Глава 5. Роскошный слон, крадущийся дракон

Подарок от волантийских триархов выглядел, двигался и дышал совершенно роскошно!        Высоченная серая громадина с башенкой на уровне примерно второго этажа, представлявшей собой небольшую и плоскую квадратную платформу с красными бархатными сиденьями с невысокими спинками. От неё вверх по углам шли четыре деревянных резных столбика, которые поддерживали золочёную шатровую крышу и свисавшие от неё же четыре красные и собранные плотные занавески. Если их отпустить, можно было получить на слоне маленькую закрытую от всех комнатку.        Эта платформа держалась на постеленной на спину слона толстой и, по всей видимости, мягкой подложке, которая, в свою очередь, лежала на большой, свисавшей по обе стороны от слона попоне из плотной чёрной ткани и с широкой золотой бахромой по краям, при этом в центре на каждой стороне был вышит большой красный трёхголовый дракон — символ Таргариенов.        Помимо этого, у слона была треугольная красно-чёрно-золотистая попона с бахромой на голове, закрывавшая углом большую часть его лба, имелся широкий треугольный шейный ворот — с очень толстой золотистой бахромой и маленькими колокольчиками на ней, а также на ногах чуть выше ступней были широкие и золотистые кожаные браслеты. Длинные бивни украшали золотистые колпачки на половину их длины.        В целом, слон Ауриан смотрелся как нарядная игрушка — очень дорогая, красивая, из тех, которые хочется держать на самом видном месте на полке. Но это издалека. А вблизи он вызвал у Серсеи такой восторг, даже несмотря на необходимость запрокинуть голову, чтобы оценить его всего, что она утратила дар речи и пришла в себя, только когда с шеи животного спрыгнул дотоле малозаметный погонщик — загорелый парень лет двадцати пяти в коричневой жилетке на голое тело и с кожаными широкими обвязками на запястьях. У него были широкие светлые штаны из хлопковой ткани, подвёрнутые чуть ниже колен и удерживаемые кожаным поясом, с которого свисала небольшая сумка. А ещё босые ноги, светлая тканевая повязка на голове и длинный деревянный шест в руке с металлическим крючком на конце.        Приглядевшись, Серсея различила небольшую татуировку в виде бивня на правой щеке погонщика и поняла, что он точно является рабом.        — Моё имя Олло, принцесса, — низким певучим голосом представился он. — Меня подарили вам триархи великого города Волантиса вместе с этим замечательным слоном Аурианом.        Слон тут же попытался приобнять его своим длинным хоботом, но Олло, даже не глядя, мягко отодвинул хобот от себя рукой.        — Ты стоишь босиком, — отметила Серсея.        Ей было странно, что у самых влиятельных людей города не нашлось денег на обувь для раба, тем более предназначенного в дар.        — Вынужденная мера, принцесса. Мы, погонщики, управляем слонами, нажимая пальцами ног и пятками на чувствительные места за ушами животного. В сапогах или даже мягких туфлях я бы не чувствовал отдачу от слона достаточно хорошо и мог бы ненароком причинить ему боль или отдать неверную команду. Поэтому верхом на слонах обувь нам никогда не требуется.        — Управляете ногами… Тогда зачем тебе эта палка?        — О, — Олло легко перекинул шест из руки в руку. — Она называется «анкус», принцесса. Он тоже используется, чтобы нажимать на некоторые точки, до которых неудобно тянуться ногами, и таким образом можно тонко менять направление движения слона или принудить его остановиться.        Серсея задержала взгляд на сумке на поясе Олло.        — Здесь у меня фляжка с водой, она очень помогает в жару, и немного сладкого для Ауриана, чтобы поощрять его в пути.        Последнее прозвучало очень мило, так что Серсея невольно улыбнулась и вспомнила о пироге в собственной опущенной руке. Практически сразу слон часто затрепетал большими пятнистыми ушами и затоптался на месте.        — Желаете начать знакомство с подарком, госпожа? — вежливо уточнил Олло.        — Да. Как мне лучше это сделать?        — Просто стойте на месте, он сам к вам подойдёт, и не шевелитесь какое-то время. Пирог лучше убрать пока за спину, чтобы он не отвлёкся сразу на него.        Серсея послушно убрала обе руки себе за спину и стала с любопытством наблюдать за тем, как Олло ладонью направил слона в её сторону, и тот, осторожно подойдя поближе, своими большими коричневыми глазами уставился на неё. Вблизи оказалось, что слон всё-таки не чисто-серый, у него есть розоватые пятна на ушах и голове, в том числе и по одному над глазами, и в целом это сочетание выглядело привлекательно.        «Как будто слона специально растили для женщины. Не будь у него имени «Ауриан» — решила бы, что это слониха…»        Ауриан вытянул хобот и принялся неторопливо обнюхивать лицо Серсеи, её волосы, затем — плечи и руки спереди. Желание схватиться за хобот было почти нестерпимым, смеяться хотелось всё сильнее, но Олло предупредил:        — Прошу, госпожа, не делайте резких жестов — он вас ещё изучает.        Серсея решила, что спешить некуда, и послушно постояла ровно. И лишь когда Ауриан полез хоботом ей за спину, она не выдержала, вывела руки вперёд и разломала пирог пополам.        — Держи, держи, Ауриан, это тебе от меня. Я твоя новая хозяйка, и моё имя Рейнира.        Ауриан обнюхал половинку пирога на ладони, а затем каким-то очень изящным закруглённым жестом подхватил сладость хоботом и отправил себе в рот.        И даже зажмурился, пережёвывая! С совершенно довольной мордой.        — Ему редко доставались подобные угощения, принцесса, — прокомментировал это Олло. — Тем более в таком количестве. Он счастлив.        Слон действительно, дожевав, затрепетал ушами и затоптался вполне радостно, и нетерпеливо потянулся хоботом за вторым куском. Серсея попробовала разжать все пальцы и просто оставить выпечку на ладони, никак не придерживая. И слон… Он умудрился забрать кусок, даже не коснувшись её кожи!        Было видно, что зверь счастлив. Он даже начал помахивать своим длинным хвостом с кисточкой на конце. Правда, медленно. Но всё же заметно. И притоптывать на месте.        — Вы его покорили, принцесса. Он, безусловно, вас запомнит с первой же встречи, — заявил Олло.        — Пускай запоминает. Расскажи мне о нём немного, Олло. Сколько ему лет?        — Буквально вчера исполнился двадцать один год. Это превосходный возраст для того, чтобы стать подарком для вас, госпожа.        — Почему?        — Потому что наши слоны обычно доживают до семидесяти-восьмидесяти лет, но после шестидесяти становятся старыми и медлительными. От двадцати до шестидесяти — золотое время.        — В чём проблема с более ранним возрастом?        — В недостатке опыта, в основном. До двадцати лет слоны у нас считаются молодыми: они ещё не знают всех команд, они могут слишком легко отвлекаться во время прогулки. Часть из них в этом возрасте и вовсе пугливы, так что в случае непредвиденной ситуации способны впасть в панику и стать опасными для своих наездников.        — О, — Серсея оценивающе посмотрела на Ауриана. — Он выглядит спокойным.        — Ауриан — да, он очень хорошо воспитан, рос в достойном окружении других опытных слонов, за которыми не было таких опасных ситуаций, — с отчётливой гордостью поведал Олло.        — Ты много за ним наблюдал?        — С его рождения, принцесса. Погонщиков для таких слонов готовят с рождения, и мы остаёмся с ними практически на всю жизнь — его или мою, как распорядятся боги. Мне было пять, когда Ауриан родился, так что я запомнил его слонёнком. А теперь он уже вон какой!        Дожевав пирог, Ауриан потрепал Олло по голове и сбил с него повязку — правда, Олло успел её подхватить и укоризненно произнёс:        — Ты не того человека благодаришь. Принцесса стоит вон там, и это она угостила этим вкусным пирогом тебя.        Серсея поймала на себе внимательный и тёплый взгляд слона, а затем он вытянул длинный хобот уже к ней, обвился вокруг неё и деликатно погладил по спине. Теперь уже она не отказала себе в желании коснуться этого странно упругого, плотного и живого хобота.        — Я буду стараться тебя угощать, раз тебе это нравится, Ауриан, — пообещала она. — Как его лучше гладить, Олло?        — Вы можете спокойно гладить его хобот, госпожа. Слон успокаивается, когда проводят рукой по его лбу, а ещё он обожает, если его чешут за ушами. Сами уши, однако, трогать не стоит — они слишком чувствительные, кожу возле глаз и бивни — тоже.        Серсея с любопытством провела рукой по всей длине хобота, погладила под попоной по лбу — Ауриан любезно склонил к ней голову, так что далеко тянуться не пришлось, а потом принялась чесать его за ухом, и слон застыл. Под его кожей начало ощущаться тихое урчание.        — Ему очень нравится, принцесса, — после паузы отметил Олло. — Он доволен.        Серсея увидела, как Ауриан прикрыл ближайший к ней карий глаз неправдоподобно длинными и густыми ресницами.        — Его ресницы такие длинные!        — Это защита глаз от ветра и возможной пыли, принцесса.        — А ушами он шевелит для чего?        — Судя по нашим наблюдениям, он так обмахивается от жары: его уши — это два больших веера. Чем жарче, тем чаще он ими шевелит. А вот если он ими вообще не двигает — это не очень хороший признак. Напряжённые уши показывают страх.        — О. Как интересно…        — А знаете, какой явный признак, что ваш слон совершенно счастлив и уже полностью расслабился в вашем присутствии?        Серсея оглянулась на Олло.        — И какой же?        — Посмотрите на его хобот сейчас, — дёрнул подбородком тот. — Он просто висит и лежит кончиком на земле.        Повернув голову, Серсея убедилась, что это действительно правда: хобот лежал на земле, Ауриан тихо урчал внутри, под кожей, и слегка раскачивался из стороны в сторону, прикрыв глаза. Выглядело это поразительно: огромная живая громадина в состоянии совершенного умиротворения.        — Мне он нравится, — едва слышно пробормотала Серсея. — Мне он очень нравится — мой новый слон.        Резкий пронзительный визг разорвал утреннюю тишину, так что Серсея не сразу сообразила, что это был крик дракона. Но это явно понял Ауриан, потому что неуклюже шарахнулся в сторону, затоптался и издал трубный рёв, подняв хобот.        Олло тут же кинулся к нему со словами:        — Спокойно, Ауриан!        Серсея испуганно посмотрела в сторону источника звука и увидела свою крадущуюся и очень злую драконицу, широко и угрожающе расставлявшую крылья на каждом шаге.        — Ты что это творишь, Сиракс?! — рявкнула на неё Серсея.        Сиракс издала ещё один пронзительный крик, Ауриан опять заметался и затрубил в ужасе, повалив и затоптав не к месту стоявшее деревце. Серсея кинулась к Сиракс наперерез, оказавшись между ней и слоном.        — Спокойно, Ауриан! — бросила она ему через плечо. — Всё будет хорошо, — затем подняла руки и решительно упёрлась ладонями в морду Сиракс. — А ну стой сейчас же!        Свирепо рычащая драконица с видимой неохотой остановилась.        — Ты что делаешь, Сиракс? Ты зачем его пугаешь?        Драконица скосила глаза на слона и издала недовольный звук.        — Ты же приличная девочка. Самая умная, самая красивая у меня. Настоящая золотая леди. Разве так ведут себя леди?        Сиракс раздражённо дёрнула головой, глядя угрюмо. Серсея принялась гладить её.        — Леди не должна так себя вести и пугать мой подарок. Да, подарок, это слон по имени Ауриан, и теперь он мой и будет возить меня по Волантису.        Сиракс резко убрала голову назад и издала гневный возглас.        — Я тебя не понимаю. Я так же, как и раньше, буду с удовольствием летать на тебе по небу, потому что ты моя единственная и драгоценная драконица. Но мне же нужно, чтобы кто-то возил меня и по земле. По всем этим улицам, где ты не поместишься — ты видела, какие они узкие? И для этого мне подарили слона. Потому что здесь принято ездить по улицам на них!        Кажется, Сиракс задумалась и даже покосилась в сторону улицы за оградой.        — Вот именно. Ты же не ревновала меня к лошадям, которые привозили меня к тебе в Драконье логово в Королевской гавани! Так в чём дело сейчас? Слон — это очень большая лошадь. Только более удобная, и всё.        Серсея постаралась передать голосом всё своё недовольство и в итоге добилась того, что Сиракс перестала гневно рычать и стала выглядеть пристыженной, как-то даже уменьшилась в размерах, притянула к себе поближе крылья.        Дав ей время на осознание своего поведения, Серсея вздохнула и подошла поближе к её голове, любовно погладила её.        — Тебя для меня никто и никогда не заменит, Сиракс. Мы с тобой одно целое. И ты невероятно дорога мне, — драконица начала тихо и виновато урчать. — Я обещаю часто на тебе летать, мне так многое хочется увидеть здесь вокруг!        Сиракс потёрлась мордой о её ладони сильнее.        — Ты у меня прелесть. И мне бы очень хотелось, чтобы ты подружилась с моим слоном Аурианом, потому что мне будет приятно, если ты сможешь нас сопровождать по небу во время поездок по городу. Да и вообще, дай ему шанс, моя любимая девочка. Попробуй хотя бы познакомиться с ним, если не получится с дружбой. Мне кажется, он не так уж плох.        На это Сиракс ещё немного поворчала, кося глаза в сторону слона, а затем повернула к нему и всю голову. Серсея, оглянувшись на слона, увидела, что он хотя и успокоился, встав смирно, но вот его уши больше не шевелились вообще, а держались напряжённо. Глаза были широко распахнуты, хобот сильно подвёрнут и не касался земли.        Серсея положила левую ладонь на голову Сиракс и пригласила её.        — Пойдём. Осторожно подойдёшь к нему поближе. Познакомитесь друг с другом, — и добавила громче для слона: — Ничего не бойся, Ауриан! Моя драконица не причинит тебе вреда. Я ей объяснила, что ты свой. Олло, расскажи это ему.        Погонщик что-то быстро заговорил слону прямо в ухо, поглаживая его по голове. Серсея с Сиракс продолжали двигаться, практически крадучись.        — Посмотри, какой он красивый, Сиракс! Как щедро его украсили специально для меня. Здесь меня очень уважают, как видишь. Триархи позаботились, чтобы мой слон выглядел достойно, и даже успели где-то достать и нашить на попону символ моего Дома.        Когда между застывшим слоном и драконицей осталась всего пара шагов, Серсея отступила с их пути, давая возможность рассмотреть друг друга. Оба зверя застыли. Надолго, не издавая ни звука, кроме отрывистого дыхания.        — Сиракс, ты же у меня мудрая девочка, — громко прошептала Серсея.        Сиракс бросила взгляд в её сторону, вздохнула, а затем медленно подалась головой к слону и остановила её практически перед его мордой. Замерший Ауриан сперва неподвижно уставился на неё, а затем очень медленно поднял хобот и принялся осторожно ощупывать морду Сиракс. От неожиданности драконица даже фыркнула, но осталась на месте, глядя на слона с явным изумлением.        Ауриан стал ощупывать всю её голову увереннее, погладил между длинными золотистыми рожками и… да! Начал снова шевелить ушами и переступать на месте.        Серсея выдохнула с облегчением и едва не подпрыгнула, услышав за спиной громкий коллективный выдох, и обернулась. Семья Сейры умудрилась незаметно для неё спуститься и неизвестно сколько времени уже стояла здесь.        — Я взяла для твоего слона ещё один пирог, — тихо и дружелюбно сообщила Дейнора. — Можешь вознаградить его после такого потрясения. Ладно, за это Серсея могла простить им многое, так что пирог забрала.        — Спасибо. Хорошо, что ты об этом догадалась.        — Вообще, я подумывала подлизаться к нему тоже, чтобы ты взяла меня с собой на прогулку, но приучить его к тебе всё же важнее.        — На прогулку? — Серсея перевела взгляд на чуть раскачивающуюся платформу. — А для тебя это не слишком страшно? Она же высоко и, кажется, качается.        — Да, и качается заметно, но почему-то всем моим малышам это всегда нравилось — неспешные поездки на слоне. Мне кажется, они у меня в животе качаются вместе со слоном, — Дейнора погладила свой живот. — А матушкин слон сейчас на чистке.        Серсея покосилась на спокойно улыбающуюся Сейру и кивнула:        — Конечно, Дейнора. Думаю, мы с тобой поместимся. Места там вроде бы много…        — Поместитесь, не сомневайся, — подтвердила Сейра. — Такие платформы рассчитаны на двух взрослых мужчин очень большой комплекции либо на женщин поменьше и их маленьких детей. Охрана туда, конечно, не влезет, но она поедет следом за вами на лошадях.        — А как мы на эту платформу заберёмся?        — Со второго этажа. Вон там специальный выход для этого, — Сейра указала рукой на крышу над увенчанным колоннами входом. — Туда ведёт надёжная внешняя лестница справа от входа либо можно выйти наружу прямо из коридора дворца на втором этаже через вон ту дверь. Некоторые волантийцы, конечно, пользуются приставными лестницами, но это не наш случай.        — Точно не наш, мама, — засмеялась Дейнора, поглаживая живот.        Серсея повернулась к Ауриану, который вроде бы успел найти общий язык с Сиракс и вовсю почёсывал хоботом её под мордой. Драконица, кажется, смирилась со своей участью слоновьей подружки и спокойно дышала.        — Ты умница, Сиракс. Я очень тобой горжусь. Ну а теперь мы отправимся с Аурианом на прогулку, а ты можешь полетать.        Сиракс поначалу замешкалась, будто сомневалась, прекращать ли наслаждаться почёсываниями, но в итоге развернулась, разбежалась по лужайке и действительно взмыла в небо. Ауриан проводил её громким рёвом.        Серсея оглянулась на своих местных родичей, которые дружно наблюдали за этим полётом.        — Наших с Деймоном драконов нужно сытно кормить, и они предпочитают разное мясо. Свинина вне конкуренции — её обожает Караксес, но и остальное тоже будет принято благосклонно, вплоть до разной дичи, Сейра.        — Я отдам распоряжение слугам, Рейнира. Голодать ваши драконы здесь не будут.        — Хорошо. Ауриан?        Серсея посмотрела на всё ещё стоящего с задранной головой слона и дважды громко позвала его. Он-таки отвлёкся от драконицы.        — У тебя ещё будет много времени с моей милой Сиракс. И я согласна с тобой, что она прелесть. Но, возможно, ты захочешь ещё один медовый пирог перед прогулкой? — она медленно вытянула вперёд руки с пирогом.        Ауриан восторженно затоптался на месте и, сильно хлопая ушами, поспешил к ней, как-то очень ловко и быстро дотянулся хоботом до пирога и целиком отправил себе в рот.        — Вы его прямо балуете, принцесса, — заметил Олло. — Два таких серьёзных угощения за раз!        — Он испугался моего дракона, так что заслуживает хорошего поощрения, Олло. Как только он дожуёт, подведи его к верхнему выходу. Мы с леди Дейнорой отправимся на прогулку по городу внутри Чёрных стен.        — Будет исполнено, принцесса.