Тень войны

Соня, попрощавшись с Ангелиной, отправилась в номер, пылая от негодования, некоторой доли ревности и досады из-за того, что она не понимала, что происходит. Ей срочно нужно было поговорить с мужем, но он еще не вернулся, так сказал служащий за конторкой. Ожидая Павла, она решила еще раз поговорить с горничными. В их первый разговор они с мужем так и не выяснили до конца то, что хотели, в отношении пропадающих украшений, а Софья к тому же хотела найти источник сведений о Фридере Фальке, не спрашивать же наобум у метрдотеля, скажем? Вновь всполошившаяся девушка в крыле для прислуги сказала, что Лилиана Обен сейчас работает на этаже, и Соня, поднявшись наверх, обнаружила горничную в дальнем краю коридора. Она протирала развесистое тропическое растение, занимавшее весь левый угол. — Мы ваших запонок не находили, — было первым, что сказала Лилиана. Видимо, лицо у Сони было не слишком доброжелательным. — Не волнуйтесь, — успокаивающие сказала Софья, стараясь унять внутреннее душевное неспокойствие. Разговаривать с потенциальным свидетелем в таком состоянии было неправильным. Нужно располагать к себе людей. — Мы уже отыскали запонки, они оказались не в том месте, где мы предполагали! — Надо же! — искренне поразилась девушка. — И снова всё нашлось! Просто удивительное дело! — Были еще похожие случаи? — тут же ухватилась за удачу Соня, даже искать повод для расспросов не пришлось. — Да! — покивала Лилиана, и её личико сморщилось: она была готова заплакать. — Сначала та несчастная мадам, которую нашли мертвой. Так она убивалась из-за своего кольца, всех на уши поставила! А оно оказалось в номере! А и слава Богу! Лучше гость, который скандалит из-за пустяка, чем пропавшая вещь! Проблем не оберешься! — А кто еще говорил о пропавших драгоценностях? — Так наш философ! Месье Фальк. — Месье Фальк? — изумленно переспросила Соня. — Вы уверены? — Да, мадам, — кивнула Лилиана. — Я сама лично весь номер перевернула и во все возможные места, где он мог её оставить, заглянула! Мы с девочками его очень любим. Ой, то есть я хотела сказать, что хорошо к нему относимся. Он ведь несчастный очень, так его жалко! Мы тут все разом за ним присматриваем! Соня с интересом следила за искренней участливостью, которая светилась в глазах девушки. — Он у нас живет каждую зиму почти по полгода вот уже восемь лет. В первые три года он приезжал к нам по приглашению мэра. Давал лекции, устраивал читательские вечера, со всего света люди приезжали на него посмотреть. А потом это вошло у него в привычку. — О чем его книги, вы не знаете? — Куда мне! — замахала руками Лилиана. — Я как-то подслушала, когда у нас тут собрание это было, так ни одного слова не поняла! — Понятно, — сказала Соня. Философия - наука нелегкая. — А можно где-нибудь здесь достать труды месье Фалька? — Конечно! У нас в библиотеке целый стеллаж выделен! Там всё-всё есть, с самой первой книжечки! Как же, такая знаменитость и только у нас отдыхает! — А отчего же вы думаете, что он несчастен? — спросила Соня, которой нравилась Лилиана. Внутри у неё было сострадание, готовность помочь и тонкий налет печали, который делал бесцветными все яркие нити вокруг сердца девушки. — Это очень печальная история, — помрачнела горничная, и серый цвет окончательно поглотил всё внутри. — Незадолго до войны месье Фальк женился. У них с супругой родился ребенок, и в первый же год и мадам Фальк, и их дитя погибли. Вы не представляете, что творилось с месье Фальком! Он приехал в ту зиму, когда случилась эта трагедия. Не отдыхать, просто уехать из дома, чтобы раз за разом не прокручивать в голове то, что случилось. Тут он мог хотя бы работать! Это он так сказал мне однажды! Мне так его жаль! И девочки так же думают!.. Я иной раз думаю, как хорошо, что до нас не дошли немцы! Пусть я трусиха и слабачка, но слава Богу, что мы не видели здесь, как страшна война по-настоящему. Тут у нас только лечатся те, кто это видел, а мне и того довольно — по ночам спать иной раз не могу, шепчу молитвы! Я не знаю, что бы я делала, если бы сюда пришли враги! Бог уберег! Соня, которая смотрела на тонкокостную хрупкую Лилиану и видела Лидочку, которую отправили подальше от ужасов бомбежек, голода и плоти, беззащитной перед всем — от бактерии до пули. — Уберег, — согласилась Софья, улыбаясь Лилиане. Она думала о том, что и сама порой отчаянно трусила, особенно поначалу, но у неё хватило запаса мужества и характера не поддаться своему страху, не отступить, не сломаться. Всё могло быть иначе, потому что предугадать, из какого металла тебя выковали, заранее нельзя. Только когда тяжёлый молот прижмет тебя к наковальне и начнет придавать тебе форму! Всё спокойно теперь, и Соня многое поняла про саму себя, своих родных и своего мужа, но ведь закончиться это могло совсем по-другому! Поэтому скажем Богу спасибо за то, что они сейчас живы, здоровы и даже не потеряли способность радоваться! Кто знает, какой окажется следующая глава? Она еще даже не начата. Сейчас же важно, что та, в которой все страдали, завершена.