Часть 24 Вульгарность в устах

Хоуп получала много странных писем, но, несмотря на это, Хоуп была очень удивлена, обнаружив однажды утром адресованное ей письмо, на котором был изображен полумесяц. Возможно, ты захочешь ознакомиться с правилами игры в квиддич в Хогвартсе, у меня такое чувство, что завтра тебе это понадобится. Хотя сообщение и вызвало у Хоуп некоторое любопытство, она сделала, как оно просило, и на следующее утро была рада, что сделала это. - Хоуп! - прошипел чей-то голос. - Просыпайся, соня! - Что? - пробормотала Хоуп, вскидывая руку, чтобы прикрыть глаза, когда Анджелина Джонсон раздвинула занавески, окружавшие ее кровать. - Как дела? - Тренировка по квиддичу, - сказала Анджелина, как положено. - Одевайся. Хоуп застонала, уткнувшись лицом в подушку, но по настоянию Анджелины встала. Если бы они сразу же отправились в полет, возможно, Хоуп смогла бы не заснуть, но сейчас Хоуп была смертельно уставшей, а солнце едва выглядывало из-за горизонта, что укрепляло ее в мысли, что им вообще не следовало вставать. Она заснула где-то на середине второй доски, которую читал Оливер. - Итак, все ясно? Есть вопросы? - спросил Оливер, и от его голоса Хоуп внезапно проснулась. - У меня к тебе вопрос, Оливер, - сказал Джордж, широко зевая и делая вид, что тоже заснул, что было весьма вероятно, поскольку она знала его так же, как и он ее, - почему ты не мог рассказать нам все это вчера, когда мы не спали? Хоуп кашлянула, чтобы скрыть смех. Этот вопрос не произвел особого впечатления на Оливера, который свирепо посмотрел на них всех. - А теперь слушайте сюда, вы все, – прошипел он, - нам повезло, что мы выиграли Кубок в прошлом году... в силу определенных обстоятельств, так что в этом году мы будем тренироваться усерднее, а теперь давайте применим эти теории на практике! Хоуп не смогла передать его энтузиазм. Когда они вышли на поле, Хоуп заметила Рона и Гермиону, которые сидели на трибунах и ждали, когда она закончит. - Уже закончили? - крикнул Рон, когда она подбежала к ним навстречу, с благодарностью принимая от Гермионы салфетку с виноградом ("Я подумал, что это единственное, что не прольется"). - Я еще даже не начинала, - пожаловалась Хоуп с набитым виноградом ртом, заслужив суровый взгляд Гермионы. - И я заснула на середине рассказа Оливера о теориях, так что понятия не имею, что мы должны делать. - Не повезло, - сказал Рон. Она закатила глаза, оттолкнулась от земли и полетела туда, где в воздухе парили остальные. - Хочешь побороться наперегонки, Поттер? - с ухмылкой спросил Джордж. - Приготовься проиграть, Уизли! А потом они втроем понеслись по воздуху, выполняя сложные вращения и развороты, которые никто бы вообще не смог выполнить, если бы у них не было предварительной подготовки в искусстве квиддича. Все было замечательно, пока она не услышала щелчок, который чаще всего сопровождал работу фотоаппарата. Она застонала: действительно, что с этим парнем? Он вывел преследование на совершенно другой уровень. - Что это? - спросил Фред, поворачивая метлу и оглядываясь в поисках источника шума. - Откуда этот шум? - Первокурсник Гриффиндора, - раздраженно сказала Хоуп, - тот, кто помешан на фотографировании. Фред фыркнул, оглядываясь. Это еще мягко сказано. - Посмотри сюда, Хоуп, сюда! - Как ты думаешь, какие у меня будут неприятности из-за того, что я его убью? - возмущенно спросила Хоуп, и выражение ее лица стало по-настоящему пугающим. - Может быть, пожизненное заключение в Азкабане, - задумчиво произнес Фред. — Что такое... - Что происходит? - Оливер скользил по воздуху, пока не завис в воздухе рядом с ними троими. - Почему этот первокурсник фотографирует? Мне это не нравится. Он может быть шпионом Слизерина, пытающимся разузнать о нашей новой программе обучения. - Он гриффиндорец, Оливер, - коротко ответила Хоуп, снова закатывая глаза. - Кроме того, слизеринцам не нужен шпион, - сказал Джордж. - Почему ты так говоришь? - раздраженно спросил Оливер. Потому что они здесь собственной персоной, - вся команда проследила за его пальцем, который указывал вдаль, туда, где к полю приближалась небольшая группа парней в зеленой форме. - Невероятно! - прорычал Оливер. - Я забронировал поле на сегодня! Посмотрим, что из этого выйдет! Все гриффиндорцы спешились с разной степенью раздражения и злости. - Флинт! - взревел Оливер, подбегая к дородному капитану Слизерина Маркусу Флинту, которого, казалось, забавлял гнев на лице Оливера. - Это время нашей тренировки! Мы специально пришли! Теперь вы можете убираться! К сожалению, это не остановило другого капитана команды, который ухмыльнулся. - Места хватит для всех нас, Вуд. Хоуп фыркнула. - Да, как будто такое могло случиться. Знаешь, есть смысл в том, чтобы команды тренировались раздельно. Флинт презрительно усмехнулся. - Откуда тебе знать об этом, тупица… - Эй! - рявкнула вся команда в один голос, и Джордж, к большому ее раздражению, оттолкнул Хоуп себе за спину. - Заткнись. - О, ты со мной разговариваешь? - спросила Хоуп, стоявшая рядом с Джорджем. - Я думала, ты разговариваешь сам с собой, потому что если это так, то я с тобой полностью согласна. Казалось, Хоуп не могла сдержать столько нахальства, потому что ее голос стал ужасно похожим на тот, что она говорила с Квиреллом-Волди. - Но я забронировал поле! - рявкнул Оливер с ярко-красными щеками, возвращая обе команды к выполнению поставленной задачи. - Я заказал его! - Ах, но у меня есть специально подписанная записка от профессора Снейпа. "Я, профессор С. Снейп, разрешаю команде Слизерина тренироваться сегодня на поле для квиддича в связи с необходимостью подготовить нового ловца.» Эта новость ненадолго отвлекла Оливера. - Новый ловец? У вас новый ловец? Кто? Ее желудок сжался, когда Драко Малфой вышел из-за спин более высоких и внушительных парней из слизеринской команды, и его ухмылка вызвала недоверчивый взгляд. - Малфой? - Разве ты не сын Люциуса Малфоя? - Фред и Джордж смотрели на блондина с растущей неприязнью. - Забавно, что вы упомянули отца Драко. Позвольте мне показать вам щедрый подарок, который он сделал слизеринской команде. Каждый член команды держал в руках новенькую черную метлу, гладкую, без единой веточки. На ручках каждой из них было написано "Нимб Две тысячи один». - Ты заставил своего отца подкупить команду, чтобы тебя взяли? - Хоуп фыркнула. - Ты, должно быть, шутишь... Губы Драко скривились в усмешке, когда Рон и Гермиона подошли к группе. - Что происходит? - Я новый Ловец, Уизли. Все только что восхищались метлами, которые мой отец купил для нашей команды, - сказал Малфой с самодовольной ухмылкой. - Что ж, по крайней мере, никому из игроков Гриффиндора не пришлось покупать себе место в команде, - сказала Гермиона, чувствуя себя намного храбрее, чем обычно. - Они поступили благодаря чистому таланту. Лицо Малфоя заметно потемнело от ее слов. - Никто не спрашивал твоего мнения, ты, маленькая грязнокровка. Хоуп не знала, что означает это слово, но, должно быть, оно было плохим, потому что гриффиндорцы разразились такими гневными возгласами, каких она никогда раньше не видела. Фред и Джордж, в частности, выглядели так, будто были готовы вырвать Малфою глаза, а девочки выкрикивали ругательства в адрес мальчика. Все довольно внезапно замерло от звука, похожего на пушечный выстрел, и все обернулись, чтобы увидеть Хоуп с волшебной палочкой в руках. Как и в тот раз в нижнем зале с Квирреллом-Волди, она испытывала только чистые эмоции, хотя на этот раз это было раздражение. - Теперь, когда я завладела вашим вниманием, - сухо сказала Хоуп, раздраженно скрестив руки на груди, - как насчет того, чтобы один игрок из каждой команды пошел к своему декану и попросил его разобраться с этим вопросом, хорошо? Удивительно, но все они согласились (или, по крайней мере, не стали настаивать на своем). - Как ты думаешь, о чем они говорят? - пробормотал Джордж Хоуп, сидевшей рядом с ним на первом ряду трибун, прижав кулак к лицу, и выглядевшей очень скучающей... и голодной. - Вероятно, они пытаются найти компромисс по поводу того, когда каждая команда сможет выйти на поле, - монотонным голосом произнесла Хоуп. - В школьных правилах указано, что команды должны записываться на тренировки в те дни, когда они хотят, и никакая записка учителя этого не изменит. Она подняла голову и огляделась по сторонам, обнаружив, что все смотрят на нее. - Что? - Ничего, - быстро ответили все. Она пристально посмотрела на них. - Сокурсница предупредила меня, что это произойдет сегодня. - Студент дал тебе наводку? - изумленно переспросил Оливер. - Да, - сказала она голосом, который подразумевал "и что?". - О, смотри, они закончили. - Мистер Вуд, - твердым голосом произнесла профессор Макгонагалл. - До обеда поле принадлежит вам и вашим товарищам по команде, а затем оно принадлежит слизеринцам. - Хорошо, - сказал Оливер со вздохом отчаяния. - Давайте, команда, размяемся. - Мисс Поттер, - слова профессора Макгонагалл заставили ее встать, - на пару слов, пожалуйста. Хоуп ободряюще сжала плечо Гермионы, глаза которой слегка покраснели, и неуклюже направилась к своей любимой учительнице. - Да, профессор? - Профессор Дамблдор просил меня сообщить вам, что "Мигание" было включено в те виды телепортации, которые нельзя использовать в школе, - серьезно сказала профессор Макгонагалл. - И я бы не советовала вам использовать его. - Это... справедливо, я полагаю, - согласилась Хоуп, прежде чем поморщиться. - Э-э... насчет того дня, когда мы с Роном приехали сюда...…Возможно, я немного солгала. Профессор Макгонагалл приподняла тонкую бровь, откровенно удивленная тем, что она признается в таких вещах. - О чем именно? - Насчет мигания, - призналась Хоуп. - Когда я сказала, что мигание превосходит аппартацию. Она была создана до аппартации, но там была пара... недостатков, я полагаю, вы могли бы так выразиться. - Мисс Поттер, - в ее голосе звучало предостережение, - что в нем было неправильного? - Использовать мигание - все равно что слишком долго подвергаться воздействию радиации, - попыталась объяснить Хоуп более простыми словами, чем то, как сформулировал это ее дедушка. - Чем дольше ты ее используешь, тем больше в венах образуется яд. - Она вытянула запястье, показывая, что синие вены теперь стали цвет ближе к черному. - Мадам Помфри сказала, что длительное использование может привести к летальному исходу, поэтому я прекращаю мигать навсегда и вернусь к полноценной работе через неделю или две, как только яд растворится в моей крови. - Понятно, - сказала профессор Макгонагалл гораздо спокойнее, чем ожидала Хоуп. - Кажется, мадам Помфри хорошо за вами присматривает, мисс Поттер. Хоуп слегка рассмеялась. - Всегда. До встречи, профессор! Профессор Макгонагалл смотрела, как она убегает прочь, ее яркие волосы развевались за спиной, словно алое знамя. Иногда – а под "иногда" она подразумевала "всегда" – она беспокоилась о своей безрассудной натуре. - Вы двое, продолжайте, - сказала Хоуп своим друзьям, пренебрежительно махнув рукой, - поверьте мне, со мной все будет в порядке. Мадам Помфри просто осматривает меня, вот и все. - Для твоей ноги? - настаивала Гермиона. - Или что-то еще? Гермиона действительно была самой умной ведьмой своего времени, не так ли? Хоуп внутренне содрогнулась от того, что ее подруга видит ее насквозь. - Со мной все будет в порядке, - повторила она. Гермиона немного обиделась на это, но позволила Рону увести себя, пообещав найти ее, как только закончится ужин. - Ты не хочешь им говорить, - заметила мадам Помфри, когда Хоуп слегка закатала рукав, чтобы пощупать пульс. - Я не хочу, чтобы они волновались, - поправила Хоуп. - Есть разница. - Как скажешь, - любезно согласилась мадам Помфри, прижимая два пальца к запястью Хоуп, где бился пульс. - Теперь дыши нормально. Хоуп сделала глубокий вдох, затем выдох, а затем повторяла этот процесс, пока мадам Помфри не сказала ей, что она закончила. - Твое сердцебиение участилось, но все еще немного замедлено, - сказала мадам Помфри. - Я хочу, чтобы ты снова зашла ко мне через несколько дней, хорошо? Чтобы я могла быть уверена, что яд выводится из организма. - Да, мэм, - сказала Хоуп с шутливым приветствием, прежде чем спросить. - Мадам Помфри, вы знаете, что означает слово "грязнокровка"? Мадам Помфри уронила пузырек с зельем, который убирала, и резко обернулась, чтобы наброситься на Хоуп. - Никогда не произноси этого слова! Ты меня слышишь? Никогда! Удивленная своей горячностью, Хоуп слегка отшатнулась и уставилась на нее. - Почему? Что это значит? Медиведьма устало вздохнула. На самом деле это не вина Хоуп, было ясно, что она не знала значения этого слова. - Хоуп, ты ведь знаешь, как некоторые люди относятся к магглорожденным, не так ли? Да… - медленно произнесла Хоуп. - Грязнокровка - это... уничижительное имя для тех, кто родился от родителей, не обладающих магией, - медленно произнесла мадам Помфри. - Чистокровные думают о них так, как будто у них грязная кровь, в отличие от чистокровных. На лице Хоуп не отразилось никаких эмоций, прежде чем ее глаза вспыхнули гневом, став ярко-красными, как и ее волосы. - Это ужасно. - Так и есть, - согласилась мадам Помфри. - Но некоторые люди просто так думают… Я так понимаю, сегодня кто-то оскорбил мисс Грейнджер? - Не волнуйтесь, вся команда подбадривала ее перед началом тренировки, - сказала Хоуп. - Хорошо, - ответила мадам Помфри. - Теперь сразу же возвращайтесь сюда, если почувствуете тошноту, головокружение и тому подобное. Вы слушаете меня, мисс Поттер? - Да, я слышала, - раздраженно сказала Хоуп, закатывая рукав и протягивая руку, чтобы забрать свою трость, но мадам Помфри схватила ее и убрала подальше. - Я хочу, чтобы ты начала полноценно пользоваться своей ногой, Хоуп, - серьезно сказала женщина. - Только так она полностью заживет, и ты сказала, что летом у тебя прекратились боли. - Да, - призналась Хоуп, опуская взгляд на свою ногу, как будто могла разглядеть сквозь ткань то место, где неровная розовая линия пересекала голень. - Я просто... - Я знаю, - мягко сказала мадам Помфри, - но это твоя нога, тебе нужно привыкнуть ею пользоваться. - Я полагаю, - пробормотала Хоуп со вздохом. Она медленно встала, для пробы перенеся вес тела на ногу. Это не вызвало у нее вспышки боли в качестве предупреждения, и это хорошо. Она сделала несколько неуверенных шагов; та же реакция. Она выдохнула, хотя и не осознавала, что задерживала дыхание. - Хорошо, но если это не сработает, я вернусь сюда раньше, чем вы успеете оглянуться. - О, я знаю, - сказала мадам Помфри с легкой усмешкой. - А теперь иди, в Большом зале тебя ждет еда. - О, я знаю, - повторила Хоуп свои слова. - Увидимся позже, Поппи! - Для вас это мадам Помфри, мисс Поттер! Хоуп слегка рассмеялась, когда, прихрамывая, вошла в двери и медленно спустилась по лестнице. Было удивительно тихо, если не считать того, что все ученики суетились вокруг. Мертвая тишина. Собственные шаги Хоуп отдавались эхом в тишине, и ей пришлось признать, что это было почти жутковато. Мерцающее пламя факелов, висевших на стене, отбрасывало странный отблеск, причудливую тень на камень, из которого был построен весь замок. Иногда эти тени могут быть довольно причудливыми. Она бы с радостью продолжила свой путь, не обращая внимания на чудовище, затаившееся под полом, то есть, она бы так и поступила, если бы не услышала что-то, что было низким и гортанным, опасным и холодным. Голос, от которого ее пробрало до костей и она застыла на месте. - Иди… иди ко мне… Дай мне разорвать тебя на части… Дай мне разорвать тебя на части… Дай мне убить тебя... Убийственный голос эхом отдавался в ее ушах, заставляя ее сердце бешено колотиться, когда она обернулась в поисках владельца голоса. - Эй? - она слабо позвала. - Здесь есть кто-нибудь? Но никто ей не ответил. - Я знаю, что ты здесь! - сказала она, на этот раз ее голос звучал увереннее. - Я слышу тебя! Но ответом на ее слова по-прежнему была тишина. Хоуп нахмурилась; она не могла представить себе этот голос, не так ли? Она почти уверена, что не очень-то любит убивать. Голос доносился откуда-то изнутри… - Хоуп! Рыжеволосая девушка обернулась и увидела, что к ней бегут ее друзья, и быстро убрала руку от стены. - Я думала, вы двое все еще ужинаете, - удивленно сказала Хоуп. - Мы закончили и пошли искать тебя, - выдохнул Рон, запыхавшийся после короткой пробежки. - Мы думали, что ты все еще можешь быть в больничном крыле, - логично предположила Гермиона, - но когда мы пошли проверить, мадам Помфри сказала, что ты уже ушла, поэтому мы решили, что ты выберешь самый прямой путь. - Ах, - услужливо протянула Хоуп, почесывая щеку, - неужели я настолько предсказуема? - Иногда, - сказали они одновременно, отчего оба покраснели, а Хоуп ухмыльнулась со скрытым весельем. - Ты действительно бледная, - заметила Гермиона, - ты уверен, что тебе не нужно снова обратиться к мадам Помфри? - О, нет, - сказала Хоуп, - я в порядке. - Она все еще смотрела в дальний конец коридора в поисках чего-то, чего, однако, не было видно. - Что это? - спросил Рон, тоже посмотрев в том направлении, но ничего не увидев. - Я думала… - голос Хоуп затих, она смущенно нахмурилась. - Ничего страшного, забудь об этом. - Что? - Гермиона подтолкнула ее. - Да ладно, что-то тебя... сбило с толку. Хоуп закатила глаза, глядя на нее. - Просто... перед тем, как вы двое появились, мне показалось, я слышала чей-то голос, только вокруг никого не было. Она не заметила обеспокоенных взглядов, которыми они обменялись у нее за спиной, когда она обернулась, чтобы еще раз осмотреться. - Это должно было быть на самом деле, - пробормотала она себе под нос. - Ну, - сказал Рон, нервно хихикнув, - это не мог быть кто-то невидимый, потому что даже они могут издавать звуки. - Я знаю, - раздраженно ответила Хоуп, оглядываясь на них. - Как вы думаете, я должна кому-нибудь рассказать? Макгонагалл или кому-то еще? - Нет! - быстро сказала Гермиона. - Даже в волшебном мире слышать голоса - плохой знак. - Ты думаешь, я это выдумала? - Нет, но если то, что сказал тебе этот домовой эльф, правда, - медленно произнесла Гермиона, переглянувшись с ними обоими, - тогда, возможно, это как-то связано с тем сюжетом, которого он так боялся. - Может быть, - пробормотала Хоуп, оглядываясь на стену с растущим подозрением. Пламя в камине трепетало, поджигая ветки и выделяя дым и тепло. Была уже глубокая ночь, но Хоуп не могла уснуть, не из-за всего, что было у нее на уме, не из-за этого голоса, терзающего ее мысли. - …Позволь мне убить... - Хоуп? Она резко подскочила и громко выругалась, услышав внезапный голос. - О боги! - выдохнула она, схватившись за грудь, в которой бешено колотилось сердце, и заглянула в голубые глаза Джорджа. В уголках его глаз собрались морщинки при ее ответе, и она густо покраснела. - О, заткнись, - пробормотала она, отводя от него взгляд. - Любой бы так отреагировал, если бы ты подкрался к нему незаметно. По правде говоря, он на самом деле не подкрадывался к ней, но она, должно быть, была так погружена в свои мысли, что это не имело значения. - Конечно, - сказал он с ухмылкой, прежде чем оглядеть ее, - что ты здесь делаешь? Не можешь уснуть? - Скорее, мой разум слишком активен, - поправила его Хоуп, слегка приподняв губы. - Что ты здесь делаешь? - Я мысленно придумываю новые розыгрыши, - сказал Джордж снобистским тоном, задирая нос, как будто он был высокомерен или что-то в этом роде. - Я гениален, как ты знаешь. - Я знаю? - мягко спросила Хоуп. - Боюсь, я не была в курсе твоих признанных талантов, ты уверен, что они у тебя есть? - О, конечно, - усмехнулся Джордж. Хоуп снова перевела взгляд на огонь. - Я начинаю думать, что ты одержима огнем, - заметил Джордж, присаживаясь рядом с ней. - Ты проводишь ужасно много времени, глядя на него. - Я просто думаю, что огонь завораживает, - пренебрежительно сказала Хоуп. - Магглы научились менять его цвет, знаешь? Точно так же, как и волшебники, только я думаю, что это как-то связано с солью… - На мгновение она нахмурилась, пытаясь вспомнить, что именно нужно было сделать, чтобы произошло изменение цвета, но затем просто покачала головой и сдалась. - Я подумала, что это самая безумная вещь, которую я когда-либо слышала в детстве. Представь, что огонь зеленый, или синий, или даже фиолетовый! - Ее глаза меняли цвет на любой, который она называла. - Тебе, наверное, это покажется странным, но ты выросла среди пламени, которое окрашивалось в разные цвета... - Иногда, - признался Джордж, - хотя мама и папа не очень-то хотели менять цвет огня, они боялись, что мы сунем в него свои пухлые ручки. Хоуп слегка рассмеялась. - Ну, я не думаю, что они были бы неправы в этом, но, думаю, было бы здорово посмотреть это пару раз. Джордж не был уверен, что на это ответить, поэтому просто тихо сидел рядом с ней, наблюдая за огнем в камине. - Джордж, можно тебя кое о чем спросить? - внезапно спросила Хоуп. - Конечно, - сказал он в ответ, - в чем дело? – В тот день в зоопарке Суррея, – сказала она, глядя ему прямо в глаза (он заметил, что ее глаза все еще были фиолетовыми), - почему ты подошел и заговорил со мной? Он уставился на нее. Какой странный вопрос я ему задал, но не такой, на который он не смог бы ответить. - Я подумал... - медленно произнес он, - "Мерлин, какая великолепная птичка!» Она сильно ударила его по ребрам, ее лицо стало красным, почти как огонь. - Ты ужасен! - пожаловалась она. - Неужели ты не можешь говорить серьезно? Он приподнял брови, глядя на нее. - А почему ты думаешь, что это не так? - Джордж... - Хорошо, - он слегка надулся, но она смотрела на него с такой мольбой, что он не смог удержаться и открыл рот, чтобы заговорить еще раз. - Я увидел девушку, которая сидела совсем одна, всеми забытая и во всех отношениях одинокая. Я обратил на тебя внимание, потому что тебе нужно было, чтобы кто-то обратил на тебя внимание, увидел тебя. Я обратил на тебя внимание, потому что заглянул за рамки того, чем ты казалась, и обнаружил красивую, веселую, саркастичную, умную, дерзкую девушку, которая полностью изменила мою жизнь. Ее лицо стало красным, как свекла. - Теперь ты разыгрываешь меня; не могла же я так сильно изменить твою жизнь. - О, правда? - он дерзко приподнял бровь. - Да, - она подняла свою собственную. Он ухмыльнулся. - Спокойной ночи, Хоуп. - Спокойной ночи, - крикнула она ему вслед. - И если ты расскажешь Фреду об этом… Я убью тебя. Джорджу пришлось подавить смех, чтобы никого не разбудить, но Хоуп больше сосредоточилась на словах, которые он произнес раньше. - Я заметил тебя, потому что смотрел дальше того, чем ты казалась... Она улыбнулась.