Глава 5.

Ранним утром Тайлер проснулся от того, что Уэнсдей рассматривала его. Он тепло улыбнулся её сонному лицу. Их ноги снова были спутаны, и она лежала на спине настолько, насколько это было возможно. Сорочка девушки сбилась на груди, и правая перси заманчиво выглядывала, напрягшимся соском манила к себе. Тайлер ощутил сильное желание начать его посасывать. Но сперва нежно поцеловал девушку. Он надеялся, что Уэнсдей ответит ему, и, к счастью, она подалась навстречу. Их поцелуй был таким же трепетным и нежным, как в оба первых раза. Это заставило Хайда и самого Тайлера счастливо замурлыкать... Неужели хайды каким-то образом относились к кошачьим? Нет, он не будет об этом никому рассказывать. Никогда... Солоноватый влажный запах осел на его языке и в носу. Ему, действительно, очень нравился аромат возбуждения Уэнсдей. Из всего многообразия запахов в мире Тайлер понял, что её ароматы — любимые для него. Он расплёл ноги и подался вперёд над ней, укрывая своим телом. Ему нравилось следить за её реакциями — это было так приятно: то, как дрожало, подрагивало нежное возбуждённое тело. Особенно приятно было наблюдать за её лицом — ведь она удивлялась каждой своей реакции. Прикосновения к шее и спине заставляли её вздрагивать всем существом. Когда он аккуратно потянул за подол сорочки, обозначая свои желания одним широким жестом, девушка судорожно вздохнула. Приободрившись, Тайлер начал кончиками пальцев поглаживать её упругие ягодицы в вырезе трусиков. Тайлер не был профи, но, кажется, это назывались трусики-танго. Ему стало интересно, как на ней выглядят остальные. Если их отношения продолжатся, Тайлер может закупиться в магазине нижнего белья? Эта мысль заставила Хайда хихикать. Последние несколько дней он вообще вёл себя очень странно — как влюблённый подросток. Тайлер не шёл на поводу у своего желания войти немедленно, он лишь аккуратно обозначал прикосновения, тщательно нюхая воздух, наблюдая за её реакциями. Уэнсдей была обворожительно красива. Волосы рассыпались по подушке, губы припухли, а грудь тяжело вздымалась. Вырез на сорочке натянулся, и грудь обнажилась полностью. Она словно выпрыгнула под его взглядом. Как же была красива эта часть её тела — такая полная, но при этом небольшого размера, с некрупными нежными сосками. Сейчас они съёжились от его взгляда и от прикосновений. Это заставило Тайлера желать захватить и поглотить её — и в этот раз он всё-таки не сдержался. Опершись на один локоть, он чуть соскользнул с девушки, давая ей больше воздуха, и вместе с тем забирая его прикосновением своих губ к груди. Покатывая сосок во рту, нажимая на него зубами до сладостной дрожи девушки, Тайлер надеялся вызвать в ней больше эмоций — и он их добился. Уэнсдей протяжно застонала. Она старалась делать это тихо, однако не сдержалась, когда он прикоснулся к её промежности в белье одновременно с прикусыванием бусинки соска. Тайлер, вызывая новый стон, уже обводил указательным пальцем вход в её влагалище — оно было скользким, таким манящим, приятным на ощупь, что это заставляло забывать о своих желаниях. Он всегда разрывался от своей двойственности, однако сейчас эта двойственность превратилась в куда большее количество ощущений: ему хотелось одновременно остаться в том же положении, что был сейчас, Хайд хотел, как собака, искупаться в её влаге и тоже не знал, каким именно способом это сделать — вылизать её или насадить на член, Джекилл был с ним согласен и одновременно хотел целовать её в губы, целовать соски, целовать промежность, целовать колени. Как жаль, что он не может разделиться, несмотря на то что буквально имел вторую сущность. Поэтому всё, что сделал Тайлер, — продолжил целовать её грудь и губы, лаская лишь одной фалангой пальца вход девушки. Когда влаги собралось достаточно, он собрал её и перенёс на клитор, осторожно массируя его круговыми движениями. Признаться, Тайлер не был фанатом порно и фильмов для взрослых; скорее, всю свою сознательную жизнь он фанател от супергероики. Честно говоря, он даже мастурбировал достаточно редко. И если до знакомства с Уэнсдей он мастурбировал на каких-то порноактрис, то после — только на неё. У него было пара любимых приключенческих романов с некоторой долей эротизма в них и несколько любимых сериалов, типа «Чужестранки», где он мог уловить смысл правильного сексуального внимания партнёру. Однако сейчас, к счастью, и в нём, и в Хайде наблюдалось очень сильное страстное желание сделать сначала приятное ей. Даже лучше, Тайлер плавился от желания угодить, сгорал от её удовольствия. Каждый раз, видя, как её подталкивает к оргазму, он чувствовал, как его чресла содрогаются в желании эякулировать, и предэякулят неизменно стекал с кончика его члена, сейчас оставаясь на тонких хлопковых брюках, пропитывая их. Он ужасно хотел оказаться внутри девушки, но задал себе цель — сначала посмотреть, какой она будет во время экстаза. Его поцелуи и требовательные прикосновения сделали своё дело. Наконец она задышала так восхитительно, что внутри него стала сжиматься пружина; ему казалось, что он может кончить от этого свистящего воздуха — страстного желания вздохнуть у девушки. Он начал ощущать, что ей приятнее, и она больше реагирует, если он прикасается к правой стороне её клитора в одном конкретном месте. Он постарался сделать прикосновения там более плавными — и наконец был вознаграждён. Девушка выгнулась дугой, тихо вскрикнув. О, как она была восхитительна. Тайлер наблюдал за выражением лица Уэнсдей, не отрываясь. Он пытался запомнить каждое движение её мышц, повторять их в своей памяти, выжечь на своей сетчатке. Уэнсдей открыла глаза и, посмотрев ему в лицо, уловила всю его страсть и желание к ней. Ненадолго это её ослепило, и она почувствовала всю тщетность их бытия и пустоту своей обиды на него. В конце концов, она могла прийти раньше. И всё-таки эти три года пошли им обоим на пользу. Уэнсдей сильно изменили Агнес, Энид и Бьянка. Девушки не поменяли её полностью, лишь научили, как показывать свою любовь и привязанность. Она была им за это благодарна. В конце концов, эти чувства не оказались ей чужды, и она поняла, как сильно хотела Тайлера. Девушка протянула руки к нему, желая, чтобы он оказался к ней как можно ближе, зарываясь пальцами в его мягкие золотистые кудри. – Тайлер, иди ко мне. Его не нужно было просить дважды. Он вопросительно взглянул на неё, прежде чем стянуть с неё трусики, в ответ девушка приподнялась над кроватью и потянула вверх сорочку. Она бросила её в сторону и решительно схватила футболку Тайлера. Они оба жаждали прижаться друг к другу обнажёнными телами, насладиться этими гладкими прикосновениями кожи. Когда Тайлер оголил член, девушка не могла остаться равнодушной: на самом деле ей, действительно, очень нравилось, как он выглядит, поэтому она прикоснулась кончиками пальцев к головке, которая была невероятно влажной. Уэнсдей понимала, что то, насколько он её хочет, было очевидно. Стало интересно, было ли так всегда. – Всегда ли было так? – Всегда, — просто ответил Тайлер. — Мне казалось, что это очевидно: то, насколько я тебя хочу, разве не так? – Ты прав, было слишком очевидно… Наверное, впервые, когда ты обнимал меня в лесу. Тайлер склонился над девушкой, вспоминая греховность тех объятий. Признаться, он часто мастурбировал, вспоминая этот опыт. – О, ты даже не представляешь, — хрипло прошептал Тайлер, оглаживая головкой члена уже невероятно мокрую вульву, она хлюпала от его прикосновений. — Как часто я мастурбировал, вспоминая твоё тело в своих руках. Это слишком… Тайлер подался вперёд, чувствуя, как девушка туго, но охотно принимает его в себе, горячо и плотно обхватывая, вместе с тяжёлым, глубоким вздохом. Войдя в неё до конца, Тайлер не смог справиться с наслаждением и запрокинул голову, не контролируя слюну, стекавшую с его рта по щеке. Он подался назад, наконец встречаясь взглядом с девушкой. Откровение в его позе и наслаждении, его тёмный тяжёлый взгляд одновременно напугали Уэнсдей и ужасно возбудили, заставив сжаться. Тайлер это почувствовал и хищно усмехнулся. Влаги стало ещё больше. И они оба даже не знали, что такое бывает. Вагина девушки хлюпала от каждого его движения, а Уэнсдей перестала контролировать себя. Скорее, она отдалась ему полностью, расслабившись и раскинув ноги как можно шире. Тайлер почувствовал, насколько она доверилась ему сейчас, и не только в этом моменте. Движения парня стали сильнее, но размереннее и глубже. Казалось, что он хочет забиться в неё настолько, насколько она позволит. И она это позволяла. Девушка тихо стонала, в безумии исступлённо двигала телом, конечностями и головой в надежде выразить восторг, переполнявший её. Наконец, Тайлер осознал, что ей нужно, и сквозь пелену от собственного удовольствия потянулся к её мокрому клитору. Жарко огладил натянувшиеся вокруг его члена половые губы Уэнсдей. Этот восхитительный вид привёл его в торжественный восторг и заставил громко застонать. Он ещё несколько раз огладил девушку, наслаждаясь, как ощущаются его пальцы на собственном члене сквозь её натянутую кожу. Его стоны вибрировали в груди Уэнсдей, и она уже не понимала, где заканчивается он и где начинается она. Тайлер так чудесно растягивал её, наполнял до глубины души, что она не могла справиться с лавиной этих чувств. И наконец, когда он коснулся её клитора справа, Уэнсдей взорвалась. Этот экстаз не был похож на предыдущие. Он был всепоглощающим настолько, что девушка отключилась. Тайлер продолжал двигать пальцами, разглядывая лицо девушки, и в какой-то момент понял, что она слишком расслабилась. Он напрягся, но не покинул её тело, облокотившись локтями по обе стороны от её плеч. Тайлер разглядывал её лицо. – Уэнсдей…— тихо прошептал он. «Наша куколка отключилась… мы её так оттрахали, что она отключилась от восторга, — заключил Хайд; он был немного ошарашен, но торжество и владение ситуацией не покидали его. — Вот это мы даем!». Тайлер в который раз пожалел, что не мог дать ему оплеуху. Наконец, лицо Уэнсдей дрогнуло, она начала приходить в себя, зашевелилась и, почувствовав Тайлера внутри, ахнула, сжимая его мышцами тазового дна. – Тайлер… — тихо вздохнула она. – Как ты? — всё ещё переживал он. — Я читал об этом… это le petit mort. – Черт, что это за книга такая? — ухмыльнулась девушка, поддаваясь бёдрами Тайлеру навстречу. – Ну, такая, немного эротичная… — замялся он. Тайлер чувствовал ужасное возбуждение, всё ещё захваченный восхищением от того, что Уэнсдей кончила таким образом. Испытывая вожделение, он поддался ей навстречу, ласково целуя членом её глубины. Девушка протяжно вздохнула. Она снова обретала это безумное восхитительное томление внутри живота, в своей голове. Жажду Тайлера, желание увидеть, как исказится его лицо в экстазе. – Тайлер, пожалуйста, быстрее, — прошептала хрипло она, не сводя с него взора чёрных глаз. Тайлер поддался, охотно отпуская и себя, и Хайда внутри. Они оба хотели биться в неё. Он изменил угол, с которым проникал в девушку, стараясь двигаться так, чтобы его лобковая кость ударяла по припухшему клитору девушки. Он ощутил, что Уэнсдей вновь сжимает его внутри, и просунул руку между ними, просто положив кончики пальцев на капюшон клитора, стимулируя ударами своего тела. Девушка задышала чаще и наконец кончила вновь — уже не так ярко, как прежде, но сильно и бурно. Тайлер расслабился вслед за ней. Он не хотел покидать её тело, нависал над, изучая её лицо. То, как она выглядела, было преступлением. Наконец они пошевелились. Уэнсдей обнимала Тайлера за плечи, но твёрдо сказала: – Разве тебе не пора идти на работу? Тайлер нехотя отстранился. Сел на пятки, наблюдая, как сперма и смазка стекают из мокрого влагалища Уэнсдей. Это снова начало заводить его. Но твёрдый взгляд девушки не оставлял ему шансов задержаться. Он наклонился и ещё несколько раз поцеловал девушку. И всё-таки пошёл вниз, собирая домашнюю одежду, сорванную в порыве страсти. Внизу у дивана он остановился, сложив пижаму на столике рядом. Он застёгивал пуговицы вчерашней рубашки, когда Уэнсдей обняла его со спины. Её чуть тёплое прикосновение заставило его тело покрыться множеством мурашек. – Если мы хотим быть вместе, у нас много что стоит обсудить. Но ты похож на того Тайлера, которого я когда-то знала. – Я никогда не переставал им быть, — Тайлер обернулся к ней, привлекая в объятия, нежно целуя в висок. — Но я сделаю всё, чтобы вернуть твоё доверие. – Хорошо, — взгляд Уэнсдей был строгим. — Ты заканчиваешь сегодня в шесть? – Да, ты говорила, что хочешь сходить к местным ведьмам. – Да, я познакомлю тебя с ними. Тайлер ещё раз крепко поцеловал Уэнсдей в губы и, взяв сумку, вышел за дверь. Девушка прикоснулась к своим губам и низу живота. Она помнила, что было в видениях, но в реальности всё ощущалось иначе. И она была удивлена, насколько восхитительно было это «иначе».

***

На работе Тайлер был гораздо более доволен собой, чем обычно. Что не укрылось от внимательного взгляда местной свахи. Лотти словила его взгляд и спросила насчёт свидания. – Да, сегодня. – О, милый, ты выглядишь не как человек, который только пойдёт на свидание, — заливисто засмеялась Шарлотта. — Ты выглядишь, как человек, который провёл чудесную ночь. – Скорее утро. – Оо, — подняла большие пальцы вверх женщина, потом внезапно напряглась и грозно спросила: — Я надеюсь, что со вчерашней девушкой? — Да, конечно, Лотти, — Тайлер почувствовал, как покраснел. Ему было странно, что кто-то может ассоциировать его с другой, потому что он сам совершенно не мог себя представить с кем-то так же, как с Уэнсдей. Слышать подобное было чуждо. Хайд недовольно заворчал. – Она сегодня придёт? Придумал, чем займётесь? – Я хочу сделать вечер кино, когда-то у нас было подобное свидание. Ей вроде как понравилось. Хотел сводить на пикник, но не успеваю по времени, — размышлял Тайлер, очищая рабочее место. — Ты знаешь, я делаю джерки из зайчатины на кухне. Замечательно , что ты купила эту машину. – Ого, — присвистнула Лотти. — Это здорово. Отложишь мне? Интересно, что получится. Эти леса полны дичи, можно сделать джерки из кого-нибудь ещё. Хайд внутри него захихикал, подкидывая идею про местных пьяниц. Но Тайлер мысленно его заткнул, намекая, что они были не так уж и плохи. Его субличность последнее время удивляла его всё больше. Он и раньше часто вставлял свои ехидные ремарки о чём-либо, особенно о косяках Тайлера. Но теперь, с появлением Уэнсдей, этот парень стал невыносим. Словно ехидный младший брат, вступивший в пору полового созревания. Ужаснее то, что это тоже был Тайлер. Часть его, которая всегда была подавлена. Поэтому понимание, что это его мысли, сводило Джекилла с ума.

***

Вечерело, Тайлер складывал пакет для вечера на кухне. Ему понравились джерки, что он сделал. Лотти и их повар Том поддержали идею о том, что это классная альтернатива попкорну, учитывая кровожадный вкус девушки. Как только он озвучил, что Уэнсдей из тех, кто ест стейк с кровью, Том одобрительно загудел и помог сделать джерки с очень острой приправой, сказав, что это напомнило ему его родные билтонги. Внезапно он услышал, как за прилавком засуетилась Шарлотта. Она заливисто засмеялась: – Тай! Тайлер знал, что это Уэнсдей. Но был очень удивлён, когда вышел вместе с пакетом. Уэнсдей выглядела так ностальгично, словно находилась на своём месте. Она чинила их кофе-машину. Это развеселило его. «Эта цыпочка настолько горячая, что кофе-машины ломаются. Совпадение — не думаю…» Хайд вёл себя как обычно, и Тай не смог сдержать его веселья. — Мне начинает казаться, что ты создаёшь помехи для кофе-машины, — улыбаясь, сказал Тайлер. Когда она, обернувшись, посмотрела на него, его челюсть могла бы отвалиться. Она выглядела сногсшибательно. Приталенное платье с открытыми плечами и длинными рукавами, ажурные кружевные лямки и гипюровая нижняя юбка в вырезе подола платья. Её волосы были собраны в низкий пучок, а макияж был удивительно ярким, хоть и имел монохром. Тайлер застыл, а Хайд отразил весь его восторг, словно раскачивая хвостом, которого у него не было. Боже мой, неужели хайды — это кошачьи… – Боже мой, ты выглядишь… – Как? - хмыкнула Уэнсдей. — Как объект сексуализации? – Восхитительно… Они повторялись, и по прищуренным глазам девушки он это понял, что она специально. Однако, Тайлер не мог не смотреть на неё. Эта девушка станет причиной его сердечного приступа. Лотти откровенно веселилась, разглядывая их. Тайлер заметил это краем глаза. И он ожидал, что Том с его парнем Тимом явно будут подшучивать над ним завтра. – Ты закончил? — осведомилась Уэнсдей, окидывая его взглядом. – Да. Куда мы сначала? – Нам следует зайти к тебе или ко мне, раз у тебя в руках пакет, — сказала Уэнсдей смущённо. — Сначала дело, о котором я говорила. Тайлер почувствовал себя телёнком, когда пошёл за девушкой, не отрывая взгляда от её извилистого тела. Он сдержанно попрощался с начальницей, понимая, что завтра не только Том с Шарлоттой будут подшучивать над ним. Он уверен, что даже сын Лотти заглянет к ним, чтобы поострить. Они зашли в квартиру Тайлера по дороге. В обеденный перерыв он успел немного подготовить жильё. Но правда в том, что жизнь Тайлера была весьма аморфной. И он жил довольно аскетично. Судя по всему, до Уэнсдей. Потому что едва она появилась, ему срочно понадобились всякие мелкие приспособления для удобства. Это хорошо, что у него появились приятели на работе, и он смог кое-что одолжить у Тома с Тимом. Его жильё было скромнее домика Уэнсдей, но по крайней мере довольно современное и чистое. Кухня-гостиная и спальня. Тайлер разгрузил пакет и вернулся к стоящей в дверях девушке. Она удивила его тем, что потянулась за поцелуем. Осторожным, бережным, чувственным и сладким прикосновением губ друг к другу. – Мы не идём к ведьмам? — тяжело дыша, спросил Тайлер. – Да, идём, — резко переключилась Уэнсдей. Она направилась вниз стремительно, будто жадных поцелуев только что не было. Он знал, что это потому, что он её оттолкнул, но также знал, что нужно нагнать её. Тайлер взял её за руку, догнав уже на улице. – Нам нужна машина, Уэнсдей? — спросил он, внимательно разглядывая девушку; он старался выразить всю свою увлечённость ею в этом взгляде. Казалось, что она чуть смягчилась. – Да, нам нужно на север города. Тайлер совсем недавно купил старенький, но очень хороший пикап 00-х, похожий на его прошлую машину, но новее. Уэнсдей приподняла брови, увидев чёрный автомобиль. — Да ладно, я уверен, что Вещь уже всё растрепал. – И вовсе не всё, — строго сказала Уэнсдей, садясь на пассажирское сиденье. Платье девушки распахнулось, демонстрируя изящное бедро и колено, укрытое кружевом нижней юбки. Тайлер честно старался не пялиться, но в конечном итоге сдался. – Прости, если я буду смотреть на тебя. Я не специально… вернее, специально, но просто ты слишком красивая, я не могу отвести глаз. Он видел, как дрогнуло её лицо, и едва не улыбнулись вишнёвые губы. Уэнсдей явно была довольна произведённым впечатлением. Хайд засмеялся, и Тайлер затрясся, пытаясь сдержать его. – Боже, детка, ты режешь нас без ножа, — характерные шипящие в тоне Тайлера сразу обратили внимание Уэнсдей на него. — Привет, куколка, выглядишь роскошно. Ещё 10 минут, и мы испачкаем брюки… – Ты всегда на связи? — заинтересованно поинтересовалась девушка, разглядывая профиль парня и ловя его потемневший взгляд. – Конечно, куколка, я не отдельная личность, не монстр, я всего лишь часть Тайлера, немного более прямолинейная. А вообще-то знаешь, я его лучшая ча… — выражение лица Тайлера снова поменялось. — Прости, он бывает таким надоедливым, прямо как… – Прямо как младший брат, — хмыкнула Уэнсдей. – Да, ты абсолютно права, надоедливый младший братик. Оставшуюся дорогу Тайлер и Уэнсдей поглядывали друг на друга, и атмосфера вокруг девушки говорила парню, что она довольно улыбается, периодически поглядывая на его несколько натянутую ткань брюк в паху. Очевидно, Хайд сделал это специально, чтобы спровоцировать девушку. И удивительно, но Уэнсдей повелась; это заставляло и Хайда, и Джекилла довольно посмеиваться. Под руководством Уэнсдей они выехали на милую улочку с красивыми одинаковыми бело-голубыми домами. Уэнсдей направила машину к крайнему из них, у раскидистого гигантского тополя, на котором была навешана качеля. Участок был засажен разнотравьем, в основном всё то, что можно использовать на кухне, а ближе к крыльцу растянулась огромная клумба фиалок. Их цвет и сорт напомнили Тайлеру кое-кого, и, ловя запах цветов, посаженных здесь, он уже убедился в предположении окончательно. В конце концов, здесь в лесах по ночам ходят ведьмы, а он — хайд. Конечно, кто-то должен за ним присматривать. Им открыла девушка, которую он видел в лесу, младшая из ведьм, и, как Тайлер и думал, несмотря на возраст, едва ли старше их, она была матерью. Кудрявая головка ребёнка сонно прильнула к груди молодой женщины. – Ого, — сказала она. — Мама сказала, что вы задержитесь. Привет, Тайлер, мы не знакомы, но я про тебя много слышала. Здравствуй, Уэнсдей. Очень приятно познакомиться. Я Алексис. – Здравствуй, Алексис, — поприветствовала её Уэнсдей. Очевидно, они были знакомы. — Привет, — откликнулся Тайлер. Теперь ему стало любопытнее, что же местные ведьмы могут ему рассказать. Алексис посторонилась и повела их в просторную уютную гостиную. Там уже сидела Лотти. Она встала, улыбаясь. – Вы быстро, думала, что вы через час приедете. Уж слишком Тайлер был доволен, а Уэнсдей обворожительна. – Тайлер любит разбираться сначала с делами, — ответила Уэнсдей, подпустив смешинку в голос. Алексис оставила их втроём, унося наверх спящего ребёнка. Лотти разглядывала Тайлера. – Ты не удивлён. – Фиалки. – О, ты прав, черт возьми! — захохотала Шарлотта, поясняя Уэнсдей: — Я приносила свои фиалки для засахаривания, что иногда делает Тайлер. Да и вообще, многие травы здесь идут на кухню Тайлеру и Тому. – Ясно, — вскинула брови Уэнсдей. – Ты прости, нам нельзя было оставить хайда без внимания. Какая удача, что ты пришёл устраиваться именно в наше кафе. – Я понимаю, — коротко ответил Тайлер; он правда не держал зла. Логично, что здешняя община изгоев будет приглядывать за ним. — Уэнсдей сказала, что вы кое-что знаете о хайдах. Расскажите? Лотти изучала выражение его лица некоторое время, потом посмотрела на Уэнсдей, прикидывая, что успела сказать ему девушка. – Тайлер, ты должен понимать, что наша община живёт здесь веками. И столько же примерно времени ведьмы нашей общины заключают контракт с фамильярами. Это не совсем то, что распространено в культуре нормисов, но отдаленно напоминает. Фамильяром ведьмы может стать изгой с двойственной сущностью. Я говорила тебе, что мой муж погиб. Алексис и Стивен рождены от моего фамильяра-оборотня. Они оба являются ведьмами. Правда, Стивен скорее простой медиум. Роберт был альфой. Ему было довольно сложно себя контролировать, поэтому мы заключили контракт. Он влияет на изгоя, стабилизируя его между двумя потенциалами. – То есть я могу быть фамильяром ведьмы? Уэнсдей? Она стала ведьмой? Это не то же самое, что рабство у хозяина? Лотти терпеливо смотрела на него, Уэнсдей же подалась вперёд к нему и погладила его по руке. Эта удивительная тактильность девушки заставила его быть сдержаннее. – Тайлер, у нас есть основания полагать, что хайды были изгоями, сильно связанными с защитой слабых. Ты знаешь, что ведьмы и медиумы во время ритуалов очень уязвимы. В нашей общине есть чрезвычайно древние записи о том, что хайды становились их спутниками и фамильярами, чтобы помогать и усиливать их магию. Это звучит очень логично. Просто кто-то воспользовался этим древним ритуалом когда-то и тщательно его извратил, пробуждая хайда извращённым способом. Так это или нет — не знаю точно. Могу позже дать вам доступ к этим тетрадям. Но контракт фамильяра с ведьмой может тебе помочь. Тайлер, ты увядаешь. Возможно, ты ещё не совсем это чувствуешь, но я, та, кто связана с землёй, ощущаю, что тебе к ней близко. Ты нравишься мне, парень. — Шарлотта тепло улыбалась ему. — А раз уж вы с Уэнсдей вместе, она новообращённая ведьма, почему бы тебе не стать её фамильяром. Они живы, пока жива ведьма, стабильны, пока стабильна ведьма. Но суть магии такова, что их отношения постоянно в равновесии. — Если фамильяры живут, пока жива ведьма, то почему ваш муж погиб? — задала излишне прямолинейный вопрос Уэнсдей. Лицо Лотти подёрнулось мукой. Ей явно было очень больно вспоминать. Она вздохнула. – Я сказала, что фамильяр защищён, пока цела ведьма, но есть удивительная банальность. Мой муж погиб в авиакатастрофе. Самолёт взорвался в воздухе. Возможно, если бы он просто упал, то у Роберта был бы шанс. Но такая банальность сильнее магических контрактов. Я почувствовала это сразу. Связь оборвалась так резко и больно, что я приходила в себя около года. Но будь уверен, Тайлер, ты не погибнешь просто потому, что хайды безумны и не могут жить без хозяина. Тайлер задумался, вспоминая, что отец мистера Олсена прожил долгую жизнь вместе с его матерью-медиумом. И скончались они в один день. Это действительно имело смысл. — Я нашла то, что искала в мире мёртвых, — ввернула Уэнсдей, чувствуя его раздумья. — Меня не будет пару недель. Ты можешь за это время всё обдумать. — А ты сама? — внимательно посмотрел на неё парень. — Готова связать свою жизнь со мной? — Тайлер, — твёрдо сказала Уэнсдей, смотря непрерывно ему в глаза. — Если бы не была, меня бы здесь не было. — Хорошо, — усмехнулся Тайлер. — Мне не нужно две недели. У меня уже было три года. Что нужно для этого контракта, Лотти? Шарлотта сияла, как начищенная медная кастрюлька. Он и забыл, что она самая большая сваха за несколько миль вокруг. Но Тайлер действительно был готов. Хайд был в восторге. — Уэнсдей всё знает, — с удовольствием в голосе сказала Лотти. — Мы объяснили ей после обращения. — Это то, что было в лесу в полнолуние? — застеснялся Тайлер. — Да, — хихикнула довольная Лотти, а Уэнсдей смущённо отвела взгляд. — Будущая ведьма выбирает себе партнёра для того, чтобы он лишил её невинности, мы проводим ритуал, и она идёт к нему. Если нужно — соблазняет, подливает зелье. Иногда, как в вашем случае, этот партнёр может стать фамильяром. Судя по тому, что написано в тетрадях, хайды редко делятся, часто любят раз и на всю жизнь, поэтому свою ведьму не отпускают, становясь её магическим спутником. Хайд внутри торжествовал. Тайлеру было сложно сдержать его эмоции, он надеялся, что Шарлотта их не заметит. К счастью, их заметила Уэнсдей. Она начала говорить, что им пора; если Тайлер решил стать спутником ведьмы, то это нужно сделать сегодня ночью, потому что ей требуется съездить по делам. — Могу ли я поехать с тобой? — понадеялся парень. — Как же твоя работа? — нахмурилась Уэнсдей. — О, милая, он за год ни то что отпуск, он выходные ни разу не брал. Так что у нас есть, кем его заменить на неделю-другую. — Хорошо, — смутилась Уэнсдей, вставая и протягивая руку Тайлеру. Шарлотта была в восторге, она любовалась парой так искренне, что Тайлер почувствовал, как тепло разливается в его теле от макушки до пяток. Они в молчании вернулись в квартиру Тайлера. Всю дорогу Тайлер давал ей время подумать, нужно ли ей это. Потому что своё мнение он уже озвучил. Он очень сомневается, что вообще способен жить без неё, Тайлер слишком сильно скучал, он слишком сильно тосковал — тоска разъедала его. Она действительно была для него важна. Уэнсдей была именно той, кто способен принять его целиком и полностью, если она его не примет, то кто вообще способен его принять. Тайлер принадлежал ей от кончиков волос до кончиков пальцев, и это скорее всего вряд ли изменится, поэтому конечно же Тайлер готов был стать её рабом, но ему предложили быть её партнёром. Девушка сказала, что момент для ритуала будет около полуночи — как символично. А потом у них было ещё довольно времени, чтобы немного побыть вместе. Они пришли в квартиру в очень специфичном настроении, на самом деле Тайлер чувствовал возбуждение девушки на кончике своего языка — это, некстати, активизировало Хайда. Он уже порядком надоел своими рекомендациями, как лучше трахнуть Уэнсдей. – У тебя иногда становится такое забавное выражение лица, — заметила девушка. — Озабоченный младший брат, — прокомментировал Тайлер. Уэнсдей ощутимо усмехнулась, она не побоялась ему показать эту эмоцию. Она вообще перестала бояться показывать свои чувства. Это было очень приятно, и в то же время Тайлеру было жаль, что он не видел того, как это изменилось в ней. – Ты знаешь, я сделал джерки из вчерашней зайчатины. — Ты сделал что? — недоуменно спросила Уэнсдей. — Ну, знаешь, это сушёные мясные чипсы. Том помог мне сделать острый соус. Он уже однажды видел эту улыбку на лице Уэнсдей. Она возникала всякий раз, когда он делал что-то приятное для неё. Вот и сейчас она явно была смущена, но обрадована. — Посмотрим фильм? — спросила девушка. — Ты не против? — Совсем нет, у нас как раз есть время до ритуала. — Тогда как насчёт «Чужого»? Я думаю, тебе понравится. — Не слышала, — хмыкнула Уэнсдей. Она действительно не слышала об этом фильме и не видела его прежде, оттого было приятнее наблюдать за её радостным лицом, когда Чужой разрывал грудную клетку своих жертв. Тайлеру так нравилось, как она выглядела, хищно улыбаясь, смотря на экран, что он чувствовал нелепую гордость за неё. Он был рад, что принятие чувств и их демонстрация было единственным, что изменилось в девушке, в конце концов, так ей стало проще объяснять их взаимодействие между друг другом. Тайлер был уверен, что это произошло из-за взаимодействия с подругами. Скорее всего, эта рыжая девчонка, что была с ними тогда, Бьянка и Энид здорово этому поспособствовали, учитывая, что Унсдей пришлось бегать за последней по лесам. Тайлер не позволил себе утонуть в вине, в конце концов, он корил себя за это слишком много раз, чтобы сейчас омрачить себе хороший вечер. Но поговорить с ней об этом стоит позже, обязательно, извиниться перед замечательной девушкой, которая всегда помогала ему и рассказывала о каких-то милых секретах Уэнсдей. Тайлер, как и в прошлый раз, когда они вместе смотрели фильм, не мог отвести взгляд от девушки. Она слишком сильно манила его своими реакциями, Уэнсдей была такой милой, такой красивой, что его сердце билось с ужасающей силой о рёбра, его орган так сильно давил на грудную клетку, что Тайлеру становилось больно. Как жаль, что они потеряли столько лет, надо было сделать это тогда, признаться в тот вечер. Тайлер знал, что она следит за ним краем глаза, и позволил всему своему восхищению отразиться на своём лице. Когда фильм закончился, она смотрела ему в глаза, ожидая его дальнейших действий, и Тайлер, зная, что в этот раз их точно не прервут, потянулся к ней с нежным поцелуем. Уэнсдей откликнулась с удивительной готовностью принять его. Он давным-давно ощутил в воздухе аромат влажности между её ног. Тайлер давно заметил, как напряглись её соски. Это безумно льстило — то, что его взгляд способен подчинить её себе, заставить желать его. Девушка залезла к нему на колени, она дышала тяжело и страстно. И Тайлеру это дыхание безумно нравилось. Нравилось и Хайду в нём. Ему безумно захотелось оказаться внутри девушки, и он сделал то доступное, что мог в данной ситуации — пролез пальцами к её изнывающей влагой и жаром промежности. Она была такой мокрой, такой горячей и нежной, что Тайлер не смог сдержать громкого восхищенного стона, и Уэнсдей ответила на него, сжав стенки влагалища. Она снова начала бесноваться в его руках. Стремясь ощутить его глубже, стала насаживаться на пальцы сильнее. Тайлеру оставалось лишь подстраиваться под её движения и ласкать её шею и плечи губами. Тонкая спина в его ладони извивалась и покрывалась мурашками; девушка дрожала от каждого прикосновения кончиков пальцев к своей спине. — Тайлер, — хрипло прошептала Уэнсдей. — Тайлер, пожалуйста… Она вряд ли понимала, о чём именно просила, но парень посмел по-своему распознать её слова. Он двигал плавными движениями по передней стенке её влагалища, отмечая, насколько оно отличается от остальной части. Но на форумах было написано именно о ней, так что Тайлер продолжил свои прикосновения в девушке, старательно задевая клитор большим пальцем. Уэнсдей была так прекрасна, так трогала что-то удивительное в душе Тайлера, она судорожно вцеплялась пальцами в его плечи, стремясь слиться с ним в поцелуе, откликалась стоном на каждое прикосновение его губ, что он замирал в экстазе, поднимаясь к нему все выше. И наконец Уэнсдей вскрикнула, захлёбываясь его именем. Это было так горячо и хорошо, она была так горяча и хороша, что Тайлер впервые кончил в брюки. Он знал, что однажды рядом с ней это случится, но не был морально готов к этому конфузу. Однако, в данный момент он мог думать только о Уэнсдей, устало оседающей на его коленях. Влага с её промежности щедро окатила его брюки, поэтому, в целом, было даже не заметно, кто именно из них наследил. — Оу, — заметила Уэнсдей, когда отдышалась. — Прости, я не знала, что может быть так. Девушка явно была смущена своим поведением. Она одновременно была той же милой девчонкой, в которую он влюбился когда-то, и одновременно становилась всё более восхитительной женщиной. — Здесь не всё твоё, — прошептал Тайлер, глядя в тёмные глаза. — Правда? — Уэнсдей, очевидно, застеснялась, она попыталась встать, но Тайлер не позволил ей этого. Он обнял её, ласково поглаживая спину, и наслаждаясь расслаблением и теплом, что появилось в теле после оргазма. Уэнсдей обмякла, нежно уткнувшись лицом в его шею. Ему казалось, что она улыбается. Но он не стал её отстранять, чтобы посмотреть и насладиться. У них ведь долгая жизнь впереди для этого? — Если ты хочешь стать моим магическим спутником, то нам стоит поторопиться, — смущённо заметила Уэнсдей. — Конечно, — ответил Тайлер, нежно целуя лицо девушки. Он мягко отстранил её и ушёл в ванную под её тёмный проницательный взгляд. Хайд напевал какую-то попсовую песню внутри него. Это повеселило Тайлера, особенно при понимании, что Хайд — эта расслабленная его часть. Из зеркала на него смотрел удивительно счастливый парень. Тайлер никогда себя таким не видел. Это было приятно и необычно. Лицо выглядело значительно здоровее, куда-то пропали заломы на лбу и щеках, а под глазами не было гигантских синяков. Хорошо, что девушка видела эту версию его сейчас, а не того, кем он был в общине. Переодевшись, Тайлер вышел навстречу Уэнсдей.