Глава 17. Вольтерра

Меня поселили в комнате. Не в темнице и не в подвале — уже хорошо. В старой высокой башне, где каменные стены помнили столетия, а в окна дул ветер, приносящий запах кипарисов. Сангвини дал мне библиотеку. Вернее, доступ к ней. А Алек — скорость, чтобы ее скопировать. — Ты издеваешься? — спросил он, когда я протянула ему свой чёрный гримуар. Он сидел на подоконнике, бледный, худой, с вечно недовольным выражением лица. Его красные глаза смотрели на блокнот так, будто я предлагала ему съесть камень. — Мне нужно скопировать фолианты, — сказала я спокойно. — Ты быстрее всех. Нужно просто прикладывать к книге и блокнот сам её сделает. Это просто. — Просто? — он фыркнул, закатив глаза. — Ты хоть знаешь, сколько в этой библиотеке томов? Я могу делать это полгода! — Значит, у тебя будет занятие, — ответила я, и в моём голосе не было ни капли жалости. Алек вздохнул, тяжело, по-вампирски театрально, схватил гримуар, словно это была дохлая мышь, и исчез в коридоре со скоростью, которую человеческий глаз не мог уловить. Через пару часов он вернулся, бросил блокнот на стол и развернулся, уходя. — Я не твой секретарь, — бросил он через плечо. — Я знаю, — ответила я ему вслед. — Ты мой библиотекарь. Тишина. Потом из коридора донеслось его раздражённое шипение. Корвин на моём плече тихо каркнул, пряча усмешку в горле. — Он обиделся, — заметил ворон. — Он привыкнет, — ответила, открывая гримуар. Страницы уже начали заполняться ровным, чётким почерком, копируя древние манускрипты с полок замка. — У него есть скорость. У меня — терпение. Это идеальный союз. --- Скорость Алека, конечно, была полезна не только для копирования книг. Джейн же использовала свою совершенно иначе. — Хелен! — раздался голос в коридоре. — Выходи! Я закрыла книгу по алхимии и подняла голову. В дверях стояла Джейн. Она выглядела… нет, не злой. Она выглядела сияющей. В руках держала несколько пакетов, а её лицо светилось почти детским восторгом. — Мы идём по магазинам, — сказала она тоном, не терпящим возражений. Вампирша одевала меня как свою новую куклу.  — Я не хочу. — Ты не понимаешь! Там новые коллекции! Итальянская кожа! А там… там есть чёрная шляпа, которая идеально подойдёт к твоему плащу, — она схватила меня за руку. — Ты же не можешь вечно ходить в одном и том же! — Джейн, я тебя прошу… — Нет! Ты едешь со мной! — она уже тащила меня к выходу. В коридоре, опираясь на стену, стоял Деметрий. Он смотрел на нас с едва заметной усмешкой на своих бледных губах. — Спорим, она не выдержит и часа? — спросил он, лениво глядя на меня. — Спорим, — я остановилась. — На что? Он посмотрел на меня, и в его красных глазах загорелся опасный, почти человеческий азарт. — На мой байк, — сказал он. — Если ты выдержишь шопинг с Джейн больше часа, я отдам тебе ключи. Джейн фыркнула, закатив глаза, но я уже смотрела на Деметрия. Молча кивнула, и он чуть улыбнулся, предвкушая победу. Через три часа я сидела на кожаных подушках своего нового мотоцикла, держа в руках ключи, а Деметрий стоял рядом с таким лицом, будто его только что ограбили. — Ты жульничала, — сказал он мрачно. — Я покупала рационально, — поправила я, вспоминая свертки, аккуратно уложенные в коробку. — Одно платье, две рубашки, шляпа и браслет. Джейн накупила в два раза больше. — Она — монстр, — вздохнул Деметрий. — Я знаю, — я отдала ему один из свёртков. — Это тебе. За попытку. Он удивлённо посмотрел на пакет, затем на меня, затем снова на пакет. И улыбнулся. — Ты снова ведёшь себя не как все. Ты это специально? — Мне просто нужен был шопинг с Джейн, — ответила я. — И теперь у меня ещё есть и мотоцикл. — Ты не умеешь ездить. — Я знаю, — улыбнулась. —  Но ты проиграл. Байк мой. А значит ты — мой личный водитель. Он посмотрел на меня, и в его глазах мелькнула искра. Не злость. Тепло. — Ты невозможна, — сказал Деметрий, заводя двигатель. — Поехали учиться. --- Вечера были самыми тихими. Я сидела в своей башне, разложив на столе древние свитки, а Корвин дремал на моём плече. Иногда ко мне заходил Сангвини, садился в кресло и просто смотрел, как я перебираю руны. Но чаще я оставалась одна — или с тем, кто не требовал от меня эмоций. Маркус. Самый спокойный вампир, которого я видела. Хотя я подозревала, что он просто устал от их постоянных драм. Он появлялся редко, но всегда — вовремя. — Это руна Иса, — сказал он однажды, глядя на гримуар поверх моего плеча. — Ты перепутала направление линий. — Нет, — покачала головой, рассматривая набросок. — Это вариант, который использовали до Римской империи. Он означает не лёд, а границу. Он чуть наклонил голову, его красные глаза задумчиво сузились. — Интересно, — сказал он тихо. — Ты видишь старое там, где другие видят только ошибки. — Это потому, что я живу на границе, — ответила я, не поднимая взгляда. — Я смотрю на вещи с той стороны, где слова теряют смысл. Он замолчал. На мгновение в комнате повисла тишина — тёплая, спокойная, как дыхание огня в камине. — Я хотел спросить, — сказал он наконец. — Почему ты не пытаешься вернуться домой? Я подняла взгляд. Дом. Я больше не помнила, что это значит. — У меня нет дома, — ответила я. — Есть места, где я останавливаюсь. Есть вещи, которые я изучаю. Но дом — это то, что у меня отобрали. Он кивнул, не переспрашивая. --- Корвин, тем временем, развлекался сам. Он больше не боялся вампиров. Ворон оттачивал на них свое остроумие. — Знаешь, — сказал он однажды, сидя на плече Алека, когда тот вносил очередную стопку книг в мой гримуар. — Ты очень быстрый. Но я видел, как ты врезался в дверь. — Я не врезался, — сухо ответил Алек, даже не обернувшись. — Я просто случайно не рассчитал траекторию. — Ты врезался, — настаивал Корвин. — Прямо лицом в дубовую дверь. Я слышал звук. Очень звонкий. — Это был не я! — Алек повернулся, и в его красных глазах мелькнула искра ярости. — Это был Маркус! Он пытался взять мою книгу! — Ты хочешь сказать, что Маркус тоже врезался? — усмехнулся Корвин. — В Вольтерре все вампиры такие неуклюжие? — Он не врезался, он просто не заметил её, забирая книгу. — Как интересно. Слепой и неуклюжий вампир, — Корвин каркнул, наклонив голову. — Так я и запишу в твоём личном дневнике. Алек смотрел на него несколько секунд. Затем вздохнул, взял книгу и исчез в коридоре. — Я тебя заколдую! — крикнул он оттуда. — В клетку посажу! — Строишь из себя злого тюремщика? — Корвин повернулся ко мне, хитро прищурившись на руну Одал (привязка к месту). — Хелен вон сидит и изучает, как запирать людей. Не то что птицу! Так что твоя клетка по сравнению с этим — просто детский сад. И да, я тебя всё равно не боюсь, потому что я — фамильяр. Ты можешь даже не пытаться.  Из коридора послышалось злобное рычание. Я улыбнулась, не отрываясь от книги. — Иди спать, — сказала я. — Спать? Мы в Вольтерре. Здесь никогда не спят. — Значит, найди, чем заняться. — Например, дразнить вампиров? — он задумался. — Отличная идея. Только надо выяснить, кто из них самый обидчивый. --- Самые интересные моменты случались в общих залах. Кай стал идеальной мишенью для Корвина. — Я не понимаю, зачем ты тратишь своё время на эти устаревшие бумажки? — заявил он однажды, стоя в центре зала. Его голос был резким, как удар хлыста. Он всегда так говорил. Будто каждое слово стоило ему усилий, и он не собирался их тратить на тех, кто ему не нравился. — Она тратит своё время на знания, — ответил ворон, не поднимая своей головы от книги, которая лежала передо мной. — Ты тратишь своё — на то, чтобы жаловаться. Думаю, вы оба справляетесь со своими задачами. Он замер. На мгновение в зале повисла тишина. Джейн, сидевшая на диване, перестала рассматривать новый шарф и уставилась на нас с любопытством. — Ты дерзкий, — медленно произнёс Кай. — Смертные обычно либо бегут, либо прячутся. У живых есть инстинкты. Ты же ведёшь себя так, будто здесь хозяин. — Мы здесь гости, — поправила я, вмешиваясь в диалог и переворачивая страницу. — Но хорошие хозяева всегда уважает гостей. Тебе стоит попробовать. Кай прищурился. Его красные глаза буквально метали молнии. Он шагнул ко мне, но в этот момент Корвин, сидевший у меня на плече, громко, заливисто каркнул: — У тебя нервный тик или это твоя природная мимика? Кай снова замер. Он перевёл взгляд на ворона. Я видела, как его лицо медленно, но верно, начало свирепеть. — Что ты сказал? — прошипел он. — Я сказал, что у тебя нервный тик. Или ты просто так кривишь лицо, когда пытаешься быть страшным? Потому что, честно говоря, это выглядит немного театрально. Я закусила губу, чувствуя, как внутри разливается щекотка смеха. Я смотрела в книгу, делая вид, что мне всё равно, но плечи уже тряслись. — Ты не понимаешь, с кем имеешь дело! — заорал Кай. — Я могу стереть тебя в пыль! Корвин не пошевелился. Он просто сел поудобнее, наклонил голову и посмотрел на Кая с тем выражением, с которым смотрят на ребёнка, который слишком громко кричит, чтобы казаться взрослым. — Пыль — это уже слишком, — ответил он спокойно. — Ты ищешь сложные пути, а ведь всё просто. Воробья, например, можно напугать обычным громким звуком. Ему даже не надо угрожать пылью. Кай нахмурился, не понимая, к чему он клонит. — И что? — А то, — Корвин чуть приподнял клюв, — что мне даже не нужно тебя трогать. Я просто сяду тебе на плечо и громко каркну. Ты дёрнешься, опрокинешь люстру, и все в замке запомнят тебя как самого нервного вампира, который боится звуков. Я не выдержала и фыркнула в кулак, прикрывая лицо рукой. Кай смотрел на Корвина, и его лицо скривилось. Он не мог найти слов, потому что Корвин был прав. Он знал, что люстра действительно висит прямо над ним, и что он действительно может дёрнуться. Не придумав быстрый ответ, развернулся и вылетел из зала, хлопнув дверью так, что посыпалась пыль. — Смотри-ка, — тихо сказал Корвин, глядя ему вслед. — Оказывается, у него всё-таки есть чувство собственного достоинства. Я отложила книгу и посмотрела на него. — Ты просто его довёл. — Я сказал ему правду, — ответил он. — Если вампир боится неожиданностей и громких звуков, его легко напугать. - ворон потянулся, - Иногда плохо иметь идеальный слух. — Ты жесток. — Я наблюдателен. Это разные вещи. Джейн, сидевшая на диване, тихо хлопнула в ладоши. — Я не видела, чтобы его так раздражали уже лет сто, — сказала она с искренним восхищением. — Корвин умеет находить подход, — ответила я, наконец позволяя себе улыбнуться. — Он — гений, — поправила она. --- Аро появился в библиотеке, когда я уже почти закончила изучать древний трактат по алхимии. Он был высоким, с длинными тёмными волосами, и его красные глаза смотрели с такой мудростью, что становилось немного не по себе. Но в них также чувствовался интерес. Не просто любопытство — жажда. — Ты избегаешь меня, Хелен, — сказал он, садясь напротив. — Я не избегаю, — ответила я, откладывая книгу в сторону. — Я просто ценю личное пространство. — И всё же, — он улыбнулся. — Ты самая интригующая гостья, которая была в этом замке за последние несколько столетий. Мне интересно, что ты думаешь. — Мои мысли не так интересны, как кажутся. — Позволь мне убедиться в этом саму, — он протянул руку. — Одно касание. Я смотрела на его бледную ладонь. Корвин на моём плече замер. Он чувствовал, что это важно. — Нет, — сказала я. Аро улыбнулся, чуть склонив голову. — Ты боишься? — Нет, — ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Просто Смерть считает мои мозги своей собственностью. В его взгляде мелькнуло что-то. Удивление, смешанное с недоверием. — Смерть? — Мара, — спокойно пояснила я. — Она поставила блок на мои мысли. Это её защита. Аро медленно убрал руку. Он смотрел на меня с выражением, которое не могла описать — смесь разочарования и уважения. — Ты действительно говоришь с ней? — Иногда. Она приходит, когда ей это нужно, — я пожала плечами. — И она явно не хочет, чтобы кто-то копался в моей голове без её согласия. Аро хмыкнул, откидываясь на спинку кресла. — Значит, она защищает тебя. — Я — её инвестиция, — ответила я. — Вы бы тоже защищали свои инвестиции. Он смотрел на меня ещё несколько секунд. Затем медленно улыбнулся. — Ты невероятна, Хелен Морте. Смерть выбрала тебя не просто так. Я вижу это даже без касания. — Спасибо, — ответила я. Когда он ушёл, в комнате повисла тишина. Корвин, сидевший всё это время неподвижно, наконец вздохнул и ткнулся клювом в моё ухо. — Он хотел тебя прочитать, как книгу, — тихо сказал он. — Знаю. — И облажался. Потому что есть Смерть, которая даже на этом уровне оставляет комментарии: «Не читать. Опасно». — Корвин, — я улыбнулась. — Ты не перестаёшь меня удивлять. Он гордо выпрямился. — Я всегда гений. Просто иногда мои остроумные реплики не понимают. Надо учиться, а то это вампиры умные. А тупые не поймут моих стараний.