Глава 2.

Проснувшись по будильнику, Тайлер едва вспомнил, что ему нужно на работу, ведь все мысли в его голове занимала Уэнсдей. Вчера он встретился с ней, впервые за три года, и сразу после этого пришло осознание, что он вообще не понимает, что ему делать дальше, так сильно его взволновала встреча. Наконец-то, устало поднявшись, он начал с того, что с утра ему не мешало бы сходить на работу. Тайлер подрабатывал в кафе-кондитерской. В общине у хайдов он получил среднее образование, помимо новых документов, там было много возможностей, ему, действительно, понравилось работать с тестом, это его успокаивало. Где-то нужна была сила, а где-то деликатность, которой Хайду не хватало. У него очень хорошо получалось, в своей маленькой квартирке, что он снимал, экспериментировать со вкусами. Надеясь, что если когда-нибудь, вдруг так выйдет, и он встретится с Немезидой снова, то сможет дать ей попробовать то немногое, что он придумал. На свете было много сладостей, в которые не добавлялся сахар, но он мечтал угостить её чем-то новым, возможно, что-то терпкое, немного горькое, шоколадное, возможно, с лёгкой кислинкой вишни. Вот и сегодня, замешивая тесто, в кухне кафе-кондитерской Тайлер воспоминал тёмный взгляд Уэнсдей, в пламени костра, ему было безумно интересно, чем же таким она занималась там с этими женщинами. Всё, что происходило в лесу, было чрезвычайно интригующим. Тайлер еле дождался вечера, он помылся, побрился и оделся так, как будто бы собирался на свидание. Что же, это было первое взаимодействие с девушкой за столько лет. Тайлер старался не думать в эротическом ключе. Однако, всё равно, навязчивые мысли о том, что он является девственником приходили снова и снова. Он пытался образумить себя, пытался объяснить сам себе, что то, что сегодня они встречаются, никак вообще не связано с его личной жизнью и тем более с его сексуальным опытом. Но тем не менее снова и снова возвращался к этому, и ему было интересно, кто был первым парнем Уэнсдей после него. Он знал, что в кафе был её первый поцелуй, и за эти несколько лет Тайлер представлял с кем же был её первый раз, с кем был её второй поцелуй. Он будто дразнил и наказывал самого себя, представляя снова и снова. Парень страшно завидовал этому человеку, и отчаянно надеялся, что это был хотя бы не Ксавье. Но, разумеется, он понимал, что не имеет даже права на такие мысли. Вечерний «Орион» был очень симпатичным. Тут и там сияли огоньки-гирлянд, само кафе было с низкими потолками, в полумраке. Но, несмотря на это, пространство вмещало, достаточно, много воздуха. Ему стало интересно зачем Уэнс выбрала это место, может быть, она тоже испытывала ностальгию. — Ты вовремя, — прохладный голос Уэнсдей вызвал кучу мурашек по его спине. Тайлер был уверен, что его уши покраснели, его ужасно смутило, что отреагировал даже его член, легко дёрнувшись в модных широких брюках. — Конечно, после всего, что я сделал, я не хотел упустить тебя из-за опоздания. — Как мило, — но выражение лица Уэнсдей не показывало, что она, действительно, считала это милым, больше было похоже на то, что ей вообще все равно. Однако, доверчиво, развернувшись к нему спиной, девушка поманила его за собой. Они вышли из кафе, и пошли по тёмной улице вверх. — Куда мы? — спросил удивленно Тайлер. — Неужели, ты думал, что я позвала тебя на свидание? — её голос был все так же ровен. — Тебе снова что-то нужно от меня? — Тайлер не стал убирать из голоса обиду, сейчас он хотел ей показать, что она до сих пор его ранит и имеет над ним власть. Девушка промолчала. Она вела его всё выше и выше по улице, завораживала, как факир змею, движением своего изящного тела в легком шифоновом платье, завела в небольшой симпатичный домик. На первом этаже, начинавшемся с кухни-гостиной, она велела ему помыть руки. Удивительно, но Тайлер не смел даже сказать ей что-то против. Выходя из ванной, парень вздрогнул, потому что Уэнсдей стояла вплотную к двери, он посторонился. Завороженно следя за тем, что девушка тоже это сделала, тщательно помыла руки, парень потерялся в догадках для чего им нужно прийти было сюда, и мыть руки, его догадки были одна хуже другой, первая безумно пошлой, вторая просто безумной, третья мрачной. Неужели, ему придётся участвовать в какой-то сумасбродной затее Уэнсдей? Девушка продолжала молчать. Внезапно, она, впервые, за вечер прикоснулась к нему тонкими пальцами, легким движением к ладони, она решительно обхватила его руку за запястье, и повела его на второй этаж, домик был милым, но довольно-таки тёмным, зрение Хайда позволяло Тайлеру оценить обстановку. Однако, цвета в темноте для него оставались загадкой, скорее всего что-то коричневое и чёрное. Они совершенно точно поднялись в спальню. Девушка щёлкнула пальцами и загорелась пара свечей на изящном антикварном столе, там, где стояла её печатная машинка. В целом, комната выглядела так как будто бы в ней кто-то жил довольно давно. Неужели она жила в Ессексе? Как так вышло что они совершенно с ним не пересекались? Тайлер бы почуял её аромат, если бы она была здесь давно. Едва он захотел спросить её хоть о чём-то, как девушка, решительно, повернулась к нему лицом, он отчётливо заметил, что её нежные щёки и шея покраснели. Но всё-таки, она смотрела смущенно в его глаза, и, слегка закусив губу, немного отведя взгляд в сторону, Уэнсдэй принялась распутывать свои тугие косы, и, расплетя волосы, девушка будто бы на что-то вновь решилась, и снова посмотрела Тайлеру прямо в глаза. Её дивное шёлковое платье в горошек с высоким воротом мягко шуршало, пока она перекидывала волосы за спину, оно очень точно подчёркивало её фигуру, и всё это время он украдкой любовался её видом. Однако, то, что она начала делать дальше, заставило его ноги ослабнуть, ему казалось, что его конечности потеряли связь с его мозгом, и он едва не упал, когда Уэнсдей начала расстегивать платье. Медленно, но неотвратимо. Она скинула его, оставшись в тонком кружевном белье, конечно же чёрного цвета, на ней были лаконичные чулки с изящными подвязками на талии, её нижнее бельё выглядело красиво, но при этом оно не было нарочито соблазнительным, оно просто было удобно надето на неё. Тайлер понял, что несмотря на то, что Уэнсдей, судя по всему, хотела заняться с ним сексом сегодня вечером, она не ставила перед собой целью соблазнить его своим бельём. В этот момент казалось, что храбрость ненадолго покинула лицо Уэнс, она посмотрела на него сомневающимся взглядом и спросила: — Ты не хочешь раздеться? — Ты хочешь чтобы я разделся? — хрипло спросил Тайлер. — Хочу... Что ж, если девушка просит, почему бы не раздеться. Тайлер был рад, что привёл себя в порядок, прежде чем придти к ней. Поэтому с чистой совестью начал раздеваться, он остался в одних трусах, честно говоря, он был уже безумно возбуждён, и это возбуждение внушительно выдавалось вперёд, сильно натягивая ткань белья, ему было интересно, как она отреагирует на его размер, несколько больше среднего. Что же, Уэнсдей явно была удивлена, скорее даже, не удивлена, а ошарашена. Ему показалось, что на миг, она даже захотела отказаться от своей сумасбродной затеи. Но всё-таки, она смело подошла к нему ближе, и как почти четыре года назад, поднялась к нему на цыпочках. Уэнсдей, неловко встретившись с ним с взглядом, потянулась за поцелуем. Тайлер ждал её, он так сильно ждал её, он так долго ждал её. Он ответил ей со всей своей нежностью, накопленной за все эти четыре года. Тайлер постарался выразить в каждом своём прикосновении к ней то, что он чувствовал сейчас, спустя все это время. Он осознал, насколько она была ценна для него, насколько её внимание было важно для него, насколько ему её не хватало. Тайлер почувствовал, что из его глаз потекли горячие слёзы. Соприкоснувшись щека к щеке, почувствовав влагу, девушка открыла глаза и увидела, что Тайлер плачет. Уэнсдей снова почувствовала нерешительность. — Прости, я не думала, что это будет насилием. Девушка уже собиралась отвернуться от него, но Тайлер ей этого не позволил, он задержал её возле себя, мягко обхватив за тонкую спину. — Дело вовсе не в этом, я просто вспомнил, насколько ты была важна для меня. Уэнсдей дрогнула лицом, но расслабив брови, протянула нежную ладошку, она мягко стёрла его слёзы и снова привлекла его к себе, поцеловав ещё нежнее, чем прежде. — Что же, у нас есть, что обсудить, но сначала дело. — В чём же суть? Тайлеру, несмотря, на все чувства, что обуревали в этот момент, несмотря на всю страсть, что он испытывал, всё-таки ему было безумно любопытно. Почему им нужно было раздеться прямо сейчас, и целоваться, а перед этим тщательно вымыть руки. Что же, пожалуй, вопрос мытья рук больше не актуален, ясно, но вся ситуация всё больше и больше его удивляла. Уэнсдей отступила, мягко повела его за собой. Она села на большую кровать, ожидая, что он последует за ней. Однако, Тайлер сел на колени у её ног. — Что ты хочешь сделать? — Будешь так же дотошен, как прежде? — нахмурилась Уэнсдей. — Пожалуй, да... — выдохнул взволнованно Тайлер. — Что же, — начала девушка, немного растерянно рассматривая его, затем её лицо подернулось смущением. — Мне нужно, чтобы ты занялся со мной сексом, сегодня полнолуние, это важно. Конечно же, Тайлеру было приятно слышать то, что она хочет заняться с ним сексом, но парень знал, что это ещё не всё, ему было любопытно. Почему её выбор в эту ночь пал на него, это потому что она встретила его прошлой ночью? — И почему же со мной? Уэнсдей, впервые за всё их знакомство, покраснела по-настоящему, она ярко залилась краской, лицом и шеей сдавленно кашлянула, очевидно, собираясь с духом. — В жизни каждого медиума и ведьмы наступает этап, который они должны преодолеть вместе со своим половым партнёром, и иногда девственность только мешает. Интимная близость, запах первого любовного интереса меняет запах медиума, маскирует его для мира мертвых. На самом деле, я знала, что ты в этом городе. Я приехала сюда только из-за тебя, я посетила шабаш, чтобы решиться и принять наставление перед близостью. Я бы всё равно пришла к тебе. — Тебе нужно лишиться девственности? — голос Тайлера охрип от волнения, его сердце уже до этого билось, как сумасшедшее, и ему казалось, что сильнее биться сердце не может, однако, этот орган превзошел себя, и стучал так, что становилось больно. Внутренности скрутились в тугой узел, а член и чресла зазудели от напряжения. — Почему я? — В некоторых источниках то, что я испытываю, называется демисексуальностью. И это оказалось сложнее чем кажется. Я готовилась к этой встрече пару лет. Вот, наконец, поняла, что это неизбежно. — Демисексуальность? — от волнения у Тайлера закружилась голова. — Хорошо. Однако, я тоже девственник. Пойдет? Казалось, что Уэнсдей была очень удивлена. Однако, она попыталась это скрыть, но всё-таки то, как девушка многозначительно посмотрела на него, выдало, что она хотела бы, чтобы он объяснил это. — Считай, что я тоже демисексуален. — Инет говорила, что у тебя была девушка. — Однако, дальше второй базы мы не дошли, а потом расстались из-за моего наказания в лагере. А дальше, я стал демисексуален. Было видно что Уэнсдей это очень взволновало, и она не знала как реагировать, казалось, что она смутилась ещё больше, чем прежде. — Ладно, я не подумала. Извини? — Все в порядке, я ведь зациклился на тебе. Брови девушки дрогнули, как и уголки её губ, другой человек, скорее всего, не заметил бы, однако, Тайлер, конечно же, обратил внимание даже на едва очертившуюся ямочку на её щеке. Решившись, он всё-таки наклонился над нею, сидя на кровати, она всё также была совсем небольшой, а он стоя на коленях был всё так же высок, несколько погребя её под своей тенью. Ему казалось, что нежности в его теле и так слишком много по отношению к ней, но в этот миг его нежность словно пыталась вырваться на свободу, и то, что он сделал дальше, было лишь последствием этого прорыва дамбы в его теле. Тайлер по очереди начал целовать её руки, нежности её ладоней он прежде не замечал. Однако, сейчас это было очевидно как и то, что на её пальцах были мозоли от печатные машинки и виолончели, Тайлер решил, что не оставит их без внимания. Его лёгкие поцелуи вызывали мурашки по спине девушки. И это тоже не осталось без его внимания, ему понравились лёгкие выдохи которые она издавала. Он знал, что добиться от неё стонов будет непросто. Уэнсдей будет всячески сдерживать их в себе, но вместе с тем, он перешёл на мягкие поцелуи в её колени. Тайлер осторожно прикусывал кожу девушки, зализывая это место нежным прикосновением языка через ткань. Ему безумно нравилось то, как она ощущалась на вкус, и очень скоро ему стало мало. Снова спросив разрешения и получив внятный ответ, Тайлер начал стягивать с неё бельё. Он целовал её нежные ноги с каждым снятым сантиметром тонкой ткани. Ему безумно понравилась её реакция на прикосновение к пяточке, не сдержавшись, он чмокнул её туда и пощекотал. Уэнсдей нахмурилась, и казалось она что-то ему хотела сказать, но оборвала сама себя. Тайлер едва сдерживал себя, ему казалось что это безумный сон, что ему снится то, что такая желанная девушка в его объятиях, но он продолжал подниматься медленными мягкими поцелуями, чередуя их с поглаживанием языком, и мягкими покусываниями. Он осознанно пропустил её Венерин холмик, не хотел смущать раньше времени, ему хотелось прижаться лицом к её животику со вчерашнего вечера, Тайлеру безумно понравилось то, как он выглядел. Стройный и при этом с мягким пупком. Наконец-то, получив его в свою власть, он начал покусывать по кругу мягкость вокруг пупка, облизывая снова и снова, он чувствовал, что Уэнсдей становится всё более влажной. Запах её возбуждения настойчиво ёрзал в его носу, привлекая и маня его хайда. Однако, ему казалось что всё-таки ещё немного рано, наконец, оторвавшись от животика, Тайлер последовал к её нежным грудям, они были восхитительны, и её кожа на груди была чудесной, тонкой, нежной и упругой, яблочки её перси были идеального размера, будто созданы для его рук, ему безумно нравилось играть с тонкой кожей сосков, и, наконец-то, когда он начал их покусывать, девушка перестала сдерживаться. Уэнсдей начала тихо, но откровенно стонать. Наконец, её хладнокровие спало с нее, она запустила нежные ладони в его волосы, прижимая к себе его голову и позволив себе насладиться его прикосновениями. Но впереди было то, что Талер ждал больше всего на свете. Он снова хотел поцеловать её, и он это сделал. Плавно поднимаясь вдоль её тонкой шеи, чередуя полизывание и покусывание, Тайлер, наконец-то, смог приникнуть к её губам, он не мог оторвать взгляда от её глаз, наслаждался каждым изменением в выражении её лица. Он чувствовал, как с его члена начинает стекать предэякулят, но он не собирался ничего с этим делать. Ему нравилось то, как девушка отзывается на каждое его прикосновение, всё чего он хотел, это услышать как можно больше и увидеть как можно больше. Тайлер хотел, чтобы она стенала. Он хотел, чтобы не только он сгорал. Ему было все равно на свое удовольствие, в этот момент его удовольствие заключалось в том, чтобы видеть Уэнсдей такой раскованной. Наконец Тайлер спустился к её венериному холмику, все также трепетно целуя и поглаживая девушку по пути вниз. Хайду внутри него безумно нравился аромат девушки. Он хотел насладиться им. Это было довольно забавно, но Хайд хотел изваляться в этом запахе, как собака валяется в куче листьев. Каждый стон девушки вызывал у Хайда бурю разных эмоций, и они, наверное, едва ли, не впервые в жизни, перекликались с эмоциями Тайлера на все сто процентов. За время жизни в общине парень смог примириться с тем, что Хайд - всего лишь его Тёмная часть. И сейчас он был со своей тёмной частью полностью согласен. Раздвинув резко ноги девушки, слух Тайлера уловил невероятный звук. Прежде парень его слышал только в фильмах с высоким рейтингом по возрасту. Этот звук был восхитительным триггером, этот влажный звук вызвал тучу мурашек по его спине, густое мокрое хлюпанье издали её невероятно влажные половые губы, вульва девушки блестела от смазки, и Тайлер был рад быть причиной этого, он был в восторге. Парень прикоснулся губами к её клитору, а затем решившись лизнул. Уэнсдей тихо взвизгнула, впечатлённый этой реакцией, Тайлер сделал так ещё раз, огладив её промежность широким движением языка, он сам едва сдержал стон от вкуса Уэнсдей. Её вкус разбудил что-то дремавшее в нём прежде, что-то животное, что-то хайдовское, но прежде не пробужденное, и это что-то ему понравилось. Тайлер начала гладить её промежность пальцами, стараясь сконцентрироваться на входе в её нежное влагалище, следя за её чудесной реакцией за восхитительным откликом на её лице. Он впервые видел столько эмоций у Уэнсдей. Парень мягко и осторожно двинул пальцами внутрь девушки. Уэнсдей под ним начала бесноваться, перестав сдерживать себя совершенно, и он добавил ещё один палец с легкой интенсивностью потрахивая её. Второй рукой он решил сосредоточиться на клиторе, Тайлер знал что если войдёт в неё в таком состоянии, как он был сейчас, он не сможет продлить своё движение в ней долго, а потому было лучше, если Уэнсдей получит оргазм до проникновения, раз уж ей так оно было нужно. Движение его пальцев в её вагине были ритмичными, нежными и неизбежными, такими же неизбежными как и его третья встреча с ней. Ему нравилось то насколько мокрой она стала, её вагина хлюпала и дразнила его и хайда своим запахом, под ней уже расплывалось пятно, простынь было мокрой. Наконец, Тайлер начал ощущать, как девушка стала всё сильнее сжиматься вокруг его пальцев, а потому он решительно вставил третий. Уэнсдей громко простонала, её движения стали еще более хаотичными и беспорядочными, она пыталась прижаться к его рукам сильнее, и, наконец, она ярко вскрикнула с его именем на губах: — Тайлер! Тайлер едва не кончил. Этот стон с его именем привел его в восхитительный торжественный восторг, благоговение. Но, очевидно, им нужно привести её дело в исполнении побыстрее, иначе, он долго не продержится. Кто знает, сколько раз в планах Уэнсдей заниматься с ним любовью. Он надеялся этим одним разом показать ей, что секс с ним — это именно занятия любовью, а не её бездушное желание лишиться девственности. И вульва, и вагина девушки сильно подрагивали, но Тайлер продолжал нежно поглаживать её изнутри. Наконец, Уэнс сдалась. Она тихо начала отползать дальше по кровати, аккуратно разместившись посередине, девушка встретилась с ним своим затуманенным от похоти и страсти взглядом. — Тайлер, иди ко мне... — её голос был сиплым после оргазма, и это была лучшая вариация её голоса, что он слышал, табун мурашек снова проскакал по спине парня. Тайлер не спешил, он аккуратно навис над ней, целуя её ноги прежде чем развести их в стороны и дать для себя место. Мягко и нежно опустился на неё поглаживая её перси, и перед прикосновением, он решительно начал целовать её лицо, отвлекая перед дальнейшим, и от своих действий. Тайлер завладел её податливым ртом, наслаждаясь каждым миллиметром. Он целовал, касался кончиком языка, немного прикусывал её губы, и с гордостью слышал её тонкие нежные вздохи. Наконец, он почувствовал, как она поддалась бёдрами вперёд к нему поближе. Уэнсдей явно ощущала влажный след на бедре, что оставлял его член. Решившись, он двинулся вперёд, неизбежно, неотвратимо, точно так же как их первая встреча. Тайлер твёрдо двинулся внутри её тела. Он почувствовал, что она была невероятно узкой и даже немного не хотела поддаваться ему. — Сильнее, Тайлер, — болезненно прошептала Уэнсдей. — Мне нужна кровь, это важно. Парень так опешил, что на мгновение ослабилось его возбуждение. Но в следующий миг, он вошёл одним длинным движением резко и внушительно растягивая её. Тайлер был крупным, а девушка внутри была так же мала, как снаружи, и то, что она хотела, кровь, таки выступила из неё, хайд заревел от восторга, это то, что он жаждал с первой их встречи, вымазаться в её крови, читай девственной крови предпочтительней, и Тайлер не смог сдержать его радости. Торжество на лица парня проявило себя во всей красе. Его глаза потемнели, а выражение лица стало таким же, как в клинике, когда девушка приходила к нему. Уэнсдей встретилась с ним взглядом. В уголках её красивых глаз блестели слезы, естественная реакция на резкую боль. — Хайду тоже нравится? — сиплый тихий голос. — Прости, — прохрипел Тайлер. — Прости, он в восторге. Хайд внутри меня тоже словил фиксацию на тебе. — О, я поняла это сразу, Тайлер, еще несколько лет назад. Я не против, если ты ВЕСЬ торжествуешь. Уэнсдей сдела акцент на слове, а Хайд Тайлер, находящийся в ней и над ней, улыбнулся той самой темной улыбкой. Не отрывая взгляда от его потемневших глаз, она слабо двинула бёдрами ему навстречу. Ей очень понравилось чувство заполненности, несмотря на болезненное напряжение. Пожалуй, болезненность проникновения привела её в восторг. И она порадовалась, что решилась на секс с Тайлером. Тайлер наконец-то начал двигаться сильнее, её реакция на него всего была бурно встречена его темной частью души, хоть сначала его толчки были осторожными, но чем больше эмоций появлялась на лице Уэнсдей тем сильнее он двигался, что заставляло Хайда довольно поскуливать внутри. Наконец, он вовсе перестал сдерживаться, что привело в восторг и Тайлера, и Хайда, и Уэнсдей. Стоны девушки раздавались всё громче, радовали его слух, радовали его Хайда. Но в конце концов это был первый раз, и Тайлер не смог продержаться долго, он кончил с громким стоном внутри её прекрасного тела. И только, восстановив дыхание, он понял, что они не предохранялись. — Уэнсдей, прости... мы ведь… Девушка посмотрела на него слезящимися глазами, устало и по-настоящему улыбнулась правым уголком губ, обозначив ямочку на нежной щеке. — Все в порядке, я пила таблетки, я же сказала, что готовилась к встрече с тобой. Тайлер нежно поцеловал её снова перед тем как выйти из неё. Но она отреагировала неожиданным образом, девушка сжала его плечи и шею руками, не давая ему отстраниться. Она тянула его на себя всё больше и больше, и, подчиняясь ей, Тайлер полностью лёг на девушку. Он почувствовал, как она тихо вздохнула и расслабилась, Тайлер знал, что она улыбается, и не хочет показать ему эту улыбку. Парень улыбался, уткнувшись носом в её висок. Ему нравилось лежать на ней сверху, придавливая своим телом, нравилось каждое движение ощущаемое его кожей. Ему нравилось чувствовать её мягкую грудь, сдавленную его грудью. И он понял, что в Уэнсдей пришла его погубить. Это месть. И, наконец, Уэнсдей его отпустила. Тайлер аккуратно вышел из неё, почувствовав, как его сперма и её выделения с остатками кровянистых прожилок вытекли из неё, стало просто очевидно, ей нужно было именно вот это на белой простыне, потому что, Тайлер был уверен, Уэнс спит на черных. Он прилёг на бок рядом с ней посмотрел ей в глаза. Как же они были красивы. — Ты пришла меня погубить? Это твоя Месть? — Кажется, это ты пытался меня погубить? Несколько раз? — Ты же знаешь, что я не смогу жить без тебя после этого? — Как-то же ты прежде справлялся? — Её голос был все так же холоден, но скулы окрасились легкой краской. — Прежде было существование. Ты дала мне глоток жизни, что будет дальше? Я не смогу вернуться к существованию. Ты пришла меня погубить. Советую закончить начатое, иначе, я поеду за тобой куда угодно, как верный пес. — А я думала в общине был психолог, — девушка повернулась к нему лицом и всем телом. — Был, — Тайлер подтвердил свою догадку, что она отчасти интересовалась его жизнью. — Но даже он понял что без тебя моя жизнь потеряла смысл. — Удивительно, — девушка чуть двинула бровями, не меняясь в лице. — Это правда, не думай, что я до конца осознавал всё, что сделал… это сложно объяснить… Тайлер хотел объяснить, но не знал, даст ли она ему на это время, позволит ли вообще. — Хорошо. Поговорим об этом завтра? Уэнсдей явно была смущена. На её скулах вновь вспыхнул румянец, и она, решительно подобрав свои волосы на подушку вверх, отвернулась к нему спиной. Однако, она не прогнала его, даже наротив приблизилась к нему вплотную, прижавшись спиной и ягодицами. Тайлер обхватил её, обнял осторожно и бережно, погладив мягкую кожу вокруг пупка, нежно нарисовал кончикам пальцев цветы на её талии, ещё секунду он наслаждался гладкой кожей бедер, а затем, прижав ладонь к её сердцу, придвинулся так близко насколько это было возможно. — Эй, я в восторге, как и Хайд внутри меня, но ты не хочешь в душ? — тихо спросил Тайлер. — Прости, если тебе неприятно. Но нам нужно побыть так некоторое время. Твой запах должен тщательно замаскировать мой. Голос Уэнсдей был смущенный, но тело расслабилось, откинувшись на грудь Тайлера. Парень почувствовал себя таким счастливым, что понял, никогда в жизни он счастлив не был. Даже Хайд довольно поскуливал внутри, выдавая какие-то низменные собственнические эмоции. Что-то вроде «отмечу свою самочку, чтобы все знали, что она моя». Никогда прежде Тайлер не чувствовал подобного от монстра внутри, тот расслабился полностью, словно развалившись вместе с ним вдоль Уэнсдей. Но Тайлер сейчас совсем не был против этого умиротворения. Экстаз, который они оба получили, позволил им заснуть. И это был первый сон Тайлера за четыре года без кошмаров.