда именно раздавать, поэтому сразу мы заниматься этим не будем.        — Нет, конечно! — Серсея даже рассмеялась. — Да у нас и нет столько драконов.        — И это тоже. Взрослых, по крайней мере, точно предлагать не будем ещё долго, начнём с драконьих яиц. Когда те появятся у Сиракс.        — Сиракс? А что насчёт тех, что остались от Среброкрылой на Драконьем камне? — припомнила Серсея.        — Не будем трогать, пока не родишь ты, — Деймон погладил её по животу. — Их там как раз три — ровно сколько ты и хотела детей. Если к рождению нашего первенца Сиракс начнёт делать кладки — тогда посмотрим. Если нет — нам будет что положить в кроватку нашему сыну. И кстати, — тут он поднял глаза к потолку и повысил голос: — Если нашим богам угодно, чтобы мы действительно начали раздавать драконьи яйца и драконов нашим родичам со стороны Сейры Таргариен, они позаботятся о кладках у Сиракс. Для нас это будет очень явным и недвусмысленным указанием на их волю.        — Да! — поддержала его Серсея, тоже посмотрев в потолок. — Вот это — точно, недвусмысленнее некуда!        Оба замерли в тишине как хитрые заговорщики. Ничего не произошло, но Серсее почему-то показалось, что их услышали… А затем за окнами, где не было вблизи деревьев, вдруг зашелестел ветер, словно тихий смешок.        Она перевела взгляд на Деймона и увидела, как тот сузил глаза, с подозрением разглядывая окно. Ветер резко стих так же, как и возник.        — Интересно, что ни Сейра, ни её дети вчера на яйца и драконов нам даже не намекнули, — медленно проговорила Серсея. — Странно. Про месть и трон она рассказала, но вот это…        — Я думаю, она уверена, что с моей стороны последует категорический отказ, — предположил Деймон. — И без указания богов я бы ей отказал точно. Так что… если в будущем нужный знак от богов появится, для тётушки Сейры и её семьи будет приятный сюрприз.        — Посмотрим, получат ли его они.        Серсея от души потянулась под одеялом, так что оно частично сползло, и Деймон заинтересованно приподнял голову, уставившись на её грудь. Было занятно наблюдать за тем, как заблестели желанием его глаза, как он чуть ли не облизнулся. Это очень подняло настроение, так что Серсея с улыбкой откинулась на подушки.        — Что, и только посмотришь? — дразняще уточнила она.        Деймон выдержал паузу. А затем их одеяло попросту улетело на пол.        ***        «Молодой выносливый супруг — это прекрасный супруг!» — с удовольствием думала Серсея, наслаждаясь первой утренней близостью в новом городе. Деймон казался ей совершенно неутомимым, горячим и одновременно очень ласковым. С частыми поцелуями и лёгкими прикосновениями кончиками пальцев. Она охотно распласталась перед ним, широко раскинув руки в стороны, и удовлетворённо вздыхала и следила за его стараниями, никак не мешая им.        Его явно это устраивало — возможность касаться и любоваться, сколько захочется. Это было видно по блеску в глазах и улыбке.        И всё вроде бы шло так, как бывало уже не единожды до этого, пока Деймон не отстранился от её порозовевшей груди с заострившимися сосками, и не сказал низким, рокочущим голосом:        — Я единственный, кому можно на это не только смотреть!        Серсея даже замерла. И наморщила лоб. Деймон вновь склонился к её телу и начал опускаться по нему ниже, а она пыталась понять: откуда взялось это желание заявить о своих правах? Почему таким тоном, где слышалась… ревность? К кому?        Затем ей вспомнились вчерашний вечер и Мейгор, его совершенно бесстыжий взгляд в её сторону, и она поняла, что Деймон, по всей видимости, его тоже заметил. Удивительно, конечно: ей-то казалось, что он был полностью поглощён разговором с Беличо о войне и амбициях. Но, как выяснилось, не до конца…        И теперь вон откровенное проявление собственничества, притом такого, что Деймон в итоге устроился между её бёдер и деловито положил её ноги себе на плечи. И с вызовом посмотрел ей в глаза.        «Он хочет, чтобы я кричала! — сообразила она. — Боги, это ревнивец намерен заставить меня кричать, чтобы все в этом дворце услышали, что я принадлежу ему. Жадный дракон!..»        Деймон самодовольно ухмыльнулся, поглаживая её по бедрам кончиками пальцев.        — Кто-то может ещё спать, — вслух и без особой надежды напомнила Серсея.        — Опасаешься потревожить чей-то сон? — сузил глаза Деймон. — Или показать, что у тебя есть кому тревожить твой?        Она стукнула пяткой его по спине и закатила глаза. Даже на её вкус такая ревность была излишней. Однако Деймон продолжал испытующе смотреть, так что она добавила:        — Если хочешь знать, у окна я мечтала оказаться на местном пляже у кромки воды. И чтобы только ты был там со мной.        Хмурость с лица Деймона как ветром сдуло. Он поцеловал Серсею в правую коленку, а потом принялся покрывать поцелуями её бедро, не спеша опускаясь по нему. Это было приятно так, что мурашки разбегались по коже, и к щекам прилила кровь. Потом он поступил так же и со вторым бедром, а уж после дал волю пальцам и языку.        Серсее стоило большого труда не вцепиться ему в волосы чрезмерно сильно оттого, насколько острыми получились ощущения, — так, что тело не выдержало почти сразу же и содрогнулось от макушки до кончиков пальцев на ногах.        Деймон переждал это со всей невозмутимостью, а затем принялся почти невесомо и осторожно её поглаживать подушечками пальцев, размазывая выступившую влагу. Он даже дал немного времени перевести дух прежде чем продолжить воплощать свой замысел, и Серсея поняла, что во второй раз остаться тихой уже не сможет.        Впрочем… они тут на правах почти правителей возрождаемого королевства. Кому какое дело до того, как проводят утро правители? Она позволила себе расслабиться и не думать ни о чём.        Стараниями всё более довольного с каждым новым её криком Деймона вышло приятно. Особенно он повеселел, когда она начала его хвалить и повторять его имя, и тогда навис над ней уже всем собой, а она получила возможность запустить пальцы в его волосы и притянуть к себе за спину.        Время шло, но никому не хотелось заканчивать. Серсея в итоге сбилась со счёта того, сколько раз ревнивый супруг довёл её до пика, а Деймон со своей выносливостью опытного воина и вовсе, кажется, не чувствовал усталости. Простыни под ними давно промокли от пота, а солнце полностью поднялось и начало светить прямо в окно, отчего в спальне стало не просто тепло, а жарко, — и только тогда они оба, как-то не сговариваясь, решили закончить и распластались рядышком на постели, тяжело дыша.        — А пляж я тебе устрою, — твёрдо заявил Деймон.        Серсея покосилась на его порозовевшее лицо и, нащупав руку, переплела с ним пальцы. Сил практически не было ни на что — стараниями любимого мужа. Сама идея вставать, чтобы завтракать, внушала ужас.        В двери гостиной коротко постучали.        — Дядя Деймон, кузина Рейнира! Моя бабушка очень просила вам передать, что завтрак уже вас ждёт, а вот ореховый торт — неизвестно, дождётся ли! — звонким голосом сообщил Геймон. — Он слишком давно стоит.        Ладно, это был хороший аргумент. Шантаж, конечно, с этим «слишком давно», и послали их звать ребёнка, самый безопасный выбор — его тут точно не обидят.        Но съесть весь ореховый торт… Тот самый, от которого в Серсею накануне поместился лишь маленький кусочек — слишком уж сильно она наелась сочного мяса, но он всё же был невероятно вкусным, хорошо пропитанным, ароматным…        Деймон приподнял голову, выразительно хмыкнул и закатил глаза:        — Ладно, понял, встаём. Подловила-таки тебя эта хитрая тётушка!        Умываться Серсея очень быстро ушла первой, не желая признаваться даже себе, что опасается не поесть сегодня того вкуснейшего торта!